История психологии. Учебник для вузов

Широкое распространение получила в России на рубеже XIХ–ХХ вв. и теория психологизма. Наиболь­шее влияние она оказала на литературоведение и юрис­пруденцию. Благодаря развитию экспериментального метода и математического анализа психология, по об­щему мнению, в это время вступила окончательно и бес­поворотно в число точных наук. В качестве такой объ­ективной положительной дисциплины она была объяв­лена основной наукой о духе, все же остальные науки о человеке рассматривались как итоги или методы психо­логии. Предмет этих наук, как и предмет самой психо­логии, понимался в виде кристаллизованной формы духовного творчества. С этой точки зрения наука, ис­кусство, право существуют только в переживаниях от­дельных людей, и все эти проявления объективного духа являются только продуктами индивидуально-психиче­ской деятельности. Такое безграничное расширение пределов психологии было равнозначно возведению ее в ранг научной философии.

Л.И. Петражицкий (1867–1931) был одним из наи­более значительных представителей теории психологиз­ма. Развивая теорию психологизма, Петражицкий свя­зывал психологию с юриспруденцией в своих работах, посвященных развитию нравственных и правовых чувств: «Введение в психологию права и нравственно сти. Основы эмоциональной психологии» (1908), «Теория права и государства в связи с теорией нравственности» (1909), «Новое учение о праве и нравственности» (1910). Петражицкий доказывал, что право есть психический фактор общественной жизни и потому оно действует изнутри, через психику, а не извне, через давление об­щества. Таким образом, право (как и наука, и искусство) существует только в переживаниях отдельных людей и является кристаллизованной формой индивидуально­психической деятельности. Действие права состоит, доказывал ученый, во-первых, в возбуждении или по­давлении мотивов к разным действиям, и во-вторых, в укреплении и развитии одних склонностей и черт чело­веческого характера и искоренении других, т. е. в вос­питании народной психики. Первое действие он называл мотивационным или импульсивным действием права, а второе его педагогическим действием. Таким образом, Петражицкий пересмотрел современные ему взгляды на проблему и предмет права, переводя его во внутрен­ний план и исследуя способы формирования правовой или нравственной мотивации.

психике, морали чужда активная мотивация, свойствен­ная праву, а атрибутивный характер правосознания со­общает пассивной этической мотивации особую силу, так что эта мотивация решительнее и надежнее, нежели чисто моральная. При этом Петражицкий считал, что переход от моральных, необязательных, к правовым, обязательным, эмоциям является шагом вперед по пути социального прогресса, т. к. то социально-разумное и желательное поведение, которое вначале соблюдалось лишь более выдающимися в этическом плане людьми, превращается в общее и правильное социальное явле­ние. Он также доказывал, что колебания уровня право­вого сознания, его высокий или низкий уровень у наро­да не является какой-то врожденной особенностью на­ционального духа, а отражает влияние культуры и социального окружения, показывая подъем или упадок правового сознания народа в тот или иной исторический момент.

Для российского искусства, и прежде всего для ху­дожественной литературы, исследования морального, нравственного развития людей были не менее важной проблемой, чем для отечественной психологии. Поэтому не случайно возникают психолингвистические концеп­ции, изучающие роль литературы в осознании и транс­ляции типичных для определенной исторической эпохи переживаний. В своих исследованиях литературоведы и филологи стремились понять психологию данной эпо­хи, данного времени и данной нации. Однако наиболь­шее внимание этим проблемам уделялось в теории, раз­рабатываемой Д.Н. Овсянико-Куликовским (1853–

вызвать соответствующие эмоциональные состояния у читателей и зрителей.

Двадцатые годы стали временем рождения совет­ской психологии, активных поисков ее методологиче­ских основ и путей развития. Необходимо было пере­смотреть все основные открытия дореволюционной психологической науки и, выделив из них главное, нуж­ное для новой науки, соединить с теорией марксизма. В отечественной психологии в этот момент было не­сколько школ и направлений, сторонники которых рез­ко расходились во взглядах на многие проблемы. По­этому в первые 6–7 лет своего развития она пережива­ет трудный этап формирования, становления. Отсюда и неизбежный в этот период отрыв теоретических иссле­дований от психолого-педагогической практики и боль­шое количество конференций, широких дискуссий по основным теоретическим проблемам психологии.

общества. Поиски объективного метода исследования, являющегося основой материалистического подхода к психике, привели к увлечению биогенетическими тео­риями (теория рекапитуляции, психоанализ). В то же время задача формирования нового человека заставля­ла вглядываться в значение среды, ее роль в ускорении и изменении развития психики. Поэтому главные дис­куссии 20-х годов проходили в борьбе этих подходов.

Продолжателем направления, заложенного Сечено­вым, стал физиолог И.П. Павлов (1849–1936). Павлов создал учение о высшей нервной деятельности (поведе­нии) живых существ, коренным образом преобразовав­шее физиологию и обогатившее психологию, медицину, педагогику и другие науки о человеке. Отношение Пав­лова к психологии изменялось в различные периоды творчества. Ряд лет он считал, что областью психологии является внутренний мир сознания субъекта, и на этом основании запрещал сотрудникам применять психоло­гические понятия, чтобы не отступать от строго объек­тивного объяснения наблюдаемых фактов, и даже штра­фовал за это. В итоговых же работах он исходил из того, что условный рефлекс следует считать столько же фи­зиологическим, сколько психологическим явлением. Физиологическое понятие о временной связи он отож­дествлял с психологическим понятием об ассоциации. В психологическом же сообществе учение Павлова было повсеместно оценено как основа всех наук о поведении.