Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История психологии. Учебник для вузов
.pdf
p`gbhŠhe oqhunknchh b uVIIIOXIu bej`u
ной парадигмой. Конт относил ее к метафизическим и,
частично, даже теологическим наукам и считал, что она
должна отказаться от статуса самостоятельной дисциплины, соединившись с биологией и социологией (так он
называл все общественные науки).
Для того чтобы остаться независимой и объективной
(позитивной) наукой, психологии необходимо было пересмотреть свои основные методологические принципы
и, прежде всего, найти объективный и точный метод исследования душевной жизни, который бы не уступал
методам естественных наук. Ведущие психологи
XIХ в. — Д.С. Милль, Г. Спенсер, как и ученые других
направлений, разделяли позитивистские воззрения и,
исходя из них, стремились трансформировать психологию в русле его требований. Эта задача решалась на протяжении длительного периода, занявшего почти сто лет.
Еще в 10-х годах ХХ в. известный отечественный психолог А.И. Введенский, говоря о необходимости переработки психологии, назвал свою книгу «Психология без
метафизики». Сложность задачи модификации психологической науки, так же как проблемы, возникавшие
при согласовании единого пути ее дальнейшего развития, во многом привели к методологическому кризису в
начале ХХ в., в результате которого психология разделилась на отдельные направления.
В течение второй половины XIХ в. многие ученые
(Д.С. Милль, Г. Спенсер, А. Бэн, И.Ф. Гербарт, В. Вундт)
предлагали свой вариант построения психологии. Общим была идея о важности пересмотра предмета психологии и введения нового метода. Общим же оставалась
мысль о том, что самонаблюдение не может оставаться
основным методом, который должен быть надындивидуальным и достоверным. Критикуя интроспекцию, еще
Кант писал о невозможности проверить ее данные математикой. Конт же подчеркивал, что абсурдно думать,
будто дух может быть разделен на две половины, из которых одна наблюдает за другой. Не мене важным был
и тот факт, что самонаблюдение могло считаться достоверным только в том случае, если психика ограничивается областью сознания. Но уже к середине XIХ в. все
больше ученых, особенно в Германии, вслед за Лейбни-
251
цем приходят к выводу о существовании не только сознательных, но и бессознательных явлений. Возникающая необходимость исследования психики маленьких
детей, животных, у которых самонаблюдение невозможно, также доказывало, что этот метод не может оставаться ведущим и единственным в психологии.
Поэтому психология должна, во-первых, научиться
использовать наблюдение за другими, во-вторых, разработать новый объективный метод изучения душевной
жизни. Так, с середины XIХ в. появляется все большее
количество работ, предлагающих разнообразные варианты. Это и метод логики, предложенный Миллем, и
метод проб и ошибок Бэна, и метод генетического наблюдения Сеченова, и, наконец, экспериментальный
метод, разработанный Вундтом.
Еще одним важным фактором, оказавшим влияние
на развитие психологии в этот период, было появление
эволюционной теории Ч. Дарвина, которая имела решающее значение в повороте психологии в сторону естествознания. Философия, которая сама в то время переживала методологический кризис и подвергалась критике со стороны позитивизма, не могла помочь
психологии в решении ее проблем. В то же время активно развивающееся естествознание, прежде всего биология и физиология, давали психологии оружие в борьбе за объективность, помогали сформировать экспериментальный подход к психическому.
Теория эволюции давала также возможность пересмотреть постулаты механического детерминизма, безнадежно устаревшего к этому времени. Идея о том, что
целью психического развития является адаптация к среде, структурировала многие, открытые к тому времени
факты. Новая, биологическая детерминанта давала возможность соотнести уровни развития сознания и поведения, пересмотрев предмет психологии. Говоря о том,
что психология изучает ассоциации между внешним и
внутренним, Спенсер, как справедливо отметил Сеченов,
вывел психологию из поля сознания в поле поведения.
Это не только расширяло область ее исследований, но
давало возможность применения эксперимента, объек-
252
тивной проверки полученных фактов. Такое понимание
ck`b` VI
p`gbhŠhe oqhunknchh b uVIIIOXIu bej`u
предмета давало основания сказать, что психология из
науки о сознании трансформируется в науку о познавательных процессах, что отвечало не только логике ее развития, но и требованиям позитивизма, т. к. в центре исследования стоял уже не предмет (сознание), но процесс.
Эволюционный подход давал также возможность изучить
не сформированную, но только формирующуюся психику, проследить этапы ее становления, открыть новые психические закономерности. Поэтому генетический метод
получал все большее распространение, приведя и к появлению генетической (возрастной) психологии.
jл=““,че“*,е 2е%!,, =““%ц,=2,"…%L C“,.%л%г,,
В начале XIХ в. ассоциативная психология приобретает законченный, канонический характер, развиваясь в русле законов, заложенных психологами предыдущего поколения, прежде всего Гартли. Исследования
психики и новые открытия, сделанные в этот период,
были направлены на усовершенствование этой теории,
не подвергая сомнению ее постулаты и, прежде всего,
идею об универсальности законов ассоциаций.
Одним из крупнейших представителей ассоциативного направления в этот период являлся Томас Браун
(1778–1820). Заслугой Брауна является постановка вопроса о собственно психологических закономерностях
приобретения индивидом опыта, несводимых к физическим или физиологическим причинным объяснениям.
Он полагал, что в трактовке ассоциаций не следует
ограничиваться тремя классическими типами ассоциаций — по смежности, сходству и контрасту. Поэтические
метафоры, научные сравнения, творческие находки,
которым человечество обязано прогрессом, нуждаются
в ином объяснительном принципе. Поэтому он пришел
к выводу о том, что существуют законы ассоциаций двух
степеней сложности, из которых первые объясняют
лишь простые суждения.
В своем сочинении «Лекции о философии человеческого ума» (1820) он доказывал, что первичные законы
необходимы, но недостаточны для объяснения тех обстоятельств, в силу которых за данным психическим
253
феноменом (образом, мыслью, желанием) в сознании
появляется именно такой, а не другой образ или идея.
Чтобы решить эту, центральную для ассоциативной психологии, задачу, нужно к первичным законам присоединить вторичные. Брауном было разработано девять вторичных законов — частоты, новизны, конституциональных различий между индивидами, длительности
первоначального ощущения и др. Он доказывал, чем
чаще осознаются какие-либо образы, чем более сильные
эмоции они вызывают, чем свежее впечатление о них,
чем они необычнее и т. п., тем больше шансов на установление связи между ними. Поэтому в дальнейшем
появление одного из них влечет за собой закономерно
связанную вереницу других.
К важнейшим нововведениям в ассоциативную психологию следует отнести и идею Брауна о включение в
комплексы, образующие ассоциации, особых ощущений, порождаемых работой мышц. С его точки зрения,
мышечная чувствительность порождает уверенность в
реальном существовании внешнего мира. Важным моментом в его концепции было положение о наличии
спонтанной ассоциации, при которой порядок идей может несколько отклоняться от порядка ощущений.
В дальнейшем эти мысли Брауна будут развернуты в законы творческой ассоциации, при которой у человека
рождаются принципиально новые понятия.
Наиболее совершенный, классический вид теория
ассоцианизма приобрела в работе Джемса Милля (1773–
1836) «Анализ явлений человеческого духа», вышедшей
в 1829 г. Милль считал, что законы ассоциаций столь же
непреложны, как и законы физики, и служат ключом ко
всем человеческим проблемам, в какой бы социальной
области они ни возникали — политике, экономике, праве, педагогике.
По аналогии с физическими законами он разрабатывал и законы психики, назвав свою теорию ментальной физикой. При этом единицей психики, ментальным
атомом становилось ощущение, лежащее в основе всех
понятий. Милль сформулировал закон (по аналогии с
законом Спинозы), в котором отражен подход класси-
254
ческого ассоцианизма к содержанию сознания: «Поря-
ck`b` VI
p`gbhŠhe oqhunknchh b uVIIIOXIu bej`u
док и связь идей таков же, каков порядок и связь ощущений».
Он приходил к выводу, что существуют первичные
состояния сознания (ощущения, ментальные атомы) и
возникающие из них их копии. Из этих элементов образуются простые и сложные комплексы и «цепи» идей,
когда в определенной последовательности, благодаря
частоте повторений, одни состояния сознания вызывают
другие. Смена одних идей другими, их объединение в
комплексы — это своего рода «психическая физика»,
работа «машины ума». Отличие сложных идей от простых он объяснял символизацией, вносимой словом. При
этом само слово рассматривалось как один из элементов
комплекса, соединенного с другими по закону ассоциации.
p=ƒ",2,е =““%ц,=2,"…%L C“,.%л%г,,
"% "2%!%L C%л%",…е XIu "е*=
Как уже говорилось выше, дальнейшее развитие
ассоцианизма прошло под знаком позитивизма, и было
направлено на трансформацию психологии в объективную (позитивную) науку. Центральным моментом в этом
процессе стали поиски объективного метода исследования психики.
Одним из первых попытку перестроить ассоциативную психологию предпринял немецкий психолог и педагог И.Ф. Гербарт (1776–1841). В его теории соединились основные принципы ассоцианизма с традиционными подходами немецкой психологии — идеей
апперцепции, активности души, роли бессознательного.
Труды Гербарта «Психология по-новому, основанная на метафизике, опыте и математике» (1816) и «Учебник психологии» (1834) явились новым этапом в развитии ассоцианизма. Гербарт заменяет термин «ощущение» на термин «представление», подчеркивая тем
самым отгороженность внутреннего мира от внешнего,
отсутствие связи между представлением, как частью
внутреннего, психического мира, и предметом, который
является непсихическим, внешним по отношению к че-
255
ловеку. Говоря об ассоциации представлений, Гербарт
приходил к выводу, что представления не являются пассивными элементами в душе человека, но обладают собственным зарядом, активностью, которая определяет их
положение в сфере психического. Для Гербарта сохранение психологии как науки о душе было важным постулатом его концепции психического, т. к. душа в его
понимании является центром, в котором хранятся и перерабатываются знания, который является источником
активности человеческой личности, а не просто соединяет в себе различные психические процессы. Развивая
теорию Лейбница о структуре души, Гербарт писал, что
в душе можно выделить три слоя — апперцепцию, перцепцию и бессознательное. При этом под апперцепцией
он понимал область ясного и отчетливого сознания, а
под перцепцией — область смутного сознания. Таким
образом, для Гербарта область души была шире, чем область сознания, и большое значение и для него, как и для
Лейбница, имело бессознательное.
Огромное значение для развития объективной психологии и для проникновения в нее математических
способов обработки полученных данных имела идея
Гербарта о динамике представлений. Он исходил из
предположения, что каждое представление обладает
определенной силой, зарядом и таким образом ввел в
психологию еще один параметр — силу, добавляя его к
уже существовавшему параметру — времени. Наличие
двух параметров — силы и времени — давало возможность применить к исследованию психических процессов математический аппарат, который придавал объективность получаемым при исследовании данным.
Не меньшее значение введение этого параметра
имело для развития исследований порогов ощущений,
которое впоследствии было предпринято Фехнером.
С точки зрения Гербарта, каждое представление стремится попасть в центральную область души — область
сознания. Однако объем этой области, так же как и области апперцепции, не безграничен, и поэтому попасть
туда может только представление, обладающее достаточной интенсивностью, т. е. такой силой, которая может
256
преодолеть порог, отделяющий сознание от бессозна-
ck`b` VI
p`gbhŠhe oqhunknchh b uVIIIOXIu bej`u
тельного. Еще большей интенсивностью должно обладать представление для того, чтобы преодолеть порог
апперцепции и попасть в центр внимания человека, в
область отчетливого сознания. Хотя сам Гербарт не имел
еще возможности экспериментально изучить ту наименьшую интенсивность, которая необходима представлению для того, чтобы попасть в сознание, идея порога ощущения связана именно с этими его работами.
Естественно, что каждое сильное представление,
попадая в сознание, вытесняет оттуда уже имеющееся
там, но более слабое представление. Отсюда Гербарт
делает вывод о том, что между противоположными представлениями существуют отношения конфликта, вытеснения. Однако существуют, подчеркивал он, сходные
представления, которые могут соединяться или даже
сливаться в одно. В том случае, если в области сознания
человека уже находится сходное представление, новому
знанию не надо обладать очень высокой интенсивностью, т. к. оно не вытесняет, а сливается со старым и
таким образом попадает в сознание. Более того, если в
области смутного сознания или бессознательного расположены некоторые представления, к которым добавляются даже не очень сильные, но сходные новые представления, сливаясь, они могут получить достаточную
интенсивность для перехода из бессознательной части
души в сознание.
Теория Гербарта, в которой появились новые и актуальные для психологии идеи о динамике представлений, их связях и конфликтах, их расположении в душе
человека была одной из самых распространенных и значимых психологических теорий в прошлом веке. Она
сыграла большую роль в дальнейшем развитии этой науки, оказав большое влияние на многих известных психологов, в том числе и на положения Фрейда о вытеснении и конфликте между сознанием и бессознательным.
Новый этап в развитии ассоциативной психологии
связан с именем Джона Стюарта Милля (1806–1873) —
известного психолога, экономиста и общественного деятеля. Его воспитателем был его отец Джемс Милль,
считавший, что законы психологии дают не только знание о содержании духовной жизни человека, но и спо-
257
собы к его безграничному совершенствованию. Восприняв убеждение в том, что психическая жизнь человека
подчинена законам ассоциаций, Милль-младший внес в
это убеждение своего отца важные коррективы. Он
предложил заменить «ментальную физику» «ментальной
химией». Такая замена означала, что благодаря соединению первичных психических элементов в новый продукт, он способен приобрести качества, которые отсутствовали у его исходных элементов, подобно тому, как
синтез кислорода и водорода порождает обладающую
совершенно новыми качествами воду. Такие же «химические» преобразования происходят и в области психики, многие явления которой невозможно объяснить теми
первичными элементами, из которых они произошли.
Учение Милля о «ментальной (психической) химии»
сыграло важную роль в преодолении слабых сторон ассоциативного направления в психологии, особенно в
разработке проблем творческого мышления. Эти идеи
были впоследствии положены Вундтом в основу одного
из трех ведущих законов психической жизни, который
получил название закона творческого синтеза.
Однако наибольшее значение имела деятельность
Милля, направленная на разработку принципов построения научного знания. Его учение о методах исследовательской деятельности было изложено в работе «Логика»
(1843). Рассматривая ассоциации в качестве производных от законов логики, ученый доказывал, что логические операции (суждение, умозаключение и т. д.) подчиняют себе связи впечатлений внутри индивидуального
ума. Поэтому логика является критерием правильности
человеческих рассуждений. Однако, что более важно,
считал Милль, логика может стать тем объективным и
надындивидуальным методом, который поможет психологии изучить содержание сознания, особенности
протекания познавательных процессов. Именно такой
подход соединит психологию с объективной наукой и
откроет перед ней путь к дальнейшему развитию в качестве естественной и точной дисциплины.
Другой путь соединения психологии с естествознанием предлагали ученые, связывающие ее дальнейшее
258
развитие не с логикой, но с биологией, с теорией эволю-
ck`b` VI
p`gbhŠhe oqhunknchh b uVIIIOXIu bej`u
ции. Как уже говорилось выше, эволюционная теория
Ч. Дарвина оказала огромное влияние на психологическую науку. Открытие этой теории означало расширение предмета психологии, включение в него новых проблем, направленных на исследование вопросов взаимосвязи морфологии и функции, поведения и сознания
и т. д. Однако самое большое значение имел тот факт,
что с теорией эволюции в психологии появляются два
новых постулата — об адаптации как главной детерминанте, определяющей психическое развитие, и о генезисе психики, т. е. о том, что все психические процессы
не появляются в готовом виде, но проходят определенные, закономерные этапы в своем развитие.
Мысль о том, что можно выделить генетические этапы в развитии психики привела к появлению нового
метода исследования — генетического, т. е. метода, который исследует закономерности общей психологии,
изучая постепенное формирование определенной функции. Естественно, о таком подходе к исследованию говорилось задолго до Дарвина, но сознание универсальности этого метода и возможности исследовать закономерности процесса развития, общие для всех сфер
психической жизни, связаны с эволюционной теорией.
Именно эти положения привели к осознанию того, что
генетический метод может стать основой особой области психологической науки, предметом которой как раз
является исследование генезиса психики, т. е. к появлению генетической или возрастной психологии.
Эволюционный подход в психологической науке
отразился, прежде всего, в концепциях А. Бэна и Г. Спенсера, которые утверждали, что психика является закономерным этапом эволюции, и ее функция заключается
в обеспечении адекватного приспособления к окружающей среде.
А. Бэн (1818–1903) в своих работах «Ощущения и
интеллект» (1855), «Эмоции и воля» (1859) доказывал,
что ассоциативная психология должна рассматривать
не только ассоциации, существующие в сознании индивида, но и те, которые лежат в основе его поведения.
Труды Бэна отличаются совершенно необычным для
книг по психологии той эпохи богатством физиологи-
259
ческого материала, стремление возможно теснее связать
психические процессы с телесной организацией. Бэн
настаивал на том, что не только мозг, но и вся «телесная
система, хотя и в различной степени, связана с психическими функциями». Это и дает возможность путем
изучения органов чувств и органов движений проникнуть в деятельность мозга, заставить его клетки и волокна открыть свой смысл и назначение.
Большое внимание Бэн уделял уровням психической
деятельности, непосредственная связь которых с телесным устройством очевидна, а зависимость от сознания
минимальна — рефлексам, инстинктам, навыкам. Поэтому значительное место в общем строе психофизической деятельности отводилось в его теории мышечной
системе. При этом речь шла вновь, как у Гартли, о реальном акте, а не только о сопровождающих его ощущениях. Это означало важное расхождение с классическими
теориями ассоциаций, т. к. даже у Брауна речь шла лишь
о чувственном тоне движения, но не о самом действии.
Таким образом, именно в теории Бэна ассоциативная
психология впервые включила в исследование реальное
поведение живого существа, хотя этот факт и не получил
теоретического обоснования, как в теории Спенсера.
Истолковывая движущие силы поведения, Бэн противопоставил рефлексу спонтанное действие, ставшее
одной из главных категорий его психологии. Спонтанными являлись действия, для возникновения которых
прямых физических причин недостаточно. Принципом
спонтанной деятельности Бэн объяснял возникновение
навыка. Исходным для него служат беспорядочно повторяющиеся случайные движения, из которых отбираются и закрепляются путем повторения те, что привели
к успеху.
Большое внимание Бэн обращал на факторы, которые определяют переход от инстинктивного поведения
к поведению волевому, руководимому человеческим
разумом. В своих рассуждениях он впервые апеллировал
к положениям эволюционной теории Дарвина, проводя
аналогию между биологическими и психологическими
понятиями. Бэн доказывал, что как природа, пробуя и
260
ошибаясь, отбирает наиболее продуктивные виды, так
ck`b` VI
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]