Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мировая экономика и международные экономические отношения. Учебник
.pdf
гие европейские производители с целью диверсификации каналов поставок нашли партнеров в ЦВЕ.
4. Рост объемов инвестиций в основные фонды благодаря высокой загрузке производственных мощностей в странах региона.
5. Благодаря мерам государственной поддержки и социальным выплатам, рынок труда стран ЦВЕ пострадал меньше,
чем во многих других странах. В результате доходы населения остались достаточными, чтобы потребление домохозяйств
ощутимо «подогревало» остывший за время кризиса рынок.
6.3. Россия в мировой экономике: характеристика
развития экономики страны с начала 1990-х гг.
до глобального финансово-экономического кризиса
2008–2009 гг.
Поскольку во введении к этой главе обсуждалась модель
реформирования плановой экономики посредством «шоковой
терапии», и эта модель активно применялась в странах с переходной экономикой, целесообразно начать исследование российской экономики с периода, когда распался СССР и впервые
на российской территории была начата реализация программы «шоковой терапии».
Как справедливо полагает профессор Бартенев, описывая
историю экономических преобразований в России: «Экономическая политика не может и не должна опираться на жесткие
схемы. Она призвана учитывать всю совокупность условий,
предусматривать многообразие вариантов и альтернатив… Сама
политика охватывает необычайно широкий диапазон, многозвенную палитру направлений, уровней и действий» [8, c. 364].
Именно этого не было сделано в ходе реализации программы
«шоковой терапии» в России. Реформа в России проводилась в
основном через принятие нормативно-правовых актов, в большинстве своем на начальном этапе подзаконных: постановлений, указов, распоряжений. Расчет был сделан на регулирование экономики посредством использования механизма цены.
В этот период в России существовал тотальный дефицит товаров, но на руках у населения скопилось большое количество
денежных средств, которые не было возможности куда-либо по-
191
тратить и которые теряли свою стоимость быстрыми темпами.
Правительство Гайдара отпустило цены в стране, и возникшая
инфляция разом лишила людей накопленных сбережений.
Проблема заключалась не только в росте цен на товары и
услуги, но и в сокращении производства. Предприятия, испытывая дефицит денежных средств, были не в состоянии приобрести все необходимые сырьевые материалы для бесперебойного производства.
Сторонники «шоковой терапии» верили, что период
«шока», сокращения производства и гиперинфляции продлится недолго. Они рассчитывали, что в условиях рынка предприятия, выпускающие нерентабельную, некачественную,
устаревшую продукцию обанкротятся, а цены станут регуляторами спроса и предложения, как в классической рыночной
экономике [8, c. 364].
Однако реформаторы допустили ряд грубейших ошибок.
Прежний экономический механизм был полностью сломан
(односекторная модель). Были ликвидированы Госплан и министерства, отвечающие за директивную экономическую политику. Новая система управления экономическими процессами сформирована не была.
Экономика оказалась в состоянии перманентного кризиса, который продолжался вплоть до 2000 г. Так, объем ВВП в
1999 г. по отношению к 1991 г. сократился минимум на 40 %.
Наибольшее падение было отмечено в обрабатывающих отраслях промышленности: машиностроении, приборостроении,
автомобилестроении, легкой промышленности. Стал очевиден дисбаланс в структуре производства между отраслями,
производящими продукцию для народного потребления, и
базовыми отраслями экономики: энергетикой, металлургией, химией и нефтехимией. Так, если с 1990 по 1994 г. в отраслевой структуре промышленности России доля тяжелой
промышленности (энергетика, металлургия, химия и нефтехимия, деревообработка) колебалась от 79,9 до 85,4 %, то машиностроение и металлообработка занимала долю от 16,8 до
21,7 %, легкая промышленность – от 4,4 до 9,8 %, пищевая
промышленность – от 9,6 до 10,3 %. При этом меньшие доли
отраслей, производящих потребительские товары, приходятся
на 1994 г., это свидетельствует о том, что к середине 1990-х гг.
ситуация ухудшалась [2, c. 27].
192
В это же время сельское хозяйство медленно умирало. Эффективных многочисленных фермерских хозяйств так и не
было создано, так как цены на сельскохозяйственное оборудование росли быстрее, чем на продукцию агропромышленного
комплекса, т.е. ни один фермер не мог себе позволить приобрести технику для обработки земель. Банковская система не
работала, кредиты малому бизнесу и фермерам либо не выдавались вообще, либо предлагались с такой ставкой процента,
что любой бизнес сразу же терял привлекательность: прибыль
из него извлечь было невозможно [8, c. 364].
Одной из основных проблем, как уже отмечалось, стала в
эти годы инфляция. Ее породили такие факторы, как рост цен
на услуги естественных монополий; инфляционные ожидания; неустойчивость экономики страны.
Все эти и другие проблемы приводили к резкому ухудшению уровня жизни россиян. Денежные доходы каждого третьего россиянина были ниже официального прожиточного
уровня. Семьдесят процентов населения располагали 10 %
совокупного дохода в России, а 0,2 % обладали 70 % национального богатства. Доход самых богатых россиян был выше в
десятки раз дохода самых бедных слоев общества. Остается до
сих пор загадкой, как удалось не допустить социального взрыва, ведь социологи давно рассчитали, что в стране, где доход
самых богатых превышает доход самых бедных граждан более
чем в 14 раз, происходит революция [8, c. 366].
Одновременно с этими негативными процессами быстрыми
темпами росла теневая экономика и происходила криминализация российского общества.
Усугубляло ситуацию еще и то, что к началу реформ инвестиционные ресурсы в стране были исчерпаны. В стране существовал дефицит бюджета, инфляция «съедала» накопления
граждан, иностранные инвестиции в страну не шли. Никто не
хотел даже пытаться инвестировать в экономику с неоформленной нормативно-правовой базой, отсутствием института защиты средств инвестора и права частной собственности,
большим удельным весом энергоемких, материалоемких, трудоемких производств, характеризующихся научно-техническим отставанием, значительным налоговым прессом, низкой
производительностью труда [2, c. 276].
193
Начиная с 1999 г. в экономическом развитии наметился
некоторый сдвиг. Однако он произошел не благодаря успешным и глубоким структурным преобразованиям, а из-за благоприятной внешней конъюнктуры и высоких цен в основном
на российское сырье и полуфабрикаты (нефть, газ, черные и
цветные металлы). Это стало возможным благодаря девальвации (в 4 раза) рубля по отношению к доллару, что явилось
одним из последствий кризиса 1998 г. Экспорт российских
производителей стал выгодным, а импорт в Россию, наоборот,
подорожал, что вызвало оживление внутреннего спроса на
продукцию российских производителей и активное импортозамещение с их стороны.
Исходя из вышеизложенного, видим, что в начале XXI в.
экономика России имела ряд значительных нерешенных проблем, отсутствие действенной экономической политики, даже
несмотря на постоянно принимаемые законы и указы Президента РФ, направленные на развитие экономики и повышение
уровня жизни населения.
Уместен вопрос: а обладает ли Россия достаточным экономическим потенциалом для разработки и реализации успешной экономической политики, нацеленной на реализацию
структурных реформ и способной изменить ситуацию в стране
к лучшему?
Для ответа на этот вопрос необходимо изучить экономический потенциал России и дать оценку положению страны в
мировом хозяйстве. На базе этого анализа станет возможным
сформулировать перспективы развития России и основные направления ее будущей экономической политики.
Понятие «экономический потенциал» весьма сложное и
многогранное [2, c. 284]. В первом приближении это «совокупная способность отраслей народного хозяйства страны эффективно производить промышленную и сельскохозяйственную
продукцию, осуществлять капитальное строительство, перевозить грузы, оказывать услуги населению и т.д.» [2, c. 284].
То есть экономический потенциал отражает, по сути, природно-ресурсный потенциал (наличие полезных ископаемых),
характеризует достигнутый уровень развития экономики
страны и особенности ее структуры, а также показывает степень ее вовлеченности в мировые экономические процессы и в
194
ВЭД. Для оценки экономического потенциала чаще всего экс-
1
перты используют показатель ВВП
.
Исходя из такой трактовки, следует констатировать, что
с момента начала реформ экономический потенциал России
по сравнению с промышленно развитыми странами снижался. Так, если в 1993 г. ВВП России (в абсолютных величинах)
составил 735,2 млрд долл. США, или более 3,3 % от общемирового значения (9-е место в мире), то в 2000 г. он составил –
1,61 % от общемирового [2, c. 285].
По официальным индексам Института Европы РАН, в
1998 г. объем промышленного производства в России составил
28 % от уровня США, 36 % от уровня Германии, 61 % от уровня Франции, 73 % от уровня Великобритании. При этом соответствующее соотношение по ВВП в этом же году для России
оказалось равным 7,5 % от уровня США, 32,5 % – Германии,
44,5 % – Франции и 47,5 % – Великобритании [2, с. 285].
Цифры были крайне неутешительными, особенно если
учесть, что и Германия, и Франция, и Великобритания, и
даже США уступают России по ряду позиций: или по территории, или по числу высококвалифицированных работников,
или по запасам природных ископаемых.
Так, из общего объема полезных ископаемых, добываемых
в мире, на Россию приходится: апатитов – 55 %, природного
газа – более 28 %, алмазов – 26 %, никеля – 22 %, нефти –
12 %, каменного угля – 12 %. [2, с. 285–287].
На территории страны расположено 23 % всех мировых запасов угля. По разведанным запасам этого полезного ископаемого Россия занимает третье место в мире после США и Китая
[2, c. 285–287].
Однако, как отмечают многие эксперты, наличие такого
количества полезных ископаемых зачастую создает больше
проблем, чем положительных моментов, так как приводит к
излишней зависимости от экспорта сырьевых ресурсов, сла-
1
При этом в последнее время все чаще слышны призывы весьма авторитетных экономистов, таких как нобелевский лауреат по экономике
Д. Стиглиц, которые утверждают, что в современных условиях ключевое
значение имеет не рост ВВП, а рост благосостояния граждан, качество
жизни, состояние окружающей среды, бережное отношение к невозобновляемым ресурсам (см. подробнее: Евгений Гонтмахер. Между догоняющей и поисковой модернизацией // Ведомости. 31.08.2011. С. 4).
195
бой диверсификации экономики и недостаточному внедрению
инноваций. Об этом, в частности, свидетельствуют также и заявления правительственных органов. В частности, в документе «Уточненный прогноз социально-экономического развития
Российской Федерации на 2006 год и основные параметры прогноза до 2008 года», составленном в Минэкономразвития России, было сказано: «В 2006–2008 гг. в российском экспорте в основном будут представлены топливно-энергетические товары,
черные и цветные металлы, химические товары и удобрения,
лесобумажная продукция, машинно-технические изделия»
[9]. Машинно-технические изделия в российском экспорте традиционно занимают самую малую долю. К началу проявления
последствий глобального финансово-экономического кризиса
в экономике России ситуация с диверсификацией структуры
российского экспорта изменилась мало: в 2001 г., по данным
Всемирного банка, нефть и газ составляли менее 50 % стоимости экспорта, а в 2011 г. – уже 70 %. При этом дополнительно к
этим 70 % еще 15 % приходится на иное сырье, а доля высокотехнологичной продукции составила всего лишь 9 %. За период
с 2000 по 2008 г. практически не рос экспорт (выход на новые
рынки) новых видов продукции, в то время как другие страны
БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай) обеспечили свой экспортный рынок именно за счет выхода на новые рынки [10].
В заключение рассмотрения динамики развития экономики
России к моменту начала кризиса необходимо отметить следующее. Несмотря на то, что к началу глобального кризиса Россия демонстрировала достаточно высокие темпы роста ВВП (в
2004 г. – 7,2 %, в 2005 г. – 6,4 %, в 2006 г. – по разным оценкам
от 5,7 до 7,7 %, в 2007 г. – от 7,5 до 8,1 %), несмотря на огромные объемы золотовалютных резервов и накоплений в Стабили-
1
зационном фонде
, в экономике до сих пор сохранилась масса
проблем, зародившихся еще в начале 1990-х гг. Среди них:
1) низкий жизненный уровень населения, особенно работ-
ников бюджетной сферы;
2) высокая криминализация и коррумпированность эконо-
мики, при которых ежегодный совокупный доход российских
1
С 1 февраля 2008 г. Стабилизационный фонд был разделен на две части: Резервный фонд (3057,85 млрд руб.) и Фонд национального благосостояния (782,8 млрд руб.). Размеры фондов приведены на 01.02.2008.
196
коррупционеров составляет около 300 млрд долл. США, или
около 25 % от ВВП страны (Россия устойчиво занимает 150–
154-е место в рейтинге по распространению коррупции авторитетной международной организации Transparency International, рядом с такими странами, как Папуа-Новая Гвинея,
Камбоджа, Таджикистан) [11];
3) обширный «теневой» сектор в экономике;
4) преобладание в структуре экспорта сырья и полуфабри-
катов;
5) изношенность основных фондов в промышленности (более 50–60 % в металлургии; 40 % российских теплоэлектростанций работают на устаревшем оборудовании [12]);
6) неудовлетворительное состояние сельского хозяйства,
несмотря на то, что оно было признано приоритетным в рамках одного из национальных проектов;
7) отток капитала за границу (в середине 2000-х гг. отток
составлял от 5 до 15 млрд долл. США в год, по мнению разных
экспертов);
8) миграция в промышленно развитые страны наиболее
перспективных научных кадров и сотрудников высшей школы, вызванный низким финансированием отечественной науки; и т.д. [9].
Эти и иные структурные проблемы российской экономики
проявились еще более остро в период глобального кризиса, о влиянии которого на экономику страны речь пойдет в пункте 6.5.
6.4. Влияние глобального финансово-экономического
кризиса на страны Центральной и Восточной Европы
и страны с переходной экономикой
Большинство стран Центральной и Восточной Европы
1
(ЦВЕ)
кризиса уже в сентябре – октябре 2008 г.
она стало ужесточение доступа к заимствованиям на глобаль-
ны ЦВЕ и страны с переходной экономикой, так как значительная часть
таких стран располагается именно в ЦВЕ. При этом очевидно, что не все
страны ЦВЕ являются странами с переходной экономикой.
столкнулись с проявлениями глобального финансового
Первым каналом распространения кризиса для стран реги-
1
Здесь и далее мы будем употреблять в одинаковом значении стра-
197
ном финансовом рынке. Внешние заимствования для стран
ЦВЕ, и особенно для стран с переходной экономикой, являлись одной из концептуальных характеристик в последние
годы XX в. и в начале XXI в.
Наращивание внешних займов позволяло стимулировать
рост внутреннего спроса прежде всего за счет роста потребления домашних хозяйств (через выдачу легкодоступных потребительских кредитов) и накопления основного капитала. При
этом экономический рост на основе увеличивающегося внутреннего спроса приводил и к значительному увеличению импорта в странах региона, который, в свою очередь, приводил к
росту отрицательного сальдо по счету текущих операций. Таким образом, роль внешних заимствований можно рассматривать для стран с переходной экономикой с двух позиций.
Во-первых, внешние инвестиции были важным источником
обеспечения роста внутреннего спроса. С этой позиции доступ к
иностранному капиталу можно рассматривать также как непосредственный фактор долгосрочного экономического роста.
Во-вторых, внешние заимствования позволяли балансировать
платежный баланс, обеспечивая внешнюю макроэкономическую
стабильность и пополняя счет движения капитала. Таким образом, резкое ужесточение доступа к внешнему заимствованию
обострило проблему дефицита текущего счета в странах ЦВЕ.
Во время предыдущих кризисов, в частности азиатского
кризиса 1997–1998 гг., основным инструментом восстановления баланса была девальвация национальной валюты наряду с
привлечением средств международных финансовых организаций. Во время текущего кризиса данный инструмент был мало
задействован странами ЦВЕ и странами с переходной экономикой по двум основным причинам: необходимость сохранения привязки к евро для выполнения условий вхождения в
Еврозону и значительное снижение спроса, которое затронуло
всю мировую экономику, что сделало девальвацию эффектив-
1
ной только при ее большом масштабе
.
1
Важно отметить, что отсутствие возможности девальвации национальной валюты также сыграло важную роль в усугублении экономической ситуации в более, на первый взгляд, благополучных странах Евросоюза, таких как Греция, Италия, Португалия и др., в которых используется евро.
Соответственно сами страны из-за отсутствия полномочий по ведению денежно-кредитной политики девальвировать евро не могли.
198
Вместо девальвации корректировка происходила за счет
снижения внутреннего спроса. Частично это снижение автоматически провоцировалось прекращением притока капитала и
последующей рецессией, сопровождавшейся снижением инвестиционного спроса и потребления. Также в некоторых странах
осуществлялось стимулирование снижения заработных плат. В
результате применения такого механизма в странах ЦВЕ обострилась проблема дефицита государственных бюджетов.
Проблема финансирования этого дефицита стала ключевой
для стран с переходной экономикой, поскольку монетизация
дефицитов или же накопление чрезмерного внешнего государственного долга может привести к новым потрясениям национальной финансовой системы и давлению на национальную валюту, что и произошло во многих странах еврозоны в
2011 г., как об этом сказано в главе 5.
При этом зависимость экономического роста от способности
стран с переходной экономикой привлекать иностранные инвестиции продолжает оставаться насущной проблемой. В особенности это касается банковского сектора, ведь до середины
2000-х гг. именно иностранные банки активно развивали прямое и синдицированное кредитование компаний стран ЦВЕ.
Более того, они фактически заняли доминирующее положение в сфере консультационных услуг и услуг по организации
выхода компаний ЦВЕ (и РФ не исключение) на зарубежные
фондовые рынки, а также и на внутренних финансовых рынках ряда стран ЦВЕ.
Важно также отметить, что, несмотря на то, что мировой
финансовый кризис наиболее сильно затронул именно банковский сектор, банковское дело в ЦВЕ по-прежнему остается
привлекательным, а некоторые позитивные тенденции позволяют рассчитывать на довольно быстрое восстановление мировой экономики. После кризиса рост банковского бизнеса в регионе не замедлился.
Рынки стран этой группы характеризовались увеличением
стоимости финансирования и размеров риска, при этом уровни прибыли и капитализации продолжали оставаться сравнительно высокими.
Период сильного спада экономической активности в 2009 г.
сменился в регионе в 2010 г. экономическим подъемом (около
1,1 %, прогноз на 2011 г. был 3,5 %) [13].
199
Вопреки потенциальным рискам замедления притока капиталов в сочетании с их нарастающей ценой (капиталов)
темпы роста реального ВВП в регионе продолжали примерно
в 2 раза превышать показатели зоны евро, а в ближайшем будущем они могут еще вырасти – до 4,5 % в Центральной и до
5 % в Юго-Восточной Европе (для зоны евро прогнозируется
1,7 %) [13].
Во все более серьезную угрозу для развития ЦВЕ превращается также инфляция, особенно если учесть, что в некоторых
странах высокая цена сырья (прежде всего горючего и электроэнергии) переносится на цены остальных товарных групп
(как и стоимость продуктов питания на заработную плату).
Таким образом, инфляция становится глобальной проблемой,
сильно ограничивающей возможности противодействия местных властей кризисным явлениям.
Вследствие этого, несмотря на сближение реальных доходов домашних хозяйств ЦВЕ и западных стран, их затраты на
товары первой необходимости различны – более 60 % располагаемого ежемесячного дохода и менее 50 % соответственно.
Трансграничное углубление и расширение финансово-кредитного посредничества способствует выравниванию жизненных
стандартов, но государства ЦВЕ, где рост кредитования опережает рост депозитов, могут столкнуться с серьезными проблемами, подобными тем, которые привели развитые страны
к ипотечному кризису 2007 г., переросшему в финансовый и
общеэкономический.
Среднегодовой кумулятивный прирост кредитования в
ЦВЕ (на уровне 25 %) выше аналогичного показателя по депозитам (21 %). Следовательно, фактически дальнейшее увеличение кредитования будет зависеть от местных сбережений.
Эта ситуация, с одной стороны, может стать источником риска в случае резкого замедления внешнего финансирования
(вследствие, например, нового витка глобального финансового кризиса). С другой стороны, этот риск пока балансируется
присутствием в ЦВЕ крупных международных банковских
групп, для которых тоже важно поддержание стабильных источников финансирования, причем и местного банковского
сектора, и экономики в целом. Но при всем этом капитализация банковского сектора ЦВЕ оставалась высокой и послужи-
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]