Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:История психологии. Учебник для вузов
.pdf
cл="= XI
p`gbhŠhe nŠe)eqŠbemmni oqhunknchh
nK?,L %Kƒ%! !=ƒ",2, C“,.%л%г,че“*%L …=3*,
" p%““,,
История становления отечественной психологии не
случайно выделена в отдельную главу, хотя работы некоторых ученых упоминались и ранее. Необходимо подчеркнуть, что такое разделение никак не указывает на
то, что российская психология развивалась в отрыве от
мировой. Напротив, связь между ними была очень тесной, отечественные ученые постоянно ездили на стажировки в лучшие европейские лаборатории. Выходившие
за рубежом книги переводились практически мгновенно и выходили (по крайней мере, наиболее значительные
из них) в течение нескольких месяцев после выхода на
родине. Обзоры научных открытий и дискуссий публиковались и в журналах, например в «Вестнике Европы».
Причиной же для выделения российской психологии было стремление показать целостную картину становления психологической науки в нашей стране, ее
специфику по сравнению с зарубежной и дать анализ
тех факторов, которые определили и ее своеобразие, и
динамику ее становления. В связи с этим выделены временные периоды, характеризующие критические точки
в развитии российской науки.
Это 40–60-е годы XIХ в., т. е. период становления
российской психологии, осознания ею своего предмета
и выбор пути и научной программы. При этом в силу как
логики развития (расцвет позитивизма и естественных),
так и благодаря сложившейся в России социальной ситуации (проведение комплексных реформ) в этот пери-
451
од из двух предложенных программ (К.Д. Кавелина и
И.М. Сеченова) была выбрана программа построения
психологии как естественно-научной дисциплины, предложенная Сеченовым.
Идеологический кризис в российском обществе в
конце XIХ в. ознаменовал новый важный период в развитии отечественной психологии, связанный с переосмыслением своей методологии. Это привело к возникновению принципиально нового подхода, ориентированного на духовную философию, на идеи В. Соловьева и
его последователей. Одновременно (хотя и не так интенсивно) развивается и объективная (естественно-научная)
психология, возникают экспериментальные лаборатории, аналогичные лаборатории Вундта в Лейпциге.
Следующим важным моментом стало зарождение
советской, марксистской психологии, появившейся в
1920–1930-х гг. В многочисленных научных дискуссиях,
школах, возникавших в это время, нашло отражение
стремление построить новую психологию, направленную на решение важнейших социальных задач нового
общества. Несмотря на то, что доминировала в это время, что естественно, объективная и социогенетическая
методология, до начала 1930-х гг. в России сохранялись
те научные школы, которые были связаны с гуманитарной, философской линией развития (например, школа
Г. Шпета).
Однако уже к середине 1930-х гг. ситуация и в науке,
и в обществе резко меняется, усиливаются авторитарные тенденции, что привело к разгрому и запрещению
не только философской психологии, но и педологии и
психотехники. Фактически запрещенными оказались
все психологические исследования, даже те, которые
были идеологически близки советской власти. Это нанесло серьезный удар по научным психологическим
школам, которые очень плодотворно развивались в этот
период. Лишь после войны, в середине 1940-х гг.в, психология постепенно начинает восстанавливаться, возобновлять свои исследования. Однако разрыв в традициях,
заложенных еще в начале века ХХ в., потеря связи с зарубежной наукой, внутренняя цензура, отсутствие ин-
452
ститутов по подготовке психологов и, следовательно,
ck`b` XI
p`gbhŠhe nŠe)eqŠbemmni oqhunknchh
малочисленность последователей, долгие годы сказывались на творчестве отечественных ученых.
Вторая половина ХХ в. ознаменовалась возрождением школ, запрещенных в 30-е годы (школа Бехтерева,
Выготского), активным поиском новых путей развития,
новыми исследованиями и открытиями в разных областях психологии, прежде всего в когнитивной и возрастной. Возобновляются связи с зарубежной психологией.
Многие отечественные исследования, мало известные
за рубежом (нейропсихологические работы А.Р. Лурии,
понятие о зоне ближайшего развития Л.С. Выготского)
получают широкое распространение в мировой психологии, дополняются новыми материалами.
Российские же психологи в попытке наверстать упущенные за несколько десятилетий возможности начинают широко внедрять достижения зарубежных коллег.
Наряду с положительными эти тенденции имели и отрицательные последствия, связанные с утерей своих
традиций, отхода (хотя и не окончательного) от своей
методологии, что в соединении с не всегда продуманным
сочетанием с принципами разных школ привело к эклектике и невозможности достоверно интерпретировать
полученные результаты. Однако к концу ХХ в. ориентация на интеграцию, свойственная, как уже говорилось,
зарубежной психологии, стала явно проявляться и в российской науке. Поэтому в последние годы вновь начинает появляться интерес к методологическим вопросам,
стремление не просто механически соединить, но интегрировать достижения, имеющие единую логику научного поиска.
Анализ факторов, определивших эту динамику становления и развития российской психологии, показывает, что ведущими являются логика научного знания и
социальная ситуация, т. е. те самые факторы, о которых
говорилось в первой главе. Раскрывая их содержание,
необходимо подчеркнуть, что и широкое распространение позитивизма, и поиски объективного метода исследования психики были свойственны не только российской, но и зарубежной психологии в тот период, т. е.
логика развития науки была единой для всей психологии.
Небольшие различия были в большей популярности у
453
естествознания и медицины в России, что обеспечило
расцвет этих наук в нашей стране и способствовало многочисленным открытиям, сделанным отечественными
учеными.
Гораздо больше отличались те социальные условия,
в которых формировались научные школы в разных
странах. В предыдущих главах уже говорилось о роли
социальной ситуации в становлении немецкой, французской, американской психологии. Значительное влияние оказала она и на российскую науку. При этом особенно важными стали такие параметры социальной
ситуации, как ментальность, идеология интеллигенции,
особенности реформ, проходивших в российском обществе.
g=!%›де…,е !%““,L“*%L C“,.%л%г,,. d"е 2е…де…ц,,
" ее !=ƒ",2,,
Хотя отдельные психологические концепции были
достаточно популярны в России еще в XVIII в., однако
научная психология в нашей стране начала формироваться с середины XIХ в. Шестидесятые годы XIХ в. —
один из самых знаменательных этапов в отечественной
истории и науке. Ослабление цензурного гнета, открытие многих либеральных изданий, возобновление многих университетских курсов пробудили надежды прогрессивной части общества на то, что в России, наконец,
произойдет реформирование старого уклада, просвещение. Не удивительно поэтому, что книга Сеченова «Рефлексы головного мозга» была воспринята многими людьми как руководство к поведению, как своего рода катехизис, по которому надо сверять свою жизнь. Также
позднее воспринимались сочинения Чернышевского,
Некрасова, Добролюбова.
Так как правительство в это время разделяло мысли
интеллигенции о том, что просвещение российского общества является одной из основных задач новой эпохи,
то кроме старых университетских центров был организован в 1862 г. первый российский свободный универ-
454
ситет, который стал важной школой для многих людей,
ck`b` XI
p`gbhŠhe nŠe)eqŠbemmni oqhunknchh
не имевших возможности поступить в высшие учебные
заведения, т. к. свободный университет могли посещать
все желающие. Несколько позже появились первые научные кружки и общества, например Психологическое
общество в Москве. Именно литературная, научная, правовая жизнь таких кружков была той питательной средой, в которой развивалась наука.
В 1863 г., после долгого перерыва, было возобновлено преподавание философии в российских университетах. Это стимулировало научные исследования в обла сти
психологии и логики, которые хотя и не были запрещены, как философия, но находились в забвении. Конечно,
длительный перерыв не мог не сказаться на уровне преподавания этих наук, поэтому, прежде чем оказать заметное влияние на российское общество, многие дисциплины, и психология в их числе, должны были организоваться и упрочиться. В новых социальных условиях
психология оживает не только и не столько в стенах
учебных заведений, сколько в общественных кружках
и в публицистике.
Изменялось не только содержание психологии, менялось и ее место в системе других наук. В начале XIХ в.
она была связана преимущественно с философией, ориентация на которую была поставлена под сомнение в
1860–1880-е гг. Это были годы расцвета, интенсивного
развития естественных наук в России, на которых сосредоточился главный интерес общества и основные
научные достижения. Это наложило естественно-научный отпечаток на развитие психологии, положив начало
формированию физиологической психологии.
Оказавшись на перепутье реформ, Россия должна
была решить, как ей двигаться дальше, какой путь соответствует национальному характеру. Эти проблемы
стали центральными не только для социологии, философии и юриспруденции, но и для психологии того времени. В то же время как естественные, так и гуманитарные науки того периода имели тенденцию к созданию
универсальных теорий, каждая из которых претендовала на открытие основных закономерностей развития
человека и общества. Так, Ковалевский заложил основы
эволюционного направления в палеонтологии, Менде-
455
леев — основы химии, Сеченов — основы нервной физиологии и психологии, Михайловский и Лавров занимались социологией, разрабатывая свою теорию общественного прогресса. Значительное место в их работе
занимали психологические проблемы, в частности, изучение развития личности и развития критичности мышления у человека. Универсализм лежал в основе теории
«психологизма», весьма распространенной не только в
середине XIХ, но и в начале ХХ в. Согласно этой теории,
одним из основателей которой является П.Л. Лавров,
психология должна стать основой всех наук о человеке,
т. к. именно она может объективно объяснить и происхождение знаний, и изменение общественного и личного сознания. Таким образом, подходили к разработке
психологии права Л.И. Петражицкий, психологии творчества Д.Н. Овсянико-Куликовский и другие исследователи.
Если до этого времени отечественная психология
развивалась в основном под влиянием зарубежных теорий и взглядов на ее предмет и задачи, то в 1870-х гг., в
связи с развитием отечественной научной мысли, с развитием рефлексии своей самобытности, своих научных
и психических особенностей, начала формироваться
самостоятельная отечественная психология, начался
поиск путей ее построения, ее методологии и собственного предмета.
Прежде всего необходимо было разработать методологию новой науки, понять, какой ей надлежит быть —
естественной или гуманитарной. Из ответа на этот вопрос вытекало и на какую дисциплину следует ориентироваться психологии — на философию, с которой она
была связана главным образом до того времени, либо на
физиологию, как того требовали новые веяния науки и
общественные предпочтения. В то время было предложено две концепции построения психологии, т. к. идеи,
исходящие из того, что не надо ничего менять в старой
интроспективной, науке не могут рассматриваться в качестве альтернативы, но только фона, на котором происходила дискуссия между Сеченовым и Кавелиным.
Еще в 40–50-е годы у ученых появляется стремление
456
к разработке опытной психологии, построенной на ес-
ck`b` XI
p`gbhŠhe nŠe)eqŠbemmni oqhunknchh
тествознании. Так, А.Н. Фишер с своей работе «Введение
в опытную психологию» возражал против внесения философского умозрения в эту науку, а также против применения метафизического метода, который мешает
трансформации психологии в позитивную науку. Однако наибольшее распространение такие взгляды получили в 60–70-е годы XIХ в. В то же время стремление решать основные для отечественной науки проблемы —
т. е. проблемы этические, нравственные, привело к тому,
что именно естественные науки взяли на себя функцию
решать эти вопросы. Родоначальником такой психологии
стал И.М. Сеченов (1829–1905). Именно его подход к
разработке объективной психологии и его взгляды на
природу психического получили большое распространение во второй половине XIХ в.
И.М. Сеченов был одним из наиболее интересных
и значительных ученых того времени. Он во многом
опре делил развитие отечественной психологии, развивая ее как материалистическую и естественную науку.
Он, несомненно, являлся не только значительным ученым, но и яркой личностью, находившейся в середине
XIX в. в центре не только научных, но и социальных дискуссий и повлиял на мировоззрение целого поколения.
В своей самой известной работе «Рефлексы головного
мозга» (1863) он отрицал существование нематериальной
души, доказывая, что психические процессы являются
рефлексами разной степени сложности. При этом категория рефлекса была преобразована и создана его неклассическая модель, важнейшим блоком которой выступило открытое Сеченовым центральное торможение.
Пересмотрев роль внешнего стимула, он выдвинул идею
образа — сигнала, не только «запускающего рефлекс,
но и регулирующего его течение». Кроме торможения
(аналога волевой регуляции) им предлагались центры
хранения информации, предуведомления и усиления
сигнала, объясняющие весь спектр поведения. В работах
Сеченова предвосхищалось понятие об обратной связи
как факторе саморегуляции поведения и системной организации нервно-психической деятельности.
Центральное торможение объясняло также способность человека противостоять внешним влияниям, а не
457
механически на них реагировать. Сеченов выдвинул
продуктивную гипотезу о том, что благодаря задержке
двигательного ответа, действие, не получившее внешнего выражения, не исчезает, а сохраняется в центральной
нервной системе в скрытой форме. Это предположение
использовалось Сеченовым также с целью объяснить
социальный генезис человеческого Я. Оно заключало в
себе идею интериоризации, причем в качестве образца
выступали различные эталоны социального поведения,
в том числе «люди-рыцари», действующие во имя высших нравственных законов.
В 1970–1990-е гг. появляются новые работы ученого,
представляющие большой интерес, в том числе посвященные этической проблематике. Наибольший интерес
представляет его работа «Элементы мысли» (1878, 1903),
в которой он признал за чувствованием функцию сигнала, позволяющего различать свойства объектов внешней
среды и, тем самым, обеспечить адекватную реакцию на
нее. Мышечное чувство трактовалось как система сигналов, несущих информацию о внешней реальности, о
ее пространственно-временных параметрах. Главной же
идеей Сеченова было предположение (подтвердившееся уже более поздними работами других ученых) о том,
что мышечная система является органом познания. Она
производит операции анализа и синтеза, которые служат
основанием для всех уровней умственной деятельности,
начиная от элементарных и до самых сложных, включая
математическое и философское мышление. На основании этих положений он отстаивал учение о познаваемости мира, которое обосновывал физиолого-психологическими данными («Впечатления и действительность»,
1890; «Предметная мысль и действительность», 1892).
Однако популярность взглядов Сеченова не отменяла попыток ученых построить новую положительную
психологию, оставаясь в русле гуманитарных наук, прежде всего философии. Наиболее значительный вклад в
развитие такой психологии принадлежал в то время
К.Д. Кавелину (1818–1885). Основной темой его научных исследований была проблема нравственности в разных ее аспектах. В концепции Кавелина зарождаются
458
контуры отечественной психологии личности, т. к. в его
ck`b` XI
p`gbhŠhe nŠe)eqŠbemmni oqhunknchh
работах на первый план выдвигается прежде всего идея
самоценности личности, ее свободы и независимости от
давления общества. В своей работе «Задачи этики» (1887)
он доказывал, что нравственная личность человека является «живым двигателем» всей индивидуальной и общественной жизни людей. Он также считал, что эта
нравственная личность имеет объективные моральные
основы, которые руководят ее деятельностью.
В работе «Очерк юридического быта Древней России» (1847) он намечает план этнографических и этнопсихологических исследований, доказывая, что развитие
сознания, в частности, правового сознания человека,
зависит прежде всего от особенностей среды, исторических и социальных условий жизни. Этнографические
исследования привели его к мысли о том, что продукты
народного творчества могут являться методом изучения
национальной психологии так же, как и анализ продуктов индивидуального творчества — индивидуальной
психики. Таким образом, он приходит к выводу о возможности объективного опосредованного исследования
психики, т. к. психическая жизнь оставляет во внешнем
мире следы, представляющие собой значки и символы —
т. е. продукты культуры. В работе «Мысли и заметки по
русской истории» (1866) он подчеркивал, что свойства
национальной психики проявляются и в науке, и в религии, и, таким образом, в своих этнографических и
этнопсихологических исследованиях он, независимо от
Вундта и Тейлора, пришел к сходным выводам. Анализ
этнографических и исторических материалов приводит
Кавелина к значимой для него концепции о том, что суть
цивилизации — в умственном и нравственном развитии
отдельной личности, и, таким образом, именно личность,
а не коллектив является основой общественного развития. Таким образом, он формулирует свой принцип культурного прогресса — он возможен лишь там, где есть
развитая личность. Исторические и этнографические
работы Кавелина привели его к убеждению, что культуру нельзя исследовать только физиологическим методом,
а личность человека является результатом не только физиологии, но и истории и культуры. Как и Тейлор, и Леви-Брюль, он говорил о разнице мышления первобыт-
459
ного и современного человека, анализируя, прежде
всего, разницу его правового сознания, отражение внешней, исторической государственности в самосознании
человека. Историко-психологические исследования привели Кавелина к мысли о том, что и мышление, и нравственность, и личность человека не могут быть внеисторичными.
Эти взгляды Кавелина, так же как и его отстаивание
принципа свободы воли послужили причиной его полемики с Сеченовым, имевшей большой резонанс в обществе. Не отрицая в принципе необходимость физиологических исследований психического, он выступает
против понимания психологии только как естественной
науки, доказывая необходимость ее связи с философией. Эта позиция Кавелина в дальнейшем была развита
психологами 1890-х гг., такими как Лопатин, Лосский,
Бердяев. С ориентацией психологической науки на решение этических проблем не был согласен Сеченов.
Считая ее наукой о поведении, он главную задачу видел
в исследовании законов поведения и психических процессов, хотя не отрицал возможности психологии влиять
на воспитание человека. Обсуждая методы исследования
психики, Сеченов и Кавелин соглашались с тем, что интроспекция не может быть единственным и ведущим
способом исследования. Общей была мысль о необходимости изучения генезиса, развитии психических процессов, но их разный подход к психологии и разное понимание психических процессов затрудняли их согласие
и служили основой их расхождения там, где в принципе
они были близки друг другу.
В тот период, т. е. в 1860–1870-е гг., общество безоговорочно приняло программу Сеченова, положив начало построению психологии как науки о поведении,
существенно отличавшейся от других психологических
направлений. О программе Кавелина, так же как и о его
критических замечаниях, забыли почти на 20 лет.
К концу XIХ в. практически во всех крупных университетах России появляются кафедры психологии,
приписанные, как правило, к филологическому и историческому отделениям. На этих кафедрах формируется
460
новая отечественная психология, здесь появляются уче-
ck`b` XI
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]