Проблема реабилитации в уголовном судопроизводстве. Имущественный вред, подлежащий возмещению. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по спе

ката составила 173 168 руб. В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 135 УПК указанная сумма обоснованно включена в имущественный вред реабилитированному и взыскана в его пользу с государства. То, что часть этой суммы была выплачена С. адвокату после вынесения оправдательного приговора, значения не имеет и на законность решения суда не влияет. Главным и определяющим в данном слу- чае является то, что указанная сумма была выплачена С. адвокату за реально оказанную юридическую помощь по восстановлению его прав, нарушенных незаконным уголовным преследованием1.

Эти выводы Верховного Суда Российской Федерации, безусловно, имеют важное значение. Тем более что существует негуманная практика затягивания дознавателями, следователями и судьями решения вопроса о возмещении причитающихся выплат реабилитированным. Поэтому время, когда реабилитированный пользовался юридической помощью в целях возмещения причиненного ему вреда, должно включаться при исчислении этих сумм.

Наглядным примером здесь может служить случай, когда гр-ка Д., за которой в порядке наследования было признано право на частичное возмещение имущественного вреда, причи- ненного незаконным уголовным преследованием ее покойного мужа, реабилитированного в 1992 г., 18 лет обивала пороги различных судебных инстанций, министерств и ведомств, чтобы добиться восстановления конституционных прав2.

Естественно, что после прекращения уголовного дела по реабилитирующим основаниями или оправдания необходимость обращаться за юридической помощью не только не отпадает, но и приобретает особую актуальность. В этой связи справедливо возмещать реабилитированному все расходы, связанные с обращением за юридической помощью, в течение всего срока, когда это лицо предпринимало меры к защите своих прав и законных интересов, включая право на реабилитацию.

Закрепляя норму в рассматриваемой редакции п. 4 ч. 1 ст. 135 УПК, законодатель отказался от формулировки, изложенной в п. 5 ч. 2 Положения о порядке возмещения ущерба, согласно которой возмещались «суммы, выплаченные гражданином юридической консультации за оказание юридической помощи». Действительно, юридическая консультация наряду адвокатским кабинетом, коллегией адвокатов, адвокатском бюро является лишь

1Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2008 г. ¹ 86-008-24 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2009. ¹ 12.

2Бажанов А.В. Возмещение имущественного… С. 104

71

одной из форм адвокатского образования (ст. 20 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»), причем, как справедливо отмечают отдельные авторы, далеко не самой распространенной1.

Вместе с тем нельзя недооценивать значение юридических консультаций как основных звеньев оказания правовой помощи населению. Адвокаты юридических консультаций всегда помогают человеку, столкнувшемуся со сложной проблемой, требующей правового разрешения. Сами «помощники» находятся в достаточно сложных жизненных обстоятельствах. Как в свое время отметил А.П. Галоганов, «условия, в которых работают юридические консультации на местах, лакмусовая бумажка отношений властей к правам своих граждан»2.

Завершается перечень видов имущественного вреда, возмещаемого реабилитированному, п. 5 ч. 1 ст. 135 УПК, где указано, что возмещению подлежат также «иные расходы», что само по себе должно указывать на открытость данного перечня. Удалось ли это законодателю?

Для того чтобы дать ответ на поставленный вопрос, необходимо определить, что следует понимать под «расходами».

Термин «расходы» буквально означает «затраты, издержки»3. Различные толковые словари дают похожие определения, общий смысл которых сводится к тому, что под расходами понимаются затраты, возникающие в процессе определенной деятельности, приводящие к уменьшению средств или увеличению долговых обязательств4.

Применительно к отношениям по реабилитации лиц, незаконно или необоснованно привлеченных к уголовной ответственности, расходы представляют собой фактические затраты реабилитированного, то есть реальный ущерб, причиненный таким лицам, выразившийся в уменьшении их наличного имущества.

Данный вывод также подтверждается анализом некоторых авторских позиций о том, что необходимо понимать под закрепленным в п. 5 ч. 1 ст. 135 УПК термином «иные расходы».

1Ñì.: Трунов И.Л. Защита прав личности в уголовном процессе. М., 2005. С. 272; Максименко М.В. Реабилитация в суде первой инстанции. С. 105.

2Галоганов А.П. Будущее юстиции туманно // Народная газета. 2002. 10 февраля.

3Толковый словарь русского языка: В 4 т. / Под ред. Д.Н. Ушакова. М., 1994.

4Ñì.: Лопатников Л.И. Экономико-математический словарь: Словарь современной экономической науки. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Дело, 2003; Энциклопедический словарь-справочник руководителя предприятия / Автор и составитель Ю.А. Лукаш. М.: Книжный мир, 2004 (Сер. «Библиотека профессиональных словарей»); Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б. Современный экономический словарь. 5-е изд., перераб. и доп. М.: ИНФРА-М, 2007.

72

Так, одни авторы указывают, что к иным расходам могут относиться транспортные, а также расходы на лечение, профессиональную переподготовку, обжалование следственных и судебных решений и другие, которые реабилитированный понес в результате уголовного преследования1; другие — относят к иным расходам суммы, взысканные с незаконно осужденного по гражданскому иску или добровольно внесенные им в возмещение имущественного вреда, а также расходы на оплату проезда по вызовам органов предварительного расследования или суда и т.п.2

Согласно п. 10 постановления Пленума Верховного Суда

СССР от 23 декабря 1988 г. ¹ 15 к числу «иных сумм», подлежащих выплате реабилитированному, могут быть отнесены суммы, взысканные с незаконно осужденного по гражданскому иску, а также внесенные им в возмещение материального ущерба добровольно либо по требованию администрации; подтвержденные расходы на оплату проезда по вызовам органов расследования и суда, найма жилого помещения.

Иными словами, в большинстве случаев под ними понимается такой вред, причиненный незаконным или необоснованным уголовным преследованием, который можно назвать реальным ущербом, так как это приводит к уменьшению наличного имущества реабилитированного и не предполагает недополуче- ния им каких-либо материальных выгод в будущем. Как известно, в термин «реальный ущерб» не входит понятие «упущенная выгода» (ч. 2 ст. 15 ГК), поэтому вряд ли обоснованно включать в «иные расходы» упущенную выгоду, что не способствует обеспечению возмещения имущественного вреда реабилитированному в полном объеме.

Нерешенным остается вопрос о возмещении реабилитированному расходов по восстановлению здоровья, пострадавшего в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования. Законодательство, как и прежде, не содержит прямого указания на возможность возмещения такого вреда в порядке гл. 18 УПК. При этом очевидно, что применение к лицу таких мер процессуального принуждения, как задержание или заключение под стражу, может негативно сказаться на его здоровье, повлечь травмы, обострение хронических заболеваний, снижение общей и профессиональной трудоспособности.

1Уголовный процесс: Учеб. пособие / Под ред. А.В. Ендольцевой, О.А. Галустьяна. С. 144.

2Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. С. 345.

73

Многими учеными указывалось на необходимость возмещения такого вреда1. Как, отмечает И.Ш. Файзутдинов, в случае причинения вреда личности, в том числе таким нематериальным благам, как жизнь и здоровье, возмещению подлежит имущественный вред в виде расходов на восстановление здоровья и имущественной сферы потерпевшего, сократившейся в результате утраты здоровья2.

Раскрывая содержание п. 5 ч. 1 ст. 135 УПК, В.Н. Григорьев относит к категории «иных расходов» наряду пособием на детей, материальной помощью, выходным пособием также компенсацию за санаторно-курортное лечение3, что, безусловно, подразумевает меры по восстановлению здоровья.

На практике имеются случаи обращения реабилитированных с требованием о возмещении расходов, связанных с оплатой услуг лечащего врача, покупкой медицинских препаратов, дополнительным питанием, приобретением лекарств, протезированием, посторонним уходом, оплатой путевок на санаторно-курортное лечение, приобретением специальных транспортных средств.

Полагаем, что указанный вред должен быть возмещен при соблюдении условия, закрепленного в ч. 1 ст. 1085 ГК: потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Однако, несмотря на очевидную, казалось бы, необходимость возмещения затрат по восстановлению здоровья, дознаватели, следователи и суды в ней отказывают, обосновывая свое решение отсутствием в ст. 135 УПК и п. 2 Положения о порядке возмещения ущерба прямого указания о возмещении таких расходов.

Помимо всех перечисленных выше видов имущественных затрат, которые могут быть отнесены к «иным расходам», к ним также следует относить: расходы на поездки по вызову дознавателя, следователя и суда4; телефонные переговоры указанными должностными лицами; расходы, связанные с вынужденными переездами, проживанием в гостинице или наймом жилья5; расходы, связанные с обжалованием решений дознавателя, следова-

1Диков А.В. Óêàç. ñî÷. Ñ. 46.

2Файзутдинов И.Ш. Глава 51 Обязательства вследствие причинения вреда // Гражданское право: Учебник. Т. II / Под ред. докт. юрид. наук, проф. О.Н. Садикова. М.: Контакт: ИНФРА-М, 2007.

3Григорьев В.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 393.

4Уголовное дело ¹ 17п-05, находившееся в производстве прокуратуры закрытого административно-территориального образования г. Северска Томской области // Архив Аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации. 2009.

5Татьянин Д.В. Реабилитация в уголовном процессе России… С. 198.

74

теля и суда; оплату услуг специалиста, оказывающего помощь в расчете понесенных убытков1; оплату охраны имущества, принадлежащего лицу, арестованному или осужденному к лишению свободы2; расходы на ремонт поврежденного имущества, покупку новой вещи взамен утраченной, в том числе расходы на эти цели, которые лицо должно будет произвести в будущем3, и многие другие.

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос о возможности возмещения имущественного вреда, причиненного не только лицу, признанному реабилитированным, но и его близким родственникам, родственникам и близким лицам. Существует мнение, что вред таким лицам должен возмещаться, а отказ в выплате им расходов должен признаваться незаконным4.

Безусловно, указанные лица могут понести, к примеру, транспортные расходы, расходы по телефонным переговорам с незаконно осужденным, передаче ему денежных средств и вещей в период содержания под стражей или лишения свободы и т.п.

Однако практика сложилась не в пользу указанных лиц. Суды (следователи и дознаватели) отказывают в возмещении любых расходов, прямо не указанных в законе. Исключением являются наследники, близкие родственники, родственники умершего реабилитированного, обладающие правом получения средств в возмещение вреда, причиненного в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования (ч. 2 ст. 134 УПК).

Однако в любом случае такие расходы должны находиться в прямой причинной связи с противоправными действиями органа дознания, дознавателя, следователя и суда. Как отмечает Б.Т. Безлепкин, «реабилитированный гражданин вправе рассчи- тать, обосновать документально и потребовать от государства денежной компенсации любых убытков, происхождение которых находится в причинной связи с уголовным преследованием невиновного и представляет собой минус, дефект определенного материального блага»5.

1Право в Вооруженных Силах. 2005. ¹ 1. С. 40.

2Петрухин И.Л. Оправдательный приговор и право на реабилитацию: монография. М.: Проспект, 2009. С. 182.

3Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / Под общ. ред. А.В. Смирнова. 4-е изд., доп. и перераб. Система ГАРАНТ, 2007.

4Ñì.: Бойцова В.В., Бойцова Л.В. Реабилитация необоснованно осужденных граждан в современных правовых системах: Учеб. пособие. Тверь, 1993. С. 61; Комментарии к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Общ. ред. В.В. Мозякова. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2002. С. 297; Подопригора А.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 141.

5Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный). 6-е изд., перераб. и доп. С. 204—205.

75

DZșȎȐȎ 2

Ɇɟɯɚɧɢɡɦ ɜɨɡɦɟɳɟɧɢɹ ɢɦɭɳɟɫɬɜɟɧɧɨɝɨ ɜɪɟɞɚ ɪɟɚɛɢɥɢɬɢɪɨɜɚɧɧɨɦɭ

2.1.Ɉɫɧɨɜɚɧɢɹ ɢ ɭɫɥɨɜɢɹ ɜɨɡɧɢɤɧɨɜɟɧɢɹ ɩɪɚɜɚ ɪɟɚɛɢɥɢɬɢɪɨɜɚɧɧɨɝɨ ɧɚ ɜɨɡɦɟɳɟɧɢɟ ɢɦɭɳɟɫɬɜɟɧɧɨɝɨ ɜɪɟɞɚ

Согласно ст. 133 УПК право на реабилитацию наряду с устранением последствий морального вреда и восстановлением в иных правах включает право на возмещение имущественного вреда. Поэтому основания для реабилитации выступают также в качестве оснований для возмещения имущественного вреда реабилитированному. Однако, учитывая отношение указанных двух понятий как общего и частного, основания возмещения имущественного вреда обладают рядом дополнительных признаков.

Статья 133 УПК, именуемая «Основания возникновения права на реабилитацию», четко не определяет, что следует понимать под указанными основаниями. В данной статье содержатся лишь общие положения о содержании права на реабилитацию, дан перечень лиц, обладающих правом на возмещение вреда и обстоятельств, исключающих признание такого права.

Термин «основание» определяется как причина, достаточный повод, оправдывающий что-нибудь1; то, что составляет ядро че- го-либо, является исходным материалом образования, создания чего-либо2.

В науке уголовного процесса данный вопрос является дискуссионным. Так, некоторые авторы отмечают, что основанием возникновения права на реабилитацию и как, следствие, права

1Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. С. 463.

2Словарь русского языка. М.: Русский язык, 1986. Т. II. С. 650.

76

на возмещение имущественного вреда является осуществление уголовного преследования1.

Такой подход отражает фактическую сторону рассматриваемых отношений, указывает на конкретные действия, влекущие возникновение соответствующего права. Вместе с тем необходимо уточнить, что основанием реабилитации может служить не всякое уголовное преследование, так как само по себе оно не влечет необходимости возмещения вреда. В данном случае следует отметить такие характеристики уголовного преследования,

âрезультате которых несправедливо пострадало лицо, невиновное в совершении преступления: ими являются «незаконность» и «необоснованность». Именно незаконное или необоснованное уголовное преследование, согласно ст. 133 УПК, является основанием возникновения права на реабилитацию.

На данное обстоятельство указывает В.Н. Григорьев, который полагает, что основанием возникновения права на реабилитацию,

âтом числе и на возмещение вреда, служат любые незаконные или необоснованные действия стороны обвинения в целях изобличе- ния подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления2.

Понятие «незаконный» — это действия, совершенные вопреки требованию конкретных норм закона, причем эти действия должностных лиц могут быть расценены либо как преступление, либо как дисциплинарный поступок, либо как ошибка3.

Незаконной считается такая деятельность, которая не соответствует требованиям закона, противоречит ему, влечет нарушение прав и законных интересов граждан.

Как отмечает С.В. Супрун, при раскрытии и расследовании преступлений должностными лицами могут ущемляться имущественные права граждан не только посредством действий, не соответствующих требованиям закона, но и путем несоблюдения правовых предписаний, закрепленных в ведомственных правовых актах4 (например, в приказах МВД России, Генерального прокурора Российской Федерации и т.п.). В этом случае указан-

1Ñì.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под общ. ред. В.И. Радченко. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юстицинформ, 2004; Уголовный процесс. Общая часть: Учебник / Под ред. А.В. Гриненко. С. 368.

2Григорьев В.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 388.

3Прокудина Л.А. Возмещение ущерба, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов: Науч.-практ. комментарий. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Городец, 1998. С. 19.

4Супрун С.В. Возмещение материального ущерба, причиненного гражданам при раскрытии и расследовании преступлений: Уголовно-процессуальный и опера- тивно-розыскной аспекты: Дис. ... канд. юрид. наук. Омск, 2001. С. 69.

77

ные действия не охватываются термином «незаконный», так как нарушаются нормы не закона, а подзаконных актов.

Вряд ли обоснованно, говоря о конкретных действиях должностных лиц по незаконному или необоснованному привлече- нию невиновных лиц к уголовной ответственности, использовать и термин «неправомерные действия». Этот термин является более широким и включает в себя не только нормы, содержащиеся в законе, но и в любых других правовых источниках, например актах государственных органов исполнительной власти.

Говоря об основаниях возникновения права на возмещение имущественного вреда, целесообразно использовать устоявшуюся формулировку «незаконное или необоснованное уголовное преследование». В указанном случае не имеет решающего зна- чения, нарушались ли при этом подзаконные или законодательные акты. Ведь роль подзаконных актов сводится к детализации законодательных норм, выработке механизма их реализации, поэтому нарушение первых, как правило, приводит к нарушению последних. Здесь во главу угла ставится сам факт причинения вреда лицу, невиновному в совершении преступления. А потому все последующие действия (даже полностью соответствующие всем предписаниям закона и ведомственных нормативных актов) согласно правилу «плоды отравленного дерева»1 признаются в целом незаконными.

Важной характеристикой основания возникновения права на возмещение имущественного вреда является «необоснованность» уголовного преследования.

Под термином «необоснованное уголовное преследование» следует понимать такую деятельность по изобличению лица, совершившего преступление, которая основана на предположении, слухе, домысле, других, не имеющих должных поводов соображениях, то есть осуществлялась без достаточных к тому оснований (доказательств). Такая деятельность может быть вызвана поспешностью принятия решения о возбуждении уголовного дела и уголовного преследования, неудовлетворительным каче- ством проведенных проверочных действий, ошибок, допущенных следователем или дознавателем при проведении следственных и других процессуальных действий в установлении фактиче-

1 «Плоды отравленного дерева» — словосочетание, используемое в американском уголовном процессе для обозначения доктрины, в соответствии с которой любое дополнительное доказательство, производное от того, которое было получено незаконным путем, исключается из рассмотрения на суде. См.: Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. 2008. ¹ 8. См. также: Чувилев А., Лобанов А. Плоды отравленного дерева // Российская юстиция. 1996. ¹ 11. С. 49.

78

ских обстоятельств дела. Каждый случай прекращения уголовного дела по реабилитирующим основаниям свидетельствует о допущенном браке в работе следственных органов, поэтому расценивается прокурорами, руководителями следственных органов и начальниками органов дознания как чрезвычайное происшествие.

Однако даже самое тщательное и глубокое изучение всех обстоятельств совершенного преступления не может однозначно гарантировать, что начатое уголовное преследование будет доведено до своего логического завершения. Это позволяет лишь минимизировать возможность наступления негативных последствий для лиц, невиновных в его совершении.

Зачастую установить действительные события без возбуждения уголовного дела не представляется возможным. После возбуждения уголовного дела появляется возможность задействовать весь процессуальный арсенал следователя, позволяющий более точно определить истинную ситуацию происшествия. На начальном этапе расследования, несмотря на дефицит имеющейся информации о происшествии, следователю необходимо принимать процессуальные решения, в том числе способные повлечь ограничение прав граждан. Такими действиями, например, могут быть задержание подозреваемого, обыск в жилище и т.п. Конечно, в ходе дальнейшего расследования могут возникнуть новые обстоятельства, свидетельствующие о невиновности данного гражданина, и все действия, отвечающие требованиям обоснованности на момент принятия соответствующих процессуальных решений, могут перестать быть таковыми. Эти ситуации можно назвать неизбежными, они объективно возникают в правоприменительной практике.

Следует согласиться Н.В. Ильютченко в том, что необоснованность действий следователя или дознавателя практически всегда незаконна1, так как уголовно-процессуальный закон либо прямо предусматривает конкретные основания применения тех или иных процессуальных действий (например, основания задержания — ст. 91 УПК), либо закрепляет обобщенные формулировками (например, «при наличии достаточных данных» — ст. 11 УПК, «при наличии оснований полагать» — ст. 44 УПК и т.п.). В любом случае исходным началом совершения тех или иных процессуальных действий служит необходимый (с точки зрения достаточности) объем достоверных данных, в том числе обличенных в форму доказательств.

1 Ильютченко Н.В. Незаконный арест: проблемы возмещения вреда // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. 2002. ¹ 1. С. 43.

79

Уголовное преследование представляет собой процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (п. 55 ст. 5 УПК).

Если исходить из этого определения, основанием возникновения права на реабилитацию и, как следствие, права на возмещение имущественного вреда могут служить любые незаконные или необоснованные действия и решения, предпринятые стороной обвинения, направленные на изобличение в совершении преступления лица, поставленного в процессуальное положение подозреваемого и обвиняемого.

Однако, как известно, суд, не являясь стороной обвинения, не осуществляет уголовного преследования1. А из содержания ст. 133 УПК вытекает, что правом на реабилитацию также обладают лица, пострадавшие не только от незаконных действий следователя или дознавателя, но и суда. В частности, речь идет об осужденном, в отношении которого полностью или частично был отменен обвинительный приговор (п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК), а также о лице, к которому незаконно или необоснованно были применены принудительные меры медицинского характера (п. 5 ч. 2 ст. 133 УПК).

Поэтому, называя основания возникновения права на возмещение имущественного вреда, следует указывать не только на незаконное или необоснованное уголовное преследование, но незаконное или необоснованное осуждение, применение принудительных мер медицинского характера, а также принудительных мер воспитательного воздействия.

Вместе с тем само незаконное или необоснованное уголовное преследование может являться лишь предпосылкой возникновения права на возмещение имущественного вреда. Ведь необходимость возмещения такого вреда заключается не столько в незаконных или необоснованных действиях дознавателя, следователя или суда, сколько в негативных последствиях таких действий — имущественном вреде. Поэтому незаконное или необоснованное уголовное преследование, не повлекшее причинения имущественного вреда, не будет являться основанием для возникновения соответствующего права реабилитированного.

Подтверждением тому служит правило, выработанное в решении Европейского суда по правам человека по делу «Вассинк

1 Согласно п. 47 ст. 5 УПК к стороне обвинения относятся прокурор, а также следователь, руководитель следственного органа, дознаватель, частный обвинитель, потерпевший, его законный представитель и представитель, гражданский истец и его представитель.

80