Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Сорок библейских портретов
.pdf
Аггей, Захария, Авдий, Малахия: пророки возвращения
231
история, ссоры между такими братскими и соседствующими народами запоминаются надолго и служат источником черной зависти и злобы.
Датировать точно это пророчество невозможно, но
вполне вероятно, что оно прозвучало во время возвращения иудеев на Родину, к чему соседние народы отнеслись с большой опаской. Как, зачем? Они уже распорядились тем, что осталось после переселения
иудеев, и вот, теперь придется потесниться, отдавать
все обратно? Авдий дает ясное предупреждение, что
ждет Эдом за его недоброжелательство и злорадство.
Можно считать, что это предсказание оконча-
тельно сбылось в конце II века до н.э., когда Идумея
(так тогда назывался Эдом) была завоевана иудеями,
а ее жители были обращены в иудаизм, в основном
насильно (кстати, это единственный пример такого
рода). С тех пор об Эдоме-Идумее как о самостоятельном государстве уже никто не слышал, а скоро и
само это название вышло из употребления.
Малахия: грядущий Вестник
Книга пророка Малахии идет последней в списке
двенадцати «малых пророков», и он, вероятно, и в самом деле был последним из них по времени жизни, а
стало быть, вообще последним ветхозаветным пророком, чья книга дошла до нас. Его имя означает
«Вестник Господень», и оно очень подходит к содержанию его пророчеств. Когда точно он жил, сказать
трудно, но, скорее всего, он был современником
Эзры и Неемии, о которых пойдет речь в следующей
главе, — это вторая половина V века до н.э.
Малахия говорил прежде всего об отношениях
Бога со Своим народом, и начинает он с самого главного: «“Я люблю вас”, — Господь сказал, — а вы
232
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
спрашиваете: “в чем любовь Твоя?” Разве Исав —
Иакову не брат? Но вот что изрек Господь: Иакова Я
возлюбил, а Исава отверг». Вся логика этих отношений основана на том, что Господь особым образом
возлюбил израильский народ. Тот может задаться вопросом: в чем же это проявляется, чем доказывается? И Малахия вспоминает историю из книги Бытия,
которая рассказывала о близнецах Иакове и Исаве.
Господь действительно избрал Иакова, а значит, и
его потомков, хотя был свободен в выборе. Очевидно, видя судьбу эдомитян (о которой пророчествовал
и Авдий), израильтяне очень ясно должны были увидеть, в чем заключается разница между ними и потомками Исава. Один народ прошел через все испытания и сохранился, второй неуклонно двигался к
своему концу. Сегодня нет человека, который не
слышал бы про Израиль, — но кто помнит про Эдом?
Однако отеческая любовь Бога — не только всевозможные блага, но и высокие требования. «Сын почитает отца, и раб — господина своего. Если Я Отец — то
где же почет? Если ваш Господин — уважение где?
Так говорит Господь Воинств вам, священникам, что
презирают имя Мое. Скажете: “как презираем мы
имя Твое?” Приносите на жертвенник Мой пищу, что
в жертву не годна… Приносите, что отняли у других,
хромое или больное, — вот ваш дар. Приму ли благосклонно его от вас?»
Помимо жертв, люди обязаны были приносить в
Храм десятую часть своего урожая и доходов — эти
средства шли на содержание Храма, на содержание
священников и левитов, а также на помощь нуждающимся. И Малахия предельно строг и в этом: что положено отдать Богу, то уже не принадлежит человеку. «Может ли человек красть у Бога? А вы
обкрадываете Меня! Спросите: “что мы крадем?”
Аггей, Захария, Авдий, Малахия: пророки возвращения
233
Десятины и приношения! Проклятием прокляты вы,
Меня обкрадываете вы — весь народ! Принесите все
десятины в хранилище, чтобы в доме Моем была
пища, и так испытайте Меня, — говорит Господь Воинств. Разве не открою для вас окон небесных, не
изолью благословение в избытке?»
Но дело не только в десятинах, приношениях и
жертвах. Отвергаются в качестве жертвы не только
увечные животные, но и те, которые были отняты у
других людей. Это ведь вечная тема пророческих обличений: невозможно выстроить верные отношения
с Богом, если ты несправедлив к ближнему, и Малахия дает этому самое простое и ясное объяснение:
«Не один ли у всех нас Отец? Не один ли нас Бог
сотворил? Зачем же мы строим козни друг другу, нарушая отеческий Завет?»
Малахия особо называет и еще одну причину, по
которой Бог может не принять жертву от Своих почитателей: «Не смотрит Он на ваш дар, благосклонно
не принимает из ваших рук. Спросите вы: “За что?”
Вот за что: Господь был свидетелем меж тобой и женой юности твоей, которой ты изменил, — а ведь она
подруга тебе и законная жена». Речь идет о случаях,
когда мужчины бросали своих жен просто потому, что
те им надоели. Верность Богу неизбежно подразумевает и супружескую верность, иначе не получится.
Отношение к Богу как к Отцу, обличение разводов — все это прозвучит и в Евангелии. И не случайно в конце книги Малахии предсказан приход чего-то
нового, небывалого, что должно перевернуть представления людей того времени… А точнее, не чегото, а Кого-то: «Вот, Я посылаю вестника Моего предо
Мной, он приготовит путь для Меня, и внезапно придет в Свой храм Владыка, Которого вы ищете, и вестник Завета, который так дорог вам». И немного
234
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
дальше он продолжает: «Вот, я посылаю к вам пророка Илию перед приходом Господнего дня, великого
и страшного. Он обратит сердца отцов к детям и
сердца детей — к отцам, чтобы, придя, Я не поразил
проклятием землю».
Пророк Илия был, как верили иудеи, взят на небо
живым, а значит, однажды мог и вернуться живым
на землю. Впрочем, такого пока что не произошло.
Но когда в Иудейской пустыне прозвучала проповедь Иоанна Крестителя, он говорил «в духе и силе
Илии», как об этом говорится в Евангелии. Это было
не физическое пришествие с неба древнего пророка,
не его перевоплощение, но возрождение той самой
пророческой традиции, к которой принадлежали и
Илия, и Малахия, и Иоанн.
Действительно ли ветхозаветные пророки
предсказали евангельские события? Или речь
идет о цепочке совпадений? Захария, например, говорил: «На дом Давида и на жителей
Иерусалима Я изолью дух благой и милосердный, и воззрят они на Того, Которого пронзили,
и оплачут Его, как оплакивают единственное
дитя, и будут горевать о Нем, как о первенце
горюют».
Конечно, все совпадает с описанием смерти Иисуса, Которого римский воин пронзил копьем, чтобы убедиться в Его смерти. Но, с другой стороны, скольких людей за долгие века
пронзили и затем оплакали в Иерусалиме! Разве не могут эти слова относиться к любому из
них? А ведь таких отдельных пророчеств очень
много, они находятся едва ли не к каждой
Аггей, Захария, Авдий, Малахия: пророки возвращения
детали рассказа о смерти и воскресении Иисуса. Но каждое из них можно в принципе объяснить и как-то иначе. Многие детали находим
мы и в псалмах: например, что одежду казненного делили по жребию и давали ему пить
уксус.
Каждое из подобных пророчеств можно
было бы разбирать долго и подробно, но можно предложить и краткий общий ответ. Если бы
речь шла всего лишь об этих внешних совпадениях, ни одно из них не выглядело бы достаточно убедительно. Но пророки с самых древних
времен говорили о приходе какого-то особого
человека, или даже Самого Господа, — и чем
дальше, тем яснее и полнее они говорили об
этом. Самое развернутое описание этого прихода содержится в последней по времени пророческой книге Малахии. Это событие будет
означать победу над злом и примирение Бога
со Своим народом, он будет означать заключение Нового Завета и послужит спасению
израильского народа и всего человечества.
В Евангелии мы находим прежде всего исполнение этих надежд, и только потому мелкие
детали обретают особое значение. Засушенный в книге цветок дорог нам не потому, что на
поле не было других цветов или стоит он
огромных денег, а как напоминание о важном
для нас человеке или событии. Точно так же и
эти детали ценны не сами по себе, а потому,
что указывают на самое главное.
235
23. ЭЗРА И НЕЕМИЯ: НОВОЕ НАЧАЛО
На пепелище
Итак, во второй половине VI века до н.э. иудеи на-
ходились в вавилонском плену, их родная земля лежала в запустении, отчасти заселенная людьми из других
народов, а Иерусалим был разрушен. Но в 539 году до
н.э. Вавилон был захвачен войском мидян и персов —
так на смену Вавилонской империи пришла другая,
Персидская. Как уже говорилось в предыдущей главе, через год персидский царь Кир позволил иудеям
вернуться и восстановить свои города. Но, как известно, строить куда труднее, чем ломать, а уж тем более
сложна была эта задача для изгнанников, которым
трудно было даже просто переселиться на прежнюю
родину, не говоря уже о том, чтобы возродить уничтоженное.
Прежний город и Храм строились в условиях
сильной царской власти, которая могла обеспечить и
строительные материалы, и рабочих. Теперь царь
был далеко, этот царь был персом, и вокруг него
было слишком много придворных со своими разнонаправленными интересами — едва ли можно было рассчитывать на его постоянную помощь. Уже хорошо
будет, если изначальное дозволение не будет отменено, если о нем не забудут, — и, чтобы не отменили и
не забыли, придется поддерживать регулярные контакты с персидской администрацией.
Эзра и Неемия: новое начало
237
К тому же Земля, где жили иудеи, уже отчасти
была заселена и использовалась окрестными народами. Они вовсе не спешили вернуть то, что так удачно
им перепало после ухода иудеев, а к тому же они
помнили о сильном иудейском царстве, воевавшем с
соседями, и никак не хотели его возрождения. Словом, все было против иудеев… и все-таки они решили
возвращаться и отстроить разрушенное!
Так что помимо пророков, вдохновлявших народ,
им нужны были практики. Кто-то должен был руководить работами, налаживать отношения и с имперскими властями, и с соседями. Все это, может быть,
не так интересно и ярко, как пророчества, но без этого труда пророческие призывы остались бы словами
о прекрасной мечте, не более того. Претворить эту
мечту в жизнь смогли, среди прочих, Эзра (в старой
орфографии Ездра) и Неемия, чьи имена также носят
книги Ветхого Завета.
Оба они отправились на землю праотцев не сразу,
как только представилась возможность, а спустя десятилетия, в середине V века до н.э. Уже был восстановлен и освящен Храм, было положено начало
основанию города, но вместе с тем иссяк первый порыв энтузиазма. Задача казалась слишком сложной,
препятствий было слишком много… И вот тут настало время энергичного администратора Неемии и религиозного предводителя Эзры.
Наместник Неемия
Неемия был виночерпием персидского царя
Артаксеркса — того самого, о котором рассказывает книга Эсфири. В столичном городе Сузы у
него наверняка было много возможностей не только
для роскошной жизни, но и для помощи своим
238
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
соплеменникам-иудеям. Но он добровольно решил
отправиться в Иерусалим, где уже построен Храм,
но нет пока городских стен. Город оставался открытым для любого нашествия, средства на строительство были исчерпаны, народ впадал в уныние…
Неемия решил, что он нужен на родине.
Когда однажды он подавал царю кубок с вином,
царь заметил печаль на его лице и спросил его о причине. Неемия ответил: «Как не быть печальным лицу
моему, когда город отцов моих в запустении и ворота его сожжены огнем! Если царю благоугодно, то
пошли меня в Иудею, в город, где гробы отцов моих,
чтоб я обстроил его».
Царь согласился, Неемия был назначен его наместником в Иудее. Первым делом он решил восстановить городские стены. Однако окрестные народы
были не в восторге от этой перспективы, — прежде
всего это касается самарян, потомков десяти северных
колен Израиля и других народов, которые были переселены в Палестину ассирийскими завоевателями.
Так уж устроено в этом мире, что всякий народ
предпочитает видеть соседнее государство слабым и
беззащитным. Вражда иудеев и самарян, о которой
мы читаем в Новом Завете, была заложена именно
тогда.
Строительство описано в Библии так: «Строившие одною рукою производили работу, а другою держали копье. Каждый из строивших препоясан был
мечом». Наверное, это поэтическое преувеличение,
но в любом случае восстановление разоренного города было тяжелой задачей. Правители соседних областей доносили о деятельности Неемии персидскому
царю: дескать, хитрый иудей хочет сам стать царем
и отпасть от персидской империи. К чужакам, как
это часто бывает, присоединилась и часть иудейской
Эзра и Неемия: новое начало
239
знати, которая тоже с подозрением относилась к Неемии. Он же на самом деле заботился о возрождении
города и народа, а не о собственных политических
амбициях.
Впрочем, Неемия прославился не только восстановлением города. Вот что писал он о своем правлении: «Прежние областеначальники, которые были до
меня, отягощали народ и брали с них хлеб и вино,
кроме сорока талантов серебра; даже и слуги их господствовали над народом. Я же не делал так по страху Божию. И при всем том жалованья я не требовал,
так как тяжелая служба лежала на народе сем».
Всегда и везде губернаторы и прочие начальники
областей любили капитальное строительство. Но чтобы они тратили на него собственные средства, а не
присваивали, наоборот, казенные… Да, это был удивительный наместник!
Книжник Эзра
Восстановление городских зданий — половина
дела, и не самая трудная. Восстановить нормальную
жизнь общины бывает гораздо труднее. Поэтому
другой человек, священник и книжник (то есть знаток Писания) по имени Эзра, озаботился сооружением других стен — стен Закона, которые охраняли бы
иудеев от языческих влияний. Недостаточно было
просто иметь Священное Писание, нужно было
заново учиться жить по нему.
Также заручившись официальной поддержкой
персидского царя, он отправился в Иерусалим, где
занялся проповедью Закона. Библия особо отмечает
один практический вывод, который сделал Эзра:
иудеи не должны были брать в жены иноплеменниц!
Он даже добился того, чтобы иудеи, женатые на
240
А. Десницкий. Сорок библейских портретов
иноплеменницах, отослали своих жен прочь. Сегодня такой подход кажется нам явной дискриминацией. Однако можно сказать кое-что и в его
защиту.
Именно связь с женщинами-язычницами нередко
становилась для израильтян западней, — так был пленен Самсон, так совратился под конец своей жизни
царь Соломон. В собственном доме любой человек
проводит несравненно больше времени, чем в храме,
и если в этом доме почитают идолов, ему очень трудно сохранить веру в Бога неповрежденной. Конечно,
сегодня мы и свои города не обносим прочными каменными стенами. Но в те времена слишком велик
для иудеев был риск раствориться в языческом море,
бушевавшем вокруг.
К тому же Библия никогда не забывала и о другом
отношении к иноземным женам, — достаточно вспомнить книгу Руфь, историю моавитянки, ставшей прабабкой знаменитого царя Давида. Вполне вероятно,
кстати, что книгу Руфь написали как раз во времена
Эзры и в полемике с ним, доказывая на практическом
примере, что иноплеменные жены — совсем не обязательно причина вероотступничества. Вера есть личный выбор человека, так что дело тут вовсе не в национальности…
А может быть, это вообще свойство любого народа, выходящего из затяжного исторического кризиса, — замыкаться в собственной скорлупе, с недоверием относиться к окружающему и не слишком
дружелюбному миру? Пройдет время, и в среде
иудеев снова прозвучит проповедь о всеобщности
спасения, о том, что люди на самом деле не делятся
на «чистых и нечистых» по национальному признаку.
Но пока им нужно было укрываться за толщей стен.
Лишь бы только не навсегда…
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]