Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Репродукция человека и уголовное право. Проблемы и суждения. Монография
.pdf
сечение, роды, искусственные роды) на свет появляется
ребенок.
Сегодня в Казахстане, Украине, России и большинстве
стран СНГ правовой статус эмбриона (плода) человека
надлежащим образом не регламентирован.
С одной стороны, эмбрион (плод) человека
рассматривают как уже зачатую жизнь, которую нужно
охранять наряду с жизнью рожденного человека. С другой
стороны, безусловная охрана жизни плода (эмбриона)
человека исключает возможность реализации матерью
права на планирование семьи путем искусственного
прерывания беременности, ставит под угрозу
существующий сегодня в медицине приоритет жизни
матери над жизнью плода, блокирует терапевтическое
использование фетальных тканей и т.д.
Наличие такого противоречия не должно препятствовать
созданию уголовно-правового механизма охраны эмбриона
(плода) человека.
Исходя из принципа самоценности жизни и здоровья
человека как фундаментальных благ, разработанных
биоэтикой, первым направлением является реализация его в
уголовном праве является установление ответственности за
репродуктивное клонирование человека. Вместе с тем
следует криминализировать и незаконный ввоз в страну
клонированных эмбрионов.
Второе направление – это установление уголовной
ответственности за незаконные манипуляции с эмбрионом
человека (выращивание или незаконное получение
эмбрионов для использования в исследовательских или
промышленных целях). Требуется необходимость
установления уголовной ответственности за некоторые
виды генетических манипуляций и селекции эмбрионов.
Третье направление – нормативная регламентация
ответственности за незаконный аборт.
171
В печати предлагается признать эмбрион (плод) человека
предметом, а его жизнь – дополнительным объектом
умышленного причинения тяжкого вреда здоровью и
умышленного убийства.
В УК Азербайджанской республики в главе 18
«Преступления против жизни и здоровья человека»
существует целая система норм об уголовной
ответственности за различные общественно опасные
деяния, посягающие на права человека в сфере биологии и
медицины: за незаконное искусственное оплодотворение и
имплантацию эмбриона, медицинскую стерилизацию (ст.
136); куплю-продажу органов или тканей человека и
принуждение к их изъятию для трансплантации (ст. 137);
незаконное проведение биомедицинских исследований или
применение запрещенных способов диагностики и лечения,
а также лекарственных средств (ст. 138)1.
В действующем УК Грузии содержатся нормы об
уголовной ответственности за принуждение к изъятию
органов, частей органов или тканей человека (ст. 134);
незаконную торговлю кровью или компонентами крови (ст.
135); генетические манипуляции, то есть создание существа,
подобного человеку (ст. 136)2.
В УК Эстонии в главе 4 «Преступления против
личности» существуют нормы об ответственности за
незаконное прерывание беременности и незаконную
стерилизацию (ст.120); имплантацию женщине чужой
яйцеклетки или созданного из нее эмбриона (ст.120-1);
запрещенные действия с эмбрионом человека, включая
клонирование (ст.120-2)3.
1
УК Азербайджанской Республики / Науч. ред., предисловие И.М. Рагимова,
перевод с азербайдж. Б.Э. Аббасова. – Спб.: Юридический центр Пресс, 2001.
– 325 с.; УК Литвы. – Спб.: Юридический центр Пресс, 2002. – 320 с..
2
УК Грузии / Науч. ред. З.К. Бигвава, перевод с груз. И. Мериджанашвили.
– СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. – 409 с.
3
УК Эстонии / Науч. ред. и перевод с эстон. В.В. Запевалова. – СПб.:
Юридический центр пресс, 2001. – 262 с.
172
В УК Украины в разделе II «Преступления против жизни
и здоровья личности» включена норма об ответственности
за нарушение прав пациента, под которым понимается
проведение клинических испытаний лекарственных средств
без письменного согласия пациента или его законного
представителя, или в отношении несовершеннолетнего либо
недееспособного, если эти действия повлекли смерть либо
иные тяжкие последствия. Здесь же содержатся составы
таких преступлений, как незаконное проведение медикобиологических, психологических или других опытов над
человеком, если это создавало опасность для его жизни или
здоровья; нарушение установленного законом порядка
трансплантации органной и тканей человека;
насильственное или совершенное путем обмана изъятие
крови у человека с целью использование его в качестве
донора1.
Кроме того, Основы законодательства РФ об охране
здоровья граждан предусматривают уголовную
ответственность за целый ряд преступлений, составов
которых в УК РФ просто не существует. К их числу
относятся: совершение коммерческих сделок, в том числе
купля-продажа органов и тканей человека (ст.47 основ);
незаконное проведение искусственного оплодотворения и
имплантации эмбриона (ст.35 Основ); незаконное
проведение медицинской стерилизации (ст.37 Основ) и т.д.
Пробелы уголовного законодательства в части
регулирования отношений, возникающих в связи с
новейшими достижениями в области биологии и медицины,
поразительны и требуют со стороны законодателя
адекватного реагирования. Устранение этих «черных дыр»
должно быть системным, основанным на нормах
международного права, учитывающим положительный
зарубежный и собственный опыт. Пока такой системы мы
1
УК Украины /с изм. и дополнениями по состоянию на 1 апреля 2005г.
– Харьков: Одиссей, 2005. – 393 с.
173
не наблюдаем, даже в таких странах СНГ, как Россия,
страны Балтии.
Во-первых, законодатель уже дал ответ на этот вопрос,
включив в УК Республики Казахстан главу о преступлениях
против здоровья населения (гл.10). Во-вторых, под
преступными деяниями в области биомедицины следует
понимать такие нарушения биоэтики, которые
одновременно несут в себе повышенную общественную
опасность, а значит, подлежат криминализации, то есть их
переводу в ранг преступлений.
Объектами таких преступных посягательств должны
рассматриваться: сам человек как биологический вид; его
физическое и психическое здоровье; целостность человека;
его достоинство и другие основные права (личная свобода,
независимость и пр.). Как самостоятельный объект
уголовно правовой защиты следует рассматривать и жизнь
человеческого эмбриона1.
Преступления, совершаемые в сфере биоэтики,
необходимо отграничивать от «традиционных»
преступлений, совершаемых медицинскими работниками в
связи с выполнением своих профессиональных функций:
заражения другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие
ненадлежащего исполнения лицом своих
профессиональных обязанностей (ч.4 ст.116), незаконного
производства аборта (ст.117), неоказания помощи
больному (ст.118) и других. По своей сущности это
преступные нарушения медико-этических и (или)
деонтологических правил.
Следует согласиться с мнение Н.Е. Крыловой, которая
считает, что, во-первых, объектами преступных нарушений
биоэтики должны рассматриваться такие блага и интересы,
которые в настоящее время российским уголовным правом
1
Крылова Н.Е. Ответственность за незаконное производство аборта и
необходимость уголовно-правовой защиты будущей жизни // Вестник
Московского унив-та. – Сер. 11. Право. – 2002. – №4.
174
не охраняются: жизнь эмбриона человека, сам человека как
биологический вид, физическая, психическая и
генетическая целостность человека, достоинство человека в
широком смысле этого слова, под которым следует
понимать право на уважительное отношение до рождения, в
период жизни и после смерти, и т.д.
Во-вторых, в тех случаях, когда в качестве объекта
преступного нарушения биоэтики будут выступать жизнь и
здоровье человека в существующем в настоящее время
понимании, разграничительным признаком между «медикоэтическими» и «биоэтическими» преступлениями будет
выступать их «масштабность», поскольку биоэтические
преступления нередко ставят в опасность жизнь не
отдельного человека, а многих людей (например, при
создании биологического оружия, при клонировании
человека с непредсказуемыми последствиями как для
самого клонированного существа, так и для будущих
поколений людей).
В-третьих, «биоэтические» преступления предполагают,
как правило, такого субъекта, который характеризуется не
просто наличием соответствующего медицинского или
биологического образования, а высоким уровнем
квалификации в соответствующей области биологии и
медицины1.
По вопросам изъятия и трансплантации клеток и тканей,
имеющих отношение к процессу воспроизводства, а также
эмбрионов человека и эмбриональных тканей пока не
издано специального закона, где речь шла хотя бы о самых
общих принципах регулирования репродуктивной функции
человека. В этой области действует ряд ведомственных
нормативных актов, где в основном решаются вопросы
технического осуществления операций по изъятию и
трансплантации названных клеток и тканей.
1
Крылова Н.Е. Уголовно-правовая биоэтика, проблемы дискуссии, поиск
решений. – М., 2006. – 320 с.
175
В 1998г. американскими исследователями Дж.
Томпсоном и Дж. Герхартом впервые в мире были
выделены так называемые эмбриональные стволовые
клетки человека. В российских средствах массовой
информации сообщалось о том, что первыми обнаружили
стволовые клетки не американцы, а советские ученые
Чертков и Фриденштейн в 1960-70 гг.1, что было признано
третьим по важности событием в биологии ХХ века после
открытия двойной спирали ДНК и расшифровки генома
человека.
Еще в 1989г. Всемирная медицинская ассоциация (ВМА)
на своей 41 ассамблее (Гонконг) приняла специальное
заявление «О трансплантации эмбриональных тканей». В
нем высказывается озабоченность тем, что спрос на
зародышевую ткань в связи с внедрением клеточной
терапии может повлиять на принятие женщиной решения о
прерывании беременности. Некоторые женщины могут
пожелать забеременеть с одной единственной целью –
сделать аборт и передать зародышевую ткань родственнику
или продать ее. Решение о прерывании беременности может
приниматься женщиной под влиянием врача.
Следовательно, необходимы меры к тому, чтобы
соображения, связанные с трансплантацией эмбриональных
тканей (ТЭТ), не влияли на технику проведения аборта и
сроки процедуры. Во избежание конфликта интересов,
врачи и другой медперсонал, участвующие в прерывании
беременности, не должны получать прямой или косвенной
выгоды от использования тканей, получаемых в результате
аборта. Изъятие и консервирование ткани, предназначенной
для дальнейшего использования, не должно ставиться во
главу угла при проведении аборта. Поэтому врачи,
проводящие ТЭТ, не должны оказывать влияния на тех, кто
1
Дюбанкова О. Стволовые клетки: надежда или иллюзия // Аргументы и
факты. – 2004. – №27. – С.18.
176
делает аборт, и не могут самостоятельно принимать участие
в прерывании беременности.
Согласно заявлению, существует потенциальная
возможность обогащения лиц, занятых в получении,
хранении, исследовании, подготовке и доставке
зародышевой ткани. Создание механизмов, исключающих
такие возможности, позволяют снизить прямое и косвенное
влияние на женщину при получении согласия на
использование абортивного материала.
Правовой вакуум по вопросу охраны эмбриона (плода)
человека наблюдается и в российском уголовном праве, что
в принципе объясняется общей позицией законодателей
этих стран. Так, в УК Республики Казахстан в перечне
правоохраняемых объектов (ст.2) жизнь, здоровье,
целостность эмбриона человека отсутствуют.
В целом, уголовное право Республики Казахстан не
признает, во всяком случае, прямо, объектом охраны жизнь,
здоровье и целостность человеческого эмбриона (плода). В
юридической литературе это объясняется, как правило, тем,
что эмбрион (плод) не является личностью, не обладает
теми правами, которые присущи человеку от рождения.
Согласно доминирующей в доктрине уголовного права
позиции, самостоятельная уголовно-правовая охрана жизни
и здоровья человеческого эмбриона (плода) не имеет
оснований, поскольку последний является частью тела
матери. Охрана эмбриона (плода) может осуществляться
лишь опосредованно – через охрану жизни и здоровья его
матери.
Непризнание за эмбрионом человека статуса личности и
вообще права называться человеком привело к тому, что в
нашем уголовном законодательстве отсутствуют нормы об
ответственности за посягательства на его жизнь, здоровье и
целостность. Другими словами: не человек – то
ответственность за посягательство на него, как на человека,
не возможна.
177
Уголовно-правовая охрана человеческого эмбриона
особенно необходима в связи с открытием и разработкой
новых биомедицинских технологий, в том числе в области
искусственного оплодотворения и трансплантологии.
Признание клеточной терапии методом лечения (что в
Казахстане успешно развивается) и омоложения (что модно
за рубежом) способно привлечь резкое увеличение спроса
на эмбриональную ткань. Это в свою очередь, может
спровоцировать рост абортов, в том числе и за плату либо в
результате давления со стороны врачей, которые будут
заинтересованы в получении эмбриональных тканей. Это в
особенности опасно, когда одно и тоже медицинское
учреждение производит аборты и осуществляет клеточную
терапию.
Поэтому представляется необходимым разработать на
основе международно-правовых норм соответствующее
национальное законодательство о порядке и условиях
применения стволовых клеток человека в медицинской
практике и косметологии. Пока все делается на основе
приказов Министерства здравоохранения Республики
Казахстан.
По нашему мнению, установление равной
ответственности за умерщвление человеческого эмбриона и
родившегося человека не должно быть. Однако трудно
понять позицию законодателя, вовсе отказавшего в охране
человеческому эмбриону, но установившего уголовную
ответственность за жестокое обращение с животными,
надругательством над телами умерших и т.д. Последняя
норма охраняет право человека на достойное отношение к
себе после смерти, а как быть с правом на достойное
отношение до рождения? Жизнь человеческого эмбриона
обладает, на наш взгляд, той значимостью, которая дает
основания для ее защиты, уголовно-правовыми средствами.
Любой живущий на Земле человек прошел через стадию
эмбрионного развития прежде, чем родиться и получить
178
правовой статус личности1. Если уж Уголовный кодекс
становится на защиту животных путем установления
ответственности за жестокое с ними обращение, повлекшее
их гибель или увечье (ст.276), то почему в этом отказано
человеческому эмбриону?
С запретом абортов связана и проблема детоубийства,
поскольку предпосылки того и другого аналогичны. Если
будущая мать не смогла прибегнуть к аборту, это не значит,
что отпали те мотивы, которые подталкивают ее к
прерыванию к беременности, она может задаться целью
избавиться от ребенка любым образом. В лучшем варианте
она подкинет его другим людям или оставит в медицинском
учреждении.
Говоря о конкретных посягательствах на эмбрион (плод)
человека, которые должны, по-нашему мнению, повлечь
уголовную ответственность, то они могут быть следующим:
1) создание эмбрионов в экспериментальных целях, не
связанных с преодолением бесплодия; 2) проведение
опытов на эмбрионе или исследований с ним, не связанных
с лечением, способных причинить ему вред (за
исключением ультразвуковых исследований); 3)
разрушение эмбриона (плода) с целью трансплантации
отдельных органов, тканей или клеток; 4) использование
фетальных тканей в корыстных целях, а также их купляпродажа; 5) селекция эмбрионов, за исключением случаев,
когда она преследует цель преодоления болезней,
сцепленных с полом ребенка. Поэтому предлагается
следующая норма: Статья 117-1 «Незаконное
1
Механизмы реализации репродуктивных и сексуальных прав человека в
Кыргызстане: сб. статей. – Бишкек, 2001. – 240 с.; Сыдыкова Л.Ч. Проблемы
уголовного законодательства Кыргызской Республики (вопросы теории и
методологии). – Бишкек: КРСУ, 2005. – 152 с.; Сыдыкова Л.Ч., Джаянбаев
К.Н. К вопросу уголовно-правовой охраны жизни и здоровья человеческого
эмбриона // Ученые труды Академии МВД РК. – 2007. – №15. –
Рустемова Г.Р. – Указ. работа.
179
С.50-55;
экстракорпоральное (искусственное) оплодотворение или
имплантация эмбриона».
Незаконность проявляется в проведении вышеуказанных
манипуляций без согласия женщины, супружеских пар в
корыстных целях или иной личной заинтересованности
(проведение экспериментов по своим научным интересам).
УК Эстонии пошло дальше других в криминализации
деяний против эмбриона (плода) человека. Ст.120-2
«Запрещенные действия с эмбрионом» гласит:
Совершенные в ходе действий, производимых по
искусственному оплодотворению женщины или
сохраняемым вне тела человеческим эмбрионом:
1) искусственное оплодотворение женской яйцеклетки
сперматозоидом, выбранным по содержащейся в нем
хромосоме, за исключением случаев, когда половая клетка
выбирается с целью предотвращения заболевания ребенка
тяжелой наследственной болезнью, передаваемой по
признаку пола, или
2) замена ядра оплодотворенной яйцеклетки клеткой тела
другого эмбриона, плода, живого или умершего человека с
целью создания человеческого эмбриона с идентичной
этому эмбриону, плоду, живому или умершему человеку
наследственной информацией, или
3) создание эмбрионов с различной наследственной
информацией, если хотя бы один из них является
человеческим эмбрионом, а также соединение с
человеческим эмбрионом клетки, которая содержит
наследственную информацию, отличающуюся от
содержащейся в клетках эмбриона, и способна к
дальнейшему развитию вместе с ним или
4) создание способного к развитию эмбриона путем
оплодотворения яйцеклетки человека сперматозоидом
животного или яйцеклетки животного сперматозоидом
человека – наказывается штрафом или лишением права
занимать определенную должность или заниматься
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]