Применение Конституции Российской Федерации судами общей юрисдикции актуальные вопросы теории и практики. Монография

ми должностными лицами РФ. Он определил, что Президент РФ и Правительство РФ, придя к выводу о невозможности исполнить вынесенное по жалобе против России постановление ЕСПЧ вслед­ствие того, что в части, обязывающей Российскую Федерацию к принятию мер индивидуального и общего характера, оно основа­но на положениях Конвенции о защите прав человека и основных свобод в истолковании, приводящем к их расхождению с Конститу­цией РФ, правомочны обратиться в Конституционный Суд РФ с запросом о толковании соответствующих положений Конститу­ции РФ в целях устранения неопределенности в их понимании с учетом выявившегося противоречия и международных обяза­тельств России применительно к возможности исполнения поста­новления ЕСПЧ и принятия мер индивидуального и общего ха­рактера, направленных на обеспечение выполнения Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Этим, — подчеркнул Конституционный Суд РФ, — не исключается правомочие феде­рального законодателя — исходя из требований Конституции РФ и с учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ, преду­смотреть не противоречащий его юридической природе и пред­назначению как высшего судебного органа конституционного контроля специальный правовой механизм разрешения им вопроса о возможности или невозможности с точки зрения принципов верхо­венства и высшей юридической силы Конституции РФ исполнить вынесенное по жалобе против России постановление ЕСПЧ, в том числе в части мер общего характера.

шения Конституции РФ. Если Конституционный Суд РФ придет к выводу о несовместимости с Конституцией РФ вынесенного ЕСПЧ решения, оно не подлежит исполнению. Федеральный зако­нодатель при этом вправе создать для Конституционного Суда РФ специальный правовой механизм обеспечения верховенства Кон­ституции при исполнении постановлений ЕСПЧ.

мого применения норм Конституции РФ судами общей юрисдик­ции для отмены правовых актов и защиты конституционных прав и свобод граждан и др.

ное применение судьями судов общей юрисдикции решений Кон­ституционного Суда РФ; отсутствие убежденности у судей в необхо­димости исполнения акта Конституционного Суда РФ посредством пересмотра судебного решения. Объективные причины выражают­ся в том, что не все решения Конституционного Суда РФ доходят до сведения судов общей юрисдикции либо получение информа­ции судьями судов общей юрисдикции о принятом решении но­сит несвоевременный характер.

2) принятие решений конституционных (уставных) судов субъ­ектов РФ с учетом ясного понимания различий в подведомствен­ности с судами общей юрисдикции.

Активная позиция конституционных (уставных) судов субъек­тов РФ по отстаиванию положений конституций, уставов субъек­тов РФ, касающихся защиты прав и свобод человека, выявила, одна­ко, случаи пересечения подведомственности споров. Эта проблема проявила себя, прежде всего, в сфере осуществлении защиты соци­альных прав. В судебной практике обнаружились случаи, когда по одним и тем же спорам стали приниматься одновременно реше­ния судов общей юрисдикции и конституционных (уставных) судов субъектов РФ. При этом их позиции по принципиальным вопро­сам оказывались диаметрально противоположными.

Ранее заявители обращались к мировым судьям по месту жи­тельства с исковыми требованиями к обслуживающим жилищным организациям о возврате переплаченных ими сумм за жилье и элек­троэнергию. Однако во взысканиях им было отказано со ссылкой на то, что ныне действующее законодательство не предусматривает полного освобождения от оплаты жилья и электроэнергии пенси­онеров из числа педагогов, проживающих в сельской местности. В то же время еще ранее Постановлением Конституционного суда Республики Коми от 24 января 2006 г. по жалобе гражданина В. С. Елизарова было признано неконституционным Постановле­ние Правительства Республики Коми от 18 октября 2004 г. в части ликвидации оспариваемых мер социальной поддержки пенсио­неров из числа бывших педагогов, как противоречащее ст. 11, ч. 1 ст. 40 и ст. 65 Конституции Республики Коми. Принимая такое ре­шение, Суд исходил из объявленного в преамбуле и в ч. 2 ст. 153 Федерального закона от 22 августа 2004 г. № 122-ФЗ принципа недопустимости снижения достигнутого уровня социальной защи­ты граждан в системной связи с формально не отмененными обяза­тельствами РФ в отношении данной категории граждан.

этому явилась правоприменительная позиция Верховного Суда РФ, выраженная в ряде определений по конкретным делам (Определе­ния от 28 декабря 2005 г. № 29-Г05–13, от 19 апреля 2006 г. № 56– Г06–10). Согласно этой позиции, отсутствие в ст. 55 Закона РФ «Об образовании» в перечне лиц, полностью освобожденных от оплаты жилья и электроэнергии, пенсионеров из числа педагогов, прорабо­тавших в селах или рабочих поселках не менее 10 лет и проживаю­щих там, исключает применение к ним указанной меры социальной поддержки. По мнению Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, подтвержденному в определении от 28 дека­бря 2005 г. № 29–Г05–13, установление мер социальной поддер­жки учителям-пенсионерам является правом, а не обязанностью субъекта РФ. Заявителям, обращавшимся в суды, в том числе и со ссылкой на Постановление Конституционного Суда Респуб­лики Коми от 24 января 2006 г., было отказано на основании приве­денной выше позиции Верховного Суда РФ.