Ислам на Кавказе. Учебное пособие

4.Ислам как идеологическая основа борьбы Кавказа за независимость ...

Вэтот период истории российско-кавказских отношений значение исламского фактора возросло, он начал оказывать сильнейшее воздействие как на внутреннее положение в кавказских обществах, так и на их противостояние могущественной христианской державе, частью которой он со временем стал. «В середине XVIII в. начинается широкая колонизация Северного Кавказа. Именно в этот период были посеяны семена, которые, по словам Добролюбова, взрастили там гроздья гнева»1. По словам Р. Конквеста, основная «жатва скорби» была собрана на территории нынешних Чечни, Дагестана, в меньшей степени Кабарды.

Активное военное сопротивление российской экспансии началось

в1785 г., когда борьбу против России под религиозными лозунгами возглавил чеченец Ушурма, прославившийся как шейх Мансур. Воины Мансура, впоследствии дагестанских вождей Гази-Магомеда, Гамзат-бека, а с 1834 г. знаменитого имама Шамиля, сражаясь под зелеными знаменами ислама, вели священную войну – джихад (газават). По поводу даты начала священной войны, а также того, кто ее провозгласил, существуют разные мнения. Есть мнение, что в Чечне газават был провозглашен в 1824 г. Гази-Магомедом. Согласно другой точке зрения, это произошло 1829 г. Некоторые авторы связывают начало газавата с именем имама Шамиля.

Именно через джихад в значительной степени народы Северного Кавказа начинали воспринимать ислам. Однако при этом нельзя игнорировать и само по себе продолжение исламизации. М. Гаммер подчеркивает, что джихад носил чисто теоретический, символический характер. На практике священной войне отводилось второстепенное место. На первое Мухаммед аль-Яраги и его последователи ставили утверждение шариата, искоренение адатов2. Интересно, что примерно такую же оценку, но уже шейху Мансуру дает сотрудница Лондонского университета Анна Зелькина, которая утверждает, что он считал своей миссией скорее религиозную проповедь, чем военные действия3. В частности Гази-Магомед требовал от населения

оставить адат и обратиться к шариату4.

3Зелькина А. Ислам в Чечне до российского завоевания // Чечня и Россия: общества и государства. – М., 1999. 432 с.

4Агаев А. Магомед Ярагский. – Махачкала, 1996. 212 с.

- 81 -

ИСЛАМ НА КАВКАЗЕ

Исламизация шла нелегко. Более того, в ряде случаев она встречала сопротивление, и тогда шейх Мансур применял жестокие методы, вплоть до истребления непокорных. Известны случаи уничтожения им целых деревень. Начиная с деятельности этого чеченского шейха, сопротивление русским шло одновременно с борьбой против язычников, авпоследствииипротивтехмусульман,которыепредпочиталиследовать традиционным обычаям и адату, чем более жесткому и требовательному шариату. Эта борьба на двух фронтах не привела к окончательной победе: подобно тому, как Северный Кавказ не покорился полностью России (о чем свидетельствует хотя бы поведение многих тысяч горцев в годы немецкойоккупациивовремяВеликойОтечественнойвойны),самикавказцы, став большими, по сравнению с прежними годами, мусульманами, тем не менее, сберегли верность своим неисламским традициям.

Кульминацией исламизаторских усилий XIX в. стала попытка создания имамом Шамилем на территории современного Дагестана исламского государства.

В созданном имамате Шамиль ввел налоговую систему по примеру с раннеисламской, где упор делался на благотворительный и поземельный налоги (закят и харадж), на основе шариата создал низам – свод законов и предписаний, систематизирующий и регламентирующий устроение и порядок в обществе, поведение мусульманина.

Выступая за реализацию установок догматического ислама, Шамиль являлся также шейхом накшбандийского тариката, мюридом своего наставника Джамал ад-Дина аль-Газикумухи. Это наглядно свидетельствует об отсутствии непримиримых противоречий между умеренным догматическим исламом и тарикатизмом. Таким образом, можно говорить о северокавказском исламе как о едином культурном комплексе. Лидеры сопротивления на Кавказе (шейх Мансур, Шамиль) ставили своей целью не просто отпор российской экспансии, но утверждение на территории современных Дагестана и Чечни исламских норм организации общества, введение шариата, что порой приходилось делать силовыми методами, навязывать шариат горцам (известны письма Шамиля с угрозами в адрес тех, кто отказывался принимать шариат).

Говоря о том, что газават в период войны против России становился наиболее распространенной формой восприятия кавказцами ислама, нельзя не отметить и того, что наряду с его радикальной интерпретацией в середине XIX в. стали появляться более умеренные толкования,

связанные с шейхом Ахмедом Кунта-Хаджи (Кишиевым) [16].

- 82 -

4.Ислам как идеологическая основа борьбы Кавказа за независимость ...

Сименем этого выдающегося духовного авторитета связано укрепление в Чечне и Дагестане знаменитого суфийского тариката Кадирийя, а также поиски компромисса с Россией. На Северном Кавказе кадиритское учение нередко именуется зикризмом. Анализируя влияние Кунта-Хаджи на северокавказский (преимущественно чеченский и дагестанский) ислам, приведем мнение В. Акаева о том, что проповедь Кунта-Хаджи появилась тогда (а это случилось в начале 60-х гг.), когда уставшийотнепрерывнойвойнынароднуждалсявмирнойпередышке1.

Кунта-Хаджийский вариант зикризма, как и само кадирийское учение, встретил сопротивление со стороны накшбандийских авторитетов, сторонников шариата, включая Шамиля2. Шамиль согласился с тем, что новый проповедник не является еретиком и владеет основами ислама. При этом Шамиль сознавал, что «соглашательская» позиция Кунта-Хаджи, утверждавшего, что главное в противостоянии России – это не выигранные сражения, а выживание перед лицом более могущественного противника, может отрицательно сказаться на стойкости моджахедов, и фактически запретил его деятельность. ОднакоКунта-Хаджипосуществузанималболееразумнуюпозицию, поскольку он как бы откладывал продолжение активной борьбы против российской оккупации до более благоприятных времен. Также имелись расхождения по вопросам ритуальной практики.

Хотя влияние Кунта-Хаджи распространялось преимущественно среди чеченцев, он пользовался авторитетом и среди некоторых других кавказских народов, например, ингушей. В то же время кроме ярых приверженцев газавата к нему негативно относилось и мусульманское духовенство, значительная часть которого с конца 1850 гг. перешла на позиции соглашательства с Россией.

После ухода с политической арены Шамиля именно Кунта-Хаджи и ведомые им зикристы Кадирийи, несмотря на свою политическую умеренность,являлисобойопасностьвглазахроссийскихвластей.Популяр- ностьКунта-Хаджи(вначале60-хгг.числоегоприверженцевпревысило 5 тыс. человек) делала его соперником конформистски настроенного духовенства. Кунта-Хаджи был далек от использования зикризма в воен-

но-политических целях и выступал против конфронтации с властью3.

1Ахтаев А. Суфий должен быть политиком! // Ат-Таухид. 1994. № 1.

2 Малашенко А. Исламские ориентиры Северного Кавказа. – М.: Гендальф, 2001. 180 с.

3Ахтаев А. Суфий должен быть политиком! // Ат-Таухид. 1994. № 1.

- 83 -

ИСЛАМ НА КАВКАЗЕ

Однако Кадирийя и ее вождь могли оказаться центром сплочения мусульман. Именно поэтому судьба Кунта-Хаджи, мистика и мыслителя, народного организатора, но отнюдь не военно-политического лидера, подобного шейху Мансуру и имаму Шамилю, была предрешена. В 1863 г. он был арестован, и хотя потом его сторонники пытались бороться с царской администрацией, успеха они не имели.

По числу приверженцев кадирийский тарикат уступал и уступает Накшбандийе. Как и накшбандийцы, кадириты – легитимные участникирелигиознойиполитическойжизни.Междуобоимитарикатами сохраняется соперничество, возникшее еще в XIX в., которое ныне в известной степени трансформировалось среди прочего в конкуренцию за влияние на светскую власть.

Таким образом, деятельность Кунта-Хаджи не была просто эпизодом, она вписывается в религиозную и политическую традицию Чечни, Ингушетии.

При этом, несмотря на разногласия между религиозными авторитетами, ислам являлся самым мощным консолидирующим фактором в борьбе кавказских горцев за независимость. Религиозно-идеологи- ческим соперником мусульманства со стороны Российской империи было христианство. Отношения между религиями как социокультурными системами складывались непросто. Имам Шамиль призывал сражаться против христиан, а российские власти требовали, например от ингушей, не принимать мухамедданского закона и «мечетей не строить». О значимости религиозного фактора свидетельствует и то обстоятельство, что в своей политике на Северном Кавказе Россия пользовалась поддержкой исповедовавших христианство осетин, что, в свою очередь, становилось одной из причин противоречий между ними и мусульманскими этносами1.

С другой стороны, в XIX в. Россия не делала упора на христианизацию завоеванных ею народов. Сэтой точки зрения можно не согласиться с мнением ряда авторов, когда они пишут о намерениях России обратить кавказцев в христианство или утверждают, что сама ее политика определялась ее конфессиональной принадлежностью2. Среди части чиновников и деятелей Русской православной церкви бытовало мнение о возможности христианизации, но ее результаты были далеки от желаемых.

1 Малашенко А. Исламские ориентиры Северного Кавказа. – М.: Гендальф, 2001. 180 с.

2Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. – М.: АСТ, 2003. 603 с.

- 84 -

4. Ислам как идеологическая основа борьбы Кавказа за независимость ...

реализовать христианские Великобритания и Франция, в высшей степени заинтересованные в ее победах над Россией. В рамках этих стремлений борьба народов Северного Кавказа против российской интервенции использовалась для оказания на нее давления.

Во второй половине XIX в. в российских политических кругах заговорили о том, что занятие территории не гарантирует в полной мере политического господства и наличия идеологического авторитета. Вопрос состоял в том, каким образом интегрировать народы Северного Кавказа в Российскую империю, чем могут грозить последствия войны на почве межрелигиозной враждебности. Времени для реализации задачи полноценного вхождения Северного Кавказа в состав Российской империи царизму не хватило. Проблему закрепления народов региона в составе метрополии предстояло решать новой власти.

4.3. Личность имама Шамиля

Шамиль в течение 25 лет руководил сопротивлением горцев Дагестана и Чечни, успешно борясь против огромных сил России.

Смерть Кази-муллы, раны, полученные Шамилем во время осады Гимр, и господство Гамзат-бека, объявившего себя преемником Ка- зи-муллы и имамом – все это держало Шамиля на втором плане до смерти Гамзат-бека (7 или 19 сентября 1834 г.), главным соратником которого он был, собирая войска, добывая материальные средства и командуя экспедициями против русских войск и врагов имама.

В это время ханы Аварии были заинтересованы в том, чтобы в Дагестане не было единой сильной власти, и действовали в союзе с Россией против духовных и военных лидеров Кази-муллы и Гамзат-бека.

После смерти Гамзат-бека Шамиль предпринял ряд шагов, которые окончательно устранил последнее препятствие к распространению власти имама. В Новом Гоцатле по его приказу был убит единственный наследника Аварского ханства [31].

Положение Шамиля в первые годы было очень затруднительно: ряд крупных поражений, понесенных горцами, поколебал их стремление к газавату и веру в торжество ислама. Многие селения стали склоняться к покорности царской власти. Выдавались заложники; горские аулы неохотно принимали у себя отряды, сопротивлявшиеся русским войскам и отдельных мюридов.

- 87 -

ИСЛАМ НА КАВКАЗЕ

Относительное затишье на Кавказе дало повод российским правящим кругам ослабить давление, и Шамиль использовал это для восстановления сил сопротивления. В 1835 г. Шамиль вновь набрал приверженцев, проводя с ними идеологическую работу, фанатизируя толпу и оттесняя соперников или мирясь с ними. Фактическое бездействие царизма дало ему возможность усилиться. Российские политические круги не принимали Шамиля всерьез, не считались с его возраставшим среди горцев авторитетом. При этом окружение Шамиля распускало слух, что основной целью имама является восстановление чистоты мусульманского закона между непокорными обществами Дагестана, выражая при этом готовность покориться русскому правительству, если ему будет назначено особое содержание. В конце 1835 г. Шамиль достиг того, что все свободные дагестанские общества от Чечни до Аварии, а также значительная часть аварцев и обществ, лежащих к югу от Аварии, признали его власть.

Усиление влияния Шамиля привело к тому, что русское командование на Кавказе предприняло попытку мирных переговоров с ним. В конце 1840 г. командующий кавказским корпусом генерал Головин счелнужнымвступитьснимвсношения,вызываяегонапримирение с русскими. Однако это привело лишь к увеличению авторитета Шамиля чсреди горцев. Благодаря росту валияния Шамиль привлекал на свою сторону новых сторонников, в числе которых были известные и влиятельные личности: Хаджи-Мурат, привлекший к нему Аварию, Кибит-Магома в южном Дагестане, очень влиятельный среди горцев, фанатик, храбрец и способный инженер-самоучка, Джемаль-эд-Дин, выдающийся проповедник. К апрелю 1841 г. Шамиль повелевал почти всеми племенами нагорного Дагестана.

К концу 1843 г. Шамиль был полным господином Дагестана и Чечни. Менее религиозный, чем Кази-мулла, менее торопливый и опрометчивый, чем Гамзат-бек, Шамиль обладал военным талантом, большими организаторскими способностями, выдержкой, настойчивостью, уменьем выбирать время для удара и помощников для исполнения своих предначертаний. Отличаясь твердой и непреклонной волей, он умел воодушевлять горцев, умел возбуждать их к самопожертвованию и повиновению его власти, что было для них особенно тяжело и непривычно.

- 88 -

ИСЛАМ НА КАВКАЗЕ

–власть должна была перейти в руки духовенства;

–суд перешел из рук выборных светских судей в руки кадиев, толкователей шариата [31].

Связав исламом, как цементом, все дикие и вольные общества Дагестана, Шамиль отдал управление в руки духовных лидеров и при их помощи установил единую и неограниченную власть в этих некогда свободных странах, а чтобы им легче было выносить его иго, указывал на две великие цели, которых горцы, повинуясь ему, могут достигнуть: спасение души и сохранение независимости от русских. Время Шамиля называлось у горцев временем шариата, его падение – падением шариата. Несмотря на укрепление позиций ислама на Кавказе, после ареста Шамиля на Кавказе достаточно быстро и широко возродились старинные учреждения, выборные власти и решение дел по обычному праву, т. е. по адату.

Вся подчиненная Шамилю страна была разделена на округа, из которых каждый находился под управлением наиба, имевшего воен- но-административную власть. Занявшись организацией подвластных ему земель, Шамиль разделил Чечню на 8 наибств и затем на тысячи, пятисотни, сотни и десятки.

Для суда в каждом наибстве был муфтий, назначавший кадиев. Наибам было запрещено решать шариатские дела, подведомственные муфтию или кадиям. Каждые четыре наибства сначала подчинялись мудиру, но от этого установления Шамиль в последнее десятилетие своего господства принужден был отказаться вследствие постоянных распрей между мудирами и наибами. Помощниками наибов были мюриды, которым, как испытанным в мужестве и преданности священной войне (газавату), поручали исполнять более важные дела [31].

Число мюридов было неопределенное, но 120 из них, под начальством юзбаши (сотника), составляли почетную стражу Шамиль, находились при нем безотлучно и сопровождали его во всех поездках. Должностные лица были обязаны беспрекословным повиновением имаму; за ослушание и проступки их подвергали выговору, разжалованию, аресту и наказанию плетьми, от которого были избавлены мудиры и наибы. Военную службу обязаны были нести все, способные носить оружие; они делились на десятки и сотни, бывшие под

- 90 -