Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История психологии. Учебник для вузов
.pdf
opedleŠ hqŠnphh oqhunknchh, leŠndnknch)eqjhe ophm0ho{ oqhunknch)eqjni...
данный конкретный момент и правильно объяснены на
данном этапе развития научного знания.
Неклассическая психология, анализируя опыт предшествующих десятилетий, вынуждена была признать
невозможность для психологии в полной мере использовать методы и методологию наук естественных. В неклассической психологии подчеркивалась ограниченность логического анализа при интерпретации полученных данных, так же как и рационального их анализа,
особенно при исследовании бессознательного. Ярким
примером новых тенденций является появление экзистенциального и гуманистического направлений в психологии, которые (прежде всего экзистенциальная) в
принципе подчеркивали невозможность использования
в полной мере логики и принципа детерминации в психологии.
Достоинства количественных методов, так же как и
способов математической обработки полученных результатов, сопоставлялись с достоинствами качественного анализа. При этом в неклассической психологии
подчеркивалось, что для исследований, направленных
на изучение мотивации, личности человека, только количественных методов недостаточно, а обобщенные
результаты экспериментальных методик не универсальны и не отражают индивидуальности респондентов. Так,
в психологию были введены методики, нацеленные на
анализ индивидуального опыта, рассказов или рисунков
испытуемых, бесед с ними. Эти методики получили название нарративных. Появились и способы интерпретации и анализа полученных данных — контент-анализ,
дискурс-анализ.
Таким образом, можно говорить о том, что в середине ХХ в. в психологии наряду с естественно-научной
парадигмой возникла гуманитарная. Понятие «парадигма» было введено Т.С. Куном, который подразумевал
под этим определенный образец, систему теоретических
понятий, принятых всеми членами научного сообщества. Кун выделял два аспекта в понятии «парадигма» —
эпистемический и социальный. Эпистемический аспект
связан с содержанием предлагаемого образца, т. е. с теми
знаниями и методами, которые в него входят. Социаль-
31

ный же определяется тем научным сообществом, которое принимает эту парадигму в качестве образца.
Важными моментами в концепции Куна является
понятие «смена парадигм». В результате такой смены
научное сообщество принимает новую систему методологических и теоретических постулатов, определяющих
и направляющих направление новых исследований.
Иногда, как в случае с психологией, таких образцов может быть несколько (методология естественно-научная
и гуманитарная), и в этом случае можно говорить о полипарадигмальности или мультипарадигмальности.
Появившиеся в последние десятилетия новые ценности и новые научные факты привели к такой смене
парадигм в психологической науке, ознаменовав появление нового периода в ее развитии.
Усложнение и развитие современной психологии
не могло не сказаться на ее категориальном строе. Модификация принципов классической психологии и разработка новых, неклассических и постмодернистских
подходов подразумевает с необходимостью включение
в картину новой психологии вновь открытых феноменов
психики, а также, что особенно важно, их научного объяснения.
Основные принципы и категориальный строй психологии непосредственно связаны именно с общепсихологической проблематикой. Однако в исследовательских программах генетический или клинический подходы часто позволяют выявить важнейшие для общей
психологии феномены и закономерности, осветить и
уточнить вопросы общепсихологической значимости, в
частности, вопросы тезауруса, соотношения понятий,
разработанных в разных психологических направлениях и наполненных новым, разнообразным содержанием,
широко использующимся в настоящее время. Так как в
общей психологии теоретические разработки более
структурированы, чем в других областях психологического знания, например, в возрастной или социальной
психологии, то, говоря об общей психологии, мы можем
с высокой степенью уверенности говорить о ее категориальном строе и принципах. Но если влияние принци-
32
пов (си стемности, развития, детерминизма) в той или
ck`b` I

opedleŠ hqŠnphh oqhunknchh, leŠndnknch)eqjhe ophm0ho{ oqhunknch)eqjni...
иной степени можно распространить и на другие области психологии, этого нельзя с той же степенью достоверности сделать в отношении категориального строя.
Прежде всего возникает вопрос о том, как отражаются в психологических инвариантах новые тенденции
в ее становлении — междисциплинарность и полипарадигмальность. Представляется, что это сказывается
преж де всего в том, что возникают новые категории, а
также новые соотношения между ними, которые не входят в старую категориальную сетку. При этом вызывает
интерес не столько пересмотр самих категорий, сколько
анализ их модификации и изучения в разных областях
психологии — психологии личности, социальной, клинической, возрастной психологии, а также анализ тех
принципов и законов, которые универсальны для всех
областей психологического знания.
В качестве примера можно упомянуть о двух законах — закона дифференциации Н.Н. Ланге и закона
обратимости Ж. Пиаже, рассмотрев их роль в смежных
областях психики. Закон, сформулированный Н.Н. Ланге еще в начале ХХ в., говорит о том, что всякое развитие,
где бы оно ни происходило, идет от общего к частному,
от целого к частям, от форм и состояний мало определенных, глобально-диффузных и недифференцированным к определенным и дифференцированным. В современной формулировке Ф. Берталанфи он гласит, что в
процессах органического развития первичное целое
подразделяется на субсистемы.
Однако этот закон, разработанный в естественнонаучной парадигме, может быть с успехом применен к
оценке феноменов, происходящих в психологии личности. Как показывают современные исследования, осознание себя и уникальности себя как личности начинается с появления образов, которые достаточно смутно
представлены в содержании идентичности и сопряжены
с эмоциональной неопределенностью, а потому не отражены в вербальных ответах. Постепенно содержание
личностной идентичности становится более осознанным
и четким, дифференцированным, при этом возникает
более гармоничное соотношение субъективных и объективных параметров оценки себя. С возрастом это со-
33

отношение начинает отражать социальные позиции
подростков и юношей, которые в зависимости от ориентации на себя, на мир, на взрослых и т. д. соотносят в
своей личностной идентичности социальные, ролевые,
объективные и субъективные параметры.
Точно так же можно увидеть, что закономерности
становления операций мышления, выделенные Пиаже,
оказываются действительными для процесса развития
идентичности, соотношения таких ее параметров, как
целостность и разносторонность. Так, оказывается,
что личностная идентичность развивается от неосознанной целостности, которая утрачивается по мере
осознания человеком себя и своих личностных качеств
(по аналогии с утратой обратимости при переходе на
более высокий уровень выполнения операций у Пиаже). Постепенное овладение способностью оценивать
себя, исходя из разных параметров и разных планов
взаимодействия с окружающими, вновь приводит к
появлению целостности личностной идентичности, но
уже на более высоком уровне осознания себя и своих
отношений с другими. При этом хотелось бы подчеркнуть, что использование данных законов в объяснении
процессов, происходящих при становлении личности, ее
социализации, становится возможным тогда, когда само
исследование предполагает наличие многоаспектных
и разноуровневых представлений о себе, множественных Я, которые отражают разные позиции и роли во
взаимодействии человека с современным социумом и
создают устойчивый баланс персональной и социальной
идентичностей.
Так, в категориальной сетке не только общей психологии, но и психологии личности, возрастной и социальной психологии появляется новая инварианта —
идентичность, соотносящаяся с понятиями «образ-я» и
«я-концепция». Важным моментом здесь является тот
факт, что соединение в единую систему двух видов идентичностей — социальной и персональной, не только дает
основания для пересмотра понятий «образ-я» и «образ
мира», которые в этом случае представляют два полюса
единого образа, но и связывают категорию, изначально
34
появившуюся в психологии личности, с сеткой понятий
ck`b` I

opedleŠ hqŠnphh oqhunknchh, leŠndnknch)eqjhe ophm0ho{ oqhunknch)eqjni...
социальной психологии, в частности, с понятием социализация.
Еще одной категорией, не являющейся новой, но
наполняющейся новым содержанием в современной
психологии, является переживание. Категория переживания чаще всего исследуется в единстве с другими психологическими категориями, прежде всего с категориями мотива и деятельности. С категорией мотива ее
роднит динамическая, энергетическая природа, побуждающая к активности, т. к. эмоциональная составляющая
является непременной частью поведения. Регуляторная
функция переживания связывает его с категорией деятельности. Изучение взаимосвязи внешней и внутренней деятельности, процессов интериоризации и экстериоризации вновь выводит на первый план проблему
переживания, т. к. на переживании основывается сама
возможность присвоения опыта, перехода внешней деятельности во внутренний план.
Сам факт важности эмоций и переживаний не только в регуляции активности, но и в присвоении знаний,
идентификации с окружающим миром, в том числе и со
значимыми людьми, не вызывает сомнения. Поэтому не
случайно, что в современных работах по исследованию
социализации, персональной и социальной идентичности обращаются к категории переживания. Переживания используются и в психотерапии, где важнейшим
моментом является установление эмоционального контакта, трансфера между клиентом и психотерапевтом,
а экстериоризация переживаний дает возможность разрядки, снятия психологического напряжения, что рассматривается как одна из значимым целей психотерапии. При этом наиболее важным моментом, отличающим
переживание от других эмоциональных состояний и делающим его основным механизмом личностного становления, является соединение в нем двух аспектов — динамического (интенционального) и когнитивного.
Категория переживания входит в проблематику
многих областей психологической науки. Индивидуальные и социальные переживания имеют разные функции,
связанные с принятием себя и формированием личностной идентичности (индивидуальные) или принятием
35

социального окружения и формированием культурной,
социальной идентичности (социальные). И в том и в другом случае именно развитие переживаний делает человека личностью, вводя его в поле культуры.
Последним моментом, на котором хотелось бы остановиться, является необходимость пересмотра самого
принципа построения, точнее отображения, категориального строя современной психологии. Представляется, что классический матричный принцип их связи устарел и не отражает ни новых категорий, которые с трудом
вписываются в исходную матрицу, ни их взаимосвязи
между собой, особенно когда речь идет о категориях,
берущих начало из разных областей знания. Традиционный подход должен быть заменен на сетевой принцип
построения категорий
Так, категория «образ» может быть представлена
такими понятиями как «образ-я», «образ-мира», «образ
себя в мире», «образ себя в глазах других» и т. д. Эта
сеть понятий пересекается с другой сетью, идущей от
категории «личность» — персональная идентичность,
социальная идентичность, групповая, культурная, гендерная и т. д., непосредственно примыкающей к группе
понятий, связанных изначально с категорией отношения. На пересечении этих сетей выстраивается новая
категория — социализация, связывающая, в свою очередь, все эти сети с переживанием, которое также разделяется на социальные и персональные переживания,
соотносимые и с разными видами образа, и с разными
видами идентичности, и с разными видами отношений.
Таким образом, можно констатировать, что современные категории связаны между собой сложнее, чем
это казалось ранее, и не всегда четко разделяются по
уровням. Поэтому традиционный матричный принцип
построения инвариант, ярко представленный, например,
в работах Петровского и Ярошевского, и предполагающий их четкую иерархию, но не взаимосвязь, должен
быть дополнен другими вариантами. Более адекватным
для современной науки является именно сетевой принцип организации категорий, предлагаемый, например,
Степиным. Этот подход дает возможность увидеть как
36
связь категорий между собой, так и законы и тенденции
ck`b` I

opedleŠ hqŠnphh oqhunknchh, leŠndnknch)eqjhe ophm0ho{ oqhunknch)eqjni...
в их развитии, а также открывает возможности встраивания в уже имеющуюся сеть новых категорий. Сетевой
принцип показывает также разноуровневость категориального строя, давая возможность выделить базовый,
общий для всех отраслей психологии, слой, и связанные
с ним сети, отходящие в разные стороны и характерные
для определенных областей науки.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что психология есть самоорганизующаяся и саморазвивающаяся система, имплицитно подразумевающая дальнейшее
становление ее категориального строя, который должен
строиться по сетевому принципу. Расстояние и соотношение между отдельными категориями, образуя сеть
тезаурусов, отражает и закономерности их развития, и
взаимосвязь между разными областями, прежде всего
категории, образующиеся на основе межпредметных и
даже междисциплинарных связей. Многие понятия и
принципы, использующиеся в разных областях знания,
обогащают друг друга, наполняя новым смыслом традиционные психологические понятия, а само поле научного знания неуклонно расширяется.
q%"!еме……%е “%“2% …,е C“,.%л%г,че“*%L …=3*,
Движение науки невозможно без осознания смысла научной деятельности, путей дальнейшего становления, методологических принципов, по которым строятся исследования. Поэтому, говоря о развитии науки,
большинство ученых в качестве одного из важнейших
показателей использует стремление научного сообщества к рефлексии. Такая рефлексия является характерной чертой современной психологии. О том, что методологические проблемы психологии связаны не только
с социальной ситуацией, но и с ее собственной логикой
развития, говорит и сопоставление современной ситуации с той, что сложилась в начале ХХ в. Кризис начала
ХХ в. вытекал из требования, постулируемого практически всеми учеными того времени, построения позитивной психологии, перестройки классической ассоциативной психологии на основе новой методологии и
поиска нового, объективного метода исследования пси-
37

хики. Похожую ситуацию испытывает и современная
психология, хотя сегодня сложилась обратная ситуация — необходимость модификации естественно-научной, позитивистской психологии, которая не в состоянии решить всех проблем, встающих перед ней.
Еще на рубеже XIХ–ХХ вв. прозвучал первый сигнал о том, что объективная психология не в состоянии
ответить на многие вопросы, связанные с духовной жизнью людей, с их потребностью в творчестве, самореализации, с умением преодолеть давление среды и т. д.
Именно в этот период возникает духовная философия
В. Соловьева, отразившаяся во многих психологиче ских
концепциях того времени (Лопатина, Франка, Лосского
и других.). Опасность ориентации только на позитивизм
видели не только российские исследователи; известный
немецкий ученый Э. Гуссерль также писал о том, что и
социология, и психология имеют дело не только с естественной, но и искусственной средой, причем сама социальная действительность есть продукт нашего знания о
ней. Поэтому традиции естественно-научного знания не
применимы при изучении психологических явлений.
Однако достижения естественных наук в исследовании
материальных оснований психики были настолько велики, так же как и потребность в развитии объективных
методов исследования феноменов психического, что
недостатки естественно-научной психологии в тот момент были менее значимы по сравнению с ее достоинствами и достижениями.
Однако в конце ХХ в. важнейшая методологическая
проблема соотношения философии и естественных наук
в психологии стала важной не только для теории, но и
для построения психологических исследований. Эта проблема вставала в связи с необходимостью, во-первых,
создать фундамент для экспериментальной психологии,
во-вторых — сочетать эмпирические исследования с
обобщением и интерпретацией полученных данных, что
практически невозможно без философской рефлексии.
Так как в разработке объективных методов исследования психических (точнее психофизических) процессов
именно естественные науки добились серьезных резуль-
38
татов, значительно опередив психологию, в поисках но-
ck`b` I

opedleŠ hqŠnphh oqhunknchh, leŠndnknch)eqjhe ophm0ho{ oqhunknch)eqjni...
вых методов исследования ученые на рубеже XIХ–
ХХ вв. естественно обратились именно к данной области знания. Однако при разработке новых методов
необходимо учитывать важность целостного, системного подхода к исследованию психики, отсутствие которого было одним из серьезных недостатков тех методов,
которые разрабатывались на основе биологии и физиологии. Таким образом, вопрос о сочетании естественнонаучных и философских постулатов вставал во всей
своей многогранности и сложности.
Важным моментом в настоящее время стало понимание различий и точек соприкосновения в методологии
разных сфер психологии, в частности, когнитивной, клинической (наиболее объективной и ориентированной
на данные естественных наук) и психологии личности и
социальной психологии (наиболее ориентированных на
гуманитарное знание). Таким образом, можно сказать,
что сама структура психологического знания доказывает важность сочетания естественно-научных и гуманитарных подходов в исследовании и понимании психики.
При этом возможен и необходим именно диалог, а не
конфронтация различных подходов к психологии как
науке, к ее проблематике и методам исследования психики, т. к. стремление к доминированию одного подхода,
одной парадигмы, как показывает история психологической науки, приводит в тупик.
Актуальность методологических проблем чрезвычайно высока и для отечественной, и для зарубежной
психологии. В этом плане особенный интерес представляют работы как европейских, так и американских ученых (прежде всего С. Московиси, Д. Гергена, Х. Маркуса, Д. Тернера, Г. Брейквелла), стремящихся ввести современный философские принципы и парадигмальный
подход в методологию психологии (в частности, идеи
постпозитивизма, конструктивизма, постмодернизма,
современной эволюционной биологии и этологии). Еще
одним значимым моментом методологических инноваций в зарубежной психологии является принцип активности субъекта в построении образа мира, его когнитивных схем, которые, собственно, и являются той основой,
по которой конструируется образ окружающего. Этот
39

подход существенно отличается от принципа активно сти
в теории отражения, который доминировал в отечественной психологии.
Методологические дискуссии в зарубежной психологии начались несколько раньше, чем в отечественной
науке, и главное, они до последнего времени носили более продуктивный характер, т. к. были связаны с изучением возможности и границ сочетания естественно-научных и гуманитарных принципов в психологических
исследованиях (работы Д. Эдельмана, Д. Арчера, Р. Стеренберга). В то же время в отечественной психологии в
конце XIX в., где также актуализировалась проблема методологии, эти дискуссии носили более идеологизированный характер и касались в основном подходов к преодолению марксисткой идеологии и философии как
единственной методологии психологической науки.
Попытка найти смысл своей деятельности характерна и для многих прикладных исследований, в которых
явно прослеживается стремление встроиться в определенное направление или научную школу, продемонстрировать важность психологических исследований для
определенной отрасли, для общества. Таким образом,
можно констатировать, что психология осознает вопрос
необходимости разработки методологических принципов, объединяющих теорию и практику, которые в последнее годы все больше расходились, отрываясь друг от
друга. Это наносит серьезный ущерб развитию целостного научного знания, т. к. не дает возможности полноценной проверки в определенной методологической
парадигме теоретических открытий, а с другой стороны,
лишает практику объективных критериев, без которых
она также не может формировать новые полходы к диагностике и консультированию.
Модификация принципов классической психологии
и разработка новых, неклассических и постмодернистских подходов к методологии подразумевает с необходимостью включение в картину новой психологии вновь
открытых феноменов психики, а также, что особенно
важно, их научного объяснения.
Словосочетание «психология ХХI века» стало на-
40
столько привычным и даже навязчивым, что в его смысл
ck`b` I
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
