Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Переходный период цели изучения, теория и практика
.pdf
вать «перекрестные» взаимодействия авторов и экспертов
на больших слушаниях или конференциях [Yanitsky, 1984].
К сожалению, заказной характер экспертизы сегодня стал
уже частью производственной и научной работы.
При оценке индивидуальных исследований или проектных разработок фонды и другие их спонсоры обычно
избегают прямых контактов разработчиков с экспертами,
хотя именно такие контакты и дискуссии наиболее плодотворны для развития самой науки и для продвижения
результатов исследований в практику. Я не раз убеждался,
что эксперты, участвовавшие в оценке заявок на проекты,
были далеко не на высоте. Поэтому такие контакты важны
для самого института экспертизы, позволяя сохранять высокий профессиональный уровень.
4.4. О методах экспертизы. Экспертиза
в переходный период
Они – широко известны, но в переходный период малоприменимы, так как всегда преследуют конечные цели:
оценку конкретного проекта или решения. А в переходный
период нужно знать много больше: исходную ситуацию в
стране и мире, какие ресурсы доступны и необходимы для
реализации проекта или административного решения, какие институции и общественные силы будут вовлечены в
переходный процесс, риски и опасности этого процесса и
прогноз ожидаемых результатов. И, конечно, необходимо
владеть хотя бы общими представлениями о существующих и будущих метаболических процессах.
Сегодня вслед за исследователями некоторые эксперты стремятся обойти «острые» вопросы нашей реальности и потому прибегают к методу дискурс-анализа. С моей
точки зрения, этот метод ничего не дает, кроме возможности манипулировать общественным сознанием через
масс-медиа. Кроме того, этот метод основан и строится на
71
изучении процесса обмена мнениями о настоящем и будущем создаваемого продукта, а не на исследовании связей
между продуктом и потребителем, продуктом и природной
и социальной средой, причем на изучении тех связей, которые отображают текущие и будущие метаболические
процессы.
Экспертиза должна строиться на том, насколько в конкретном проекте, концепции или решении отображены все
сложности переходного периода, который может иметь нелинейный и даже «возвратный» характер. То есть в конечном счете требовать, чтобы на стол к экспертам поступали
не отдельные предложения, а системные модели проектируемого объекта или будущего решения, основанные на
прямых и обратных связях между ними и их средой обитания, как исходной, так и будущей. Во всех случаях эксперт
должен требовать от заказчика или проектанта, чтобы им
был представлен весь путь от реализации их проекта или
решения и до оценки ее прямых и косвенных природных и
социальных последствий.
Коль скоро в это время социальные институты будут
перестраиваться, логично предположить, что структурнофункциональная организация института экспертизы тоже
должна измениться. Но так ли это на самом деле?
Как и всякий социальный организм, институт экспертизы будет сопротивляться любым переменам, если они
не принесут ему новые дивиденды, а будут только раскачивать его принципы организации. Независимыми экспертами уже неоднократно высказывалась мысль, что некий
«срединный» слой нашего общества будет и уже сопротивляется переменам более всего. Но ведь именно этот
«слой» и есть его институциональная структура, которая
реально и повседневно управляет обществом. Именно этот
«срединный» слой является реальным инициатором и исполнителем перемен, если они ему выгодны, и именно он
будет тормозить любые новации, если они будут угрожать
72
его экономическому положению, обладанию властью и социальному престижу. То есть этот «слой» может затормозить назревшие перемены, в том числе и процесс перехода
«на цифру». Конечно, информационная или логистическая
сеть будет существовать всегда, гаджеты будут продаваться, но как эти все инструменты будут трансформироваться
и использоваться? – вот главный вопрос.
Нужно ли этому «слою» сближение науки и гражданского общества? Сомневаюсь, потому что если это произойдет, кто же тогда будет распоряжаться и руководить?
А главное, институт экспертизы потеряет свои властные
полномочия. И откуда можно взять столько честных, инициативных и образованных молодых людей, обладающих
опытом гражданского участия? Сегодня вся политическая
практика «заряжена» на главную, по мнению лидеров этого слоя, цель: сохранить стабильность, устойчивость нашего общества в процессе перехода от НТР-3 к НТР-4.
И вот здесь возникает трудный теоретический и практический вопрос: как именно сохранять устойчивость в
процессе множества перемен, главные из которых будут
носить качественный характер. Не просто модернизиро-
вать, то есть где-то подправить или улучшить существующую социально-экономическую «машину», а перевести ее
целиком на рельсы информационного производства с соответствующей институциональной структурой.
Отличительной чертой предстоящего перехода будет
постепенная «информатизация» общества, вплоть до охвата ею всех сторон общественного производства и социальной жизни. Этот кардинальный сдвиг означает, что
изменится вся метаболическая система нашего общества. Однако у нашего научного сообщества нет пока
необходимого теоретического инструментария для адекватного отображения предстоящих перемен в метаболических процессах. Соответственно, нет и адекватного
инструментария для проведения экспертизы.
73
Простой пример. Еще недавно наша пища на 99% состояла из натуральных ингредиентов, и человеческий организм вполне адаптировался к такому «натуральному»
метаболизму потребляемой нами воды, воздуха, продуктов
питания и др.
Сегодня же идет интенсивный процесс «химизации»
всех структур и процессов нашей жизни, причем воздействие все новых синтетических веществ на организм человека не только детально изучить, но даже просто отследить
их миграцию и трансформацию в разных средах часто не
представляется возможным. То есть уже идущие перемены в очередной раз обгоняют развитие аналитического
инструментария.
Выше речь шла о биохимическом метаболизме. Но как
быть с социальным метаболизмом, который также постоянно эволюционирует в СБТ-среде обитания? До сих пор
экспертные оценки концентрировались в первую очередь
на технико-экономических параметрах предлагаемых
решений или проектов. Их социальные последствия изучались главным образом с точки зрения безопасности для
жизни и здоровья тех, кто занят на производстве и городского населения в целом. А как экспертам изучать и оценивать социальный метаболизм?
В течение последних 20 лет характер социального воспроизводства и социальных отношений в обществе постоянно менялся. Эти перемены у всех на слуху и поэтому нет
необходимости их перечислять. Вопрос заключается в качественных переменах социальной коммуникации. Назову
только некоторые из них. Это – жизнь человека в двух пространствах, материальном и виртуальном; это все большая
зависимость нашего образа жизни от глобальных процессов, рисков и угроз; и это изменение среды нашего повседневного обитания, которая одновременно все быстрее
сжимается и трансформируется. Поэтому, видимо, в недалеком будущем естественным и социальным наукам при-
74
дется пересматривать существующие концепции взаимной
адаптации человека и среды его обитания и соответственно – методы экспертизы.
До сих пор речь шла о некоторой «норме» переходного
процесса, под которой я понимаю возможность человека
адекватно воспринимать происходящие перемены и успевать приспосабливаться к ним. Но уже сейчас очевидно,
что вся мировая система находится в периоде некоторого
транзита, включая постепенное исчерпание потенциала
современной глобализации и потому намечающийся «возврат» к национально-ориентированному развитию. Это и
ускорение происходящих перемен. Современный «транзит» глобального сообщества не обозначает ни его точек начала и конца, ни способов его перехода из одного
состояния в другое. Здесь я согласен с Э. Гидденсом,
утверждавшим, что многие неопределенности, с которыми человечество сталкивается сегодня, порождены ростом человеческого знания [Beck et al., 1994: 185]. Но
главный вопрос все равно остается: как оценивать социальную реальность, существующую или конструируемую? И, наконец, нельзя сбрасывать со счетов растущую
международную напряженность. В условиях роста неопределенности и всеобщего ускорения существующие
методы проведения экспертиз уже не годятся. Экспертиза
как социальный институт, оценивающий идеи, проекты и
социальные практики ближайшего будущего, должна развиваться с опережением по отношению к темпо-ритмам
происходящих перемен.
Чтобы строить модели переходного периода и на их
основе исследовать варианты тактики и стратегии регулирования общественной жизни, нам необходимо знать: из
какой социально-экономической и политической ситуации
стартует наше общество и каких именно целей мы хотим
достичь? Какие для этого нужны условия и ресурсы? К сожалению, ни той, ни другой, ни третьей информацией мы
75
не обладаем. Непрекращающиеся споры отечественных
и зарубежных экономистов по поводу годового прироста ВВП, роли санкций, уровня коррупции и т. д. свидетельствуют, что сегодня у нас нет согласия относительно
исходной точки отсчета. Та же неопределенность и в ситуации с целями и инструментами переходного периода.
А социальная прогностика как важнейшая отрасль социального знания вообще забыта.
Серия президентских указов ни сегодня, ни тем более
в ближайшем будущем не может быть полностью реализована. Это является результатом возникновения рисков и
неопределенностей на внутреннем и внешнем контурах.
Посредством разработки двух-трех возможных сценариев
развития нашего общества, задачи такого уровня сложности вообще не решаются.
Для решения перспективных задач, касающихся динамики сложных социально-экономических систем и сопряженных с ними рисков и опасностей, необходимой
информационной и ресурсной базы пока нет, а указы как
конечные планы, исходящие из наличной ситуации, не
слишком годятся. Что касается комплексного и много-
векторного целеполагания, то такая задача общественными науками не ставилась в течение двух последних
десятилетий.
В итоге сказанное означает, что существующего сегодня инструментария экспертизы и, в особенности, помноженного на фактор времени, точнее, ускорения и сжатия
идущих перемен, не хватает. Это касается не только идей
и проектов, подлежащих экспертной оценке, но также сроков и методов проведения самой экспертизы.
76
Глава 5
Метаболические процессы – основа
экосистемности
5.1. Общие положения
Метаболические процессы – неотъемлемый элемент
всех фаз процессов производства и социального воспроизводства: добычи ресурсов и производства материальных и
духовных благ, потребления и производства отходов. Эти
три вида деятельности любого общественного организма
не укладываются в схему биологического кругооборота:
«продуценты – консументы – редуценты». Человеческое
общество производит также отходы, причем во все возрастающих масштабах, которые или не «редуцируются»
вообще или требуют для такой «редукции» значительных
расходов вещества и энергии.
С точки зрения теории социальных систем метаболические процессы суть множественные обменные
процессы самого разного характера, которые делают некоторое множество или совокупность пассивных или
активных агентов системой. Причем в условиях существования и развития сложных, то есть СБТ-систем, эти
процессы взаимодействия могут исходить как от агентов
относительно однородной структуры, так и от сложных социально-сконструированных субъектов действия. Соответственно, результат некоторого взаимодействия может быть
самым разным: от взаимного поддержания жизнеспособности и развития действующих агентов, одностороннего
влияния одного на другой и до их взаимного самоуничтожения (аннигиляции).
Актуальность изучения социальных, биологических и
других механизмов метаболизма в СБТ-системах объясняется многими обстоятельствами. Прежде всего, быстрым
накоплением и рассеиванием в биосфере и обществе не-
77
разложившихся отходов, недостаточной эмпирической
изученностью процессов и результатов их взаимодействия на макро-, мезо- и микро-уровнях. Если метаболизм
внутри живых существ изучен уже достаточно детально, то метаболические процессы в земной и космической
СБТ-сферах исследованы значительно меньше и анализировать их гораздо сложнее, как теоретически, так и практически. В частности – по причине отсутствия необходимого
аналитического инструментария (стационарных и мобильных систем дистанционного наблюдения и зондирования,
спутниковых систем, дронов и т. д.).
В соответствии с изложенной выше типологией рассматриваемых систем (их функционирования в нормальном, мобилизационном и критическом режимах)
предлагается типологически различать нормальный, мобилизационный и критический архетипы метаболизма,
как «внутри» некоторой сложной системы, так и в плане ее множественных взаимодействий с внешней средой.
Здесь и далее необходимо помнить, что все эти различения и типологии относятся к системам с разной степенью
устойчивости (стабильности), и поэтому не могут считаться «окончательными». Иными словами, при изучении их
метаболических процессов и трансформаций необходимо
каждый раз делать поправку на их изменения в будущем.
Именно при изучении метаболических процессов ясно
видно, как «устойчивость» некоторого социального или
природного организма обеспечивается посредством изменений двоякого типа, взаимодействий с внешней средой и
внутренними переменами.
5.2. Существующие тренды и подходы
В отличие от позиций В. С. Соловьева, В. И. Вернадского, Д. И. Менделеева и других российских ученых,
искавших пути перехода биосферы в ноосферу на осно-
78
ве взаимодействия естественных и общественных наук,
авторы концепции «управляемой эволюции» [Яблоков и
др., 2015, 2018] стремятся свести описание и динамику
сложившейся глобальной СБТ-системы к чисто биологическому подходу, через триаду глобального круговорота
веществ в природе («продуценты – консументы – редуценты»). Этот подход, на мой взгляд, есть не что иное, как
форма биологического гегемонизма (биотехнократизма).
Напомню, что идея «управляемой эволюции» была выдвинута акад. Н. И. Вавиловым в 1926 г.
Постараюсь обосновать эту критическую оценку. Вопервых, динамика биосферы рассматривается ее авторами
как природный, то есть как физико-химико-биологический
процесс. Несомненно, в основе многих социальных процессов лежат именно такие многосторонние процессы.
Но сводить сущность всякого сложного процесса к биохимическому или биофизическому метаболизму ошибочно.
О трудности «редуцирования» отходов производства и потребления в этой концепции нет ни слова. Тем не менее
область и влияние социально-экологического метаболизма
на человека и человечество с каждым годом возрастает.
Во-вторых, деятельность человека рассматривается
только как нарушающая «естественные» природные закономерности. Здесь у Яблокова и его соавторов двойственная позиция. С одной стороны, они рассматривают
эволюцию человека как движение к высшим формам самопознания материи. С другой стороны, они фактически
придерживаются точки зрения, согласно которой человек
вышел за пределы, обозначенные ему эволюцией природы, и поэтому стал ее разрушителем и существом,
угрожающим как ей самой, так и своему собственному
существованию.
В-третьих, утверждается, что появление человека на
планете кардинально изменило круговорот вещества, потоки энергии и информации в биосфере. Поэтому человек
79
и человечество в целом трактуется как существо, недостаточно осознавшее сущность негативных последствий, происходящих под его влиянием процессов в биосфере.
В-четвертых, имплицитно предполагается, что человек
и человечество суть чуждые биосфере сущности! Иными
словами, есть некоторое органически развивающееся целое, именуемое биосферой, и есть некоторый чуждый ей
«нарушитель», то есть люди и созданные ими производства, инфраструктурные объекты, города и т. д.
В-пятых, человеческий разум рассматривается этими
авторами «как усилитель возможностей его тела». Если
это так, то мы имеем дело именно с чисто технологической
трактовкой социальной эволюции. Тем не менее частично
авторы правы, так как сегодня новейшие технологии дают
возможность необразованному человеку использовать
сложнейшие технологии как оружие и тем самым изменять
природную и социальную среду своего обитания.
В-шестых, если посмотреть на проблему «человек –
среда его обитания» шире, то оказывается, что названные
авторы трактуют глобальную динамику как форму внутрипопуляционной конкуренции. Может быть, для биолога такая интерпретация и возможна, но стоит ли весь
теоретико-методологический аппарат общественных наук
«редуцировать» к чисто биологическим закономерностям –
вопрос, по меньшей мере, спорный!
В-седьмых, по меньшей мере проблематично трактовать
систему «человек – среда его обитания» опять же только в биологических терминах: продуценты, консументы,
редуценты. Современный человек рассматривается как существо, вырвавшееся из рамок биологических закономерностей, что справедливо – на то он и человек разумный.
В-восьмых, сам процесс глобализации рассматривается
и трактуется чисто в биологических терминах, а человеческая деятельность рассматривается как ее разрушитель и
разрушитель себя самого. При таком подходе мы никогда
не найдем выхода из сложившейся кризисной ситуации.
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]