Национальные отношения в России. Советский период (1917–1991). Хрестоматия

ющие пострадали от действий самих демонстрантов. От противоправных действий боевиков и хулиганствующих групп молодежи пострадало 189 военнослужащих, защи­щенных бронежилетами, касками ищитами, т. е. почти в2 раза больше, чем пострадало митингующих, которые таких средств защиты не имели. При этом 12 военнослужащих получили колото-резаные раны, 10— серьезные черепно­мозговые травмы, 67— рвано-ушибленные раны, аосталь­ные— ушибы игематомы. Сучетом всех собранных по делу материалов следствие пришло квыводу, что входе опера­ции были допущены отдельные незначительные организа­ционно-тактические просчеты, которые, однако, не поме­шали выполнить поставленную задачу.

За организацию иактивное участие всовершении ука­занных выше групповых противоправных действий, грубо нарушающих общественных порядок, Гамсахурдиа, Коста­ва, Церетели и Чантурия прокуратурой Грузинской ССР были арестованы и привлечены к уголовной ответствен­ности по ст. 206 (3) УК ГССР. Как указано впостановлении прокуратуры Грузинской ССР: «… Вина З. К. Гамсахурдиа,

Г. О. Чантурия, И. С. Церетели полностью подтверждается имеющимися вделе доказательствами, в частности: про­токолами осмотра места происшествия, показаниями сви­детелей, фактическими признаниями самих обвиняемых, приобщенными кделу в качестве вещественных доказа­тельств фото ивидеоматериалами идругими материалами, тем самым установлено, что предъявленное им обвинение полностью доказано…» Полностью подтвердив на след­ствии совершение противоправных действий, врезультате пресечения которых имелись человеческие жертвы иболь­шое число граждан получили телесные повреждения, атак­же содержание выступлений на митингах, Гамсахурдиа, Костава, Церетели и Чантурия виновными себя в предъ­явленном им обвинении, однако, не признали, заявив, что вообще не признают правомерность существования совет­ской власти и действующего в Грузинской ССР законода­тельства. Онежелании организаторов митинга подчинить­ся законным требованиям органов власти онеобходимости прекращения антиобщественных действий, которые мог­ли повлечь человеческие жертвы, Церетели при допросе, вчастности, показал: «Нам было известно, что в Тбилиси были приведены специальные подразделения войск для разгона митинга. Но ясо своей стороны не предпринимал никаких мер для того, чтобы разошлась начатая мирная ак­ция… Мы были готовы кразгону ипризвали народ, чтобы он радостно имужественно встретил ожидаемую беду…»

Через год после трагедии в одном из интервью (Не­примиримые: Заметка огрузинской оппозиции // Неделя. № 18) Чантурия откровенно заявил корреспонденту газе­ты: «… Девятое апреля, несмотря на пролитую кровь, это наша большая победа…»

ССР было прекращено на основании ст. УПК ГССР ввиду из­менения обстановки, авотношении Костава— всвязи сего смертью.

Члены Комиссии ознакомились с документами, полу­ченными от расследовавших данные события Комиссий под председательством Таразевича Г. С., Министерства обороны СССР (председатель генерал-майор медслужбы Г.Софронов) иВерховного Совета Грузинской ССР (пред­седатель проф. Т. Г. Шавгулидзе), а также с материалами

Были изучены материалы, опубликованные в перио­дической печати, атакже поступившие в адрес Комиссии многочисленные письма ителеграммы от граждан, прожи­вающих вразных районах нашей страны.

В процессе работы члены Комиссии выезжали вг. Тби­лиси, встречались с представителями общественности ре­спублики и ЗакВО, посетили больницы и принимавшие участие всобытиях воинские части.<…>

руководство ЦК Компартии Грузии не сумело найти кон­такт, наладить диалог собщественностью. Впоследующем, по мере развития социальных процессов, усиления попу­лярности неформалов, руководство встало на путь кон­фронтации. Именно этим можно объяснить, в частности, то обстоятельство, что ходатайства опроведении митингов за незначительным исключением встречали, как правило, отказ, врезультате чего практикой стало проведение неза­конных, несанкционированных митингов. Так постепенно руководство республики утрачивало контроль за политиче­скими процессами, ослабевало партийное влияние на мас­сы, падал его авторитет в широких слоях населения. Это проявилось еще всобытиях ноября 1988 г., когда лишь ак­тивная политическая позиция грузинской интеллигенции, обращение М. С.Горбачева кгрузинскому народу помогли разрядить обстановку. Но сами руководители республики уже тогда склонялись к применению силы. К сожалению, и в дальнейшем в позиции и деятельности руководства Грузии должных перемен не произошло. Комиссия считает, что такие факты, как самоизоляция руководства республи­ки, неадекватная, подчас паническая оценка конкретных ситуаций, неспособность положительно воздействовать на обстановку политическими методами, явились одной из основных причин, которые ипривели вконечном итоге ктрагическим последствиям событий 9апреля с. г. вг. Тби­лиси.

непосредственным поводом для проведения неформаль­ными организациями многодневного несанкционирован­ного митинга перед Домом правительства в г. Тбилиси. Однако к6апреля антиабхазская направленность митинга резко меняется (всвязи со сменой руководства Абхазского обкома КПСС) ивыдвигается крайнее требование овыхо­де Грузии из состава СССР. Наряду сэтим на митинге об­суждались многие волнующие общественность насущные проблемы. Внем (сутра идо позднего вечера) участвовали тыcячи граждан. Сотни митингующих оставались у Дома правительства иночью. Все это привело кдезорганизации работы транспорта в центре города, некоторых государ­ственных организаций, к нарушению общественного по­рядка в столице. Переданное по республиканскому радио ителевидению обращение ЦК Компартии Грузии, Прези­диума Верховного Совета иСовета Министров Грузинской ССР положительного резонанса не получило. Организаторы митинга послали своих представителей втрудовые коллек­тивы, вузы, школы спризывом начать забастовку иприсое­динения кмитингующим. Многие вузы инекоторые школы прекратили занятия. Однако необходимо подчеркнуть, что большинство рабочих ислужащих столицы Грузии не под­держало этих призывов и продолжало трудовую деятель­ность. Входе митинга раздавались безответственные при­зывы к отказу от подчинения законным распоряжениям властей, выдвигались илозунги националистического, ан­тисоциалистического и антисоветского характера, вчаст­ности: «Долой коммунистический режим!», «Долой русский империализм!», «СССР — тюрьма народов!», «Долой Со­ветскую власть!», «Ликвидировать автономию Абхазии!» и другие. Организаторы митинга продолжали нагнетать обстановку, призывали продолжить митинги, забастовки иголодовки до 14апреля.

Таким образом, политическая обстановка в г. Тбилиси накануне событий 9апреля характеризовалась как чрезвы­чайная итребовала от руководства ЦК Компартии Грузии и правительства республики принятия срочных и ответ­ственных решений. Комиссия, однако, отмечает, что входе расследования не было получено каких-либо доказательств ореальных попытках захвата власти, не выявлено ни од­ного случая насилия или покушения по политическим мо­тивам в отношении работников советских и партийных органов, коммунистов либо граждан негрузинской нацио­нальности.

Руководство республики считало, что такое меропри­ятие можно было осуществить при условии введения ко­мендантского часа, для чего необходимо привлечь допол­нительные воинские подразделения. Поэтому им было принято решение обратиться за помощью ксоюзным орга­нам. В20 часов 35 минут 7апреля с. г. вЦК КПСС за подпи­сью первого секретаря ЦК Компартии ГрузииД.Патиашви­ли была направлена известная телеграмма, подготовленная вторым секретарем ЦК Компартии Грузии Б.Никольским (прилагается кдокладу). По мнению Комиссии, содержаща­яся в данной телеграмме оценка политической обстанов­ки вреспублике не соответствовала реальному положению дел идостаточных оснований для сосредоточения вг. Тби­лиси подразделений Советской Армии ивведения особого положения (комендантского часа)— не было.