Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Прогулки по Мадриду. Монография
.pdf
пично барочные элементы, так называемые эсти-
пите – атектонические вытянутые пирамиды, поставленные на острый угол. Как и в искусстве плате-
реска, скульптурная резьба кажется наложенной на
каменную плоскость. Обилие декоративных форм
не нарушает, однако, единства целого.
От примыкавшего к госпиталю так называемо-
го парка архитектора Педро Риберы сохранились
только несколько деревьев и фонтан Слава работы
самого мастера, впрочем перенесенный сюда с пло-
щади Антон Мартин. Красивое барочное высокое
сооружение с извергающими воду четырьмя дельфи-
нами у основания и фигурой Славы в виде крылатой
женщины с трубой в руке на изящном постаменте
выполнено из гранита (обрамляющие части) и бело-
го камня (декоративные мотивы и скульптура).
Когда в испанском искусстве возобладали нео-
классицистические вкусы, творчество Педро де Риберы и его соратников вызвало резкое осуждение.
Госпиталь был превращен в Городскую библиотеку
и отреставрирован, но его великолепный портал
оказался обреченным на дальнейшее разрушение.
В 1926 году кроме Городской библиотеки здание
включило Городской музей, знакомящий с историей
Мадрида в многочисленных планах, рисунках, гра-
вюрах, картинах, макетах и документах. После дол-
гого периода реставрации портала, обновления и
расширения экспозиции Городской музей был от-
крыт в 1979 году.
И по сей день с жизнью Мадрида тесно сливается
другое творение Риберы – Толедский мост, постро-
131
132
енный в 1723–1724 годах. Неширокая и скромная
река Мансанарес нуждалась не столько в монументальном, сколько в нарядном и оригинальном оформлении. Солидное сооружение из гранита на девяти
опорных арках оживлено и как бы смягчено необыч-
ными декоративными элементами. Еще в древне-
римское время мосты украшались арками, нередко
воздвигнутыми в честь какого-либо торжественного
события. Педро де Рибера создал свой вариант – в
центре моста над парапетом высятся две сквозные
ниши, внутри которых стоят статуи святого Исидора
Пахаря и на противоположной стороне – его супру-
ги Марии Кабесы. Простой крестьянин, покровитель
Мадрида, был канонизирован в 1622 году и стал самым популярным святым у мадридского населения.
По замыслу зодчего, статуи, которые скульптор Хуан
Рон исполнил из серого песчаника, включенные в
пространство изящных ниш-павильонов, имеют как
бы второстепенное значение. Общее впечатление
создается силуэтом, формой, нарядными деталями
этих красивых декоративных сооружений.
Педро де Рибера и его современники создали
особый, на редкость привлекательный городской колорит, украсивший столицу чертами живописности,
изощренной фантазии, смелостью разнообразных
пластических решений. Однако небольшие здания
барокко затерялись в поздней застройке, многие из
них не сохранились до нашего времени в первона-
чальном виде. Уже к середине XVIII века националь-
ные вкусы были вытеснены господством француз-
ских и итальянских образцов. Значительную роль
в этом процесс после гибели Алькасара сыграло
строительство нового королевского дворца.
Пожар начался в рождественскую ночь 1734 года.
Хотя город не спал, огонь заметили слишком поздно.
По-видимому, пожар возник в одном из помещений
по небрежности служителей, отмечавших Рождество
в покоях, занимаемых художником Ж. Ранком. Объятый пламенем дворец горел, как факел, над ночным
Мадридом поднялось зловещее багровое зарево. Все
прилегающие к Алькасару улицы запрудили толпы
народа. Слишком короткие лестницы не достигали
верхних этажей, из разбитых окон которых пришлось выбрасывать картины, скульптуры, мебель,
гобелены, ковры и другие произведения искусства.
Погибло около трехсот замечательных полотен, в
том числе произведения Рубенса, Тинторетто, Ве-
ронезе, Веласкеса, Риберы.
Испанская столица оказалась словно обезглав-
ленной. В 1738 году началось сооружение нового
Королевского дворца, в котором участвовали итальянские зодчие Ф. Ювара, Дж. Б. Сакетти, Ф. Сабатини и
испанский архитектор Вентура Родригес. Строитель-
ство дворца длилось более двадцати пяти лет, охватив
правление трех Бурбонов – Филиппа V, его сыновей
Филиппа VI и Карла III. После пожара Алькасара ко-
ролевская семья переехала во дворец Буэн Ретиро.
Именно это обстоятельство воспрепятствовало его
перестройке по проекту Робера де Котта. Лишь дворцовые сады получили новое француз ское оформление. После завершения строительства Королевского
дворца в 1764 году в нем поселился Карл III.
133
134
Дворец был воздвигнут на том же месте, где сто-
ял Алькасар – на высоком левом берегу Мансанареса, и отделен от реки большим парком Кампо дель
Моро, Лагерь Мавра (это название восходит к началу
XII века, когда эмир али Бен Йусуф раскинул здесь
свой лагерь). Рельеф местности обусловил разную
высоту четырехфасадного здания, на юге и востоке
она достигает 33 м, на севере и западе значительно
превышена за счет субструкций, благодаря которым
преодолевается покатость почвы. Северный фасад с
системой лестниц обращен к так называемым садам
Сабатини, воссозданным по проекту этого итальянс-
кого мастера уже в наше время. Дворец величествен-
но возвышается на гребне холма, что снимает впечатление монотонности его плана в виде грандиоз-
ного квадрата со стороной в 140 м. Первоначальный
проект Ювары, призванный превзойти по размеру
и размаху дворец в Версале, после его смерти был
значительно изменен Сакетти, который сочетал в
постройке элементы французской и итальянской
дворцовой архитектуры и вместе с тем не окончательно отошел от традиционных принципов испанских алькасаров. Такого рода связь прослеживается в
композиции дворца, сгруппированного вокруг боль-
шого внутреннего двора, в квадратных выступах, заменивших угловые башни, во впечатлении замкнутости, неприступности, подчеркнутой массивности.
Однако Королевский дворец в Мадриде – типичное
порождение искусства абсолютистских государств
Европы того времени. Здание торжественно и па-
радно, отличается благородной строгостью, согла-
сованностью всех элементов композиции, высоким
качеством строительных работ, сдержанным великолепием декоративного убранства. Горизонтальная протяженность фасадов, подчеркнутая четкими
линиями карнизов, окон, плоской кровли, мерным
ритмом пилястр и колонн, не кажется однообразной. Дворец красив сочетанием серого гранита, из
которого он сложен, и светлого камня колонн, обрамлений окон, карнизов, балюстрад, декоративных
деталей. Главный южный фасад выходит на Пласа де
Армас, ограниченную арочными галереями. Отсю-
да открывается вид на долину Мансанареса, парки
Кампо дель Моро и Каса дель Кампо, на примыкаю-
щую с юга церковь Нуэстра Сеньора де Альмудена,
строительство которой растянулось на долгие годы;
с 1993 года – Кафедеральный собор Мадрида.
Осмотр дворца, даже беглый, требует немало вре-
мени и кажется бесконечным. Здание, словно огром-
ный организм, состоит из множества взаимосвязан-
ных частей: здесь и парадные, жилые, подсобные помещения, и роскошная, крытая куполом дворцовая
капелла, и прекрасная, хранящая старинные книги
и драгоценные манускрипты библиотека, которая
занимает двадцать четыре комнаты, и королевская
аптека; наконец, в одной из юго-восточных частей
расположен Музей оружия, так называемая Арме-
рия – богатейшее королевское собрание разнооб-
разного оружия – от изготовленного в Средние века
и в эпоху Возрождения в знаменитых мастерских
Европы до изделий XIX столетия. В оранжерее Кам-
по дель Моро находится Музей карет. Часть дворцо-
135
136
вых помещений северо-западного крыла в 1962 году
заняла коллекция картин испанских и других евро-
пейских мастеров.
Парадный вход по большой двухсторонней мраморной лестнице с лепниной из белого и позолоченного стука – творение Франческо Сабатини – и
росписью потолка «Триумф Религии и Церкви» работы Коррадо Джакуинто торжественно предваряет
череду сменяющих друг друга роскошных дворцо-
вых покоев. Их пышное убранство и насыщенность
произведениями искусства поистине неисчерпаемы. Цветной мрамор колонн, пилястр и облицо-
вок; обивка стен узорчатыми, затканными золотом
тканями; хрустальные люстры, зеркала, канделябры;
красочные мозаичные полы прихотливого рисунка,
дорогие ковры, мраморные и бронзовые статуи; картины в богатых рамах; мебель драгоценных пород
дерева; часы всех видов; фарфоровые вазы и статуэт-
ки, гобелены прославленных мастерских Фландрии,
Франции и Королевской мануфактуры Санта Барба-
ра – все это образует незабываемый, поражающий
воображение декоративный ансамбль. Исполненные
из стука, дерева, металла детали убранства – гирлян-
ды, гербы, консоли, медальоны, орнаменты из цветов
и листьев, обрамления окон и дверей, узорчатые на-
кладки на мебели – покрыты позолотой.
Образ золота входит в искусство стран Пиренейского полуострова, по-разному проявляясь в разные
эпохи, и составляет одно из самых выразительных
слагаемых его декоративной системы. В Испании
значение этого образа возрастает с открытием Аме-
рики, когда золото приобретает черты художествен-
но-изысканного символа эпохи, своего рода миража,
ослепившего воображение современников. В пространстве храмов, в сиянии огромных резных алта-
рей мерцание золота словно отражает отблеск небес-
ного света, во дворцах королей и знатных грандов
приобретает оттенок престижности и подчеркнутой
роскоши. В XVIII веке обильное применение позолоты во многом теряет содержательную выразитель-
ность, вливаясь в русло европейской моды.
В убранстве Мадридского дворца особое внима-
ние уделено росписям потолков. Неяркие по цвету,
они создают иллюзию пространственной глубины,
усиливают впечатление высоты дворцовых поме-
щений. Сложные многофигурные композиции аллегорического и мифологического содержания в
той или иной степени связаны с прославлением ис-
панской монархии. К их исполнению привлекались
итальянские живописцы Коррадо Джакуинто и Джа-
комо Амигони, немецкий художник Антон Рафаэль
Менгс, который поселился в Мадриде в 1761 году,
возглавил Академию Сан Фернандо и основал при
ней музей с собранием картин европейских мастеров. Поклонник античности и строгих норм нео-
классицизма, Менгс оказал большое влияние на
испанскую живопись второй половины XVIII века.
Его ученик арагонец Франсиско Байеу принимал
участие в дворцовых росписях.
Значительным событием в художественной жизни Мадрида стало приглашение в 1762 году ко двору
великого венецианского мастера монументально-де-
137
138
коративной живописи Джанбатисты Тьеполо. Блестящая, более полувековая творческая деятельность
Тьеполо завершилась в Испании, где он скончался
в 1770 году. Для Королевского дворца Тьеполо создал три плафона и для церкви Сан Паскуале в Аранхуэсе – семь алтарных картин (1769).
К числу живописных шедевров мастера при-
надлежит фреска «Слава Испании и ее областей»
(1964), которая украшает самые торжественные
покои дворца, так называемый Зал Трона. Стены
прямоугольного и невысокого зала затянуты полотнищами алого бархата с золотыми бордюрами.
Вдоль стен – двенадцать высоких зеркал в узорчатых
золотых рамах с мраморными столами-консолями.
Свет огромных низко висящих хрустальных люстр
как бы подхвачен и размножен огнями многосвеч-
ных канделябров и отражениями зеркал. Королевс-
кий трон под пышным балдахином, расположенный
справа от входа, окружен скульптурой. Это статуи
Правосудия и Благоразумия и четыре льва из позолоченной бронзы итальянской работы XVII века,
перенесенные из Алькасара. У дверей и в простенках
также стоят статуи, отлитые из бронзы в Риме по
классическим образцам. Слева ряд больших окон составляет центральную часть южного фасада дворца
и выходит на площадь Армерии.
При украшении плафона Тьеполо применил свой
излюбленный прием: в росписи господствует изображение бездонного, озаренного светом небесного
пространства, фигуры олимпийских богов и олицетворения испанских провинций, как бы отодвинутые
на края плафона, представлены в сложных ракурсах
свободно парящими в воздухе. Чарующа типичная
для Тьеполо сияющая гамма светлых изысканных
красок, сочетающих оттенки розового, голубого,
лимонно-желтого, серебристо-серого, изумруднозеленого, фиолетового. По словам современника,
когда фрески Тьеполо были открыты во дворце, «все
с удовольствием пришли приветствовать это великое
произведение, восхищаясь… поэтическим гением и
изобретательностью художника». И поныне искусст-
во замечательного мастера – воплощение радости и
красоты – производит незабываемое впечатление.
Безупречным вкусом отличается декоративное
решение дворцовых комнат, которые принадлежали Карлу III. Они называются Салета (маленький
зал), Антекамара (вестибюль), Салон Гаспарини (по
имени итальянского художника-декоратора Матеаса
Гаспарини). Два первых зала, более традиционные,
увенчаны плафонами Менгса, третий – действитель-
но, на редкость нарядный «салон» – пленительное
создание искусства рококо с его хрупкими, легкими
красочными лепными украшениями, покрывающими светлый потолок узором переплетенных ветвей,
листьев и плодов. Сам характер рисунка, фигурки
на углах обнаруживают модное для того времени
подражание китайскому искусству. В стиле рококо
решен и расположенный рядом причудливый маленький Фарфоровый зал, стены которого увешаны
по вертикали фарфоровыми вазочками, масками,
медальонами – изделиями Королевской мануфактуры Буэн Ретиро.
139
140
С правлением Карла III (1759–1788) связан сравнительно долгий период практического осуществления в стране доктрины просвещенного абсолю-
тизма.
На портретах придворных живописцев А. Менгса,
М. Маэльи, Ф. Гойи король, худощавый, сутулый, с уз-
ким лицом и живыми глазами, предстает человеком
достойным, сдержанным, наделенным, по-видимому,
ироническим складом ума. Он славился набожно-
стью, страстью к ежедневной охоте, его уклад жизни
во дворце был по-домашнему патриархален, педан-
тичен, подчинен монотонному ритуалу.
Известный испанский художник Луис Парет-и-
Алькасар, который сформировался под французским влиянием, писал пейзажи и небольшие изящ-
ные картины с изображением придворного быта.
На одной из них он запечатлел «Завтрак Карла III» в
высоком, залитом светом нарядном дворцовом зале.
Король одиноко восседает за просторным столом,
близ которого почтительно стоит группа придвор-
ных; при королевской трапезе, присутствуют его
любимые охотничьи собаки.
Карл III был первым и единственным монархомреформатором на испанском престоле. Сводный
брат Филиппа VI, он управлял Неаполитанским ко-
ролевством под именем Карла VII. Уже с юности он
обратился к французской просветительской философии. После смерти бездетного Филиппа VI Карл III
наследовал испанский престол. Новый монарх стре-
мился поднять Испанию до уровня передовых госу-
дарств Европы. Его историческая заслуга состояла
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]