Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Рождение персонализма из духа Нового времени. Сборник статей по генеалогии богословского персонализма в России

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
ПРИГЛАШЕНИЕ К РАЗГОВОРУ
проблематика мистического опыта и оригинальная философия со­знания Чаадаева (исследователи творчества мыслителя редко обра­щают на них внимание) и установлена связь богословского мышле­ния прот. Г. Флоровского и философии права П. И. Новгородцева, проанализирована диалектика идеи личности в философской и бо­гословской мысли о. С. Булгакова, поставлен вопрос об истоках и мотивации принципиально важной для персоналистского дискур­са концепции «западного пленения православного богословия». В статьях Т. Н. Резвых обработаны непереведенные тексты Баадера, значимого автора для религиозно-философских тем русской мыс­ли и выявлено значение идей Канта не только для оригинальной богословско-антропологической разработки Павлом Флоренским темы апокатастасиса, но и для предложенного им решения этой бо­гословской проблемы. В статьях В. Болдаревой рассмотрены смыс­лы, трансформация которых формировала в мысли Н. А. Бердяева определенное понятие о субъекте, а также прояснен механизм пере­ломного, но не замеченного исследователями момента, с которого можно отсчитывать экзистенциализм и персонализм Бердяева, ав­тора, значительного для формирования отечественного и не толь­ко персонализма и прежде всего ассоциирующегося с русским пер­сонализмом
13
. В статье Н. Кореневой дан обзор персоналистических тенденций у целого ряда отечественных мыслителей в их связи с ка­тегорией религиозного опыта, являющейся одной из основопола­гающих для самопонимания человека Нового времени и нововре­менного способа речи о себе и мире, значение которой сказалось на всех уровнях культуры от науки и техники до искусства, филосо­фии и религии.
В разделе «Varia» представлены две статьи более широкого и од- новременно более конкретного плана, посвященные собственно теме и проблемам истоков отечественного богословского персо­нализма в целом. Прежде всего, републикуется уже, вероятно, из­вестная читателю статья Ю. А. Шичалина «О понятии “личности”
13
О чем, впрочем, сами отечественные персоналисты-богословы нередко не нахо­дят нужным упоминать. Бердяев считается одним из главных представителей русского философского персонализма, оказавшим влияние и на французский персонализм, и на формирование той почвы, на которой зарождается так называемый «богословский персонализм» в православии, однако в уже упомянутой монографии С. А. Чурсанова его достаточно неудобная персона фактически проигнорирована.
11
РОЖДЕНИЕ ПЕРСОНАЛИЗМА ИЗ ДУХА НОВОГО ВРЕМЕНИ
применительно к триединому Богу и Богочеловеку Иисусу Хри­сту в православном догматическом богословии», впервые опубли­кованная в 2009 г. и открывшая дискуссию о генеалогии персона­лизма. Коллектив авторов сборника выражает Юрию Анатольевичу особенную благодарность и признательность. Его статья имеет про­граммное значение для данного сборника, поскольку именно в ней впервые было обращено внимание на ту проблему, которая для нас является центральной. Кроме того, в этом разделе также помещена дискуссионная статья М. Ю. Бурмистрова, на основе анализа бого­словского проекта Вл. Н. Лосского предлагающего к размышлению несколько ключевых для самой возможности современного бого­словия вопросов
14
.
Нам представляется, что проблематичность и дискуссионность поставленных в этих двух статьях вопросов как нельзя лучше будет способствовать продуктивному обсуждению всего комплекса тем, связанных с богословским персонализмом и творчеством его наибо­лее значимых представителей.
Конечно, предпринятые усилия составляют только первый шаг на пути проблематизации некоего крупного и тотального явления, постановки проблемы, отчасти и постановки под вопрос этого со­временного «колосса», находящегося в нас самих. Однако именно такой формат позволяет избежать обобщений, всегда предполага­ющих редукцию, тогда как очевидно, что рецепция нововременных подходов в каждом конкретном случае производится отдельными мыслителями разным образом — через полемику, отторжение, ча­стичные заимствования, сознательные или имплицитные, посред­ством разных логик и механизмов, нередко претерпевая эволюцию. Одна и та же проблематика проводится требующими исследования авторами через разную аргументацию и картины мира, один и тот же подход реализуется на разных материалах. Все это требует сво­его исследователя, особого подхода, и в данном сборнике намече­но то многообразие, с которым можно и в дальнейшем приступать к
14
Кроме того, мы хотели бы обратить внимание читателя на другую статью это­го автора — «Теология и конец метафизики», в которой также затрагивалась эта про­блема: Бурмистров М. Ю. Теология и конец метафизики // Вестник ПСТГУ. Сер. I: Богословие. Философия. 2011. Вып. 3 (35). С. 85–98.
12
ПРИГЛАШЕНИЕ К РАЗГОВОРУ
этой области и которое при дальнейшем углублении способно обе­спечить комплексность исследования.
Авторы сборника выражают надежду, что проведенные ими ис­следования станут не только единичным исследовательским ходом, но и поводом к дискуссии не только богословской, но и общегума­нитарной. В кратком итоговом заключении предлагается несколько существенных проблем, трудных вопросов, выявленных в ходе ис­следований, которые, по мнению авторов, должны составить мини­мум для той проблемной перспективы, в поле которой могли бы про­изводиться ценные с эвристической, «накопительной» точки зрения научные исследования и дискуссии в данной области. В целом же исследование того, как по-разному осуществлялась рецепция в слу­чае ряда влиятельных мыслителей — в какие реакции нововремен­ное мышление вступало на почвах разных индивидуальностей с раз­ным образовательным бэкграундом, какие проблемы возникали в результате этих реакций (как замеченные самим исследуемым авто­ром, так и замеченные только исследующим автором), — предпола­гает, что и исследователи, и читатель проходят всеми этими путями, что позволит взглянуть на проблематику, в том числе проблему про­исхождения идей и их взаимодействия, более сложно, глубоко и бо­лее точно. Раз поставленный вопрос — это вопрос о том, как устро­ено наше собственное мышление и тот понятийный мир, в котором мы существуем, то упрощение или редукция мешали бы понимать самих себя.
ЧАСТЬ 1
Рецепция антропологии
Нового времени
в русской мысли:
богословские сюжеты
ПРОТ. ПАВЕЛ ХОНДЗИНСКИЙ
По направлению к Канту:
фрагмент из истории персонализма
в Новое время
В «Религии в пределах только разума» Кант писал: «Задатки жи­вотности в человеке можно подвести под общую рубрику физиче-
ского и чисто механического себялюбия, т. е. такого, для которого не требуется разум <…> Задатки человечности можно подвести под рубрику физического, правда, но сравнительного себялюбия (для чего требуется разум), а именно как наклонности судить о себе как о счастливом или несчастном только по сравнению с другими <…> Задатки личности — это способность воспринимать уважение к мо­ральному закону как сам по себе достаточный мотив произвола <…> Когда мы названные три вида задатков рассматриваем с точки зре­ния их возможности, то мы находим, что первый не коренится ни в каком разуме; второй коренится хотя и в практическом, но под­чиненном другим мотивам разуме, и только третий сам по себе ко­ренится в практическом, т. е. безусловно законодательствующем, разуме»1.
Нетрудно заметить, что в схеме Канта проглядывает либо извест­ная со времен Аристотеля структура души, подразумевающая рас­тительную, животную, разумную составляющие2, либо библейская трихотомия (тело, душа, дух), однако немецкий философ различа-
*
*
Первая публикация: Хондзинский П., прот. По направлению к Канту: фрагмент из
истории персонализма в Новое время // Вопросы философии. 2017. № 2. С. 178–185.
1
Кант И. Трактаты и письма. М., 1980. С. 96–98.
2
См.: Аристотель. Сочинения. М., 1976. Т. 1. С. 397.
17
ЧАСТЬ 1. РЕЦЕПЦИЯ АНТРОПОЛОГИИ НОВОГО ВРЕМЕНИ В РУССКОЙ МЫСЛИ...
ет уровни душевной жизни не по основной функции и не по степени приближения твари к Творцу, а по нравственной мотивации. Умест­но спросить: является ли он в данном случае первооткрывателем или наследует более или менее давней традиции.
1
Уже выполненные исследования позволяют утверждать, что про­блема нравственной мотивации является достаточно поздней (пост­тридентской) и во многом выступает на первый план благодаря мо­ральной теологии иезуитов. «Моральная теология как отдельная дисциплина, — пишет М. Корзо, — выделяется из теологии догмати­ческой во второй половине XVI в. в значительной степени благодаря иезуитам. Само ее возникновение было связано с подробной разра­боткой Тридентом теологической доктрины таинства покаяния: мо­ральная теология рассматривалась исключительно как прикладная дисциплина для квалифицированной подготовки исповедников»3. Именно здесь возникает проблема «неуверенной совести» и ставит­ся вопрос, будет ли нравственным поступок, совершенный «только в соответствии с доводами разума»
Пробабилизм решал проблему неуверенной совести с помощью опоры на вероятное мнение, то есть мнение, высказанное одним из авторитетов в области моральной теологии, и, таким образом, да­вал санкцию на совершение того или иного поступка. Однако не ме­нее — если не более — важно, что сама эта санкция, само это вероят­ное мнение основывалось прежде всего на возможности переменить мотивацию поступка, сделав ее нравственно оправданной.
Ряд выразительных примеров этого приводит в своих «Провин­циалиях» Блез Паскаль. Убийцей является только тот, кто совер­шает убийство за деньги, а тот, кто делает это, желая бескорыстно помочь друзьям, убийцей не является (в данном случае мотив по­мощи не только позволяет уйти от нравственной оценки убийства как преступления против заповеди Божией, но и выводит убий­цу из-под санкций папской буллы, запрещающей давать убийцам
4
.
3
Корзо М. А. О полемике янсенистов и иезуитов о благодати и свободе воли //
Этическая мысль. Вып. 2. М.: ИФРАН, 2001. C. 122.
4
Там же. С. 125.
18
Прот. Павел Хондзинский. ПО НАПРАВЛЕНИЮ К КАНТУ: ФРАГМЕНТ ИЗ ИСТОРИИ...
убежище в храмах5). Вопреки канону, повелевающему отлучать мо­нахов, переодевающихся в мирское, это позволительно делать мо­нахам, собирающимся тайком соблудить, если в качестве мотива поступка будет преобладать желание не подвергать позору монаше­ский чин
6
. Симония не является симонией, если деньги вручаются не ради того, чтобы оплатить получаемое духовное место, но чтобы склонить в нужную сторону волю того, от кого это зависит. «Этим средством, — поясняет «собеседник» Паскаля, иезуит, — мы пре­пятствуем бесчисленному множеству случаев симонии. Ведь кто же будет настолько зол, что, давая деньги за духовное место, откажется
направить свое намерение так, чтобы давать их в качестве побужде­ния, склоняющего владельца духовного места уступить его, вместо того чтобы давать их в виде цены духовного места?»7 (курсив мой. — Прот. П. Х.).
В тех же «Провинциалиях» эта проблема рассматривается не только на уровне потенциальной множественности мотиваций, следствием которых может являться один и тот же с внешней точки зрения поступок, но и на уровне выработки критериев мотивации, необходимой, для того чтобы поступок мог рассматриваться как ис­тинно христианский. По мнению Паскаля, все усилия иезуитов на­правлены к одному: освободить людей «от тяжкой обязанности дей­ствительно любить Бога»
8
и, таким образом, уйти от единственной подлинно нравственной мотивации поступка. Позднее в «Мыслях» он скажет, что только выбор в пользу страдания может почитаться вполне свободным (а стало быть, и нравственным), так как страда-
9
ние в отличие от наслаждения не порабощает нас себе
. Очевидно, что этот выбор и есть выбор любви, как выбор, не обусловленный никакой «корыстной» мотивацией; иными словами, мотивация, подразумевающая любовь ко Христу, подразумевает причащение Его страданиям
10
. Уверенность совести определяется не рефлексией
поступка, а безоговорочным принятием его последствий.
5
См.: Паскаль Б. Письма к провинциалу. Б/м, 1997. С. 121–122.
6
См.: Там же. С. 123.
7
Там же. С. 129.
8
Там же. С. 217.
9
См.: Паскаль Б. Мысли. М., 1995. С. 291.
10
См.: Там же.
19
ЧАСТЬ 1. РЕЦЕПЦИЯ АНТРОПОЛОГИИ НОВОГО ВРЕМЕНИ В РУССКОЙ МЫСЛИ...
2
Было бы, однако, ошибкой сводить всю проблематику нрав­ственной мотивации к казуистическим ухищрениям иезуитских на­ставников. Не менее значительным для будущего явилось учение о нравственной мотивации, предложенное в начале XVII в. епископом Женевы Франциском Сальским (1567–1622). Причисленный Като­лической Церковью к лику святых, он был не только крупным бого­словом, но и известным духовником, основателем женского ордена визитанок, его трудами интересовался святитель Феофан Затвор­ник, и нетрудно объяснить почему: Франциск Сальский одним из первых поставил вопрос о специфике христианской жизни в мире, лишенном сакральных покровов Средневековья.
В своем «Трактате о любви к Богу» Франциск Сальский, во­первых, сосредоточивается на самом понятии подлинной люб­ви к Богу, которой нередко присваивает имя «чистой любви». Это любовь, прежде всего отделенная «от всех телесных аффектов» бовь, имеющая своим предметом одного Бога, любовь, находящая свою радость и свой смысл в самой себе, так что даже если Господь отвращает Свою благосклонность от любящей души, последняя хотя и страдает, но не перестает воспевать «песнь своей любви», так как ее единственная радость, ее «чистая» любовь в том и состо­ит, чтобы быть послушной воле Создателя12. Эта любовь, впрочем, никогда не бывает совершенной за единственным исключением — Приснодевы, бывшей одновременно Невестой и Матерью небес­ного Жениха. О всех остальных можно сказать, что они находятся только на пути чистой любви, и если, с одной стороны, даже души, еще подвластные чувственным аффектам, могут переживать мимо­летные вспышки такой чистой любви, то, с другой, и про апосто­лов нельзя сказать, что они всегда пребывали в ней, что их любовь была всегда абсолютно совершенной
13
. Можно только утверждать, что они всегда желали ее, желали «представить ее такой чистой, та­кой простой, такой совершенной, чтобы ни утешения, ни даже добродетели не занимали бы никакого места между их сердцем и
14
Богом»
.
11
François de Sales, saint. Œuvres complètes. P., 1836. T. 4. P. 174.
12
См.: Ibid. P. 333.
13
См.: Ibid. P. 347.
14
Ibid. P. 388.
11
, лю-
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]