Хроники кинопроцесса. Выпуск № 7 (фильмы 2013 года)

Хроники кинопроцесса

«Еще чуток, мрази» — фильм о перемене пола. Биологический пол главной героини мужской, но стойкое самоощущение Жени настаивает на противоположном. Несоответствие между физической реальностью и представлением о ней порождает внутренний конфликт, преодоление которого и составляет основной сюжет фильма.

Необходимо сразу пояснить название картины, которое вряд ли можно признать удачным. Оно ни в малейшей степени не отражает отношения автора к показанным на экране событиям. Этим словосочетанием Женя определяет свой «статус», по крайней мере то, что подразумевает под этим словом социальная сеть «ВКонтакте». Героиня же, судя по всему, характеризует таким образом столь дисгармоничные для ее самоощущения первичные половые признаки.

Достижение гармонии — дело многоуровневое. В полной мере обрести себя невозможно, как без доверительных отношений с подругами, так и без интереса к твоей особе со стороны молодых людей. И с тем, и с другим коммуникабельная Женя справляется самостоятельно и вполне успешно. Столь же немаловажно общение с людьми, знающими проблему не понаслышке. И здесь у Жени полный порядок — она полноправный член соответствующего «профсоюза» и регулярно посещает «клуб по интересам», где пользуется вполне заслуженным авторитетом. И, наконец, самое сложное — противоборство с физической реальностью. Тут, конечно, нет предела совершенству, но уж грудь–то это просто «прожиточный минимум», с него бы и начинать, но вот на операцию у двадцатилетней героини нет денег. Здесь и начинается все самое важное и интересное. Деньги достает мама.

Конечно, два фильма не большая выборка, но основную тему Мустафиной видно очень хорошо — это исследование настоящей любви как основы полноценных отношений между родителями и детьми. При этом, чем более маргинальны герои ее историй, и чем неоднозначнее происходящее на экране, тем очевиднее, что именно любовь есть тот жизнестроительный материал, прочность которого неоспорима. В случае семилетней Миланы, живущей в кустах с матерью–алкоголичкой, именно быстротечность

171

Раздел I. Обзоры

и обреченность «первобытной идиллии» позволяет увидеть всю полноту и искренность связующего их чувства. Что же касается Жени, то далеко не у каждого зрителя отношения с родными обладают такой степенью доверительности.

Постоянные разговоры по скайпу с мамой и бабушкой дают представление о том, насколько близко к сердцу принимают женины проблемы ее близкие. Обещание мамы достать требуемую для операции сумму вызывают волнения, загадывания, боязнь преждевременного предвкушения — как бы не сглазить. По благополучному же разрешению проблемы совместная радость столь велика, что общение начинается буквально взахлеб в сутолоке вызовов и разъединений. Именно в этих диалогах и заключена вся динамика перехода сына в дочку и внука во внучку, соответственно — процесс, требующий от близких большого количества сил как душевных, так и материальных. Зритель становится очевидцем, ни много ни мало, чудесного превращения, и еще неизвестно, кто из персонажей проделывает больший путь. Фильм же в свою очередь тоже меняет свою «ориентацию» и из истории о перемене пола превращается в историю об исполнении желаний.

Вживаясь в своих маргинальных героев Мустафина задает себе по сути тот самый вопрос, который был побудительным мотивом для творчества Дайан Арбас — как этим людям удается выстоять, ведь для этого им требуется куда больше сил, чем обыкновенному человеку?

Автомобиль — роскошь, а не средство передвижения

Среди многочисленных ролей, отводимых неигровому кинематографу, одной из самых значимых будет функция памяти. Именно это качество выделяет фильм Дарьи Хлесткиной среди картин фестивального конкурса. Хлесткина — выпускница мастерской Марины Разбежкиной. Ее лента «Последний лимузин» была признана лучшим полнометражным фильмом «Артдокфе- ста»-2013. Картина номинировалась на премию «Лавр» и победила в категории «Лучший кинофильм».

В объективе Хлесткиной «уходящая натура». Картина повествует о «последних днях» легендарного ЗИЛа, неуклонно ухо-

172

Хроники кинопроцесса

дящего, и таки ушедшего в небытие на момент выхода фильма. Съемки завода продолжались на протяжении трех лет, а главным сюжетом фильма стало изготовление трех классических кабриолетов ЗИЛ — заказ от Министерства обороны к юбилейному параду Победы.

«Последний лимузин» ставит перед собой эпические задачи, и это закономерно — материал обязывает. Много внимания уделено пространственному решению темы. Завод — это город в городе, охваченный с одной стороны рекой, испещренный улицами, с развитой некогда инфраструктурой. Огромная территория пронизана маршрутами заводского транспорта, развозящего рабочих от цеха к цеху, по всем ключевым точкам предприятия. В какой-то момент именно движение автобуса с остановками типа «конструкторское бюро», «цех №2» и пр. берет на себя конструктивную функцию, «подвозит» зрителя от одного эпизода до другого.

Завод представлен узловыми, принципиальными для его жизнедеятельности компонентами. Фильм стремится показать основных участников производственного процесса, охватить его насколько возможно полно. Комментируя выразительность психологического рисунка, проработанность характеров персонажей, режиссер замечает, что «фильм был задуман как коллективный портрет — через ЗИЛ и его работников показать что-то большее, чем собственно завод»27. Показать завод через людей, безусловно, получилось. Более того, передана чрезвычайно теплая и душевная атмосфера, царящая на предприятии. Убедительно явлена общность людей, для которых ЗИЛ действительно дело всей жизни. Но ни на какой качественно новый уровень повествование не выходит.

Здесь уместно вспомнить о вышедшем в этом году фильме Светланы Быченко «Нити накала». Картина так же обращается к уходящей натуре, запечатлевая единственный на настоящий момент завод, выпускающий лампы накаливания. Собственно

27  Хлесткина Д. В создании лимузина важны эмоции. Беседу ведет Е. Майзель// Искусство кино № 1., 2014. С. 77.

173

Раздел I. Обзоры

«уходящей» натуру делает закон об энергосбережении, который приводит к активному сворачиванию производства. Завод не большой. Его коллектив представляет собой практически все трудоспособное население пары близлежащих деревень. Многие посвятили производству всю жизнь, родственные отношения в коллективе — норма, есть трудовые династии. Атмосфера на заводе камерная, семейная. Отношение к работе не за страх, а за совесть.

Сильный акцент на человеке закономерен. Фильм ставит перед собой публицистические задачи — привлечь внимание к «зажимаемому» производству, в случае ликвидации которого именно живые, показанные в фильме люди, а не условные рабочие единицы будут выброшены на улицу, лишены средств к существованию. На большее режиссер и не претендует, демонстрируя соразмерность темы и риторического эффекта.

С ЗИЛом ситуация отличается принципиально. Одно дело — безвестный заводик, затерянный в российской глубинке, работа на котором составляет часть жизненного уклада местных жителей, и совсем другое — известный на весь мир автомобильный завод, символ эпохи, аббревиатура которого имеет статус иконического знака как «ВДНХ» или «СССР». Тут если уж говорить о коллективном портрете то, по меньшей мере, на фоне истории, одной душевности недостаточно.

Катастрофа показана, она чувствуется. Гастарбайтеры, заместившие потомственных рабочих. Безлюдность заводских пространств. Закрытые цеха. Щемящая нота возникает неоднократно, но не возникает ощущения масштаба катастрофы. Для этого в фильме нет необходимого контраста, амплитуды, между величием прошлого и ничтожностью настоящего, тем, что действительно может придать низвержению приличествующий ситуации драматизм. Причем речь совсем даже не о лапидарном противопоставлении «так было — так стало», а о том, что недостаточно проработанным оказался сам заглавный «герой».

Собственно лимузин в картине представлен номинально. Нет, конечно, в цех, где происходит ручная сборка трех кабриолетов, камера возвращается постоянно. Сюжет лейтмотивом проходит

174

Хроники кинопроцесса

по всему фильму, имеет развитие. Проблема в другом — главный герой не имеет характера, он всего лишь продукция, хоть и бережно оборачиваемая полиэтиленовой пленкой. Сюжетная линия лимузина лишена своего пластического стиля, к которому обязывает уже хотя бы то помпезное и блистательное ар-деко, составляющее его суть. Столь же номинально представлены и его создатели. Фактически фильм ограничивается «конферансом» директора завода, знакомящего с участниками процесса в стилистике неформальной «доски почета». Этого явно недостаточно, ведь речь идет о представителях рабочей аристократии, о тех людях, которые в предельной форме аккумулируют в себе те профессиональные и мировоззренческие качества, позволяющие говорить о рабочем сословии как самостоятельном социальном институте.

«В создании лимузина важны эмоции»28, — считает режиссер. Согласиться с этим, конечно же, нельзя. Эмоции — явление проходящее, как и «поджимающие» сроки, которые их вызывают. Это всего лишь поверхность, тогда как в создании лимузина важна суть тех людей, тех «кутюрье автопрома», которые единственные и могут справиться с подобной задачей.

Кумир Кустурица

Фильм Наталии Гугуевой «Кто такой этот Кустурица?» завоевал главный приз открытого фестиваля документального кино «Россия»-2013. Жанровая принадлежность картины сомнений не вызывает — это портрет. Популярность данного жанра в документальном кино обратно пропорциональна пониманию его природы и методологии, чему екатеринбургский призер служит ярким подтверждением.

В понятийной системе Р. Барта, размышляющего о природе фотографии, силовое поле портрета возникает на взаимодействии четырех компонентов. «Находясь перед объективом, я одновременно являюсь тем, кем себя считаю, тем, кем я хотел бы, чтобы меня считали, тем, кем меня считает фотограф, и тем, кем он поль-

28  Там же. C. 78.

175

Раздел I. Обзоры

зуется, чтобы проявить свое искусство»29. В предложенных категориях картина Гугуевой работает исключительно со второй составляющей — выстроенной имиджевой стратегией своего героя.

Фильм практически целиком состоит из интервью. На камеру помимо главного героя постоянно говорят члены его съемочной группы, использованы фрагменты телевизионных выступлений Кустурицы, его бесед с журналистами. То обстоятельство, что герой активно выступает в составе рок-оркестра, дает повод для большого количества гастрольных съемок. Они достаточно традиционны: прибытие, закулисная жизнь, концертные выступления. Постоянно цитируются фильмы режиссера, звучит использованная в них музыка.

Саморефлексия Кустурицы, равно как и высказывания о нем представителей его ближайшего окружения, носят ярко выраженный афористичный, а как правило так и вовсе анекдотический характер. Картина превращается в вереницу рассказанных с экрана занимательных баек. Некоторые из них входят в корпус «канонической» мифологии героя и порой повторяются. Возникает эффект дважды рассказанного анекдота, но к пародийному прочтению ситуации фильм оснований не дает. Зритель может быть в полной уверенности, что в картине нет ничего, чего Кустурица не хотел бы рассказать о себе сам.

Вфильме нет ни единого кадра, в котором герои не отдавали бы себе отчет в том, что находятся перед камерой. Это всякого рода «рабочие моменты», связанные с кинематографической или концертной деятельностью. Остроумные диалоги, динамичные, пронизанные театральным жестом мизансцены — все призвано подтвердить уже сформулированную идеологему, что для Кустурицы нет разницы между реальностью и выдумкой. Он всего лишь большой ребенок, свободный, всеми любимый, имеющий право на ошибку и полагающийся на инстинкт, когда не совсем уверен в том, что делает.

Втакой стилистике повествование последовательно проходит по основным моментам творческой биографии режиссера.

29  Барт Р. Camera lucida. М., 1997. С. 26.

176

Хроники кинопроцесса

Касается драматичного для семьи героя периода гражданской войны­ — уничтожен родительский дом, умирает отец. Кустурица с семьей навсегда покидает Сараево, уезжает в Белград. Друзья рассказывают об огромном общественном авторитете Кустурицы, о его позиции неприятия ни одной из воюющих сторон.

Много внимания уделено пребыванию героя в России, где, по его собственным словам, он чувствует себя как дома. Один сюжет — картинное чаепитие с Никитой Михалковым, с которым Кустурицу связывает давняя дружба. Другой — почетное членство в коллективе своих «подруг» по Евровидению — «Бурановских бабушек» на правах «бурановского дедушки». Успешно подвизаясь на ниве поп-культуры и хорошо зная пределы допустимого, Кустурица тщательно поддерживает имидж яркой индивидуальности, пренебрегающей общепринятыми нормами. Однако демонстрация этих усилий на протяжении полутора часов лишает их последних крох убедительности. Избыточность личностной мифологии, перманентное позерство препятствуют малейшему движению смысла. Образ статичен и одномерен. Портрет подменен медийной маской, а роль, которую играет герой, по сути своей слишком хорошо знакома зрителю.

О сущности, о внутреннем плане героя говорить не приходится. Представление об этом если и доступно, то лишь со слов близких герою людей. Например замечание, что за демонстрацией физической силы Кустурица скрывает нежность. В фильме это наблюдение проскакивает в череде анекдотов и мифологических формул, не срабатывая на психологический объем персонажа. Зазор между маской и человеком ни в малейшей степени не осмыслен и не организован. Такая проблема даже не стоит.

Что же касается авторской интерпретации героя, то ничего кроме как самим героем предлагаемых схем в фильме обнаружить нельзя. Картина не столько портрет, сколько приношение кумиру. Искреннее, восторженное и абсолютно не критичное. При этом даже любопытно, что автор не пользуется героем, чтобы проявить свое искусство, он пользуется искусством героя. Количество цитат из картин Кустурицы не просто велико, но они повествовательно и ритмически организовывают ткань фильма.

177

Раздел I. Обзоры

Мало того, музыкой Горана Бреговича озвучены оригинальные съемки, отчего ощущение вторичности превосходит все мыслимые пределы.

Нина Спутницкая

Гадание на снежинке: орнаменты прошлого в анимации года

(Некоторые события из жизни российской анимации)

Для автора предлагаемого обзора «анимационный год» открылся выставкой «Мультфильмы, занесенные снегом», зафиксировавшей одну из функций анимационного зрелища в современном арт-пространстве. Ковер, хрустящий, как настоящий снег, колесо, которое имитирует шум метели, многочисленные инсталляции из предметов интерьера разных эпох, покрытые «льдом», механизм, позволяющий собственноручно окутать снежной пеленой макет города, ну а главной изюминкой выставки стал уголок отдыха, где на плазменных панелях, занесенных суррогатным снегом, беспрерывно транслировались мультики о зиме. Примечательно, что среди фильмов-старожилов на выставке Галереи на Солянке30, нашлось место и новой российской работе — «Снежинке».

В начале года Министерством культуры РФ был опубликован проект списка ста фильмов, которые могут быть рекомендованы для просмотра на факультативных занятиях в школах. Кроме, безусловно выдающегося, «Ежика в тумане» Юрия Норштейна, в нем не нашлось рисованной мультипликации. Между тем, основной тренд российской коммерческой анимации состоит в заимствовании образов и мотивов именно у советской графической мультипликации. В то же время Буратино — кукла, сегодня — персонаж не объемного фильма, он — представитель субкультуры аутсайдеров, дитя коллектива, стремится подражать (как и

30  Выставка прошла в Москве в начале 2013 года, и в Санкт-Петербурге в конце года: с 22 декабря 2013 по 20 февраля 2014 (в лофт-проекте «Этажи»).

178

Хроники кинопроцесса

герой национального фольклора Иван-царевич в франшизе «Мельницы») герою американского комикса. Авторская же анимация продолжает изучать экзистенциальные аспекты зависимости внутри семьи, позволяя зрителю прикоснуться к виртуальным мирам, пережить многое из увиденного, услышанного, понятого

инедоступного сознанию через мотив сна, топографию орнамента, новые измерения, подсказанные детским мировосприятием. Но прикосновение к детству происходит через актуализацию прошлого. Современная детская субкультура оказывается некоей потайной зоной, к которой пока в авторской анимации не найдены ключи. Существенную драматургическую роль играет семья

ив фильмах из цикла студии «М.И.Р.» о композиторах, и в цикле «Корифеи российской анимации». И совсем иначе предстает семейный быт в телевизионных фильмах, транслируемых в рамках передачи «Спокойной ночи, малыши!».

Кратко характеризуя анимационный год, можно отметить, что прошел он под знаком экскурса в прошлое. Авторские и коммерческие проекты объединяет общее настроение, но мало кто из аниматоров придерживается единожды найденной тактики общения со зрителем. Ситуация напоминает гадание на снежинке: бродя в лабиринтах персонажных и декоративных орнаментов, кинематографисты пробуют угадать свой путь. Спешно, пока источник вдохновения не растаял.

1. Авторская анимация: мама, папа, я — экзистенциальная семья

По-прежнему много интересных авторских работ сделано в этом году при финансировании Министерства культуры РФ. Было открыто немало интересных молодых авторов. Чрезвычайно популярной оказалась тема сна, который предстает как форма эскапизма, даже если сон неуютный.

В лучшем (по версии Суздальского смотра) детском мультфильме года «Моя мама — самолет» (реж. Юлия Аронова, студия «Пчела», фильм был показан на КРОКе, Chiсago IntFilm Festival, Show of Shows в Лос-Анджелесе, фестивалях в СанФранциско и Анси) представлен детский рассказ-небылица от

179

Раздел I. Обзоры

первого лица. Закадровый голос ребенка комментирует стилизацию под детский карандашный рисунок. Упрямая штриховка и капризные акварели, безусловно, пленяют. Сюжет рождается как экстраполяция интриги стихотворения «А у вас?» (1947) С. Михалкова («Мамы разные нужны, мамы всякие важны») и рассказывает о маме актуальной. Мальчик перечисляет, какие бывают мамы, называет профессии, и подчеркивает, что его мама самая необыкновенная, потому что она — самолет: она не носки вяжет, а небо и облака плетет, не детей лечит, а спасает страну, заведует потоками цветных самолетов. Однажды она столкнется с черной громадиной, украшенной красной звездой-отметиной на крыле и ничуть не смутится. Такая мама вылетает за руку с сыном в мир фантастических приключений и возможностей. И загранпочту она высыпает дождем, на радость людям и проголодавшейся улыбчивой луже. В кульминации начнется смерч, но элегантный укол зонтика волшебной мамы все развеет. Дождь начинается, прорастают разноцветные зонтики в толпе, а самолет все равно летит. События сопровождает фортепианная тема, которая подводит к громкому финалу: в кадре появляется папапароход.

Теме полета посвящена и другая работа Юлии Ароновойсценариста, где драматургию строит вопрос не «кто?», а «как?». Звонкая «Перелетная» (реж. Вера Мякишева, «Пчела») тоже стилизована под детский рисунок (восковыми мелками) и посвящена очаровательной девочке-птичке. Фильм предлагает доступную широкой аудитории версию «Гадкого утенка». В имени героини и в оформлении персонажей прослеживаются нарративы 1970— 1980-х гг. Курочку Зину — хулиганку и непоседу — пленяют полеты и шмеля, и парашютов одуванчика, и даже надоедающей семейному обеду мухи. Наконец, она знакомится с семьей перелетных (изобразительно отсылающих к субкультуре бардов-ту- ристов) и однажды в дождливый день ей удается взлететь.

Необычен в своем альтруизме персонаж картины «Друзья» (студия «Петербург», приз за лучший дебют на Суздале, диплом премии «Белый слон»). Он умеет находить друзей, спасая их, отдавая все, даже собственную жизнь. Действие развивается под

180