Репродукция человека и уголовное право. Проблемы и суждения. Монография

Проблема бесплодия женщины при отсутствии такового у мужчины разрешалась в древности двояким способом: либо мужчина получал право развода, либо допускалось заменяющее материнство. Подобная ситуация описывалась в Библии3. Законы Хаммурапи также содержат общее правило заменяющего материнства: «Если человек возьмет замуж бесплодную женщину, эта бесплодная женщина даст своему мужу рабыню и создаст, таким образом, детей, а этот человек вознамериться взять себе наложницу, то того не должно позволять этому человеку, он не может взять наложницу» (&144)4. Плутарх описывает ситуацию, напоминающую современное суррогатное материнство, произошедшую среди эллинов: «Стратонника, понимая, что ее мужу необходимо иметь законных детей для передачи по наследству его царской власти, и не рожая ему сама, убедила его произвести детей с другой женщиной и позволить ей, Стратонике, принять их как своих родных. Дейотар, восхищенный ее самоотвержением, предоставил

О запрещении использования суррогатного материнства в коммерческих целях говорится в Брюссельской декларации Всемирной медицинской ассоциации (1985 г.)2. Мы полагаем, что такое положение необходимо закрепить и в казахстанском законодательстве, с оговоркой на то, что суррогатное материнство может применяться только в учреждениях государственной системы здравоохранения и лишь в случаях, когда заказчица по состоянию здоровья не может самостоятельно выносить и родить ребенка.

На этом этапе необходимо определить медицинские показания к суррогатному материнству. Традиционно к таковым относятся – отсутствие матки, патологии, которые делают невозможным вынашивание беременности – именно такие, на наш взгляд, факторы и говорят об исключительности суррогатного материнства, совершаемого только в целях преодоления бесплодия.

синхронизация менструальных циклов генетической и суррогатной матерей;

процедура экстракорпорального оплодотворения и подсадки эмбриона (в этих случаях).

На наш взгляд, в этой связи правовые проблемы могут и не возникнуть, если роль суррогатной матери берет на себя родственница женщины, неспособной к вынашиванию и рождению ребенка, это также будет способствовать уменьшению риска коммерциализации суррогатного материнства. Существует достаточное количество таких примеров: в Австралии в 1994 г. был снят ряд ограничений

Однако, при отсутствии родственных связей между супругами, желающими стать юридическими родителями будущего ребенка, и суррогатной матерью обычно заключается договор, в котором закрепляется обязательство суррогатной матери передать супругам ребенка для усыновления и оговаривается размер и порядок перечисления причитающихся ей платежей.

Однако, как показывает мировая практика, возможны преступные злоупотребления со стороны как медицинских работников, так и лиц, имеющих непосредственное отношение к суррогатному материнству.

Охрана интересов пациента по сравнению с предыдущим уголовным законодательством, обеспечена на более высоком уровне. В целях усиления такой охраны и ее дальнейшей оптимизации предлагается дополнить Уголовный кодекс РК новыми нормами: незаконное искусственное оплодотворение и (или) имплантация эмбриона, медицинская стерилизация (ст.113-1) незаконный оборот органов и тканей человека (ст.113-2), незаконный

Современные биотехнологии, к которым относится и суррогатное материнство, могут иметь следующие направления их криминального использования: торговля человеческими органами и тканями (под видом продуктов генной инженерии), использование фертальных тканей эмбрионов (стволовые клетки), другие виды криминальных биотехнологий более подробно рассмотрены в работах В.Г. Овчинского и других авторов2.

УК стран СНГ содержат составы, которых нет в нашем Уголовном Кодексе, относящиеся к суррогатному материнству. К примеру: ст.158 УК Молдовы «Незаконное производство искусственного оплодотворения или имплантация эмбриона»; ст.157 «Незаконное производство хирургической стерилизации»; ст.136 УК Азербайджанской Республики «Незаконное искусственное оплодотворение и имплантация эмбриона, медицинская стерилизация»; ст.137 «Купля-продажа и принуждение изъятия для трансплантации органов или тканей человека»; ст.308-1 УК Литвы «Запрещенные биомедицинские исследования с человеком или эмбрионом человека»3. Не содержат аналогичных норм и УК Российской Федерации, где на достаточно высоком уровне развито суррогатное материнство, полнее защищено репродуктивное здоровье человека. Введение выше предложенных норм в наш Уголовный кодекс Республики Казахстан должно

Проанализировав сложившуюся в Республике Казахстан ситуацию, представляется очевидным, что действующие правовые нормы, регулирующие правоотношения в области использования методов искусственной репродукции, в том числе и суррогатного материнства, фрагментарны, затрагивают лишь отдельные аспекты возникающих проблем. В связи с чем, на государство должна быть возложена обязанность их надлежащего юридического обеспечения. В этой связи, на наш взгляд, решением большинства проблемных вопросов возникающих в процессе реализации людьми своих репродуктивных прав, может внесение изменений и дополнений, в существующий Закон Республики Казахстан «О репродуктивных правах граждан и гарантиях их осуществления».

Европейский Суд по правам человека часто рассматривает дела о суррогатном материнстве или других вспомогательных репродуктивных технологий (далее – ВРТ). Так, например, Диксон против Соединенного королевства, Постановление от 18 апреля 2006 г. 44 362/04.

В 1994г. первый заявитель Диксон был признан виновным в убийстве и приговорен к пожизненному лишению свободы с обязательным отбыванием наказания в местах лишения свободы не менее 15 лет. У него не было детей. В 1999 г. он встретил женщину, которая, так же как и он, отбывала показание в виде лишения свободы, и в 2001г. они поженились. У госпожи Диксон было трое детей от прежних браков. После освобождения ее на свободу,

Подводя итог рассмотрению проблем уголовно-правовой охраны репродуктивного здоровья, хотелось бы отметить, что уголовно-правовая охрана репродуктивной сферы человеческой жизни остается в настоящее время малоизученной темой правового исследования. Репродуктивное здоровье человека, также как и просто здоровье, в своей сущности не только может, но и является самостоятельным объектом уголовно-правовой охраны. Вместе с тем, решением большинства проблемных вопросов возникающих в процессе реализации людьми своего репродуктивного здоровья, рассмотренных выше, является принятый Закон Республики Казахстан «О репродуктивных правах граждан и гарантиях их осуществления». Сейчас это разработанный Кодекс Республики Казахстан «Об охране здоровья и системе здравоохранения».

Большая медицинская энциклопедия определяет здоровье как состояние человеческого организма, «когда функции всех его органов и систем уравновешены с внешней средой и отсутствуют какие-либо болезненные изменения». В понятие здоровья входит и «социальная полноценность человека», т.к. социальные факторы оказывают существенное воздействие на здоровье человека1.

Предупреждение преступности – главное направление деятельности государства и общества в борьбе с этим социально негативным явлением. Актуальность проблемы предупреждения преступлений против репродуктивного здоровья обусловлена тем, что в последние годы наблюдается стойкая тенденция к росту подобных деяний. Кроме того, по СНГ прокатилась целая серия однотипных преступлений – матери бросали на верную смерть своих собственных новорожденных детей. Милиция не отрицает, что такая прискорбная тенденция действительно существует. Психологи - социологи говорят, что это болезнь общества. Суды выносят мягкие приговоры, оправдываясь несовершенством законодательства. Но в одном все, к сожалению, единодушны: как остановить этот вал, не знает никто.

По уровню предупредительной деятельности выделяют две группы мер: общесоциального и специального характера. Функция общесоциальной профилактики является не самим предупреждением, а его необходимой предпосылкой. Рост материальной обеспеченности людей сам по себе не может быть в чистом виде антикриминальным фактором. Однако подобные меры являются платформой специальной профилактики, так как их направленность на решение задач социального развития создает предпосылки ограничения преступности, противодействует криминогенным факторам, ее

Общепрофилактические меры имеют стратегический характер, так как проводятся на общесоциальном уровне и призваны нейтрализовать действие тех основных факторов, которые детерминируют в данном случае преступления, посягающие на рассмотренные преступления. Особенные меры осуществляются в рамках отдельных преступлений и групп лиц. характеризующихся отрицательным поведением. Индивидуальная профилактика представляет собой конкретизацию общесоциальных и специальных криминологических мер в отношении отдельных лиц,