Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Вопрос и ответ
.pdf
Мы спустились по крутой скалистой тропе — удивительно, как телега вообще могла по такой проехать, — и очутились в своего рода расселине среди скал. Со всех сторон
нас укрывают деревья, а прямо впереди они растут ровными рядами.
Наверно, за ними океан. Либо я спала дольше, чем мне
показалось, либо госпожа Койл мне соврала и океан гораздо ближе.
Что ничуть бы меня не удивило.
Увидев наши лица, белобрысый солдат присвистывает.
Я и сама чувствую, что под носом у меня запеклась кровь.
— Давайте я сбегаю, принесу что-нибудь... — предлагает
солдат.
— Она же целительница, сама справится, — отвечает за
меня госпожа Койл.
— Меня зовут Ли, — говорит солдат, широко улыбаясь.
На короткий миг я с ужасом осознаю, как страшно выгляжу — с расквашенным носом и в этих лохмотьях.
— А меня — Виола, — говорю я в землю.
— Вот твоя сумка! — Рядом внезапно оказывается Уилф,
протягивающий мне мешок с лекарствами и перевязочными материалами.
Секунду я молча смотрю на него, а потом бросаюсь к нему в объятия, крепко-крепко прижимая к себе его большую
надежную тушу.
— Рад тебя видеть, Хильди, — говорит он.
— И я тебя! — чуть не плача, восклицаю я и только тут забираю у него мешок.
— Коринн собрала? — спрашивает госпожа Койл.
Я достаю вату и начинаю стирать кровь со своего лица:
— А вам не все равно?
— Меня во многом можно обвинить, — усмехается госпожа Койл. — Но только не в том, что мне все равно, дитя мое.
— Я же говорила, — гневно шепчу я, — не смейте так меня
называть!
221
Госпожа Койл облизывает губы. Она бросает быстрый
взгляд на Магнуса и Ли, те без разговоров скрываются за
деревьями.
— Ты тоже, Уилф, — говорит целительница.
Он смотрит на меня:
— Все нормально?
— Надеюсь, Уилф. — Я сглатываю. — Но далеко лучше не
уходи.
Он кивает, снова салютует на прощание и уходит за солдатами. Мы провожаем его взглядом.
— Ну, хорошо, — говорит госпожа Койл, скрещивая руки
на груди. — Теперь я готова тебя выслушать.
Я смотрю на нее, на ее взгляд, бросающий мне вызов, —
и чувствую, как дыхание мое убыстряется, а гнев так быстро и так легко наполняет всю меня, что я, кажется, вотвот лопну.
— Как вы посмели...
Госпожа Койл тут же меня осаживает:
— У того, кто первым свяжется с кораблями, будет неоценимое преимущество. Мэр, конечно, расскажет переселенцам о мелкой террористической группировке, с которой он никак не может совладать: не помогут ли они выследить преступников и стереть их с лица Нового света?
— Да, но если бы мы...
— Если бы мы вышли на связь первыми, конечно, мы бы
рассказали им о местном жестоком тиране, вот только этому не бывать.
— Мы могли попытаться...
— Где была твоя голова, когда ты бросилась к этой башне? Ты хоть понимала, что делаешь?
Я стискиваю кулаки:
— Нет, но я могла хотя бы...
— Хотя бы что? — Госпожа Койл сверлит меня гневным
взглядом. — Послать сообщение по координатам, которых
222
так давно ждет президент? Ты не подумала, что он только
об этом мечтает? Иначе как вышло, что ты до сих пор на
свободе?
Я так крепко сжимаю кулаки, что ногти впиваются в ла-
дони. Главное, не слушать ее.
— Время шло, — продолжает госпожа Койл. — И мы приняли решение: раз мы сами не можем выйти на связь с переселенцами, надо хотя бы помешать мэру Прентиссу это
сделать.
— А что будет, когда они прилетят? На этот счет у вас тоже разработан блестящий план?
— Что ж... — Опустив руки, госпожа Койл шагает мне
навстречу. — Если нам не удастся его свергнуть, то мы хотя бы можем поучаствовать в гонке — кто первым доберется до кораблей? И на сей раз битва будет справедливой.
Я трясу головой:
— Вы не имели права!
— Это война.
— Которую вы же и развязали!
— Ее развязал он, дитя мое.
— А вы подлили масла в огонь.
— Иногда всем приходится принимать непростые решения.
— И кто же дал вам на это право?
— А кто дал ему право держать взаперти половину населения этой планеты?
— Правильно, лучше их взрывать!
— Мы не хотели, так вышло. И мы очень скорбим.
Теперь моя очередь делать шаг ей навстречу.
— Именно так сказал бы и он!
Госпожа Койл всплескивает руками. Будь у нее Шум, он
бы уже снес мне голову.
— Ты когда-нибудь видела женские тюрьмы, дитя? Да
твоим невежеством можно наполнить кратер...
223
— Госпожа Койл! — доносится голос из-за деревьев.
К нам снова подходит Ли. — Только что пришло срочное донесение.
— Какое? — спрашивает она.
Ли переводит взгляд с нее на меня. Я опускаю голову.
— По дороге вдоль реки марширует три дивизии солдат.
Они двигаются в сторону океана.
Я резко поднимаю взгляд:
— Они идут сюда?!
Госпожа Койл и Ли смотрят на меня.
— Нет, — отвечает Ли, — я же сказал: к океану.
Я удивленно моргаю и перевожу взгляд с него на целительницу:
— Но мы разве не...
— Разумеется, нет, — насмешливо отрезает госпожа
Койл. — С чего ты это взяла? И с чего это взял президент?
Несмотря на яркое солнце, меня пробивает озноб. Под
дурацкой толстой кофтой я вся трясусь.
Она меня испытывала.
Как будто я могла сказать мэру Прентиссу...
— Да как вы смеете... — начинаю я.
Но гнев внезапно отступает — так же быстро, как накатил.
— Тодд... — шепчу я.
Слово
«океан» было всюду в его Шуме.
Он обещал его скрыть.
И я знала, что он сдержит обещание...
Если сможет.
(о боже, Тодд, неужели он?..)
(ты?..)
Нет, нет!
— Мне надо назад, — говорю я. — Я должна спасти его...
Госпожа Койл уже качает головой:
— Сейчас мы ничем не можем ему помочь...
— Он убьет его!
224
Целительница смотрит на меня, и не без сострадания:
— Вероятно, он уже умер, дитя.
Мне спирает грудь, но я борюсь со слезами.
— Вы не можете знать наверняка!
— А если он жив, значит, добровольно признался во
всем. — Госпожа Койл вскидывает голову. — Тебе какой вариант больше нравится?
— Нет. — Я трясу головой. — Нет, нет!
— Сочувствую, дитя. — Голос у целительницы стал чуть
спокойней и мягче, но он по-прежнему властный. — Я искренне тебе сочувствую, однако на кону стоят тысячи жизней. И, нравится тебе это или нет, ты уже выбрала, на чьей
ты стороне. — Она переводит взгляд на Ли. — Так почему
бы тебе не познакомиться со своей армией?
20
Руины
[Тодд]
тервы, — шипит мистер Хаммар, сидя верхом на
— С
— Вашего мнения никто не спрашивал, сержант, — осаживает его мэр Прентисс, проезжая на Морпете сквозь дым
и покореженный металл.
— Смотрите-ка, они оставили отметку, — говорит мистер Хаммар, показывая на ствол огромного дерева на краю
поляны.
На нем намалевана синяя буква «О».
— Ваша забота о моем зрении похвальна, — язвительно
отвечает мэр Прентисс, так что Хаммар в итоге затыкается.
Они приехали сюда прямо из монастыря и встретили
эскадрон Хаммара, поднимавшийся на холм в полной боевой готовности. На вершине мы увидели Ивана и солдат,
которым полагалось охранять башню. Когда всех спэклов
заперли в одном месте, Ивана, видать, повысили. Но сейчас
у него такое лицо, будто он предпочел бы никогда не слышать о радиобашне.
коне.
226
Потому что ее больше нет. Она превратилась в груду
железок и лежит на земле, точно пьяница, который повалился на дорогу и решил прикорнуть прямо на месте.
(а я изо всех сил пытаюсь не думать о том, как она спрашивала дорогу до башни...)
(и говорила, что сюда надо наведаться первым делом...)
(ох, Виола, ты же не могла...)
— Если они способны взорвать такую громадину... —
начинает Дейви, оглядывая поле. Но не договаривает, потому что мы все думаем об одном и том же — одна мысль
сквозит в Шуме каждого.
Каждого, у кого Шум есть. Хаммару явно повезло.
— Эй, малыш! — ухмыляется он. — Ты уже стал мужчиной?
— Вам разве никуда не надо, сержант? — спрашивает
мэр Прентисс, не глядя.
— Лечу, сэр!
Мистер Хаммар зловеще подмигивает мне, затем пришпоривает коня и велит своим солдатам следовать за
ним.
Они быстро спускаются с холма — в жизни не видел такого быстрого марша.
Мы остаемся с Иваном и его людьми. Все они, как один,
глубоко сожалеют, что бросились на звук взрыва, когда на
монастырь упала трассирующая бомба.
Это ведь так просто и предсказуемо, если подумать.
Взорвать маленькую бомбу, чтобы отвлечь внимание от того места, где надо взорвать большую.
Но с какой стати они бомбили монастырь?
Зачем ударили по спэклам?
Зачем ударили по мне?
— Рядовой Фарроу, — приветствует мэр Прентисс
Ивана.
— Вообще-то капрал Фарроу... — поправляет тот.
227
Мэр медленно поворачивается к нему, и Иван умолкает,
сообразив, что значит это обращение.
— Рядовой Фарроу, — повторяет мэр Прентисс, — вы
соберете как можно больше металла и мусора, а затем сдадите командиру вашей воинской части весь запас лекарства...
Он умолкает. Шум Ивана четко и ясно звенит в воздухе.
Мэр оглядывается. От каждого солдата в эскадроне Фарроу
исходит Шум. Всех их уже покарали за какую-нибудь провинность.
— А потом обратитесь к командиру части, чтобы он назначил вам наказание, — продолжает мэр Прентисс.
Иван не отвечает, но Шум его бурлит.
— Вам что-то неясно, рядовой? — спрашивает мэр
Прентисс, зловеще чеканя слова. Он смотрит прямо в глаза
Ивану. — Повторяю: командир части назначит вам наказание. — С его голосом что-то не так, от него исходят какието странные волны.
Глаза у Ивана затуманиваются, губы обвисают.
— Командир части назначит мне наказание, — повторяет он.
— Хорошо. — Мэр Прентисс снова окидывает взглядом
руины башни.
Иван чуть не падает, когда зрительный контакт обрывается, но тут же приходит в себя, словно только проснулся.
— Но, сэр...
Мэр Прентисс опять оборачивается, и вид у него очень
удивленный.
— Сэр, мы ведь спешили на помощь ... — не унимается
Иван.
Мэр Прентисс сверкает глазами:
— То есть действовали согласно плану «Ответа», чтобы они тем временем могли спокойненько взорвать мою
башню?
— Но, сэр...
228
Ничуть не изменившись в лице, мэр Прентисс выхваты-
вает из кобуры пистолет и стреляет Ивану в ногу.
Тот со стоном валится на землю.
Мэр Прентисс оглядывает остальных солдат:
— Кто-то еще хочет со мной поспорить, прежде чем
приступить к работе?
Солдаты, не обращая внимания на крики Ивана, начина-
ют разгребать завалы, а мэр Прентисс подъезжает вплотную к букве «О» — яркой и громкой, как и само их заявление.
— «Ответ», — тихо говорит он сам себе. — «Ответ».
— В погоню, па! — кричит Дейви.
— Хм-м-м?.. — тянет мэр Прентисс, медленно оборачи-
ваясь к сыну, словно забыл, где находится.
— Мы же умеем драться! — нетерпеливо говорит Дейви. — Мы это доказали. А ты зачем-то посадил нас нянькаться с тупыми животными, которых мы и так давнымдавно разбили.
С минуту мэр Прентисс молча разглядывает меня и Дейви — уж не знаю, с каких пор это «мы».
— Если ты думаешь, что спэклы разбиты, Дэвид, — наконец произносит он, — значит, ты ничего о них не знаешь.
Шум Дейви немного вскидывается.
— А вот и нет. Кое что я о них узнал.
Как ни противно, я вынужден с ним согласиться.
— Да, наверно, — кивает мэр Прентисс. — Вы оба
узнали...
Он смотрит мне в глаза, и я невольно вспоминаю, как
спас 1017-го от бомбы, рискуя собственной жизнью. А он
в благодарность укусил меня и расцарапал.
— Тогда как насчет нового проекта? — спрашивает мэр
Пренитисс, подъезжая поближе. — Здесь вы сможете применить на деле все свои навыки.
229
Шум Дейви колеблется. Да, в нем слышна гордость, но
и подозрение тоже.
В моем Шуме — чистый ужас.
— Ты готов вести за собой людей, Тодд? — спрашивает
мэр Прентисс.
— Я готов, па, я! — не унимается Дейви.
Мэр Прентисс по-прежнему смотрит мне в глаза. Он
знает, что я думаю только о Виоле, но игнорирует вопросы
в моем Шуме.
— «Ответ», — говорит мэр Прентисс, снова поворачиваясь к синей букве «О». — Если они хотят так называться,
что ж, не будем им мешать... — Он переводит взгляд на
нас: — Но чтобы кто-то дал ответ, сперва нужно...
Он умолкает и рассеянно улыбается, как будто мысленно смеется над собственной удачной шуткой.
Дейви разворачивает на траве большой белый свиток, не
обращая внимания на то, что бумага мокнет от утренней
росы. Весь лист забит диаграммами, рисунками и подписями к ним.
— Да тут одни чертежи и размеры, — разочарованно
говорит Дейви. — Черт, их слишком много! Нет, ну ты
глянь!
Он протягивает свиток и ждет моего согласия.
А я...
Да, я...
Неважно.
— Да уж, — говорю я. Под мышками сразу мокреет.
Башня упала только вчера, а сегодня мы уже снова на монастырских землях, собираем спэклов в команды и распределяем по участкам. О моем побеге как будто забыли, словно это было в прошлой жизни, а теперь началась новая, и в
ней у всех есть другие важные дела. Мэр Прентисс не разговаривает со мной о Виоле, и я снова работаю с Дейви —
он тоже не слишком-то рад.
230
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]