Философские проблемы конкретных научных дисциплин. Учебник для аспирантов нефилософских специальностей

3.6. Философские проблемы лингвистики

моцели, а для познания особенностей и специфики его конкретного носителя, функционализм – изучение всего многообразия функций языка, экспланаторностъ – объяснение языковых явлений. Именно это обстоятельство, связанное с тенденцией развития лингвистического знания, предопределило философский характер ряда проблем, существующих в современном языкознании.

К числу наиболее значимых и эмблематичных философских проблем в современной лингвистике можно отнести следующие:

1.Проблема происхождения и формирования языка – лингвогенез. Данная проблема имеет философскую интерпретацию и подоплеку в силу тесной связанности вопроса лингвогенеза с более широкой проблемой антропосоциогенеза в двух аспектах:

–в аспекте филогенеза – происхождение первобытных человеческих сообществ, роль языковой коммуникации в данном процессе, особенности древнейшего этапа развития языковых структур, взаимосвязь процесса формирования языка и мышления;

–в аспекте онтогенеза – языковое развитие личности, социальная значимость обучения языку.

2.Гносеологические, когнитивные, семиотические и логические аспекты языковой деятельности:

–роль языка в формировании представления человека об объективной реальности, описательные возможности и границы языка;

–понимание языка как знаковой системы;

–философский анализ соотношения языка и мышления;

–анализ языка как инструмента познания;

–определение логического статуса языковых высказываний и связанных с данной процедурой практик верификации и фальсификации.

3.Комплекс социально-философских проблем связи языковых и социальных практик:

–роль языка в процессе социального конструирования реальности;

–социальные функции языка (в том числе нормативная, коммуникативная, регулятивная, аксиологическая и т. д.);

–соотношение языковых конструкций с этнокультурными представлениями и стереотипами (так называемая проблема взаимосвязи языковой организации и ментальных структур);

231

Глава 3. Философские проблемы конкретных научных дисциплин

–анализ и классификация речевых актов, жанров и стилей речи в связи с коммуникативной природой социального взаимодействия.

Философские проблемы античного и средневекового языкознания

Интерес к философскому анализу языковых явлений зародился еще в античной философии. Для древнегреческой философской традиции интерес к философским аспектам языка начинается с полемики вокруг проблемы понимания и определения статуса имени. Эта полемика центром своего сосредоточения имеет осмысление операции номинации, т. е. выявление соотношения имени как языкового конструкта и соответствующего ему реального предмета. Можно выделить два магистральных подхода, которые решали проблему установления имен.

Первый подход – онтологический (Пифагор, Платон, стоики, неоплатоники). Его сторонники придерживаются позиции, согласно которой имена устанавливаются по природе вещей и отражают их сущностную сторону. Соответственно, истинное значение имени является залогом нашего адекватного познания реальности мира вещей.

Второй подход – конвенциональный (Демокрит, софисты). По нему природа поименования (номинации) является результатом человеческого умысла и установления, где обстоятельства, интересы и потребности заставляют человека давать вещам имена по случаю и по установлению.

Представляет интерес развитие данной традиции исследования философских проблем языка в двух позднеантичных направлениях: у стоиков и в александрийской грамматической школе, более связанной с неоплатонической философией. Параллельно с логическими изысканиями стоики сформулировали в своей философии проблему генезиса слов, которая сводится к пониманию необходимости исследования терминологической этимологии. Сущность их подхода к языковым конструктам может быть представлена в констатации последовательного понимания значения слова: выделяется «обозначающее» как звуковая – фонетическая реальность представленности слова,

232

3.6. Философские проблемы лингвистики

«обозначаемое», т. е. объект, явление или процесс, выраженные словестно и вскрывающие невещественный смысл каждого существующего предмета.

Роль античного языкознания (пергамские и александрийские грамматисты – Кратет Малосский, Аристарх Самофракийский и Дионисий Фракиец) весьма значительна в становлении самостоятельных лингвистических исследований. Именно благодаря тенденции, которая возобладала в александрийской школе, была сформирована первая целостная и логически обоснованная языковедческая программа исследования. Структура этой программы была следующей: построение фонетического описания, затем излагалась морфология, и в конце – синтаксические построения. Грамматические занятия представителей александрийской школы имели выходы и в сферу практического, риторического и эстетического литературного анализа (александрийская критика), одной из важнейших задач было толкование и исправление старинных на тот период (II в. до н. э. – VII в. н. э.) текстов философских, литературных и научных текстов. От александрийской грамматической школы берет свое начало римская школа языкознания с ее разветвленной и строго нормированной традицией лингвистического исследования.

Античные традиции философского анализа языковых явлений нашли свое продолжение в средневековой философии, а именно в ключевой для схоластики полемике вокруг статуса так называемых универсалий и роли языка и имен в их презентации. Данная полемика, бывшая по сути своей эмблематической для своего времени, коренным образом определила основные направления средневековой философии – номинализм, реализм и концептуализм. Именно спор об универсалиях позволил старой античной проблематике «о природе имен и происхождении слов» перерасти в новое качество философской полемики, в которой наравне с онтологическим (его представлял реализм) и конвенциональным подходом (его представлял номинализм) добавилась тенденция к сложному и многогранному символическому толкованию и пониманию природы языковых объектов.

233

Глава 3. Философские проблемы конкретных научных дисциплин

Философия Нового времени и ее влияние на становление идеи всеобщей рациональной

грамматики языка

Философской предпосылкой возникновения грамматического рационализма в Европе XVII–XVIII вв. стало развитие рациональной философской традиции, ярко и своеобразно представленной Р. Декартом. На основе системы философского знания Декарта и его представлений о строгости, корректности и точности научного знания в XVII в. была предпринята попытка построения философской грамматики, которая получила свою известность благодаря книге «Грамматика Пор-Рояля» (наравне с не менее известной «Логикой Пор-Рояля»). Общий замысел и особенность данной работы могут быть сведены к анализу языка с позиции «разума», где рассматриваются его описательные возможности и основные грамматические операции. Данная «философская» постановка вопроса послужила основой для исследовательского подхода в новоевропейской лингвистике, который получил название грамматической науки, или общей грамматалогии.

Постановка вопроса у авторов «Грамматики Пор-Рояля» Кл. Лансло (лингвист и латинист) и А. Арно (логик и философ) сводится к необходимости так называемой нормализации естественного (в их случае французского) языка на основании конструирования универсальной грамматики с целью создания объяснительной грамматики, вопреки распространенной и господствующей в то время традиционной – грамматике описательной. Под нормализацией подразумевается создание четких правил и норм, регулирующих использование французского языка, по аналогии с классическими языками – древнегреческим и латинским.

Общий замысел авторов «Грамматики Пор-Рояля» выглядел следующим образом:

–конструирование нормативных правил современного французского языка;

–систематизация языковых явлений и их обобщенное объяснение;

–выявление и констатация общей логической основы языков, так как каждый этнический язык представляет собой ту или иную степень отклонения от исходной нормы классических языков;

234

3.6.Философские проблемы лингвистики

–представление об априорной основе природы языковых феноменов и необходимости дедуктивного подхода к их исследованию.

Становление сравнительно-исторического языкознания. Философский подход к языку в творчестве В. Гумбольдта

Понимание природы языка и языковых явлений у В. Гумбольдта

напрямую связано с понятием «народного духа», в этой изначальной установке он близок к гегельянской философской традиции. На основе данного понятия, собственно, выстраивается его лингвистическая концепция сравнительно-исторического языкознания. «Дух народа» понимается Гумбольдтом как совокупность интеллектуальных установок и ориентиров в науке, философии и литературе и одновременно как многообразное единство культуры народа, явленное через особое духовное своеобразие языка. Язык, считает В. Гумбольдт, представляет собой беспрерывную деятельность духа, стремящуюся превратить артикулированный звук в выражение мысли.

Успешное и адекватное постижение природы языка возможно только в том случае, если соотносить его непосредственно с развитием «народного духа», так как язык в своих взаимозависимых связях есть следствие деятельности национального языкового сознания. Взаимообусловленность языка и «народного духа», по Гумбольдту, несомненна, последнее крайне важно для понимания данной лингвистической теории, так как духовные и интеллектуальные особенности народа определяют национальное своеобразие языка как его внешнего проявления.

Эта установка говорит о том, что В. Гумбольдт в своей лингвистической теории опирается на философскую концепцию представителя немецкой классической философии Г. В. Ф. Гегеля. Идеалистический подход Гумбольдта в целом соответствует общей гегельянской позиции, где язык, являясь внешним выражением «народного духа», выступает в роли гносеологического медиатора по отношению к внешней реальности физического мира.

Однако данное обстоятельство не мешает Гумбольдту указывать на развивающуюся, историческую природу языка, обозначая ее понятием «деятельность». Данная «языковая деятельность» способна

235

Глава 3. Философские проблемы конкретных научных дисциплин

проявиться в его активном воздействии на природу социальных и политических явлений, а также на особенности мышления отдельно взятого человека, его культурные пристрастия и интеллектуальные предпочтения.

Исследовательская программа В. Гумбольдта строится на понимании необходимости корреляции языковых феноменов с внутренними связями и зависимостями языка, так как только последнее раскрывает для языкознания его объект как целостность. В своей знаменитой работе «О сравнительном изучении языков применительно к различным эпохам их развития» В. Гумбольдт конструирует знаковую теорию языка, утверждает, что язык можно одновременно рассматривать и как понятийное отражение, и как знаковую структуру.

Одновременно В. Гумбольдт указывает на то, что необходимо различать, а значит, и изучать язык и речь с ее многообразием живых, повседневных, а точнее, разговорных практик.

Как видно, В. Гумбольдт достаточно широко в своей лингвистической теории подходит к проблемам формирования языковедческого исследования, затрагивая и собственно философские проблемы. Однако базовым моментом его теории выступает проблема внутренней формы языка. Под формой языка он понимал нечто «постоянное и единообразное в этой деятельности духа, возвышающей членораздельный звук до выражения мысли»1, т. е. своеобразную духовную основу, способную соединять органически и непротиворечиво в целостность отдельные элементы языка. Только через такое понимание языка возможно раскрытие его познавательных и онтологических характеристик.

Гумбольдтовское понятие «народного духа», его психологизм в трактовке духовной и культурной жизни общества могут быть рассмотрены как основа современных научных течений в лингвистике – этнопсихологии и лингвистического неогумбольдтианства. Одновременно с этим исследования В. Гумбольдта послужили основой для формирования в лингвистике XIX в. и собственной методологии научного исследования языка.

1 Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. М.: Прогресс, 2000. С. 71.

236

3.6. Философские проблемы лингвистики

Концепция лингвистической относительности

Э.Сепира и Б. Л. Уорфа и ее философское значение

Воснове подхода к пониманию природы языка лежит идея зависимости стиля мышления от специфики фундаментальных мировоззренческих парадигм коллективного носителя языка. Теория лингвистической относительности (Э. Сепир и Б. Л. Уорф) состоит в интерпретации языка как своеобразной рамки для восприятия внешней действительности. В данной концепции языку приписывается характер активной, формирующей роли в процессе познания. Таким образом, языковые навыки и установки предопределяют образы восприятия мира и имеют, соответственно, свои лингвокультурные границы. «Мы видим, слышим

ивоспринимаем так или иначе те или другие явления главным образом благодаря тому, что языковые нормы нашего общества предполагают данную форму выражения» (Э. Сепир)1. Основой для подобной позиции стали непосредственные полевые наблюдения и анализ структур архаических языков американских индейцев (хоп-пе, нутка и т. д.), исследование их описательных параметров – специфика счета, периодизация времени, лексические классификации и в особенности рассмотрение грамматического строя в сравнении с европейскими языками.

Делается вывод о том, что язык выступает детерминирующей силой в отношении восприятия, мышления и познания человека и непосредственно определяет его характер деятельности. Язык является важнейшим компонентом человеческой культуры, обеспечивающим прямую связь и типологическую гомогенность символической и соответствующей ей социокультурной среды. Отсюда особое внимание понятию «реальный мир», которое находится в бессознательной связи с нормами и стандартами организации языка.

Концепция Ф. де Соссюра. Структурализм и основные школы структурализма

Лингвистика в XX в. в своем развитии оказалась под большим влиянием идей структурализма. Базовая задача любого структура-

1Цит. по: Уорф Б. Л. Отношение норм поведения и мышления к языку // Новое в лингвистике. М.: Иностранная литература, 1960. Вып. 1. С. 135.

237

Глава 3. Философские проблемы конкретных научных дисциплин

листского исследования состоит в выявлении совокупности многоуровневых отношений между элементами целого – структуры, которая способна сохранять устойчивость при разнообразных трансформациях. Методологической базой для подобного подхода в гуманитарном знании как раз и стала лингвистика, которая на основе своего эмпирического материала произвела первые структуралистские теоретические обобщения (исследования Ф. де Соссюра, Р. Якобсона, Н. С. Трубецкого, Л. Ельмслева, Р. Барта, Н. Хомского и др.).

Особую роль в становлении данного философского направления сыграла работа Фердинанда де Соссюра «Курс общей лингвистики». Именно в этой работе были описаны основные принципы структуралистского подхода, обращение к которым задает непосредственно особую исследовательскую парадигму. Речь идет об обращении к анализу следующих конструкций: «знак», «свойства отдельного знака», «отличия знака от других знаков», «значение знака», «означающее», «синхрония» (как состояние системы при взаимодействии ее элементов), «диахрония» (изменение во времени отдельных элементов системы) и т. д. «Положительное» содержание языка выявляется через принцип дифференциации (или операцию символического различения), согласно которому необходимо выявлять отличительные характеристики элементов структуры языка.

Особое ведущее место лингвистики в структуралистской научной и философской традиции объясняется ее методологической независимостью и сциентистской развитостью в середине XX в., что позволило ей послужить образцом для исследовательского строительства в других сферах гуманитарного знания: в антропологии (К. Леви-Стросс), психологии (Ж. Пиаже), психоанализе (Ж. Лакан), истории (М. Фуко), литературоведении (Р. Барт).

Лингвистический поворот первой половины XX в. (Г. Фреге, Д. Мур, Б. Рассел, Л. Витгенштейн)

Лингвистический поворот состоял в переходе к новой исследовательской парадигме в философии (иррационализм, экзистенциализм, постмодернизм). Особенностью данного явления будет отход от классической метафизической позиции в ряде ключевых вопросов онто-

238

3.6. Философские проблемы лингвистики

логии и гносеологии (строящейся на выяснении отношений между мышлением и бытием) и переход к исследованию реальности через анализ языковых форм и порядков. В соответствии с этим подходом, всякое представление о реальности мира определяется его локализацией и возможностью быть выраженной в языке. Теперь уже язык рассматривается не как инструментальное свойство сознания, а как главный объект философского исследования, наделенный качеством реалистической корреляции между структурами онтологическими и структурами лингвистическими.

Именно лингвистический переворот знаменует собой переход от классической философии, где сознание рассматривается как исходный пункт философствования, к философии неклассической, с развитой традицией критики метафизики сознания и обращения к языку как альтернативе картезианского cogito. Первоначально предполагалось критически рассмотреть язык науки и философии, так как именно в данной языковой проекции коренятся основные причины затруднений в познавательном процессе, а именно: некорректное использование языка науки и философии создает множество бессмысленных, неоднозначных лингвистических конструкций, которые делают решение гносеологических проблем весьма проблематичным. В связи с этим язык науки и философии должен быть подвергнут формальному анализу с позиции рассмотрения его синтаксиса и семантики. Однако впоследствии акцент в анализе языка сместился в сторону интереса к его естественным формам существования и прагматике языка. Что, собственно, дало возможность перейти к исследованию интересной философской проблемы лингвистики – свойства языковой деятельности, конструирующей реальность мировосприятия.

Основные характерные черты лингвистического поворота – отказ от гносеологической и психологической проблематики, критика понятия субъекта, обращение к исследованию смысла и значения, замена понятия истинности понятием осмысленности, стремление рассматривать язык как предельное онтологическое основание мышления и деятельности.

Лингвистический поворот в философии оказал большое влияние на становление и развитие исследований в области логиче-

239

Глава 3. Философские проблемы конкретных научных дисциплин

ского позитивизма и аналитической философии. Сущность данного подхода выражена в знаменитом высказывании Л. Витгенштейна из его «Логико-философского трактата»: «Границы моего языка означают границы моего мира». Таким образом, можно говорить о том, что логический позитивизм приобрел четкую ориентацию на абсолютизацию репрезентативной функции языка, который непосредственно воплощает в себе знания по образу и подобию отношения субъекта

квнешнему миру.

Вэтот период (40–50-е гг. XX в.) появляется лингвистическая философия как одно из ответвлений аналитической философии, представленная двумя традициями – «кембриджской» (под влиянием идей Л. Витгенштейна) и «оксфордской» (под влиянием идей Д. Мура). Для лингвистической философии характерно противопоставление классической философской проблематики, связанной с онтологической и гносеологической метафизикой, анализу языка, который здесь рассматривается в качестве единственного корректного объекта философствования. А все, что выходит за границы лингвистического анализа, представители этого направления считали псевдопроблемами, возникающими в силу ошибочного употребления языка. При этом они отчетливо констатировали такую философскую проблему лингвистики, как невозможность выражения многообразия и богатства естественного языка в строгих схемах и построениях идеализированного формального языка.

Дискурсивный переворот и особенности философских проблем лингвистики в постмодернистской традиции

Особенностью развития традиции дискурсивных исследований во второй половине XX в. стало стремление к формированию проблемного междисциплинарного пространства, не ограниченного узкими дисциплинарными рамками. Понятие «дискурс» приобретает свой проблемный исследовательский характер первоначально в пространстве лингвистической аналитики (Э. Бенвенист), в семиотической традиции (как характеристика семиотико-нарративного аспекта речевой деятельности А.-Ж. Греймаса), а также в культурологических исследованиях (как языковые практики у Дж. Фиске).

240