Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Вопрос-переспрос как реактивная реплика в англоязычном диалогическом единстве функционально-семантический и прагматический аспекты. Монография
.pdf
Классификация вопросительных реплик-переспросов, предложенная
Н. Д. Арутюновой, значительно повлияла на дальнейшее развитие теории
реплик-переспросов, так как в данной концепции было предложено
выделить новые типы вопроса-переспроса (а именно: переспрос-уточнение и
эксплицирующий вопрос), которые ранее не рассматривались
исследователями или выделялись в отдельные типы ответных реплик.
Особого внимания заслуживает классификация, предложенная Ф.
Паркер и Дж. Пикераль, в которой выделяются: подтверждающий вопроспереспрос; вопрос-переспрос, выражающий сомнение в правдивости
сообщаемой информации; вопрос-переспрос, передающий несогласие со
сказанным собеседником [Parker and Pickeral: 1985; 337- 347]. Рассмотрим,
как проявляются данные функции реплик-повторов на примере нескольких
диалогических единств, в которых в качестве ответных реплик могут
выступать перечисленные виды вопроса-переспроса:
- I’ve seen him today.
- Today?
- Yes, I went to see my dad…and he was there (B. Burns – ‘The dark part of
me’).
В данном примере представлен подтверждающий вопрос,
направленный на то, чтобы побудить собеседника подтвердить или
опровергнуть информацию инициальной реплики.
Рассмотрим следующий пример, который приводят исследователи для
иллюстрации своей теории:
Peter: That was a fantastic film.
Mary: [puzzled] Fantastic? But I’ve heard it is a total failure [Parker and
Pickeral: 1985; 340].
Как видим, в данном диалогическом единстве ответная реплика
представлена вопросом-переспросом, который передает сомнение адресата в
51
правдивости информации, сообщаемой собеседником.
В следующем примере вопрос-переспрос передает крайнее несогласие
адресата с позицией адресанта, что подтверждается восклицательным
характером высказывания, свидетельствующем о яркой эмоциональной
окраске реплики-реакции:
Peter: That was a fantastic film.
Mary: [scornfully] Fantastic! [Parker and Pickeral: 1985; 340]
Следует отметить, что свидетельством, помогающим распознать
функцию, выполняемую вопросом-переспросом в том или ином
высказывании, по мнению Ф. Паркера и Дж. Пикераля, может служить
контекст, а также ремарки автора. Данное замечание не встречалось в
рассмотренных ранее теориях, однако является весьма важным для
проводимого исследования.
Несмотря на разнообразие подходов к определению вопросительных
реплик-переспросов, зарубежные исследователи все же сходятся в
выделении определенных особенностей данного вида ответных реплик.
Прежде всего, большинство исследователей отмечает, что в структурном
отношении реплики-переспросы могут представлять полное или частичное
повторение инициальной реплики [Bolinger: 1957; Noh: 1998], либо могут
включать в себя wh-компонент [Arstein: 2002; Sudo: 2002], замещающий ту
часть высказывания, которая требует повторения или уточнения.
Следующей особенностью вопроса-переспроса является их
способность повторять любой тип высказывания, то есть в качестве
инициальной реплики могут выступать повествовательные, вопросительные
и восклицательные структуры [Arstein: 2002; Bolinger: 1957; Carston: 2002;
Noh: 1998; Sudo: 2002].
Кроме того, исследователи указывают на то обстоятельство, что
52
вопросительные реплики-переспросы с точки зрения морфологии и
синтаксиса имеют больше общего с тем высказыванием, которое они
повторяют, чем с обычными вопросительными предложениями [Bolinger:
1957; Noh: 1998; Radford: 1988; Huddleston: 1984]. Прежде всего, это
обусловлено тем, что построение вопросов-переспросов не соответствует
нормам, предписываемым грамматикой, и в данном типе вопросительных
реплик-реакций нарушен типичный для вопроса порядок слов. Рассмотрим
пример, приводимый Э. Ноа относительно данного положения:
- This animal is totally quercivorous.
- This animal is totally what? [Noh: 1998; 116]
В данном диалогическом единстве вторая реплика представлена
вопросом-переспросом, который состоит из практически полного
повторения предшествующего высказывания с заменой слова quercivorous на
вопросительное слово what , которое акцентирует внимание адресанта на
том элементе инициальной реплики, который необходимо разъяснить.
Несмотря на то, что перед нами вопросительная структура, маркированная
вопросительным знаком, свидетельствующем о вопросительном характере
высказывания, порядок слов в данном предложении не типичен для вопроса.
Кроме того, вопрос-переспрос может принимать форму и других
нетипичных для вопроса структур, как, например, в следующем варианте
предыдущего диалогического единства, приводимого Э. Ноа:
- This animal is totally quercivorous.
- Totally what is this animal? [Noh: 1998; 116]
Или в диалогических единствах с нетипичным с точки зрения
грамматики расположением артикля:
- He voiced a querimony.
a) What did he voice a?
b) A what did he voice? [Noh: 1998; 116]
53
Более того, вопросительное слово what, которое так часто встречается
в составе вопросительных реплик-переспросов, как было уже отмечено
ранее, может занимать позицию совершенно нетипичную для вопросов и
замещать не только все слово, требующее повторения, но и его часть.
Например:
- He voiced a querimony.
- He voiced a whatimony? [Noh: 1998; 116]
Рассмотренная способность вопроса-переспроса образовывать
нетипичные с точки зрения грамматики конструкции, нарушенный порядок
слов, отсутствие строго ограниченной позиции в предложении – все это
большинством исследователей объясняется тем, что появление вопросовпереспросов всегда спонтанно и непредсказуемо и для их построения
адресат заимствует языковой материал из инициальной реплики, что в свою
очередь, объясняет большее сходство вопроса-переспроса с инициальной
репликой, чем со стандартными вопросами.
Отсюда возникает вопрос, можно ли относить вопросительные
реплики-переспросы к разряду вопросов или их следует рассматривать как
особый вид высказываний. По этой проблеме у большинства исследователей
сложилось мнение, что, несмотря на отсутствие инверсии и нетипичный для
вопросов порядок слов, вопросы-переспросы все же следует относить к
одному из видов вопросительных реплик-реакций, так как в разговорной
речи данный вид реагирующих реплик характеризуется вопросительной
интонацией, а в письменной речи реплики-переспросы сохраняют оттенок
вопросительности и в большинстве случаев требуют реакции собеседника
[Arstein: 2002; Noh: 1998]. Кроме того, как утверждает Р. Артштейн,
вопросы-переспросы нельзя рассматривать как повествовательные
предложения потому, что их основная задача – выделить определенный
отрезок реплики-стимула, в то время как повествовательные предложения
54
направлены лишь на сообщение информации о каком-либо факте
действительности. Более того, подтверждением последнему положению
может служить тот факт, что вопросы-переспросы не содержат какой-либо
значимой, новой информации в отличие от повествовательных структур.
С другой стороны, существует также мнение, что вопросительные
реплики-переспросы представляют собой видоизмененные обычные вопросы
и их можно трансформировать и придать свойственную нормам грамматики
форму[Ginzburg, Sag: 2003]. Однако это положение весьма спорно, так как не
все вопросы-переспросы имеют соответствующий эквивалент в форме
стандартного вопроса и, следовательно, не все вопросительные репликипереспросы можно трансформировать. Этой точки зрения придерживается Р.
Артштейн, который подчеркивает, что вопросы-переспросы весьма сложно
рассматривать с точки зрения норм грамматики, так как синтаксически они
образуются не по нормам построения вопросов [R. Arstein: 2002; 100].
Именно эту позицию относительно рассматриваемого аспекта мы и
занимаем в работе.
Еще одной особенностью, на которую указывают исследователи при
рассмотрении вопроса-переспроса, является отличие вопросительных
реплик-переспросов, в состав которых входит вопросительное слово, от
специальных вопросов, которые также содержат вопросительные слова.
Данное отличие заключается в том, что, если специальные вопросы
относятся ко всему высказыванию, то вопрос-переспрос с wh-компонентом
относится лишь к отдельным фрагментам инициальной реплики [Noh:
1998;123].
Некоторые исследователи, например такие, как Э. Ноа, находят
сходство между вопросительными репликами-переспросами и косвенной
речью. Основанием к подобному утверждению является то, что при повторе
того или иного фрагмента инициальной реплики в вопросительных
55
репликах-переспросах, как и в косвенной речи, меняются формы личных
местоимений. Однако, как утверждают Р. Хадлстон и А. Редфорд (и мы
присоединяемся к данной позиции), одного этого факта не достаточно для
того, чтобы рассматривать вопрос-переспрос как специфическую структуру
косвенной речи [Radford: 1988; Huddleston: 1984].
Следующей особенностью вопросительных реплик-повторов является
то, что данный вид реплик-реакций, по мнению большинства исследователей
[Arstein: 2002; Banfield: 1994; Sudo: 2002; Horn: 1988], встречается лишь в
качестве ответных реплик и не встречается в инициальных репликах.
Исследователи указывают на то, что вопросы-переспросы возникают как
реакция на предшествующее высказывание и в связи с этим могут быть
интерпретированы только лишь благодаря инициальной реплике, без
которой смысл высказывания неясен. В этом проявляется отличие
вопросительных реплик-переспросов от других типов вопросов, которые
могут быть использованы коммуникантом как в качестве инициальной
реплики, так и в качестве реплики-реакции, и смысл которых, следовательно,
может быть понят без знания контекстуальной ситуации, в которой проходит
коммуникация, и без предшествующей реплики, помогающей раскрыть
содержание реплики-реакции.
Однако не все исследователи придерживаются данной теории. Так, Д.
Блейкмор и Э. Ноа утверждают, что подобная точка зрения не вполне верна,
так как слишком ограничивает сферы употребления вопросительных репликпереспросов. Они настаивают на том, что вопрос-переспрос может не только
представлять собой непосредственное повторение предшествующего
высказывания или его части, но и может быть реакцией на невысказанную
мысль, визуальный символ или знак, или на контекстуальную ситуацию в
целом. Другими словами, в качестве стимула к возникновению вопросапереспроса может выступать не только высказывание, но и
56
нелингвистические единицы.
Для иллюстрации данного положения рассмотрим несколько примеров
контекстуальных ситуаций с вопросительными репликами-реакциями,
которые приводят Д. Блейкмор и Э. Ноа и которые в традиционном
понимании нельзя отнести к примерам вопроса-переспроса.
В первом примере, приводимом Э. Ноа, перед нами человек,
разглядывающий картину под названием «Король Франции», на которой
король изображен лысым. Подобное изображение короля вызывает у
коммуниканта удивление, которое находит отражение в вопросительной
реплике ‘The king of France is bold?’. Как видим, стимулом к возникновению
данной реплики является не высказывание собеседника, а невербальный
символ, в качестве которого выступает рассматриваемая картина[Noh:
1998;123].
В следующей контекстуальной ситуации, приводимой Э. Ноа,
изображается водитель, ехавший по автомагистрали со скоростью полтора
километра в час. Он видит дорожный знак, на котором сообщается о
проведении дорожных работ и возможных пробках на магистрали: ‘Road
works ahead, delays are possible’ [Noh: 1998; 123]. Подобная информация
вызывает возмущение коммуниканта, который не представляет возможность
еще более медленного движения по выбранной дороге. Возмущение
коммуниканта отражается в вопросительной реплике ‘Delays possible?’, при
помощи которой он передает сарказм по поводу сообщения дорожного
знака. ‘Delays possible?’ в данном примере является повторением части
надписи, увиденной коммуникантом, и формально представляет собой
вопрос-переспрос, несмотря на отсутствие второго коммуниканта,
отправляющего сообщение.
Рассмотрим еще один пример, приводимый Д. Блейкмор. В качестве
стимула к возникновению вопросительной реплики-реакции в данном
57
примере выступает сообщение в газете о произошедшем в Японии
землетрясении, в результате которого погибло более пяти тысяч
человек(‘5000 people died in the earthquake’) [Blakemore: 1994; 151].
Прочитав данное сообщение, коммуникант восклицает ‘5000 people died?’.
Реакция коммуниканта представляет собой повторение части сообщения
газетной статьи и, следовательно, ее появление обусловлено не репликойзачином, а информацией, содержащейся в печатном издании.
Весьма интересным примером, приводимым Э. Ноа для иллюстрации
нетипичного употребления вопроса-переспроса, является ситуативный
контекст, участниками которого являются человек и попугай. В данном
ситуативном контексте появление вопросительной реплики-переспроса
вызвано репликой попугая ‘You are a fool’, в ответ на которую появляется
ответная реплика-переспрос ‘I am a fool?’, по форме аналогичная вопросупереспросу. Однако большинство исследователей (Arstein: 2002; Sudo: 2002)
отрицают возможность рассмотрения реплик-реакций в подобном котексте в
качестве вопроса-переспроса, так как инициальная реплика,
воспроизводимая попугаем, по их мнению, не является высказыванием в
связи с тем, что она не имеет коммуникативной направленности.
Кроме рассмотренных нестандартных контекстов, в которых возникает
данный вид реплик-реакций, Д. Блейкмор и Э. Ноа предлагают относить к
вопросам-переспросам и такие контексты, в которых ответная реплика
повторяет невысказанную, но предполагаемую мысль. Рассмотрим
несколько примеров подобных контекстов:
- No, you’d better stop drinking now.
- Ah, I am drunk? (B. Burns – ‘The dark part of me’).
В данном примере вторая реплика рассматривается Д. Блейкмор и Э.
Ноа как вопрос-переспрос, так как за сообщением адресанта стоит
пропозиция You’ re drunk с предположением о том, что герою стоит
58
прекратить потребление алкоголя.
В следующем примере рассматривается разговор Сальери с женой
Моцарта, которая сообщает первому о том, что она принесла ноты с новым
произведением, копии которого у нее нет.
- I have to take them back after you have seen them. He doesn’t know I
brought them, and there are no copies.
- These are originals? (P. Shaffer – ‘Amadeus’)
В ответ на полученную информацию Сальери задает вопрос These are
originals?, который Д. Блейкмор и Э. Ноа рассматривают как вопрос-
переспрос, так как он относится к пропозиции, содержащейся в предыдущем
высказывании.
Д. Блейкмор и Э. Ноа объясняют свою позицию, ссылаясь на теорию
релевантности Д. Уилсон и Д. Шпербер. Согласно данной теории, можно
интерпретировать не только слова и высказывания, но и невысказанные
мысли, надежды, ожидания и т. д. [Sperber, Wilson: 1988; 212-223]. Поэтому
вопросы-переспросы, являясь своего рода средством интерпретации, также
могут повторять нелингвистические единицы, невысказанные мысли, и к
разряду вопросов-переспросов можно относить высказывания, которые с
точки зрения структуры не являются повторением реплики-стимула.
Несмотря на то, что позиция Д. Блейкмор и Э. Ноа подкреплена
положениями теории релевантности, традиционно исследователи не относят
рассмотренные выше примеры вопросительных ответных реплик к видам
вопроса-переспроса и акцентируют внимание на том, что к вопросупереспросу следует относить только такие реплики, которые являются
непосредственным повторением предшествующего высказывания или его
части.
Мы считаем возможным рассматривать подобные вопросительные
реплики-повторы как особый вид вопроса-переспроса. Тем не менее, в
59
работе данный вид вопросительных реплик-повторов не рассматривается,
так как требует особого исследовательского внимания.
Кроме рассмотренных выше свойств вопросительных ответных
реплик-переспросов, большой интерес исследователей вызывает изучение
причин возникновения данного вида ответных реплик. Большинство
исследователей [Arstein: 2002; Blakemore: 1994; Noh: 1998 и др.] отмечает,
что вопросительные реплики-реакции данного вида возникают вследствие
того, что адресат не расслышал или не понял сказанное собеседником и
желает получить сведения, которые позволят устранить возникшее
непонимание. Данную особенность вопроса-переспроса можно
проиллюстрировать следующим примером:
- That’s habisphere.
- Habisphere?
- Yeah, get it? Because it's not a whole sphere, it's only habi-sphere (D.
Brown – ‘Deception point’).
В приведенном диалогическом единстве адресат не понял реплику
своего собеседника, так как не знает слово habisphere, и выделяет тот
отрезок инициальной реплики, который не был им воспринят.
Кроме того, появление вопросительных реплик-переспросов может
быть обусловлено невнятным произношением, неправильной артикуляцией
или ударением, особенностями диалекта, на котором говорит отправитель
сообщения, а также наличием грамматических ошибок в речи адресанта.
Приведем несколько примеров, к которым обращаются исследователи для
иллюстрации подобного употребления вопросов-переспросов.
В первом примере, который приводит К. Бах в своем анализе причин
возникновения вопросов-переспросов [K. Bach: 1994; 130], адресант делает
грамматическую ошибку в образовании множественного числа от слова
mongoose. Появление данной ошибки обусловлено тем, что коммуникант
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]