Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Россия. Региональная власть в условиях экономического кризиса. Сборник статей
.pdf
тересами действующих руководителей, говорит и тот факт, что
глава Добрянского МР, который был пионером в использовании
модели «сити-менеджера» при выборах главы города из состава
депутатов, в марте 2010 г. предложил отказаться от этой системы и
вернуться к прямым выборам главы (2).
Таким образом, есть все основания говорить о некой «новой
политике»
ных выборов. Чем объясняется новый подход? Представляется,
что он связан не столько с кризисом, сколько с некоторыми тенденциями, которые начали проявлять себя еще в докризисный период. Прежде всего, речь идет об избирательном цикле 2007–
2008 гг. (выборы депутатов Государственной думы и Президента
РФ). Беспрецедентные результаты, полученные на этих выборах,
не могли не породить своего рода эйфорию, что власть и «партия
власти» уже располагают потенциалом, необходимым для того,
чтобы довести «вертикаль» и консолидацию элит до самого «низа», полностью обеспечить «сцепление» всех уровней власти в
единое целое. Кризис, начавшийся в конце 2008 г., вероятно, лишь
подтолкнул региональные власти и «Единую Россию» к более активному движению в данном направлении.
борах глав МО один из кандидатов имел официальную поддержку
со стороны региональной власти и (или) «Единой России» (см.
табл. 3). Вместе с тем было бы преувеличением считать,
всех случаях есть некий «единый» кандидат от региональной власти и «Единой России». В ряде территорий на выборах глав МО
возникали острые конфликты между различными группировками
внутри региональной и партийной элиты. Так, нередко местные
отделения ЕР продвигали одного кандидата, тогда как региональное партийное руководство настаивало на другом, а
гиональном отделении шла борьба между разными группами.
дидатуры на должность главы между «Единой Россией» и администрацией губернатора. Несмотря на то, что О. Чиркунов в свое
время вслед за другими губернаторами присоединился к «Единой
России» и возглавил
Законодательное собрание в 2006 г., его отношения с партией власти остались достаточно сложными. После того как предводимый
им список получил относительно невысокий результат на выборах
(2006), губернатор не стал пытаться установить полный контроль
над отделением «Единой России», как это было успешно сделано
региональных властей и «Единой России» в ходе мест-
В результате за последние два года практически на всех вы-
порой и в ре-
Далеко не всегда наблюдается и единодушие по поводу кан-
список ее кандидатов на выборах в краевое
что во
141
руководителями других регионов. Вероятно, причина заключалась
не в слабости позиций самого О. Чиркунова, а в слабости позиций
пермского регионального отделения ЕР, принимать ответственность за которое губернатор края не захотел. Принципиального
укрепления позиций пермских единороссов не произошло и после
того, как их возглавил Г. Тушнолобов, опытный и популярный в
крае
политик, вероятно лучший из возможных претендентов на эту
роль. Расхождения по ряду вопросов с руководством регионального отделения «партии власти» до настоящего времени не очень
мешали О. Чиркунову. Соответственно в ряде случаев в преддверии выборов глав муниципальных образований (например, главы
Краснокамского района осенью 2009 г.) пермский губернатор
предпочитал не вмешиваться в
борьбу группировок внутри «Единой России» по поводу выдвигаемой и поддерживаемой партией
кандидатуры, а самостоятельно определялся в своих приоритетах,
ставя соответствующие задачи перед краевой администрацией.
Таблица 3
Результаты кандидатов, имевших поддержку
региональной власти и «Единой России»
2006–2010 2006–2008 2009–2010
Всего выборов 33 17 16
Количество выборов, где один кандидат явно поддерживался региональной властью или ЕР
Победили (в том числе в первом
туре)
Проиграли 9 4 5
28
17 (9)
11
7 (5)
15
10 (4)
Кроме того, применительно к Пермскому краю необходимо
учитывать, что во многих территориях имеют свои интересы весьма влиятельные бизнес-группы, которые участвуют в работе
«Единой России». У них также есть свои кандидаты, и в некоторых случаях ЕР просто «отдает» муниципальное образование в
«распоряжение» соответствующей бизнес-структуры. Последняя,
действующая
под прикрытием партийного бренда, фактически
проводит самостоятельную избирательную кампанию. Именно так
произошло в рассмотренном выше случае Губахинского района.
Еще одним ярким примером являются выборы в Березниках, втором по величине городе края, состоявшиеся в марте 2010 г. Поли-
142
тическое поле этого города уже в течение ряда лет контролирует
команда одной из градообразующих структур ОАО «Уралкалий».
С середины 2000-х годов руководство «Уралкалия» определяло
позицию абсолютного большинства депутатов Городской думы
Березников, а также имело на посту главы города своего прямого
представителя – А. Мотовилова. В конце 2009 г. Мотовилов, отдельные действия
калии», так и в краевой администрации, был отправлен в почетную
отставку (переведен на должность заместителя руководителя
представительства Пермского края в Москве). Сразу же был определен согласованный кандидат на освободившийся пост – им стал
заместитель генерального директора «Уралкалия» и депутат Законодательного собрания Пермского края С
освободившемся депутатском округе была выдвинута кандидатура
вице-президента по взаимодействию с органами власти того же
ОАО «Уралкалий» И. Папкова, который возглавлял Березники до
Мотовилова, а позже некоторое время работал заместителем главы
краевого правительства. Ни Дьякову, ни Папкову на состоявшихся
в марте 2010 г. выборах не нашлось
в ходе проходившей одновременно кампании по выборам депутатов Березниковской городской думы другая промышленная группировка попыталась дать бой ставленникам «Уралкалия», сформировав свой список кандидатов. Однако мобилизовав свои связи, а
также экономические ресурсы не только на региональном, но, очевидно, и на федеральном уровне, руководство «Уралкалия» доби
лось того, что фактически все кандидаты из этого списка заранее
сошли с дистанции. В результате контроль, еще более полный, чем
при прежнем созыве, был установлен и над городским представительным органом. Все кандидаты «Уралкалия» на этих выборах
шли под флагом «партии власти».
При этом политическое поле различных муниципальных образований
зеловского района в Пермском крае есть еще по крайней мере две
территории, где между различными местными политическими
группировками велась длительная борьба, проявлявшаяся на выборах как глав, так и депутатов, и как органов власти муниципального района, так и сосредотачивающего большинство его жителей
городского
районах. Региональная администрация и региональное руководство «Единой России» были задействованы в этой борьбе лишь в
качестве одного из акторов, причем их позиции по отношению к
все более усложняется. Помимо упомянутого выше Ки-
поселения. Речь идет о Краснокамском и Чайковском
которого вызвали недовольство как на «Урал-
. Дьяков. На замену ему в
серьезных соперников. Лишь
-
143
местным участникам не всегда совпадали (разногласия наблюдались и среди отдельных влиятельных членов политсовета «партии
власти»). Следует также отметить, что в Краснокамском районе,
где в течение 2008–2010 гг. прошли выборы главы Краснокамского городского поселения и выборы главы Краснокамского МР, а
также выборы депутатов представительных органов обоих муниципальных образований, официальные
сии» то проигрывали, то побеждали, то снова проигрывали.
В Чайковском же кандидаты от «партии власти» в течение 2008–
2009 гг. проиграли три раза подряд – на выборах главы Чайковского городского поселения, затем на выборах главы Чайковского
района, потом снова на выборах главы города (после упомянутого
отстранения прежнего руководителя по
При этом число местных неформальных «партий» имело тенденцию к увеличению. Так, на выборах депутатов Земского собрания
Краснокамского МР, состоявшихся в марте 2010 г., эксперты насчитывали пять борющихся между собой неформальных списков
кандидатов, три из которых имели отношение к различным группировкам внутри «Единой России».
Активность региональной власти и
далеко не всегда дает эффект для кандидата, которого они поддерживают. Строго говоря, и раньше далеко не все кандидаты,
имевшие поддержку со стороны региональной власти, побеждали
на выборах главы МО. Соотношение побед и поражений, по большому счету, не изменилось (см. табл. 3). Более того, победы,
рые одерживают кандидаты власти, стали в целом менее убедительными. Если в 2006–2008 гг. из семи побед пять были
одержаны уже в первом туре, то в 2009–2010 гг. в первом туре
выиграли лишь четверо из десяти кандидатов власти. Таким образом, несмотря на все усилия, которые предпринимаются регио-
нальной властью и «Единой
элит достичь не удается. Безусловно, есть ряд исключений – вы-
боры в Пермском МР и в Березниках, где кандидаты от власти
одержали безоговорочную победу, однако и в том, и в другом случае речь шла не столько о победе ЕР, сколько ее партнеров, сумевших обеспечить себе доминирующее
политическом поле. В большинстве же территорий ситуация намного сложнее. Как правило, одна или несколько элитных группировок остаются за бортом «Единой России», выдвигают собственных кандидатов и привлекают значительную долю голосов
избирателей. Власть при этом нередко прибегает к администра-
Россией», консолидации местных
выдвиженцы «Единой Рос-
инициативе губернатора).
ЕР на выборах глав МО
кото-
положение на местном
144
тивному ресурсу и не допускает альтернативных кандидатов до
голосования. В ряде случаев, однако, даже это не позволяет гарантировать победу «своему» кандидату, так как избиратели прибегают к «протестному голосованию» и отдают свои голоса за кандидатов, которые в других обстоятельствах вообще не имели бы
шансов на успех.
Достаточно посмотреть,
кому проигрывали кандидаты, которых поддерживала региональная власть и ЕР в 2006–2008 и
2009–2010 гг. (см. табл. 4). Если в первый период «кандидаты
власти» терпят поражение от оппонентов, которые обладают достаточно весомым политическим статусом (заместитель главы МО,
депутат Земского собрания, бывшие главы МО), то в 2009–2010 гг.
за единственным исключением (Александровский МР) их
побеждают люди, которые занимают «маргинальное» положение в местной политике. Иными словами – голосование против «кандидатов
власти» явно носит протестный характер. Самым ярким примером в этом отношении можно признать совершенно неожиданную
победу на выборах главы Соликамского МР в марте 2009 г. неискушенного политического новичка – командира отделения горноспасательного отряда
А. Думы, одержавшего верх над многоопыт-
ным Ю. Шведовым, возглавлявшим район с 1990 г.
Таблица 4
Поражения кандидатов, которых поддерживали
региональная власть и «Единая Россия» в 2006–2010 гг.
Выборы (год, МО) «Кандидат власти» Победитель выборов
1 2 3
2006
Карагайский МР
2006
Ординский МР Агеев (инкумбент)
2006
Частинский МР
2007
Нытвенский МР
2009
Александровский
МР
Волгин (инкумбент) Старцев (зам. главы МО)
Бурыкин (депутат Земского
собрания, бывший глава
МО в 1990-е годы)
Фотин (инкумбент)
Каменев (вице-губернатор, бывший глава этого
МО)
Щеглов (работник
АМЗ – крупнейшего
предприятия в данной
территории)
Никифоров (председатель
сельхозкооператива)
Трефилов (бывший глава
МО)
Шицин (зам. председателя
Земского собрания)
145
Продолжение таблицы 4
1 2 3
2009
Соликамский МР Шведов (инкумбент)
2009
Чайковский МР
2009
Чердынский МР
2010
Бардымский МР
Заикин (инкумбент)
Лопарев (инкумбент) Чагин (пенсионер ГУИН)
Устемиров (инкумбент)
Дума (командир отделения
горноспасательного отряда)
Пластинин (пенсионер
МВД)
Ибраев (зам. руководителя
Камского бассейнового
водного управления)
Таким образом, анализ местных выборов в Пермском крае
позволяет сделать вывод, что за последние годы наблюдается, с
одной стороны, рост протестного голосования, с другой – явная
активизация региональных властей и «Единой России» в ходе избирательных кампаний. Весьма сомнительно, что эти новые тен-
денции являются прямым следствием кризиса. Скорее они носят
долговременный характер, хотя кризис их, несомненно, усилил.
В целом активизация властей и ЕР в значительной мере нивелирует рост протестного голосования. Благодаря этому результаты, полученные на выборах кандидатами власти, хуже не стали. Тем не
менее попытки «Единой России» определять своей поддержкой
тех или иных кандидатов на локальном уровне по-прежнему
далеко не всегда результативны. До 2008 г. это можно было списать на
то, что «партия власти» строится сверху вниз, что монополизация
политического влияния и управленческих процессов, к которой
она по сути стремится, будет последовательно распространяться в
соответствии со значимостью того или иного уровня власти – с
федерального на региональный, с регионального
на локальный.
К 2008 г. отмеченные цели на федеральном, а во многом и на региональном уровнях оказались достигнуты. В этих условиях и были выдвинуты претензии на иную, чем прежде, роль в локальном
политическом процессе. Но от этого сбоев на местных выборах у
«Единой России» меньше не стало.
Открытыми остаются
два вопроса: насколько на создавшуюся ситуацию повлияют перемены, которые принес с собой кризис, и насколько – ограничения, заложенные в самой природе ЕР?
Становление «партии власти» в России 2000-х годов является не
причиной, а следствием изживания публичной политической кон-
146
куренции, в том числе, а возможно, прежде всего, при проведении
выборов. Наиболее влиятельные акторы заранее «разруливают»
ситуацию, сводя собственно электоральное соперничество к минимуму. Происходит это и путем торга, в одну из площадок которого превращаются структуры «Единой России». Те, кто уже обладают властным ресурсом того или иного уровня,
этом, конечно, несомненные преимущества. Как правило, их шансы на партийную поддержку могут быть «перебиты» лишь позицией руководителей более высокого ранга. Но так или иначе процесс принятия решения включает в себя, как правило, серию
неформальных внутриэлитных переговоров и компромиссов, и
лишь по отношению к тем потенциальным претендентам
борный пост, прийти к соглашению с которыми не смогли или не
захотели, применяется вся мощь административного давления, ресурсы которого тем мощнее, чем выше уровень принятия решения.
Однако все это может эффективно осуществляться лишь при
наличии ряда условий, одним из которых является ограниченное
число предвыборных ситуаций и задействованных
акторов. Соответственно это фактически невозможно на локальном уровне политики, где число одновременно складывающихся
предвыборных ситуаций, равно как и задействованных в них
конкретных акторов, достаточно велико.
Таким образом, с определенного момента, вне зависимости
от состояния экономики и колебаний уровня жизни, уже никакие
институциональные ухищрения не могут принципиально увели
чить возможности «Единой России» по установлению контроля
над органами местного самоуправления, если только не будет устранена даже видимость политической конкуренции и выборам не
будет придан фактически безальтернативный характер. Вряд ли
для творцов нынешнего политического режима в России это окажется возможным, тем более что на высшем уровне политики они
смогли успешно без этого обойтись.
Можно утверждать, что на сегодняшний день муниципальный уровень является единственным, где выборы могут показать
изменения настроений в сторону оппозиции. Но следует учитывать, что и без всякого кризиса и роста оппозиционных настроений
«осечки» ЕР на местах неизбежно должны были иметь место и даже
множиться. Это означает, что вовсе не обязательно негативные
для «партии власти» электоральные тенденции быстро и неизбежно перетекут с локального уровня на региональный и федеральный.
имеют при
на вы-
в них основных
-
147
Однако беспомощность, проявляемая региональными и
местными организациями «Единой России» на местных выборах,
очень сильно затрудняет, если делает возможным вообще,
выстраивание полноценной партийной структуры на локальном
уровне. Такая структура становится во многом искусственной и
слабо востребованной, превращается в придаток местных администраций или градообразующих предприятий. Разрыв между политическими процессами на
федеральном, региональном и локальном уровнях не только сохраняется, но еще больше усиливается.
Избирателю, в частности, ничто не мешает воспринимать «Единую
Россию» на федеральных выборах как «партию Путина» и как
«партию Пупкина» на локальных и относиться к ней соответствующим образом. В последние годы «большая» и «малая» политика в
России развиваются достаточно обособленно друг от друга.
С этой точки зрения кризисные явления и рост политического протеста действительно являются серьезным испытанием сложившейся политической системы на прочность. Но даже в случае более
или менее благополучного выхода из кризиса рассмотренная тенденция вряд ли может быть преодолена в рамках существующего в
настоящее время в России политического режима.
Список литературы
1. В Губахе Пермского края разгорелись нешуточные предвыборные баталии //
УралПолит.RU, 22 января 2009. – Режим доступа:
http://www.amurpolit.ru/59/polit/part/id_127578.html (Дата обращения – 15 апреля 2010 г.).
2. Гвоздева Е. В Добрянке одной головой станет меньше // Новый компаньон. –
Пермь, 2010. – 6 апр. – С. 5.
3. Зубаревич Н. Влияние кризиса на регионы России: мониторинг. – Режим дос-
тупа: http://atlas.socpol.ru/overviews/social_sphere/kris.shtml (Дата обращения –
28 апреля 2010 г.).
4. Пастухова Е
паньон. – Пермь, 2009. – 29 сент. – С. 8.
5. Послание губернатора О.А. Чиркунова о социально-экономическом и полити-
ческом положении Пермского края, 18 декабря 2008 г. – Режим доступа:
http://www.admin.permkrai.ru/speech/speak/ (Дата обращения – 15 апреля 2010 г.).
6. Торбеев Д. Один стул – один «медведь» // Новый компаньон. – Пермь, 2008. –
3 июня. – С. 6.
. Выборы, выборы, выборы… Кругом выборы! // Новый ком-
148
А.В. Дахин
РЕГИОНАЛЬНАЯ СИСТЕМА ВЛАСТИ
В УСЛОВИЯХ ЭКОНОМИЧЕСКОГО КРИЗИСА
И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ МАЛОГО
И СРЕДНЕГО БИЗНЕСА
(на примере Нижегородской области)
Региональный политический анализ опирается на детальный
мониторинг эмпирических событий, который позволяет выявить
неповторимый рисунок регионального политического процесса.
Вместе с тем необходимо держать в поле зрения и более общие,
выходящие за пределы отдельного
ции и перспективы, которые неизбежно влияют на региональный
контекст и его восприятие. Поэтому предваряя анализ политикоадминистративной ситуации в Нижегородской области, необходимо отметить, что все происходящее в регионе можно рассматривать как отдельный «паззл» в процессе трансформации политической системы России. Особенность этой трансформации состоит в
том
, что к настоящему моменту она остается незавершенной, а ее
перспективы не имеют отчетливых очертаний. Несомненно и то,
что конструкция политической системы образца 2010 г. будет меняться как до начала нового избирательного цикла 2011–2012 гг.,
так и после него. Ясный, согласованный в среде ключевых политических акторов проект политических изменений в современной
России на сегодняшний день отсутствует, хотя впервые за последние годы дискуссия на эту тему началась, о чем, к примеру, свидетельствовало публичное обсуждение доклада Института современного развития «Россия XXI века: Образ желаемого завтра».
Переходное состояние свойственно не только государственным
политическим институтам, но и российскому политическому классу, который стремится определить
региона политические тенден-
сферу своего влияния и ответ-
149
ственности, а также соотношение между институциональными и
внеинституциональными инструментами влияния.
Этот процесс может быть рассмотрен в рамках философии
Э. Гуссерля (17), которая позволяет высветить наиболее серьезные
источники рисков. Один из них – это конституирование «Другого», т.е. политического субъекта по отношению к мыслящему и
активному ядру действующего политического класса. Ключевая
проблема
новый (в сравнении с советской номенклатурой) политический
класс должен научиться разделяться на сменяющие друг друга команды, в равной мере оснащённые административными, публичными партийными и электоральными ресурсами. Прохождение
фазы политического «митоза», т.е. смены президентских политических команд, когда приходящая команда осваивает
ли», а уходящая – «вторые», когда смена власти не является для
«бывших» приговором к политической смерти и источником глубокого стресса как для самой власти, так и для общества, – это
состояние для российской политической системы пока представляется недосягаемым.
региональном уровне, остается источником неопределенности и
взаимного недоверия как для элит, так и для населения. Страх побуждает представителей региональных элит искать гарантии, страховать политические риски за счет выбора наиболее надежной
тактики политического поведения, стимулируя в их среде формирование индивидуальных моделей политического самосохранения.
Политические альянсы если и
турны, а вероятность появления долгосрочных, структурных коалиций довольно низка. Иными словами, приближение даты
переназначения губернатора или муниципальных выборов порождает на уровне партийно-политической элиты региона спекулятивную, суетливую политическую волну, стрессогенный и неопределенный характер которой еще больше усиливается в субъектах РФ,
которым свойственны
бальный экономический кризис вносит в эти процессы дополнительную неопределенность.
промышленно-аграрный регион, основу экономической жизни которого составляют оборонный промышленный комплекс (заводы
«Красное Сормово», «Сокол» и др.), химическая индустрия
(г. Дзержинск), автомобилестроение (ГАЗ, ПАЗ, «Заволжский мо-
здесь состоит в том, что сложившийся в 2000–2008 гг.
«первые ро-
В настоящее время смена первого лица, в том числе и
возникают, в основе своей конъюнк-
традиции политической конкуренции. Гло-
Традиционно Нижегородская область представляет собой
на
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]