Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История психологии. Учебник для вузов
.pdf
p`gbhŠhe oqhunknch)eqjncn gm`mh“
фактов, независимых от исходных концептуальных оснований их установления. Скажем, «магическая» формула, выражающая объем кратковременной памяти.
Существуют и психологические законы, например, законы Хика, Йеркса–Додсона и др., которые признают
все психологи, хотя эти законы и в плане выражающих
их формулировок, и в плане вероятности предсказываемых ими событий (она никогда не равна 1) отличаются
от законов, ассоциирующихся с естественными науками. Подобные факты и законы, во-первых, достаточно
универсальны и независимы от методологического контекста их выявления, во-вторых, не перечеркиваются
другими, выявленными позднее фактами и законами, и
принадлежат к числу кумулятивно накапливаемых элементов психологического знания.
В целом же можно говорить о «внутренней» и «внешней» кумулятивности психологического знания, т. е. о
накоплении фактов, законов и других видов знания, зависимых или независимых от концептуальных оснований их выявления. Первой обладают факты, законы и
другие виды знания, накапливаемые «внутри» интерпретативных традиций и не признаваемые за их пределами, второй — знание, признаваемое таковым представителями всех традиций и инвариантное относительно
их базовых методологических принципов.
Следующий параметр развития психологии — изменение соотношения между интерпретативными традициями, эволюция их иерархии — сопряжен с тем, что
среди них выделяются доминирующие традиции, среди
которых то одна, то другая выходит в лидеры. В.В. Козлов,
например, вычленяет семь «волн» в развитии психологии,
видя их в 1) физиологической, 2) психоаналитической,
3) бихевиористической, 4) экзистенциально-гуманистической, 5) трансперсональной, 6) коммуникативной,
7) интегративной парадигмах, которые последовательно
сменяли друг друга на «гребне» психологической науки.
Наверное, в ее «штормовой» истории можно разглядеть
и другие «волны», но суть в том, что эта история, в числе
прочего, выглядит как смена доминирующих интерпре-
тативных традиций. Причем доминирование той или
иной традиции можно объяснить как некоторой имма-
131
нентной логикой развития психологического знания, так
и связать с эволюцией общества и выходом на первый
план тех или иных социальных проблем. И здесь тоже
можно разглядеть признаки эволюции: если даже сами
интерпретативные традиции, как парадигмы Т. Куна,
«несоизмеримы» друг с другом (эту «несоизмеримость»
не следует переоценивать), то смена одних доминирующих традиций другими выглядит как эволюция доминирующих представлений о психическом.
Здесь тоже, как и в других случаях, уместно поставить вопрос о прогрессе психологии: если каждая новая
доминирующая традиция не кумулятивна по отношению
к предыдущим, а, скажем, отметает их как коллекцию
поучительных ошибок или использует как «кладбища»
феноменологии, то можно ли говорить о развитии науки, не сводя его лишь к выходу на первый план тех или
иных изучаемых ею проблем?
На этот вопрос тоже можно дать вполне утешительный для психологии ответ. Во-первых, некая «абсолютная некумулятивность» в истории науки вообще невозможна: каждое новое течение научной мысли так или
иначе вбирает в себя что-либо из накопленного предыдущими, даже если, как в случае бихевиоризма и психоанализа, они заимствуют друг у друга феномены для их
переинтерпретации на собственных идейно-методологических основаниях. Во-вторых, они нередко порождают представления, которые последующие течения не
могут не аккумулировать. Скажем, после появления теории З. Фрейда при создании общей модели психического едва ли возможно не считаться с существованием
бессознательного — вне зависимости от отношения к
этой теории и соответствующему образу психического.
В-третьих, общеметодологические принципы изучения
психического не замкнуты в рамках соответствующих
интерпретативных традиций, а заимствуются ими друг
у друга. Происходит нечто подобное «парадигмальным
прививкам», которые описывает В.С. Степин, но на уровне не парадигм, а интерпретативных традиций. Примером может служить доминировавшая в советской психологии теория деятельности, которой в период ее наи-
132
более активного развития что только не «прививали».
ck`b` III
p`gbhŠhe oqhunknch)eqjncn gm`mh“
В-четвертых, все основные течения психологической
мысли оставляют после себя соответствующий кон-
текст осмысления психического, образуемый не только
выявленными в его рамках фактами и соответствующими интерпретативными схемами, но и всегда сопутствующим им неявным знанием. Каждое новое течение формируется и развивается в этом все более обогащаемом
контексте, поэтому богаче предшествующих и «ближе
к истине», чем они. При этом, как отмечают философы,
даже опровергнутая теория «не просто отбрасывается
как износившееся платье, а передает некоторые элементы своего содержания новым теориям».
Важный параметр развития любой науки — эволюция представлений о том, как следует развиваться самой
этой науке, т. е. развитие базового слоя ее методологического самоопределения. В истории психологии это
самоопределение традиционно сводилось к поиску
«единственно правильных» оснований психологического знания и систематическому пересмотру его монисти-
ческой модели. Данный параметр развития психологии
тесно связан с предыдущим (но не сводим к нему), ибо
доминирование той или иной традиции имело в своей
основе появление большого количества ее сторонников,
считавших, что она и есть единственно правильная. Относительно новым этапом этого вечного спора стало
разделение его участников на две «партии», напоминавшее превращение многопартийной системы в двухпартийную. В результате основная линия демаркации
теперь пролегает не между сторонниками самих интерпретативных традиций, таких как бихевиоризм, когнитивизм, психоанализ, а между их объединениями на
основе идентификации с естественно-научной и гуманитарной парадигмами.
На первом этапе эволюции психологической науки
естественно-научная парадигма явно доминировала, что
выражалось в господстве в ней позитивистских стандартов получения и верификации знания, а гуманитарная
парадигма если и не вела полуподпольное существование, то, во всяком случае, находилась на периферии магистральной линии развития этой науки. С появлением
психоанализа началась экспансия последней, выражав-
133
шаяся в неуклонном возрастании ее влияния и расширении ее ареала. В последние годы, особенно в отечественной психологии, наблюдаются явления, свидетельствующие о доминировании гуманитарной парадигмы.
Однако на уровне общеметодологических представлений психологической науки — о том, какой ей надлежит
быть — наблюдается и новое явление: распространение
плюралистической методологии, утверждающей принципиальную необходимость развития психологической
науки в разных направлениях — и в предписываемом
естественно-научной парадигмой, и в предлагаемом парадигмой гуманитарной.
В основе «примирительных» методологий лежит не
только тенденция современной науки к плюрализму, общая либерализация современного общества, отображающаяся в методологии науки, тот факт, что к познанию
истины можно двигаться разными путями, но и принципиальная множественность детерминации психических
явлений. Если гуманитарная парадигма делает акцент на
их «внутренней» — феноменальной — детерминации,
т. е. на детерминации наших действий, ощущений, когниций и т. п. тем, что представлено в нашем феноменальном поле — самими нашими ощущениями, когнициями
и др., то естественно-научная парадигма — на их «внешней» детерминации, например, нейрогуморальными процессами, которые в этом поле не представлены. Можно
успешно работать в рамках любой из соответствующих
парадигм, что и делает основная часть психологов, но
трудно их сочетать, как трудно сочетать интерес, например, к душе и к нейронам. Однако отрицать легитимность
другой парадигмы в качестве равно возможного пути к
познанию истины означает перечеркнуть соответствующую область детерминации психического, т. е. детерминацию психических процессов либо другими психическими процессами, либо нейрогуморальными и прочими «материальными» факторами. Оба варианты были
бы абсурдными, и распространение плюралистической
методологии, безусловно, можно считать прогрессом в
развитии ее общеметодологических ориентаций. А в эволюции данных ориентаций можно усмотреть еще один
134
ключевой параметр развития психологии.
ck`b` III
p`gbhŠhe oqhunknch)eqjncn gm`mh“
Обрисованное представление об основных параметрах развития психологии можно представить в виде таблицы.
Параметры развития психологической науки
Параметр
развития
психологии
Критерии
прогресса
Эволюция
проблемного поля
Появление
новых проблем;
дифференциация и
усложнение
проблемного поля
и др.
Развитие
интерпретативных
традиций
Развитие
всех их базовых элементов;
«внутренняя» и
«внешняя»
аккумуляция психологического
знания
Изменение
соотношения
(иерархии)
традиций
Смена
доминирующих традиций;
их взаимовлияние
Эволюция
общеметодологических представлений
«Легализация» гуманитарной
парадигмы;
переход
от монистических
моделей к
плюралистическим
и др.
Разумеется, описанные параметры не автономны.
Эволюция проблемного поля влечет за собой введение
новых категорий, появление новых интерпретативных
схем, выявление новых фактов, стимулируя развитие
интерпретативных традиций. Неравномерность их развития вызывает изменения их иерархии. Все это отображается на уровне методологических представлений,
стимулируя их развитие. Существуют и другие векторы
влияния параметров друг на друга, вследствие чего история психологии выглядит как эволюция «сети» взаимосогласованных параметров, а не как параллельное развитие
автономных характеристик. Главное же состоит в том,
что в эволюции конгломерата фактов, теорий, методологических ориентаций, которая подчас выглядит как мало
упорядоченное движение в самых разных направлениях,
все же можно разглядеть и основные векторы развития
психологической науки, и признаки ее прогресса. Важно лишь не сводить этот прогресс лишь к одному из его
параметров — только к накоплению знания, формированию каких-либо всеобщих методологических принципов
или чему-то еще. Прогресс психологии — это и развитие
психологического знания, и появление новых теорий,
135
ck`b` III
и формирование новых методологических представлений и многое другое. В частности, как подчеркивает
К. Данцигер, «важное значение методологических императивов состоит в том, что они создают условия для прогресса дисциплины». И, можно добавить, сами являются
проявлением этого прогресса. В результате на каждом
последующем этапе своего развития психологическая
наука все-таки совершеннее и ближе к заветной Истине,
чем на предыдущем.
b%C!%“/ дл “=м%*%…2!%л
1. Каковы основные источники психологического знания?
2. В чем состоит научное значение психологической
практики и обыденного психологического познания?
3. Каковы основные компоненты интерпретативных
традиций в психологии?
4. В чем состоят основные причины сомнений в существовании прогресса психологической науки?
5. Каковы основные параметры развития психологической науки?
136
o!,ме!…/е 2ем/ !е-е!=2%"
1. Образы научного исследования в философской методологии науки.
2. Взаимоотношения между основными источниками
психологического знания.
3. Исследовательская и практическая психология.
4. Проблема прогресса психологической науки.
5. «Единицы» развития психологического знания.
k,2е!=23!=
Аллахвердов В.М. Методологическое путешествие по
океану бессознательного к таинственному острову
сознания. СПб., 2003.
p`gbhŠhe oqhunknch)eqjncn gm`mh“
Аллахвердян А.Г., Мошкова Г.Ю., Юревич А.В., Ярошев-
ский М.Г. Психология науки: Учебное пособие для
вузов. М., 1998.
Петровский А.В., Ярошевский М.Г. Основы теорети-
ческой психологии. М., 1998.
Полани М. Личностное знание. М., 1985.
Смит Р. История психологии. М., 2008.
Степин В.С. Теоретическое знание: структура, исто-
рическая эволюция. М., 2000.
Хьел Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб., 1997.
Юдин Э.Г. Системный подход и принцип деятельности.
М., 1978.
Юревич А.В. Социальная психология науки. СПб., 2001.
Ярошевский М.Г. История психологии. М., 1985.
ck`b` IV
oqhunknch)eqj`“ m`rj` `mŠh)mnqŠh
nK?= .=!=*2е!,“2,*= !=ƒ",2, C“,.%л%г,че“*,.
ƒ…=…,L " =…2,ч…%“2,
Появление психологии в Древней Греции на рубеже
7–6 вв. до н. э. было связано с необходимостью становления объективной науки о человеке, рассматривающей
душу не на основе сказок, мифов, легенд, но на основе
тех объективных знаний (математических, медицинских, философских), которые появляются в этот период.
В это время психология входила в общую науку, изучавшую общие закономерности общества, природы и человека. Эта наука получила название натурфилософии
(философии) и в течение долгого времени, почти 20 веков, психология являлась частью философии.
Естественно, что в обширном предмете науки фи-
лософии, к психологии относилась область, связанная в
первую очередь с человеком, да и само исследование
души — психики, связывалось преимущественно с особенностями психики человека. В то же время область
психического не ограничивалась им, но распространялась на весь мир. Такой подход получил название панпсихизм — это есть направление, которое считает весь
мир одушевленным и наделенным душой. В течение нескольких веков (примерно до 3 в. до н. э.) разница между психикой человека и животных рассматривалась как
чисто количественная, а не качественная.
От философии психология взяла и важное для лю-
бой науки положение о необходимости строить свои
теории на основе знания, а не веры. Стремление избе-
138
жать сакральности, т. е. соединения веры со знанием, а
oqhunknch)eqj`“ m`rj` `mŠh)mnqŠh
не с разумом, с стремление доказать правильность высказанных взглядов, и было самым важным отличием
научной, философской психологии от донаучной.
Первые представления о душе, возникшие на основе мифов и ранних религиозных представлений, уже
выделили некоторые функции души, прежде всего энергетическую, побуждающую тело к активности. Эти представления и легли в основу исследовательской деятельности первых психологов. Уже первые работы показали,
что душа не только побуждает к действию, но и регулирует активность индивида, а также является главным
орудием в познании мира. Эти суждения о свойствах
души стали ведущими и в последующие годы. Важнейшим вопросом психологии в античный период стало
изучение того, как душа придает активность телу, как
она регулирует поведение человека и каким образом
познает мир. Анализ закономерностей развития природы привел мыслителей того времени к идее о том, что
душа материальна, т. е. состоит из тех же частиц, что и
весь окружающий мир.
Все в мире имеет свою первооснову, т. е. элемент,
являющийся первой и главной составляющей всех объектов — «архе». Исследования окружающего мира привели ученых 7–5 вв. до н. э. к мысли о том, что архе — это
тот элемент, без которого не может существовать мир и
все в нем, и, как и все в природе, этот жизненно важный
элемент должен быть материален. Так, Фалес (6 в.
до н. э.), на концепцию которого повлияли воззрения
египтян, приходил к выводу о том, что первоосновой,
душой является вода — т. к. вода (Нил, от которого зависели урожаи) — это основа жизни. Анаксимен (5 в.
до н. э.) вечно движущимся и вечно живым началом считал, воздух. Необходимо отметить, что на взгляды древнегреческих ученых повлияли разнообразные философские и психологические концепции, в том числе и древнеиндийские веды, в частности, учение о том, что
важнейшим свойством (праной) жизни является дыхание (диада — атман-брахман). Отражение этих идей
можно увидеть и в теории Анаксимена, и других греческих ученых, связывающих первоначало «архе» с дыханием, воздухом, ветром. Идея о том, что пневма (воздух,
139
движение) является одной из составляющих души, прослеживается и в более позднее время, например в концепции Эпикура.
Материальность души связана и с тем, что в самом
начале развития психологии ученые считали, что ее главным качеством является активность, т. е. душа — это,
прежде всего, энергетическая основа тела, которая приводит инертное, пассивное тело в движение. Таким образом, душа является источником жизни, в основе которой лежит активность.
Несколько позже появляется идея о том, что конкретный материальный объект (вода, земля или воздух),
даже очень важный для мира и жизнедеятельности, не
может быть первоосновой. Уже Анаксимандр, живший
в 6 в. до н. э., писал о «беспредельном», т. е. о таком физическом начале, из которого все возникает и в которое
все превращается. В теориях Левкиппа и Демокрита
(5–4 вв. до н. э.) появляется идея атомов, мельчайших,
невидимым миру частиц, из которых и состоит все окружающее. Атомистическая теория, разработанная этими
учеными, была весьма распространена и являлась составной частью психологических учений многих ученых
не только Древней Греции, но и Рима. Так как душа является источником активности для тела, то и состоит она,
по мнению Демокрита и последующих за ним ученых,
из самых мелких и круглых атомов, которые наиболее
активны и подвижны.
Не менее важной для развития психологии стала
высказанная Гераклитом идея, о том, что все в мире действует по определенным законам, по Логосу, который
является главной управляющей силой. Логос объясняет
и взаимосвязь между отдельными событиями, в том числе и между разными эпизодами в жизни людей. Таким
образом, все в мире причинно обусловлено, все события
проистекают не просто так, случайно, но по определенному закону, хотя мы не всегда эту связь, эту причину
произошедшего события можем установить. Такой подход, называемый детерминизмом, показал возможности
понимания и объяснения происходящего и в мире, и в
человеке, открывая тем самым новые перспективы перед
140
наукой. Тем самым понятие Логоса стала очень важным
ck`b` IV
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]