Социальная мобильность в регионе. Учебное пособие

2.3.Институционализированные каналы мобильности

сдругом. Возникает многоступенчатая система образования, отличная от традиционной «школа–вуз».

Другая причина – трудность поступления в «хорошие» вузы, конкуренция за места в них. В результате появилась категория высших учебных заведений, которые на деле становятся ступенькой для попадания в те вузы, которые, как считается, действительно дают качественное образование. То есть произошло естественное расслоение тех ступеней образования, которые расположены над старшей школой.

Вобщем, распространение заочного и второго образования можно считать, во-первых, реакцией на быстрые изменения рынка труда и требования с его стороны, во-вторых, каналом вертикальной мобильности для представителей групп, чьи возможности получить дневное (читай, полноценное) образование ограниченны.

Еще одно проявление этого процесса – регионализация. Основной рост спроса на образовательные услуги наблюдается в провинции. Участие столичных регионов в предоставлении образовательных услуг сокращается, соответственно, увеличивается доля провинции. Это выражается, например, в появлении в массовом количестве филиалов столичных вузов, в том числе в небольших городах. Родители видят в этом часто единственную возможность для детей получить высшее

образование, причем за сравнительно небольшие деньги, к тому же сохраняется возможность опеки и контроля над детьми – «вдали от искушений большого города». При этом качество образования в этих филиалах необязательно хорошее. Поэтому филиалы рассматриваются или как реальный способ «получить корочку» (в таком случае качество образования не играет никакой роли), или как ступенька для поступления в «настоящий вуз». Часто филиалы столичных вузов и провинциальные вузы связаны с так называемыми профильными классами, которые на самом деле являются вариантом подготовительных курсов.

Регионализация, рост числа филиалов и связанных с ними профильных классов, отвечающие на спрос общества на об-

91

Раздел 2. Социальные практики на Юге России

разование, в то же время усиливают процесс дифференциации системы высшего образования, разделение вузов на престижные, элитные и все остальные, что частично совпадает с региональным делением и вообще с процессами, идущими

вобществе в целом. Образование, полученное в престижном вузе, существенно может облегчить социальную мобильность индивида.

Исследования, проведенные недавно компаниями «РейтОР» и «Begin Group», подтвердили: самые дорогие и популярные

внашей стране по-прежнему экономические специальности – в первую очередь мировая экономика и менеджмент. Другое дело, смогут ли ребята с дипломами лет через пять успешно трудоустроиться? На этот вопрос попытались ответить эксперты из предпринимательского союза «Деловая Россия», представившие еще один любопытный рейтинг.

Эксперты выяснили, какие институты и университеты выпускают специалистов, которые пользуются наибольшим спросом, за какие дипломы боссы готовы отстегивать самые большие зарплаты и кто из молодых карьеристов лучше всего ориентируется на рынке труда, умеет писать резюме и проходить собеседования. В результате масштабной работы определили 50 лучших по этим показателям вузов.

Первое место досталось учебным заведениям, которые готовят самых востребованных молодых специалистов. Второе место заняли учебные заведения, которые натаскивают студентов на практическую деятельность чуть слабее, но все равно выделяются на фоне остальных. На третьем месте, можно сказать, «вузы-хорошисты»: их выпускники тоже без дела не сидят.

Первые строчки традиционно оккупировали столичные гранды – МГУ, Бауманка, Высшая школа экономики, Российский государственный университет нефти и газа имени Губкина. С руками и ногами работодатели отрывают выпускников Санкт-Петербургского государственного университета, а также добротных институтов Белгорода, Воронежа, Уфы, Екатеринбурга, Иркутска и других крупных городов страны.

92

2.3.Институционализированные каналы мобильности

Сучетом суженного демографического воспроизводства

внастоящее время часть выходцев из относительно менее благополучных слоев будет характеризоваться восходящей мобильностью, однако это касается относительно небольшой части молодежи.

В то же время само по себе получение высшего образования представителем низкоресурсных групп не гарантирует в современной России занятия адекватных социальных позиций. Так, например, среди молодежи, получившей высшее гуманитарное образование, 6 % работают на должностях рабочих, 4 % – безработные, 6 % работают на должностях служащих (по сути, являясь простыми клерками). Лишь около 2/3 их работают специалистами или руководителями. Практически также выглядит картина и у молодежи, получившей высшее техническое образование.

Тот факт, что среди молодых выпускников вузов сегодня появилась прослойка «служащих», а 6 % из них работает даже рабочими, говорит о том, что высшее образование утрачивает в современной России свое значение как безусловная гарантия восходящей социальной мобильности и будущего достатка (и высшее техническое образование служит в этом вопросе своего рода наглядной «лакмусовой бумажкой»). Таким образом, хотя высшее образование как канал восходящей социальной мобильности сохранилось, но доступно оно,

впервую очередь, выходцам из наиболее благополучных семей и само по себе уже не гарантирует благополучия даже им, не говоря уже про выходцев из более низких социальных слоев.

В этой связи интересно посмотреть, какова оценка молодежью своих возможностей восходящей мобильности и динамика представлений молодых россиян в этом вопросе.

В целом, как показали результаты исследования в регионах России, ярко выраженной динамики здесь не наблюдается – более половины молодых россиян уверены в том, что смогут добиться большего, чем кто-либо из их родителей. Из рис. 2 видно, что за последние 10 лет структура этих оце-

93

Раздел 2. Социальные практики на Юге России

нок практически не изменилась, и если небольшая динамика и есть, то она отражает, скорее, некоторый рост оптимизма.

-

-

Рис. 2. Оценка молодыми россиянами своих жизненных шансов, %

В целом в 2007 г. 76 % (в 1997 г. – 68 %) российской молодежи были уверены в том, что они способны, как минимум, воспроизвести тот социальный статус, который имеют их родители, и лишь считанные проценты (2 %) думали, что им и это не под силу. К тому же, доля таких молодых людей и девушек за последние 10 лет уменьшилась вдвое.

Те, кто рассчитывает добиться успеха в жизни, в 79 % случаев имеют весьма востребованные на рынке труда навыки работы на компьютере. При этом у выходцев из таких же семей, не рассчитывающих на восходящую социальную мобильность, этот показатель ниже, более чем в полтора раза (при том, что среди выходцев из благополучных семей он достигает 84 %). Кроме того, это амбициозная молодежь из успешных семей, в основном специалисты, руководители среднего и высшего звена, предприниматели и студенты. Молодежь из неуспешных семей относительно чаще оказывалась в числе рабочих, рядовых служащих и руководителей низшего звена. При этом для обеих групп была характерна повышенная доля предпринимателей (16–17 % при 12 % по молодежи в целом) – видимо, бизнес продолжает рассматриваться нашей молодежью как один из основных каналов восходящей

94

2.3. Институционализированные каналы мобильности

социальной мобильности, хотя как массовый канал для этого он перестал существовать уже как минимум 5–7 лет назад.

Профессия как канал социальной мобильности. В услови-

ях трансформации экономики России особое значение приобрела проблема мобильности рабочей силы. Структурные преобразования в экономике, развитие интеграционных процессов интенсифицировали процесс движения рабочей силы, изменили отношения занятости населения и создали условия для новых видов и форм мобильности трудовых ресурсов. В структуре профессиональных перемещений все отчетливее выделяется территориальная мобильность рабочей силы – явление само по себе положительное и объективно необходимое для современной экономики и социальной стратификации региона. Она оказывает влияние на качество совокупного трудового потенциала региона, определяет состояние национального и региональных рынков труда, а также способствует повышению эффективности использования трудовых ресурсов за счет их перераспределения.

Исследование мобильности трудовых ресурсов, выявление ее тенденций и особенностей, характерных для экономики России, необходимо для создания эффективной системы управления трудовыми перемещениями на экономическом уровне региона. Рациональное использование трудовых ресурсов, их необходимого количества и качества, обеспеченность предприятий рабочей силой, а также получение экономических выгод от трудовой мобильности является стратегически важной целью России.

Классифицируя мобильность по целому ряду признаков, можно выделить два основных критерия, определяющих ее структуру: изменение вида занятости и характер территориального перемещения. В основе данных критериев лежит четкое разделение мобильности на типы: вертикальный, горизонтальный; подтипы: нисходящая, восходящая, внутрирегиональная, межрегиональная, межстрановая; виды: межфирменная, внутрифирменная, корпоративная, межотраслевая, внутриотраслевая, межсекторная, внутрисектор-

95

Раздел 2. Социальные практики на Юге России

ная; подвиды: квалификационная, межпрофессиональная, профессионально-квалификационная, информационная, образовательная; формы: добровольная, вынужденная, индивидуальная, групповая, организованная, неорганизованная. В рамках критерия изменения вида занятости происходит разделение мобильности на вертикальный тип, который связан с повышением или понижением профессионального статуса. Детализация вертикального типа мобильности позволяет разделить его на подтипы: восходящий и нисходящий. Переход к более высокому положению (смена менее сложных профессий на более сложные) называется восходящей мобильностью и характеризует высокую конкурентоспособность и профессиональную адаптацию работника. Возможность продвижения вверх означает не только увеличение доли получаемых социальных благ, но и более полную профессиональную реализацию.

Нисходящая мобильность отражает обратные процессы, которые сопровождаются потерей профессионального статуса работника, способствуют снижению мотивации к профессиональному творчеству, падению инициативы в труде; в итоге появляется социальная апатия.

Данный процесс имел место на российском рынке труда в переходный период, когда происходило сознательное переобучение безработных с высшим образованием профессиям, не требующим не только высшего, а иногда и начального профессионального образования.

Кроме того, вертикальные перемещения оказывают значительное влияние на жизнь человека, являясь в случае восходящей мобильности важнейшей сферой социальной самореализации индивида, а в случае нисходящей мобильности – источником стрессов и социальной неудовлетворенности.

В основе горизонтального типа мобильности лежит территориальный критерий, в рамках которого происходит изменение рабочего места, вида занятости, профессии, принадлежности к социальной группе и места положения работника. Перемещение трудящихся осуществляется как внутри

96

2.3. Институционализированные каналы мобильности

страны (внутри региона, между отдельными регионами), так и за ее пределами, когда происходит пересечение государственных границ.

Территориальный критерий мобильности выступает основой миграции, в соответствии с которым следует различать: межрегиональную, внутрирегиональную и межстрановую миграцию рабочей силы. Причем для межстрановых трудовых перемещений характерны такие понятия, как «иммиграция рабочей силы», «эмиграция рабочей силы» и «реэмиграция рабочей силы». Первое означает въезд в страну на постоянное или временное место жительство с целью трудоустройства. Во втором случае речь идет о выезде из страны приложения рабочей силы. Процесс реэмиграции работников представляет собой возвращение эмигрантов на родину к постоянному месту жительства.

Мобильность рабочей силы горизонтального типа может быть классифицирована по критерию временного ценза, в связи с которым различают: постоянную (безвозвратную), временную, сезонную, периодическую, маятниковую.

Безвозвратной считается мобильность, когда работник навсегда меняет место работы, а также место жительства. При временной мобильности происходит смена занятости и места жительства на достаточно длительный, но ограниченный период, причем нередко срок бывает заранее определен. Примером временной мобильности может служить переселение на несколько лет для работы по контракту.

Иногда временную и постоянную мобильность бывает довольно трудно различить, так как порой работник сам не знает, навсегда ли он сменил место жительства с целью трудоустройства или лишь на какой-то определенный, хотя и достаточно длительный, период. В статистической практике с целью более точного определения временного ценза мобильности установлен определенный интервал, равный шести месяцам. Если какое-либо лицо пребывает в данном месте более этого периода, то его относят к числу постоянных жителей данной местности.

97

Раздел 2. Социальные практики на Юге России

2.4. Социальная мобильность и способы ее легитимации

При осуществлении профессиональной мобильности могут быть использованы как институционализированные, так и неинституционализированные каналы профессиональной мобильности, возникают вопросы: как воспринимает окружение осуществленные перемещения и какие способы легитимации выбирают профессиональные акторы при профессиональной мобильности?

Понимание профессиональных перемещений с позиции внутренней мотивации и оценивания позволяет уточнить понятие «профессиональная мобильность». Профессиональная мобильность – это постоянно оцениваемые как самим индивидом, так и его окружением функционально-статусные перемещения в пространстве профессиональной иерархии. Такое понимание профессиональной мобильности правомочно ставит вопрос о ее легитимности. Наличие объективно-диспо- зитивной и субъективно-оценочной обусловленности профессиональной мобильности позволяет реализовать ее изучение как с позиции социального объективизма, так и внутренней мотивации субъекта. Такое понимание профессиональной мобильности дает возможность объяснить научную целесообразность исследования неинституционализированных каналов. Предлагаемый субъективистский подход является более эффективным при изучении нестабильных социумов.

Таким образом, профессиональные перемещения осуществляются при помощи различных каналов. При исследовании профессиональной мобильности необходимо учитывать тенденции и факторы, детерминирующие ее. Распространение неформальных аспектов, влияющих на профессиональные перемещения в профессиональном поле и теневых процессов во всем обществе, а также внесение в определение профессиональной мобильности оценочного аспекта позволяют расширить уже существующие виды профессиональной мобильности. В зависимости от оценочного аспекта в понимании профессиональной мобильности можно выделить такие виды

98

2.4. Социальная мобильность и способы ее легитимации

профессиональной мобильности, как легитимная и нелегитимная. Легитимная профессиональная мобильность – это мобильность, признанная с точки зрения социального окружения субъекта профессиональной деятельности. При этом нелегитимная профессиональная мобильность понимается как абсолютно противоположное явление.

Вроссийском обществе, несмотря на то, что пропагандируется отбор персонала через институционализированные каналы, все же остается тенденция использования неформального капитала при осуществлении профессиональных перемещений. Система профессиональных перемещений претерпела серьезные изменения по сравнению с советским периодом, но отказа от использования неинституционализированных каналов не произошло. Вопрос о легитимации профессиональной мобильности возникает при необходимости подтверждения достигнутого профессионального статуса в глазах конкретной социальной общности. Можно предположить, что в качестве способа легитимации выбирается демонстрация профессионализма.

Понятие «легитимация» достаточно давно и широко употребляется в юридической и политологической науках, под ней понимается признание или подтверждение прав политической власти на принятие политических решений и осуществление политических поступков и действий, опираясь на насилие (аппарат принуждения). Впервые понятие «легитимность» употребил Ш. Талейран в начале XIX в. на Венском конгрессе. Под ней он понимает законность и способность государства распоряжаться своей территорией, защищая интересы своих подданных . Однако позднее термин «легитимность» получил иное, расширенное токование – понимание через авторитет и цели политического режима.

Всоциологии это понятие использует М. Вебер, когда ведет речь о легитимном порядке. Активно социологическое знание

Волков Ю. Г., Лубский А. В., Макаренко В. П. Легитимность поли-

тической власти. М., 1996. С. 76.

99

Раздел 2. Социальные практики на Юге России

стало оперировать данным понятием всего несколько десятилетий назад с позиций конструктивизма, с появлением работы П. Бергера и Н. Лукмана. Согласно их подходу, «…институциональному миру требуется легитимация, то есть способы его «объяснения» и оправдания». То, что мы создаем для себя, не нуждается в объяснении для нас, но нуждается в объяснении для других, потому что «знание истории института передается им через “вторые руки”. Первоначальный смысл институтов недоступен их пониманию в терминах памяти. Поэтому теперь необходимо истолковать им этот смысл в различных формулах легитимации. Они должны быть последовательными и исчерпывающими в терминах институционального порядка, чтобы стать убедительными для нового поколения. ...Легитимация создает новые значения, служащие для интеграции тех значений, которые уже свойственны различным институциональным процессам. Функция легитимации заключается в том, чтобы сделать объективно доступными и субъективно вероятными уже институционализированные объективации “первого порядка”. ...обычно целью тех, кто занят легитимацией, оказывается и “интеграция” в той или иной форме» .

Когнитивными возможностями по заявленной проблеме обладают нарративное и глубинное интервью. В данном разделе будут анализироваться результаты, полученные при помощи пилотного глубинного интервью субъекта профессиональной деятельности и эксперта из Института Социологии РАН, а также результаты экспертного опроса, выполненного в рамках гранта «Этнократии на Северном Кавказе: механизмы формирования и пути трансформации в региональную элиту» в 2007–2008 гг.

Бергер П., Лукман Н. Социальное конструирование реальности. М., 1995.

Были проведены интервью с начальником отдела в сфере налогообложения. Мужчина, 30 лет. Начальник отдела. Имеет заместителя, секретаря. Несколько подчиненных. Закончил МГУ. Работал в силовых структурах. Собственный большой кабинет, с дорогой обстановкой.

РГНФ № 07-03-00574а.

100