Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Реализация прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве. Монография
.pdf
§ 2. Возникновение и развитие правового статуса потерпевшего 31
суде в качестве свидетеля только в случае крайней необходимости и по
небольшим спорам. Кроме показаний в качестве доказательств действовала система клятв и жребиев.
Развитие феодализма в период образования Русского централизованного государства обусловило изменение в правовом положении отдельных социальных групп, хотя принципиально классовая структура
общества осталась неизменной. В российском
уголовно-процессуальном законодательстве постепенно на смену обвинительному процессу
приходит розыскной. Результатом этого преобразования явилось ограничение частной инициативы. Впервые в российской истории законодатель ограничивает объем полномочий пострадавшего путем запрещения самосуда (Двинская уставная грамота, 1397–1398 гг., ст. 6)
61
.
Позже также ограничивается, а впоследствии полностью исчезает, законодательное закрепление судебного поединка - об этом прямо указывает ст. 9 Белозерской уставной грамоты, 1488 г., который заменяется денежной выплатой в пользу проигравшей стороны
62
.
Согласно Судебникам 1497 и 1550 гг., а позже Соборного Уложения 1649 г, частная инициатива, присущая обвинительному процессу,
действовала при рассмотрении гражданских дел, а также уголовных
дел небольшой тяжести, которые возбуждались путем подачи жалобы
«челобитной» истцом. По всем тяжким и государственным преступлениям всецело применялся принцип публичности: пострадавший имел
право на примирение с
преступником, за исключением государственных преступлений («лихих дел»), мерой ответственности за которые
практически всегда применялась смертная казнь или помещение в
тюрьму. При этом стороны обязаны были платить многочисленные
сборы и пошлины за отправление правосудия
63
.
Вместе с тем, пострадавший имел некоторый объем прав для защи-
ты своих интересов:
61
Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца
XIV – начала XVI вв. – Т. 3. – М., 1964. – С. 46.
62
Российское законодательство X–XX вв.: В Т. 9. / под ред. О.И. Чистяко-
ва, Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. – М., изд-во Юридическая литература, 1985. –
С. 194, 197.
63
Там же. – С. 200.
32 ГЛАВА 1. Общие положения о правовом статусе потерпевшего
участвовать в судебном поединке, как самому, так и выставить
вместо себя «наймита». В ст. 14 Судебника 1550 г. впервые в российском законодательстве указывается на равенство сторон
64
. Покинувшая
или не явившаяся сторона на «поле» считалась проигравшей, она
должна была оплатить все судебные пошлины. В зависимости от конкретной ситуации «поле» заменяло свидетельские показания;
в случае отсутствия возможности выплатить выигравшему дело
истцу, преступник обязан был отработать необходимую сумму (фактически становился его рабом);
впервые законодатель ввел уголовную ответственность за «оскорб-
ление словом». В ст. 50 Судебника 1550 г. законодатель устанавливает
ответственность за данное преступление в виде фиксированного денежного штрафа в пользу пострадавшего в размере от 1 до 50 рублей65;
ходатайствовать о применении к нему защиты от предполагае-
мых действий преступника. В соответствии со ст. ст. 133–135 Соборного Уложения для этого составлялся специальный документ. В случае
совершения запланированного преступления с преступника и его родственников взыскивался большой денежный штраф и он приговаривался к смерти66;
право иметь представителя «по малолетству и слабоумию» (Со-
борное Уложение, ст. 185)67;
заявлять отвод судье. В соответствии со ст. 11 Соборного Уло-
жения в качестве основания для отвода могли быть: дружба, вражда,
родственная связь судьи и одной из сторон68;
требовать наложения ареста на имущество преступника, прове-
дение пытки (Соборное Уложение, ст. 100)69;
знакомиться с судебными протоколами (Соборное Уложение,
ст. 11)70.
64
Там же. – С. 134.
65
Там же. – С. 106, 145.
66
Хрестоматия по истории государства и права России / Под ред. Тито-
ва Ю.П. – М.: Изд-во Проспект. 2005. – С. 68.
67
Там же. – С. 77.
68
Там же. – С. 103, 290.
69
Там же. – С. 246, 432.
§ 2. Возникновение и развитие правового статуса потерпевшего 33
Как видно из вышеприведенного перечня пострадавший имел достаточно большой объем правовых возможностей для отстаивания
своих нарушенных прав. Вместе с тем, к концу XVII в. в российском
уголовном судоустройстве стал полностью господствовать розыскной
процесс, на фоне которого фигура пострадавшего в угоду карательных
государственных интересов неизменно отходила на второй план.
В XIX веке важнейшим шагом в развитии российского уголовно-процессуального законодательства являлись Судебные Уставы 1864 года.
Судебная реформа 1864 года, направленная «...на восстановление и
возрождение значения живой личности, а за ней и живой жизни в суде;
личности подсудимого, личности потерпевшего...», по праву была
названа С.К. Гогелем «громадным и высоко благодетельным переворотом, великим главным делом, вызывающим глубокое изумление»71.
Результатом преобразований стало появление следующих самостоятельных законов, которые были в настоящее время и остаются замечательнейшим памятником нашего законодательства, утвердившим в
нашей жизни драгоценные ростки законности и правды: 1) Учреждение судебных установлений; 2) Устав гражданского судопроизводства;
3) Устав уголовного судопроизводства; 4) Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями72.
С принятием указанных уставов в России утвердилась смешанная
форма уголовного судопроизводства французского типа, при которой
уголовное разбирательство осуществлялось в две стадии. Первая –
предварительное разбирательство, не знающее сторон и их равноправия, негласное, письменное. Вторая – судебное разбирательство, основанное на гласности, устности, состязательности, свободной оценке
доказательств по своему внутреннему убеждению.
70
Российское законодательство X–XX вв.: В Т. 9. / под ред. О.И. Чистяко-
ва, Т. 2: Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М.: изд-во Юридическая литература, 1985. –
С. 103, 290.
71
Гогель С.К. Вопросы уголовного права, процесса и тюрьмоведения.
Собр. Исследований / С.К. Гогель. – СПб.: Тип. т-ва Обществ. польза, 1906. –
С. 399.
72
Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства: В 2 т. – Т. 1 /
И.Я. Фойницкий. – СПб.: Альфа, 1996. – С. 45.
34 ГЛАВА 1. Общие положения о правовом статусе потерпевшего
Принципы, провозглашенные Судебными уставами, были прогрессивны не только для своего времени, но актуальны и сегодня.
Впервые в Уставе уголовного судопроизводства от 20 ноября 1864 го-
73
да
(в дальнейшем сокращенно – УУС) законодательно был закреплен
термин «потерпевший». Однако ни в одной статье УУС не раскрывалось данное понятие. По данному поводу Вл. Случевский писал, что
«Вопрос о том, кого следует разуметь под понятием потерпевшего,
представляется вопросом сложным»74. Но, тем не менее, ученые-процессуалисты того времени неоднократно предпринимали попытки разрешить проблему, охватывающую содержание данного понятия. Несмотря на то, что предложенные ими определения были более или менее
схожи между собой, к единодушному мнению они так и не пришли.
В своей работе П.В. Макалинский указывал, что «потерпевшим
следует признавать то лицо, права которого, имущественные или личные, непосредственно нарушены преступным деянием обвиняемого,
или на права которого преступление было направлено»75. Разделял
данное мнение С. Зен, который также указывал, что «потерпевшими
должны признаваться: 1) все те, чье благо, материальное или нематериальное в большей или меньшей мере пострадало от преступления,
или было поставлено преступлением в опасность (например, напуганные слишком быстрой ездой) и 2) те, для которых с вопросом об ответственности преступника связывается вопрос об обязанности вознаградить причиненный преступлением материальный вред»76.
Следует отметить, что по УУС потерпевшими лица становились не
только при причинении материального вреда, а также и морального.
В этой связи А.Ф. Кони писал, что «всякий вред от преступления, как
материальный, так и личный, делает человека, коему он причинен, по-
73
Российское законодательство X–XX в.в.: В 9 т. – Т. 8 / под общ. ред.
О.И. Чистякова. – М.: Изд-во Юридическая литература, 1991. – С. 117–251.
74
Случевский Вл. Учебник русского уголовного процесса. Судоустрой-
ство / Вл. Случевский. – СПб.: Тип. М.М. Стасюлевича, 1891. – С. 172.
75
Макалинский П.В. Практическое руководство для судебных следовате-
лей, состоящих при окружных судах: В 2 ч. – Ч. 1 / П.В. Макалинский. – СПб.:
Тип. Н.А. Лебедева, 1890. – С. 48-49.
76
Зен С. Конспекты уголовного процесса / С. Зен. – М.: Современность,
1914. – С. 32.
§ 2. Возникновение и развитие правового статуса потерпевшего 35
терпевшим от преступления»77. Он полагал, что понятию убытка противопоставляется понятие вреда, из чего следует, что вред не всегда
может быть выражен в виде непосредственно материального ущерба, и
этот вред вполне мог быть личным. Согласился с данным суждением и
Сенат, пояснив, что вред это не только нарушение одних имущественных прав, но и личных (например, нарушение неприкосновенности и
спокойствия домашнего очага: решение Сената № 843 от 1869 г.)78.
А.А. Квачевский определял потерпевшего не только как лицо, понесшее вред, убытки и домогающегося вознаграждения за них, но и
лиц оскорбленных, обиженных79.
Более детальное понятие потерпевшего, содержащее указание на
возможность участия представителей потерпевшего было предложено
И.Я. Фойницким, который считал, что «потерпевшие – это все лица,
которые понесли от преступления какой-либо вред – материальный
или нематериальный, наличный или только юридически возможный,
выражающийся в нарушении прав их самих или близких им по родству
или опеке. Понятие вреда и убытков включает вред как имущественного, так и личного характера, почему наше законодательство говорит не
только о лицах потерпевших, но и об обиженных...»80. Причем вред
юридически возможный понимался им довольно широко: потерпевшим
могло быть страховое общество по делу о поджоге, несмотря на то, что
требование об уплате страховой премии ему еще предъявлено не было.
Интересной в связи с этим представляется и точка зрения Вл. Случевского. Он отмечал, что уголовно-материальное понятие потерпевшего не всегда совпадает с аналогичным понятием в смысле уголовнопроцессуальном. Он считал, что «...право быть признанными по уго-
77
Кони А.Ф. Собрание сочинений: В 8 т. – Т. 3 / А.Ф. Кони. – М.: Юрид.
литература. 1967. С. 427.
78
Устав уголовного судопроизводства с позднейшими узаконениями, за-
конодательными мотивами, разъяснениями Прав. Сената и циркулярами Министра юстиции / Под ред. М. Шрамченко, В. Ширкова. – СПб.: Изд-во юрид.
кн. маг. Н.К. Мартынова, 1902. – С. 4.
79
Квачевский А.А. Об уголовном преследовании, дознании и предвари-
тельном исследовании преступлений по судебным уставам 1864 года. Теоретическое и практическое руководство. Ч. 1 / А.А. Квачевский. – СПб.: Тип.
Ф.С. Сущинского, 1866. – С. 181.
80
Фойницкий И.Я. Указ. соч. – Т. 2. – С. 21.
36 ГЛАВА 1. Общие положения о правовом статусе потерпевшего
ловному Суду потерпевшим не за всеми теми, которые в каком бы то
ни было отношении испытали на себе вред от причиненного преступления, а только за теми, в нарушении субъективных прав и интересов
которых выражается преступное посягательство на охраняемую уголовным законом правовую норму»81. Из смысла определения явно следует, что автор не признавал потерпевшими пострадавших опосредованно. Соглашался с ним и Л.Я. Таубер, рассматривая потерпевшего
как субъекта, которому принадлежит нарушенное преступным деянием
субъективное право82. Он считал, что существует бытовое и юридическое понятия потерпевшего. Для того, чтобы выявить потерпевшего
необходимо было, по его мнению, произвести следующую логическую
операцию: выяснить какие нормы были нарушены преступным деянием, затем разложить эти нормы на права и обязанности и определить,
кто является субъектом этих прав – это и есть потерпевший в юридическом смысле.
М.В. Духовской отмечал, что вред, причиненный лицу, мог быть
как материальным, так и моральным, поясняя при этом, что судебные
уставы проявляют слабую заботу о правах потерпевших, особенно пострадавших морально83.
С.И. Викторский утверждал, что потерпевшие, «завоевывая себе
права гражданского истца, и расширили понятие потерпевшего.
В настоящее время под это понятие подходят: во-первых, непосредственно пострадавшие материально; во-вторых, страдающие идеально,
репутацией, например – представители железно-дорожного общества
из-за взяток...; в-третьих, могущие еще только пострадать, например –
сосед выстроившего себе дом, грозящий падением; в-четвертых, законные представители непосредственно пострадавших, например – не
только ближайшие и нисходящие, но и восходящие родственники убитого или изнасилованной. При этом потерпевшим признается не только собственник, но и управляющий, пастух, хозяин помещения»84.
81
Случевский Вл. Указ. соч. – С. 196.
82
Таубер Л.Я. Жалоба потерпевшего при преступлениях неофициальных /
Таубер Л.Я. Харьков: Тип. и лит. – М. Зильберберг и с-вья, 1909. – С. 71.
83
Духовской М.В. Русский уголовный процесс / М.В. Духовской. – М.:
Изд-во для студентов. Унив. тип., 1902. – С. 198.
84
Викторский С.И. Русский уголовный процесс / С.И. Викторский. – М.:
Юрид. бюро Городец, 1997. – С. 236.
§ 2. Возникновение и развитие правового статуса потерпевшего 37
Потерпевший от преступления приравнивался УУС к органам, возбуждающим уголовное преследование (ст. 2 УУС)85. В роли потерпевших могли выступать не только физические, но и юридические лица. В
частности, Сенат признал потерпевшим общество русских драматических писателей, поскольку данное общество обязано было по уставу
охранять права литературной собственности на драматические произведения их членов (решение Сената 78/63)86.
Исходя из анализа статей УУС, регламентирующих процессуальный статус потерпевшего как участника процесса, можно сделать вывод, что объем прав потерпевших, зависел от того, в каком качестве
они выступали по конкретному уголовному делу: либо как частные
обвинители, либо как гражданские истцы.
В связи с этим С.И. Викторский писал о том, что «участие потерпевшего в процессе весьма значительно...»87. Непосредственно потерпевшему УУС предоставил весьма ограниченные процессуальные права, такие как право отвода судей или прокурора (ст. ст. 599, 609 УУС),
а также право приносить жалобы на определение окружного суда о
прекращении предварительного следствия (ст. 528-2 УУС).
Частный обвинитель, несомненно, был наделен более широким
комплексом прав, вероятно, поэтому И.Я. Фойницкий называл его
полным господином состязательного процесса88. Частный обвинитель
вправе был предъявлять или не предъявлять обвинение; он указывал
пределы судебного разбирательства (лишь то, что указано в жалобе);
мог прекратить обвинение, отказавшись от него явным или предполагаемым (неявка) способом; мог примириться с обвиняемым. При наличии нескольких потерпевших каждый из них пользовался самостоятельно правом обвинения и примирения, но наказание, понесенное по
жалобе одного из них, покрывало весь уголовный иск и не могло быть
назначено по жалобе других. Не подавшие жалобы потерпевшие могли
85
Российское законодательство X–XX вв.: В 9 т. – Т. 8 / под общ. ред.
О.И. Чистякова. – М.: изд-во Юридическая литература, 1991. – С. 120.
86
Случевский Вл. Учебник русского уголовного процесса. Судоустрой-
ство / Вл. Случевский. – СПб.: Тип. М.М. Стасюлевича, 1891. – С. 230.
87
Викторский С.И. Указ. соч. – С. 237.
88
Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства: Т. 2 / И.Я. Фой-
ницкий. – СПб.: Альфа, 1996. – С. 31.
38 ГЛАВА 1. Общие положения о правовом статусе потерпевшего
вступить в дело, начатое по жалобе других. Смерть обвинителя не признавалась основанием для прекращения уголовного преследования, все
права умершего переходили к наследникам, кроме права примирения.
Таким образом, УУС внес существенные изменения в российский
уголовный процесс, повлияв, тем самым, и на процессуальное положение участников, включая потерпевших. Несмотря на то, что законодательная техника УУС оставляла желать лучшего, тем не менее, законодатель достаточно подробно для своего времени, хотя и не совсем последовательно, регламентировал права лиц, пострадавших от преступлений. Потерпевший по УУС обладал достаточными правами для защиты своих законных интересов и прав и его роль была в процессе более существенна, по сравнению с настоящим, хотя бы по тому, что
частное начало было развито намного сильнее и вступление в процесс
потерпевшего не зависело от воли должностных лиц, он имел право на
получение копий со всех протоколов и постановлений, а также присутствовать при всех следственных действиях.
Несмотря на попытки «забыть», проигнорировать дореволюционный уголовный процесс, с первых дней Советской власти, в той или
иной степени, при осуществлении правосудия использовались основные принципы и формы уголовного процесса, введенные Судебной
реформой 1864 года.
В первом декрете СНК «О суде № 1», опубликованном 24 ноября
1917 года, говорилось,
что местные суды руководствуются «в своих
решениях и приговорах законами свергнутых правительств лишь постольку, поскольку таковые не отменены революцией и не противоречат революционной совести и революционному правосознанию…»
89
.
Уже в декрете «О суде № 2» от 22 февраля 1918 года было дано
развернутое изложение принципов процесса, а также отдельных процессуальных форм, которыми суд должен был руководствоваться в
своей деятельности.
Для правового положения потерпевшего, его возможности отстаивать свои интересы важное значение имеет состязательность. Хотя в
уголовном процессе и не отрицался
принцип состязательности, посколь-
ку на суде допускалось широкое участие обвинения и защиты, в том
89
История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и
организации суда и прокуратуры. Сб. документов. – М., 1955. – С. 32.
§ 2. Возникновение и развитие правового статуса потерпевшего 39
числе и из присутствующей на суде публики, сам этот принцип имел
уже несколько иное понимание, чем в дореволюционном уголовном
процессе. В качестве стороны в процессе, обладающей процессуальными правами для отстаивания своих интересов и для оспаривания требований противной стороны, выступали государственный обвинитель, обвиняемый и его защитник, а также гражданский
истец и потерпевший,
выступающий в качестве обвинителя по делу частного обвинения.
В первых законодательных актах, регулирующих уголовное судопроизводство в Советском государстве, потерпевший, в отличие от
УУС признавался фактически стороной в процессе лишь в двух случаях: когда им в связи с уголовным делом предъявлялись исковые требования и когда
он выступал в качестве обвинителя по делу частного об-
винения.
Следует отметить, что с принятием Декрета Совета народных комиссаров «О красном терроре» 5 сентября 1918 года потерпевший приобрел право обжаловать оправдательный приговор. Однако, в циркуляре Кассационного отдела ВЦИК, защищая положение конкретного
лица, пострадавшего от преступления, указывалось, что на «оправдательные
приговоры либо на приговоры, обжалуемые по мягкости их,
допускаются кассационные протесты всех неопороченных граждан, а
не только участвующих в деле, поскольку все граждане заинтересованы в охране завоеваний Революции...»
90
.
На последующее законодательство, регламентирующее порядок
уголовного судопроизводства, в том числе процессуальное положение
потерпевшего, в значительной степени сказались условия гражданской
войны и иностранной интервенции.
Так, по Положению «О революционных трибуналах» от 12 апреля
1919 года
91
трибуналу предоставлялись полномочия самому решать во-
прос о допущении или недопущении сторон к участию на суде, в связи с
чем, потерпевший, зачастую вообще лишался своих прав в судебном
заседании. Потерпевший не имел права на обжалование, поскольку приговоры этих судов вообще не могли быть обжалованы (ст. 17).
Вместе с тем, заслуживает
внимания то, что согласно Положению
«О полковых судах», введенному в действие Декретом СНК РСФСР от
90
Там же. – С. 62–63.
91
Там же. – С. 88.
40 ГЛАВА 1. Общие положения о правовом статусе потерпевшего
10 июля 1919 года92, потерпевшему лично или через поверенного при-
надлежало право обвинения по всем делам, независимо от участия
других лиц в обвинении (ст. 49). Участие потерпевшего в качестве обвинителя не исключало возможности его допроса в качестве свидетеля.
Потерпевшему было предоставлено право представлять доказательства, ранее не известные суду; заявлять ходатайства о дополнении рассмотрения дела отдельными действиями, не предусмотренными самим
судом, и возможность давать объяснения по каждому происходящему
на суде действию (ст. 70).
При открытии судебного заседания потерпевший имел право заявить суду требования о взыскании в его пользу с виновного вознаграждения за вред и убытки, причиненные ему преступным деянием.
Данное лицо признавалось гражданским
истцом по делу, наделялось
правами, предоставляемыми участвующим в деле сторонам, по всем
вопросам, касающимся его исковых претензий (ст. 95).
При изъявлении потерпевшим желания получить копию приговора,
она вручалась ему в течение трех суток после сделанного им заявления. Если же потерпевший, даже если им не предъявлялся иск о вознаграждении за
вред и убытки, отсутствовал в судебном заседании по
уважительной причине, то копия приговора в обязательном порядке
вручалась ему под расписку (ст. 114).
Любое лицо, потерпевшее от преступного деяния, имело право в
семидневный срок обжаловать приговор в кассационном порядке в совет полковых судей, до рассмотрения жалобы которым исполнение
приговора приостанавливалось (ст. ст
. 133 и 136). В тот же срок потерпевший имел право на подачу частной жалобы на различные действия
суда, в частности, на непринятие жалобы, медленность производства,
неправильное исполнение приговора и т. д. (ст. ст. 138 и 139).
Первый Уголовно-процессуальный кодекс был принят на третьей
сессии ВЦИК 25 мая 1922 года.
93
Этим УПК было установлено, что
дела частного обвинения возбуждались не иначе, как по жалобе потерпевшего. Было также предусмотрено право потерпевшего на примирение с обвиняемым, что влекло за собой прекращение дела, которое до-
92
Там же. 95.
93
Там же. – С. 188–221.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]