Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Незаконное предпринимательство уголовная ответственность и предупреждение. Учебное пособие
.pdf
51
подвергнуто наказанию в виде административного штрафа)75. Указанные показатели свидетельствуют о значительном распространении предприниматель-
ской деятельности без регистрации.
Также предусмотрена в КоАП РФ административная ответственность и за
иные, запрещенные ч. 1 ст. 171 УК РФ действия или бездействия, положения
которых также необходимо учитывать при формировании уголовно-правового
запрета посредством норм с административной преюдицией. Это ст. 14.60 КоАП РФ, предусматривающая ответственность за нарушение юридическим ли-
цом, индивидуальным предпринимателем требований законодательства РФ об
аккредитации в национальной системе аккредитации, а за отсутствие аккредитации в сфере технического осмотра транспортных средств — ч. 6 ст. 14.4.1
КоАП РФ «Нарушение требований законодательства в области технического
осмотра транспортных средств».
В целом мы согласны с позицией Н. М. Урды, которая указала, что «ис-
пользование административной преюдиции при конструировании отдельных
норм экономической направленности, в частности незаконного предпринима-
тельства, позволило бы решить многие проблемы правоприменительной дея-
тельности и обеспечить более эффективное воздействие на отклоняющееся поведение субъектов предпринимательской деятельности»
76
.
Примечательно, что вышеприведенный автор выработал собственный
способ внедрения административной преюдиции в состав незаконного пред-
принимательства, суть которого заключается в исключении из диспозиции
ст. 171 УК РФ указания на негативные последствия — крупный доход, крупный
ущерб, и установлении одного признака наказуемости за незаконное предпри-
нимательство — административная преюдиция. При этом административная
преюдиция, по мнению Н. М. Урды, для целей ст. 171 УК РФ понимается как
наличие у лица административного взыскания за занятие предпринимательской
деятельностью в крупном размере (при использовании оборотных средств, превышающих 1 млн руб.) без регистрации или без лицензии.
Однако мы позволим себе не согласиться с подобным подходом, так как
из вышеприведенной методологии применения административной преюдиции
следует, что для привлечения лица к уголовной ответственности первоначально
необходимо привлечь указанное лицо к административной ответственности, где
в рамках административного расследования доказать наличие оборотных
средств в размере миллиона рублей, используемых в предпринимательской де-
75
Судебная статистика РФ. URL: http://stat.апи-пресс.рф/stats/adm/t/31/s/1 (дата обращения: 21.09.2021).
76
Урда М. Н. Проблемы применения нормы, устанавливающей ответственность за незаконное пред-
принимательство : дис. … канд. юрид. наук. М., 2010. С. 92.
52
ятельности без регистрации или лицензии. Соответственно, для привлечения
к уголовной ответственности лицо должно использовать оборотные средства
для ведения противоправной деятельности в размере двух миллионов рублей
(один миллион — для привлечения к административной ответственности, и еще
1 млн руб. в течение года с момента привлечения к административной ответственности до момента истечения срока привлечения — для привлечения к уго-
ловной ответственности), наличие указанных оборотов должно доказывать
следствие. Учитывая, что доказательство наличия оборотов в размере
1 млн руб. является достаточно трудоемким и длительным процессом, при
наличии административного штрафа незаконный предприниматель будет дей-
ствовать более осторожно, а также тот факт, что после административного
взыскания у следствия будет всего год для повторного установления в действиях лица состава незаконного предпринимательства, полагаем, подобный метод
административной преюдиции не будет эффективным.
Основными минусами разработанного Н. М. Урдой подхода, на наш
взгляд, являются преуменьшение общественной опасности незаконного предпринимательства и отсутствие критериев, позволяющих признать деяние преступлением в случае привлечения лица к административной ответственности за
совершение аналогичных деликтов, запрещенных КоАП РФ.
Другими словами, используя разработанный автором подход, неважно
какой доход получило лицо от занятия предпринимательской деятельностью
без регистрации или лицензии или какие обороты использовало для осуществления указанной деятельности — один миллион рублей или сто миллионов
рублей, и, соответственно, какой ущерб в рамках данной деятельности был
нанесен экономике, первоначальное привлечение к ответственности будет происходить по соответствующей статье КоАП РФ, и лишь после этого, в случае
если за год следствие снова выявит в действиях лица состав незаконного пред-
принимательства и докажет сумму дохода или размеры оборота, превышающие
один миллион рублей, лицо можно привлечь к уголовной ответственности. По
нашему мнению, подобная административная преюдиция приведет к невозможности применения правоприменителями состава ст. 171 УК РФ в своей дея-
тельности и, соответственно, к невостребованности данного состава как такового.
В то же время мы полагаем разумным не отказываться в диспозиции
ст. 171 УК РФ от возможности привлечения к уголовной ответственности,
в случае получения лицом при осуществлении незаконного предприниматель-
ства дохода в крупном размере указанный критерий является определенным
условным барьером, после преодоления которого деяние должно признаваться
53
преступлением независимо от того, привлекалось ли ранее лицо к администра-
тивной ответственности за совершение аналогичного правонарушения или нет.
Административную преюдицию, по нашему мнению, необходимо внедрять как
дополнительный критерий для возможности привлечения к уголовной ответ-
ственности за незаконное предпринимательство. Административная преюдиция
должна выявлять лиц, сознательно уклоняющихся от контроля государства,
и свидетельствовать о злостном и длительном неисполнении лицом установленных государством обязанностей. Считаем, что о подобном характере деяния
может свидетельствовать неоднократное привлечение к административной от-
ветственности независимо от суммы полученного и доказанного дохода или
использованных в указанной деятельности оборотов, не превышающих круп-
ный размер.
Необходимо отметить, что ряд авторов критически относятся к институту
административной преюдиции. Так, Б. В. Волженкин считал, что «при повтор-
ности совершения опасность административного правонарушения не возрастает, и в преступление оно превратиться не может, а основанием уголовной ответственности в таком случае, по существу, становится опасность личности,
а не деяния; при подобной конструкции состава получается, что за первое пра-
вонарушение субъект фактически несет ответственность дважды»
77
. Действи-
тельно, при решении вопроса о криминализации незаконного предпринимательства, в настоящее время законодатель опирается на объективные критерии,
свидетельствующие об общественной опасности деяния (последствия, способ
совершения и т.п.).
Однако административная преюдиция как основание криминализации незаконного предпринимательства использовалась в ч. 1 ст. 162.4 УК РСФСР
1960 г., введенной в 1993 г., т.е. уже в период свободной, рыночной экономики
и просуществовал до принятия действующего УК РФ 1996 г. Причем отмена
данного основания была связана не столько с его неэффективностью, сколько
с общей тенденцией того времени — отказаться от административной приюдиции в уголовном законодательстве в принципе (данная позиция представлена
выше мнением профессора Б. В. Волженкина). Но начиная с 2014 г. такой зако-
нодательный подход стал вновь активно применяться в законодательной прак-
тике, а в 2017 г. Конституционным Судом РФ была подтверждена его консти-
туционность на примере ст. 212.1 УК РФ
78
.
77
Волженкин Б. В. Избранные труды по уголовному праву и криминологии (1963–2007 гг.). СПб., 2008.
С. 438.
78
Постановление Конституционного Суда РФ от 10.02.2017 г. № 2-П «По делу о проверке конституци-
онности положений статьи 212.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина
И.И. Дадина» // СЗ РФ. 2017. № 9. Ст. 1422.
54
Поэтому на мнение ученых, высказанное до принятия решения Конституционного Суда по рассматриваемому вопросу, ориентироваться нецелесообразно. Привлечение же незаконного предпринимателя к административной ответственности свидетельствует о планомерном (с прямым умыслом) совершении
деяний, запрещенных вышеназванными статьями административного законодательства, и подтверждает факт уклонения лица от исполнения обязанностей,
установленных государством.
При этом следует осознавать, что привлечение к ответственности происходит не за одно и то же деяние, а за разные аналогичные деяния, где повторное
деяние увеличивает негативные последствия, нанесенные первым правонару-
шением, что приводит к возрастанию общественной опасности уже не столько
самого деяния, сколько лица его осуществляющего. Логично предположить,
что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность без регистра-
ции или без лицензии, систематически привлекаемое к административной от-
ветственности и живущее за счет доходов, получаемых от указанной противоправной деятельности, несет в себе такую же степень общественной опасности,
как и лицо, живущее за счет кражи имущества, при этом если во втором случае
происходит хищение у определенного лица, то в первом случае происходит
хищение части прибыли у легальных предпринимателей, производящих аналогичную продукцию, а также у государства, поскольку налоги и иные обязатель-
ные платежи не уплачиваются. Соответственно, систематическое совершение
аналогичных правонарушений ведет к возрастанию опасности указанных деяний.
Подводя итог изучению объективной стороны исследуемого состава пре-
ступления, можно сделать вывод о необходимости внесения изменений в дис-
позицию ст. 171 УК РФ с целью более четкого установления объективной сто-
роны преступления, а также признаков состава преступления, после выявления
которых возможно привлечение лиц к уголовной ответственности.
Полагаем, что разумно исключить из диспозиции ст. 171 УК РФ указание
на такое негативное последствие, как «крупный ущерб», поскольку, как нами
было установлено, определить реальный материальный ущерб в рамках исследуемого состава преступления не представляется возможным в силу скрытости
финансовой деятельности от проверки контролирующих органов. Кроме того,
считаем необходимым ввести уголовную ответственность в случае осуществле-
ния незаконного предпринимательства при наличии двух административных
штрафов по ст. 14.1 КоАП РФ, в связи с этим изложить диспозицию ч. 1 ст. 171
УК РФ в следующей редакции:
55
«Осуществление предпринимательской деятельности без регистрации,
либо без лицензии, либо без аккредитации в национальной системе аккредитации или аккредитации в сфере технического осмотра транспортных средств,
в случаях, когда такие лицензия, аккредитация в национальной системе аккре-
дитации или аккредитация в сфере технического осмотра транспортных средств
обязательны, если лицо, осуществляющее указанную деятельность, привлечено
дважды в течении года к административной ответственности по ст. 14.1, 14.4.1
или 14.60 КоАП РФ, а равно сопряжено с извлечением дохода в крупном размере, за исключением случаев, предусмотренных ст. 171.3 настоящего Кодекса».
Введение уголовной ответственности за осуществление незаконной предпринимательской деятельности при наличии двух административных штрафов
по вышеназванным статьям КоАП РФ наравне с исключением из диспозиции
ст. 171 УК РФ указания на такое негативное последствие, как «крупный
ущерб», позволит частично устранить недостатки ст. 171 УК РФ, обусловленные отсутствием четкого определения основных понятий объективной стороны
преступления, отграничить лиц, случайно совершивших незаконное предпри-
нимательство (ввиду незнания быстро изменяющегося законодательства, добросовестно заблуждающихся в правомерности своих действий и т.д.), от лиц,
умышлено осуществляющих противозаконную деятельность, а также сделать
указанный состав преступления более востребованным и используемым в пра-
воприменительной практике.
По нашему мнению, в диспозиции ч. 1 ст. 171 УК РФ нет необходимости
делать акцент на исключении из общих правил деяний, запрещенных ст. 171.3.
Данная статья является специальной по отношению к анализируемой статье,
поскольку предусматривает ответственность за отдельные виды незаконного
предпринимательства, а именно за незаконные производство и (или) оборот
этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции при отсутствии
лицензии на данные виды деятельности.
1.3. ЮРИДИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ СУБЪЕКТИВНЫХ ПРИЗНАКОВ
НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА
Уголовное законодательство под понятием субъекта преступления пони-
мает лицо, совершившее незаконное общественно опасное, виновно совершен-
56
ное деяние, предусмотренное уголовным законом, и способное нести уголов-
ную ответственность за указанное деяние
79
.
Диспозиция ст. 171 УК РФ не содержит в себе признаки, каким-либо об-
разом характеризующие субъекта преступления, однако это не означает, что
следует анализировать признаки, характерные только для общего субъекта преступления. Как совершенно справедливо писал профессор В. П. Ревин, для вы-
вода о том, что то или иное преступление может быть совершено специальным
субъектом, необязательно его признаки определять непосредственно в статье —
иногда такие признаки можно установить путем толкования диспозиции нормы
Особенной части уголовного закона80.
Согласно ст. 20 УК РФ субъектом незаконного предпринимательства яв-
ляется вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет на момент со-
вершения преступления. «Это может быть как российский, так и иностранный
гражданин, а также лица без гражданства, занимающиеся на территории Рос-
сийской Федерации незаконной предпринимательской деятельностью»
81
.
ПВС РФ в п. 5 постановления от 01.02.2011 г. № 1 (ред. от 29.11.2016 г.)
«О судебной практике применения законодательства, регламентирующего осо-
бенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних»
82
разъ-
яснил, что «лицо считается достигшим возраста, с которого наступает уголов-
ная ответственность, не в день рождения, а начиная со следующих суток, на ко-
торые приходится этот день, т.е. с нуля часов следующих суток. При установлении судебно-медицинской экспертизой возраста подсудимого днем рождения
считается последний день того года, который назван экспертами, а при опреде-
лении возраста минимальным и максимальным числом лет суду следует исхо-
дить из предполагаемого экспертизой минимального возраста такого лица».
Несовершеннолетним лицом в России является человек в возрасте от 14
до 18 лет (ст. 26 ГК РФ). Обсуждение вопроса назначения минимального воз-
раста, с которого возможно привлечение к ответственности несовершеннолет-
них по ст. 171 УК РФ в случае незаконного предпринимательства, связано
с неоднозначным статусом этой возрастной группы в гражданско-правовых отношениях, определяемых законодательными актами.
79
Уголовное право России. Общая часть : учебник / под редакцией В. П. Ревина. М. : Юстицинформ,
2016. С. 180.
80
Там же. С. 186.
81
Волженкин Б. В. Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России.
С. 95.
82
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2011. № 4.
57
С одной стороны, несовершеннолетние, как и все граждане России, име-
ют гражданскую правоспособность, в том числе заниматься трудовой и пред-
принимательской деятельностью (ст. 17 и 18 ГК РФ).
Реализация этого права находит отражение в Основах государственной
молодежной политики РФ на период до 2025 г.
83
, где предусмотрено создание
условий для самостоятельной, эффективной деятельности молодежи в возрасте
14–30 лет в сфере занятости, предпринимательства, общественной жизни.
Статистические исследования дают следующую картину экономической
активности подростков, достигших 15–17 лет, которые заняты в экономике для
получения прибыли и дохода, а также ищут работу, включая зарегистрирован-
ных в государственной службе занятости. Удельный вес численности таких
подростков к общей численности этой возрастной группы составляет 5,0 %,
в том числе: занятых в экономике — 2,6 %; занятых в личном подсобном хозяйстве — 49,2 %; ищущих работу — 48,2 %84.
С другой стороны, в соответствии с действующим законодательством ли-
ца в возрасте от 14 до 18 лет отнесены к категории частичной дееспособности,
т.е. они не могут в полном объеме создавать, исполнять и нести гражданские
права и обязанности.
Минимальный возраст, с которого возможно занятие предприниматель-
ством, — 14 лет85, в то время как полная дееспособность наступает с 18 лет
(п. 1 ст. 21 ГК). Порядок регистрации такой деятельности общий и предусмотрен ст. 22.1 ФЗ о государственной регистрации юридических лиц и индивиду-
альных предпринимателей
86
.
Правда, имеются два исключения. Несовершеннолетний может быть при-
знан полностью дееспособным с 16 лет, когда:
1) вступил в брак (п. 2 ст. 21 ГК РФ, ст. 13 Семейного кодекса РФ);
2) при эмансипации, т.е. при условии, что он работает по трудовому дого-
вору, в том числе по контракту, или с согласия родителей, усыновителей или
попечителя занимается предпринимательской деятельностью (п. 1 ст. 27
ГК РФ).
83
Распоряжение Правительства РФ от 29.11.2014 г. № 2403-р «Об утверждении Основ государственной
молодежной политики Российской Федерации на период до 2025 года» // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201412080039?index=0&rangeSize
=1 (дата обращения 08.12.2014).
84
Рабочая сила, занятость и безработица в России (по результатам выборочных обследований рабочей
силы). 2020 : стат. сб. Росстат. M., 2020. С. 31.
85
ФНС России оценила возможность осуществления предпринимательской деятельности несовершен-
нолетними. URL: https://www.garant.ru/news/1188150 (дата обращения: 10.09.2021).
86
Федеральный закон от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ (ред. от 02.07.2021 г.) «О государственной регистра-
ции юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» // СЗ РФ. 2001. № 33 (ч. 1). Ст. 3431.
58
Возрастные ограничения по определенным видам трудовой и предпринимательской деятельности для несовершеннолетних регулируются ТК РФ,
ГК РФ, а также рядом ведомственных законодательных актов, например в сфе-
рах водного хозяйства, рыболовства и др. Связаны они в основном с заботой об
охране здоровья подростков, учетом необходимости соблюдения специфических требований конкретной профессиональной деятельности. Определяющим
признаком частичной дееспособности и правоспособности несовершеннолет-
них без объявления эмансипации является требование письменного согласия
родителей или попечителей во время государственной регистрации предпринимательства, а также при заключении любых сделок, кроме поименованных
в п. 3 ст. 26 ГК РФ.
Иными словами, гражданско-правовые отношения несовершеннолетних
в сфере предпринимательской деятельности возникают именно через их закон-
ных представителей
87
.
С точки зрения деликтоспособности несовершеннолетние в возрасте от 14
до 18 лет самостоятельно несут имущественную ответственность по всем сделкам, даже если сделка совершена с письменного согласия родителей (попечителей). Но при отсутствии у несовершеннолетнего (или группы) средств (имущества, заработка) для возмещения вреда, причиненного его действиями, ответственность несут родители (попечители) в мере доказанности их вины в части
ненадлежащего воспитания и надзора (ст. 1074 и 1080 ГК РФ).
Очевидно, что несовершеннолетний в возрасте старше 16-ти лет в случае
занятия незаконным предпринимательством без государственной регистрации
(лицензии, аккредитации), а также уведомления и одобрения родителей, самостоятельно расширив пределы своей дееспособности, создает для себя возмож-
ность быть привлеченным к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ.
В любом случае оговорки, что он не является предпринимателем, т. к. отсутствует основной признак предпринимательства — «регистрация, лицензия или
аккредитация» (п. 1 ст. 2 ГК РФ), не могут быть приняты во внимание органами
предварительного расследования и судом, хотя бы по основаниям, изложенным
в п. 4 ст. 23 ГК РФ. В соответствии с ними на ненадлежаще исполненные сделки при отсутствии государственной регистрации (лицензии или аккредитации)
также распространяются правила об ответственности, в том числе и при отсутствии вины (п. 4 ст. 23 и ст. 401 ГК РФ).
87
Станкевич Г. В. Предпринимательская правосубъектность несовершеннолетнего индивидуального
предпринимателя // Гуманитарные и юридические исследования. 2014. № 4. С. 107–111.
59
Условием уголовной ответственности за незаконное предприниматель-
ство является причинение крупного ущерба (гражданам, организациям или гос-
ударству) либо извлечение дохода в крупном размере.
Уголовно-правовое понятие несовершеннолетнего дано ст. 87 УК РФ,
в соответствии с ней таковыми признаются лица, которым ко времени совер-
шения преступления исполнилось 14, но не исполнилось 18 лет. Группа авторов
считает, что т. к. «названное понятие дано в гл. 14 УК РФ, регламентирующей
ответственность несовершеннолетних, то его в полной мере можно распространить лишь на несовершеннолетнего субъекта преступления»
88
.
Субъектом преступления по ст. 171 УК РФ может быть вменяемое физи-
ческое лицо при достижении возраста 16 лет (ст. 19 и 20 УК РФ). Несовершен-
нолетние в возрасте 14–15 лет не подлежат уголовной ответственности за незаконное предпринимательство, если оно не относится к запрещенной экономической деятельности, что определяется другими нормами уголовного законода-
тельства. Последнее не вызывает возражение у специалистов.
По существу, имеются две точки зрения на возрастные границы, в пределах которых возможно привлечение несовершеннолетних к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ:
Первая — субъектом преступления может быть лицо, достигшее воз-
раста 18 лет. Так, например, Ю. П. Кравец объясняет это требование неполной
правоспособностью несовершеннолетних и считает, что такая «способность
возникает у гражданина в полном объеме с наступлением совершеннолетия»
89
.
По мнению В. Н Лубешко, лица до 18 лет не могут полностью осознавать общественной опасности незаконного предпринимательства из-за недостаточности знаний и жизненного опыта, и предлагает в ст. 20 УК РФ ч. 2–1 «преду-
смотреть, что лица, достигшие ко времени совершения преступления восемна-
дцатилетнего возраста, подлежат уголовной ответственности за незаконное
предпринимательство … до 18-летнего возраста на виновных в таком деянии
должна возлагаться административно-правовая ответственность согласно
ст. 14.1 КоАП РФ»90. М. А. Терещенков говорит «о недопустимости снижения
возраста уголовной ответственности по причине эмансипации», подчеркивая,
«что эмансипация — это сугубо гражданско-правовой институт, который представляет лицу право участвовать в решении каких-то личных вопросов. Нали-
88
Тюарская Е. А. Несовершеннолетний в уголовном праве России // Вестник Восточно-Сибирского ин-
ститута МВД России. 2014. № 3. С. 7–11; Ювенальное право : учебник / под редакцией А. В. Заряева,
В. Д. Малкова. М. : Юстицинформ, 2005. С. 73.
89
Кравец Ю. П. Ответственность за преступления в сфере предпринимательства по действующему за-
конодательству // Государство и право. 1999. № 4. С. 93.
90
Лубешко В. Н. Указ. соч. С. 204.
60
чие у лица таких полномочий может констатировать только суд в рамках граж-
данского судопроизводства»
91
.
Группа исследователей из Воронежского института МВД России, в об-
щем виде анализируя основные отрасли отечественного права с точки зрения
ювенальной политики в согласии с международным правом, «пришли к выводу,
что верхнюю возрастную границу несовершеннолетия следует установить на
уровне 18 лет поскольку, начиная именно с этого возраста, физическое лицо
практически становится полноправным членом общества»
92
.
Трудно согласиться с таким требованием. Во-первых, потому что логиче-
ским следствием изложенного подхода должно явиться исключение права
несовершеннолетних до достижения 18 лет заниматься предпринимательской
деятельностью, что противоречило бы действующему законодательству. Вовторых, принятая в настоящее время ювенальная политика государства
в направлении гуманизации уголовного наказания для несовершеннолетних,
прежде всего, предусматривает создание эффективной системы противодей-
ствия и профилактики подростковой преступности
93
. Пределы же смягчения
наказания все-таки зависят от сложившейся ситуации и ее влияния на безопас-
ность граждан и страны. Статистические исследования свидетельствует о нали-
чии негативных характеристик и тенденций подростковой преступности.
Прежде всего, это вышеупомянутый высокий уровень безработицы среди эко-
номически активного населения в возрасте 15–17 лет. Среди них имеют:
начальное профессиональное образование — 6,2 %, среднее (полное) общее —
52,5 %, основное общее — 34 %, не имеют основного общего — 7,3 %94. Подростковая преступность, по данным МВД России, составляет в среднем 10 % от
общей преступности. Об интересе подростков к незаконному предпринима-
тельству можно судить по числу зарегистрированных преступлений, совершен-
ных несовершеннолетними или при их соучастии по таким запрещенным видам
деятельности, как сбыт оружия, незаконный оборот наркотиков, что составляет
3,4 % к общему числу зарегистрированных преступлений подростков95. Анализ
личности преступников, выявленных Управлением «К» МВД России в сфере
91
Терещенков М. А. Уголовно-правовая ответственность за незаконное предпринимательство по зако-
нодательству РФ : автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2006. С. 16–17.
92
Ювенальное право : учебник / под редакцией А. В. Заряева, В. Д. Малкова. М. : ЗАО Юстицинформ,
2005. С. 5.
93
Ткачев В. «Детская болезнь» юстиции: какие ювенальные технологии нужны России? URL:
https://www.warandpeace.ru/ru/commentaries/vprint/59076/ (дата обращения: 03.02.2021).
94
Дети в России 2009: стат. сб. / ЮНИСЕФ, Росстат. М. : ИИЦ «Статистика России», 2009. С. 73.
95
Дети в России 2009 : стат. сб. / ЮНИСЕФ, Росстат. М. : ИИЦ «Статистика России», 2009. С. 116.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]