Правовая природа паевого инвестиционного фонда. Монография

достаточно подробно исследовалось в литературе, в частности, В. А. Беловым и Д. В. Мурзиным52. Освещать полностью в рамках настоящей работы анализ, проведенный уважаемыми учеными, мы не находим необходимым. Отметим главное: изучение существующих легальных дефиниций термина «документ» приводит к мысли о том, что таковые не могут быть использованы при раскрытии признака документарности ценной бумаги, поскольку относятся к иным правовым институтам и имеют достаточно специфическое значение. Поэтому при характеристике признака документарности приходится исходить из общелексического толкования понятия «документ».

Отсутствие четких критериев понятия «документ» применительно к ценной бумаге породило весьма неожиданную проблему. Виновником тому стал ФЗ «О рынке ценных бумаг», который установил «документарную» и «бездокументарную» формы выпуска эмиссионных ценных бумаг. При этом под «документарной» закон подразумевает такую форму, «при которой владелец устанавливается на основании предъявления оформленного надлежащим образом сертификата ценной бумаги» (ст. 2 ФЗ «О рынке ценных бумаг»). Исходя из привычного понимания классической ценной бумаги, как документа, предъявление которого необходимо для осуществления или передачи права, можно было бы предположить, что сертификат и есть тот документ, который конституирует ценную бумагу. Тем более ст. 18 ФЗ «О рынке ценных бумаг» установила, что сертификат, наряду с решением о выпуске ценных бумаг, является «документом, удостоверяющим права, закрепленные ценной бумагой».

Однако все оказывается гораздо сложнее. Та же ст. 2 ФЗ «О рынке ценных бумаг» при определении сертификата установила, что он удостоверяет «совокупность прав на указанное в сертификате количество ценных бумаг». Данная норма представляется ключевой для решения вопроса о тождестве сертификата

52 Белов В. А. Ценные бумаги в российском гражданском праве. М. 1996. С. 23 25; Мурзин Д. В. Ценные бумаги – бестелесные вещи. Правовые проблемы современной теории ценных бумаг. М.: «Статут». 1998. С. 6 12

71

и документа, оформляющего ценную бумагу. В частности, как указывает В. Сперанский, «из легального определения сертификата, данного в ст.2 Закона, очевидно противоречие, состоящее в том, что сертификат, названный в самом законе ценной бумагой, не является таковой в силу ст. 142 ГК, поскольку не соответствует данному в этой норме права легальному определению ценной бумаги как документу, удостоверяющему непосредственно сами имущественные права, а не право на другие ценные бумаги»53. Данное утверждение вполне справедливо в том, что связывает невозможность признания сертификата ценной бумагой (точнее документом в смысле п. 1 ст. 142 ГК РФ) с характером прав, которые он удостоверяет: удостоверение им права именно на саму ценную бумагу, т.е. на сам объект гражданских прав, подчеркивает то, что сертификат лежит вообще за пределами данного объекта, который вполне существует и без этого сертификата. Поэтому даже если такой сертификат удостоверяет право только на одну ценную бумагу, отождествлять его с формой этой бумаги (документом в смысле п. 1 ст. 142 ГК РФ) нельзя.

Приведенные выше доводы убедительно доказывают, что сертификат не имеет ничего общего с признаком документарности у классических ценных бумаг, и, соответственно, документарная форма в том виде, в каком она представлена в ФЗ «О рынке ценных бумаг», еще не говорит о наличии классической ценной бумаги.

Завершая рассмотрение признака документарности, отметим ту роль, которую играет документ в ценной бумаге как объекте гражданских прав: бумажный носитель имеет значение для формирования признаков дискретности и материальности ценной бумаги (как вещи особого рода), хотя и не предопределяет их полностью. Что же касается такого признака объекта гражданских прав, как юридическая привязка, то в классической ценной бумаге за этот признак целиком и полностью «отвечает» как раз бумажный носитель: установление в качестве юриди-

53 Сперанский В. Бездокументарные ценные бумаги // Российская юстиция. 1998

72

ческой привязки для ценной бумаги права собственности, возможно лишь благодаря ее частичной материализации в форме документа (вещи).

В настоящее время рассматривать инвестиционный пай с точки зрения признаков документарности и формальности классической ценной бумаги можно лишь с позиций его генезиса54, ведь Федеральный закон «Об инвестиционных фондах» устанавливает исключительно бездокументарную форму фиксации прав, удостоверенных инвестиционным паем (абз. 2 п. 2 ст. 14 Закона). Соответственно, уже на данной стадии нашего анализа можно сделать однозначный вывод о том, что инвестиционной пай не является ценной бумагой в классическом ее понимании.

Что касается формальных признаков бездокументарной ценной бумаги, то они не могут не отличаться от таковых у классической бумаги, поскольку само возникновение бездокументарных бумаг направлено на преодоление недостатков способа объективации прав в классических бумагах. Но что представляет собой «форма», внешняя сторона, в бездокументарной ценной бумаге?

Материальными проявлениями экзистенции бездокументарных ценных бумаг являются:

1.Реестр, в котором фиксируются права, удостоверяемые такой бумагой (ст. 149 ГК РФ в совокупности с п. 2 ст. 142 ГК РФ).

2.Документ, выдаваемый регистратором по требованию зарегистрированного правообладателя и свидетельствующий о

54 Вообще вопрос о юридической привязке ценной бумаги весьма и весьма любопытен в связи с одной из основополагающих проблем теории ценных бумаг, касающейся допустимости исполнения по ценной бумаге лицу, формально легитимированному в качестве ее владельца, но, однако, не являющемуся материальным кредитором по обязательству, удостоверенному ценной бумагой, т.е. лицу, получившему ценную бумагу неосновательно. Об этой проблеме: Агарков М. М. Учение о ценных бумагах. – М.: Финстатинформ. 1993; Белов В. А. Бездокументарные вещные бумаги. Научно-практический очерк. М.: АО «Центр ЮрИнфоР». 2001; Нерсесов Н. О. О бумагах на предъявителя с точки зрения гражданского права. М.: «Статут». 2000

73

закрепленном праве (который, впрочем, является лишь выпиской из реестра) (абз. 2 п. 1 ст. 149 ГК РФ);

3.решение о выпуске ценных бумаг (ст. 2, абз. 1 ст. 18 ФЗ «О рынке ценных бумаг»);

4.сертификат эмиссионной ценной бумаги (ст. 2, абз. 1 ст. 18 ФЗ «О рынке ценных бумаг»).

Однако, если рассматривать бездокументарную ценную бумагу как самостоятельный объект гражданских прав, то следует заметить, что дискретность такого объекта определяется исключительно информацией, содержащейся в реестре, решении, сертификате, а сам материальный носитель такой информации (т.е. сам реестр, решение, сертификат) как таковой,

вопределении дискретности бездокументарной ценной бумаги не участвует, т.к. он один фиксирует права, удостоверяемые множеством бумаг. Таким образом, дискретность бездокументарной ценной бумаги определяется всецело идеально, с связи с чем приходится признать, что как объект гражданских прав такая бумага, несмотря на обязательность наличия реестра для ее существования, лишена материального элемента.

Таким образом, у бездокументарной ценной бумаги, в отличие от классической, нет материальной формы, которая бы внешне заслонила бы собой ее содержание и зримо придала бы ей «объектный» вид. Однако отсутствие материального выражения у объекта гражданских прав еще не означает, что этого объекта не существует: просто он мыслится как идеальный, а то, что информация, определяющая его дискретность, оказывается как бы за его пределами, его «объектность» нисколько не порочит.

Бездокументарная ценная бумага, отличаясь от классической только способом объективации (он не материальный, а идеальный), в остальном ей тождественна и так же, как и последняя, является самостоятельным объектом гражданских прав и формой объективации имущественных прав.

Итак, формальным признаком бездокументарной ценной бумаги при отсутствии у нее материальной оболочки является учет прав на такую бумагу в специальном реестре лицом, получившим для этого специальную лицензию (п. 2 ст. 142, п. 1 ст. 149 ГК РФ). В

74

этой связи правило абз. 2 п. 5 ст. 14 ФЗ «Об инвестиционных фондах» об учете прав на инвестиционные паи на лицевых счетах в реестре владельцев инвестиционных паев, полностью соответствует установленному ГК требованию о способе учета прав на бездокументарные ценные бумаги. Однако в части определения лица, которое вправе вести указанный учет, ФЗ «Об инвестиционных фондах» довольно таки серьезно противоречит остальному законодательству о ценных бумагах и, в первую очередь, Федеральному закону «О рынке ценных бумаг».

Главой 2 ФЗ «О рынке ценных бумаг» деятельность по ведению реестра владельцев ценных бумаг отнесена к одному из видов профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг и в силу абз. 1 ст. 39 данного Закона должна осуществляться только лицом, имеющим соответствующую лицензию. Причем в соответствии с абз. 1 ст. 10 данная деятельность не допускает ее совмещение с иными видами профессиональной деятельности на фондовом рынке, вследствие чего осуществляется не на основании обычной лицензии профессионального участника рынка ценных бумаг, а на основании специально выделяемой законом лицензии на осуществление деятельности по ведению реестра (абз. 4 ст. 39 ФЗ «О рынке ценных бумаг»).

Таким образом, держателем реестра ценных бумаг может быть только профессиональный участник, осуществляющий на основании лицензии деятельность по ведению реестра как исключительную. Причем это касается учета не только эмиссионныих, а всех без исключения именных ценных бумаг (а значит, и инвестиционных паев). В этой связи правило абз. 10 п. 1 ст. 8 Ф3 «О рынке ценных бумаг», допускающее при определенных условиях ведение реестра владельцев именных ценных бумаг непосредственно самим эмитентом, выглядит достаточно непоследовательным: получается, что закон допускает осуществление одного из видов профессиональной деятельности на фондовом рынке без надлежащей лицензии.

Таким образом, п. 1 ст. 44 ФЗ «Об инвестиционных фондах» недаром предъявляет к специализированному депозитарию ПИФа требование о наличии сразу двух лицензий:

75

1.Специализированного депозитария.

2.Профессионального участника рынка ценных бумаг. Законодатель здесь предусмотрел, что специализированно-

му депозитарию для осуществления возложенных на него функций в любом случае придется совмещать свою специализированную депозитарную деятельность с профессиональной депозитарной деятельностью на рынке ценных бумаг. Как мы видим, в таком ракурсе ситуация бумаг» был даже расширен: теперь в него входят также и отношения, возникающие при обращение иных (т.е. неэмиссионных) ценных бумаг.

Классические и бездокументарные ценные бумаги удостоверяют относительные (обязательственные и корпоративные) имущественные права. Инвестиционный пай, согласно п. 1 ст. 14 ФЗ «Об инвестиционных фондах» как именная бездокументарная ценная бумага, удостоверяет следующие права:

1.Долю в праве собственности на имущество, составляющее

ПИФ.

2.Право требовать от управляющей компанией надлежащего доверительного управления ПИФом.

3.Право на получение денежной компенсации при прекращении договора доверительного управления ПИФом.

4.право требовать от управляющей компании погашения пая и выплаты денежной компенсации, соразмерной приходящейся на него доле в праве общей собственности на имущество, составляющее ПИФ.

Исходя из положений ФЗ «Об инвестиционных фондах» о том, что инвестиционный пай, а) является бездокументарной ценной бумагой (п. 1, 2 ст. 14); б) выдается управляющей компанией (п. 1 ст. 10); в) удостоверяет обязательственные права учредителя управления (п. 1 ст. 14), следует сделать единственно возможный вывод: при смене управляющей компании должна происходить и замена инвестиционных паев, в противном случае, т.е. при сохранении прежних инвестиционных паев, требования пайщиков не смогут быть обращены к новому управляющему, поскольку паи выдавались не им и он, соответственно, не является обязанным по этим бумагам лицом.

76

Теперь стоит обратить внимание на особенности инвестиционного пая в соотнесении с признаком неразрывной совокупности удостоверяемых ценной бумагой прав.

Второй содержательный признак ценной бумаги заключается в том, что, когда она закрепляет не одно, а несколько прав, то последние представляют собой неделимую совокупность, в результате чего «с передачей ценной бумаги переходят все удостоверяемые ею права в совокупности» (п. 1 ст. 142 ГК РФ).

Разрыв указанной совокупности прав и передача лишь части прав, воплощенных в ценной бумаге, не допускается. С теоретических позиций это обосновывается достаточно просто: с момента закрепления их в ценной бумаге имущественные права перестают быть самостоятельными объектами гражданских прав и становятся составной частью иного объекта – ценной бумаги, соответственно, судьба каждого отдельного права неотделима от судьбы ценной бумаги в целом и, таким образом, от судьбы друг друга.

Наличие у бездокументарной ценной бумаги признака неделимой совокупности прав обосновывается абз. 1 п. 1 ст. 149 ГК РФ: к бездокументарной форме фиксации прав применяются правила, установленные для ценных бумаг, если иное не вытекает из особенностей фиксации. Вряд ли возможно отыскать такую особенность фиксации, которая бы парализовала в отношении бездокументарных бумаг действие правила о том, что с передачей ценной бумаги переходя все удостоверяемые ею права в совокупности.

Положений законодательства об инвестиционных паях, которые противоречили бы признаку неделимости совокупности удостоверяемых ценной бумагой прав, мы не находим. Впрочем, иного быть и не могло: права, перечисленные в п. 1 ст. 14 ФЗ «Об инвестиционных фондах» в числе удостоверяемых инвестиционным паем, не могут передаваться в отрыве друг от друга и, таким образом, представляют собой неделимую совокупность, даже если не признавать за инвестиционным паем статуса бездокументарной ценной бумаги. Это происходит вследствие особенности конструкции договора доверительного управления

77

имуществом, выражающейся в том, что все обязательственные права учредителя управления жестко привязаны к одному лицу

– собственнику объекта управления.

Инвестиционный пай с точки зрения формальносодержательного признака ценных бумаг представляет собой следующее.

В качестве обязательной черты классической ценной бумаги п. 1 ст. 142 ГК РФ постулирует необходимость предъявления документа (материального носителя) для осуществления или передачи удостоверяемого им права (принцип презентации). И это, наряду с положением, что передача ценной бумаги влечет переход удостоверяемых ею прав, позволяет нам говорить о таком признаке ценной бумаги, как неразрывная связь документа и закрепляемого им права, которая, собственно, и создает из двух вполне самостоятельных объектов – материального (бумажный носитель) и идеального (право) – новый единый объект гражданских прав – ценную бумагу. В результате указанные генерирующие ценную бумагу объекты теряют свою независимость, перестают по отдельности быть объектами гражданских прав и во всем следуют судьбе объекта, частью которого они теперь являются.

Таким образом, данный признак позволяет установить главное отличие ценной бумаги от обычного правоустанавливающего документа: последний, как и ценная бумага, является формальным документом, удостоверяющим права, но, в отличие от ценной бумаги, он не имеет неразрывной связи с удостоверяемыми правами и потому не образует какого либо нового объекта гражданских прав.

Отсутствие у инвестиционного пая формальных признаков классической ценной бумаги с необходимостью обусловливает невозможность его рассмотрения с точки зрения формальносодержательного признака последней. Что касается бездокументарных ценных бумаг, то характеризующий их формально-содержательный признак отражен в п. 2 ст. 149 ГК РФ: операции с бездокументарными ценными бумагами могут совершаться только при обращении к лицу, которое официально совершает записи прав. Передача, предоставле-

78

ние и ограничение прав должны официально фиксироваться этим лицом.

В этих формулировках несложно углядеть аналог принципа презентации классических ценных бумаг. Но все же это не более чем аналог, ведь признак, выражением которого он является, сильно отличается от формально-содержательного признака классических ценных бумаг. Неразрывная связь реестра и права (так назовем этот признак) сама по себе не позволяет говорить о том, что ими, как формой и содержанием, генерируется новый объект гражданских прав – бездокументарная ценная бумага, поскольку в итоге реестр, оставаясь за пределами этого объекта, его формы (оболочки) не образует.

Нормы Федерального закона «Об инвестиционных фондах» не дают никаких оснований усомниться в том, что операции с инвестиционными паями могут осуществляться только в системе ведения реестра при обращении к регистратору, а значит, следует признать, что инвестиционный пай вполне соответствует формально-содержательному признаку бездокументарной ценной бумаги.

Особенности инвестиционного пая в соотнесении с признаком легального соответствия отнесения объекта гражданских прав к числу ценных бумаг следующие:

Единственным признаком классической и бездокументарной ценных бумаг, который остался за пределами ст. ст. 142 и 149 ГК РФ, является их соответствие легальным основаниям отнесения к числу ценных бумаг. Этот признак нашел свое выражение в ст. 143 ГК РФ: виды прав, которые удостоверяются ценными бумагами, определяются законом или в установленном им порядке. Однако этот признак не является принципиальным для самой юридической конструкции ценной бумаги, поскольку не влияет на ее правовую природу и потому является скорее по- литико-правовым, а не чисто юридическим. Тем не менее, игнорировать его мы, естественно, не вправе.

Следует, на наш взгляд, особо подчеркнуть цель данного признака, в силу которой он расценивается как политико-пра- вовой: она ограничительная и направлена на предупреждение

79

введения в оборот неограниченного и необоснованно широкого числа видов ценных бумаг.

Инвестиционный пай, с точки зрения функций ценной бумаги, их не выполняет:

−во первых, функцию ценной бумаги по перераспределению цессионных рисков инвестиционный пай не выполняет

всвязи с тем, что данные риски в рамках отношений по доверительному управлению имуществом и собственнических отношений, лежащих в основе модели паевого инвестиционного фонда, попросту не возникают. И, наделяемый в качестве бездокументарной ценной бумаги свойствами абстрактности и публичной достоверности, инвестиционный пай всего лишь устраняет те риски, которые сам же и создает при опосредовании обязательства по доверительному управлению;

−во вторых, что касается функции ценной бумаги по обособлению прав, удостоверяемых ею, то отдельные аспекты данной функции (объединение нескольких имущественных прав в единый актив) оказываются успешно решены и без инвестиционного пая, в силу конструктивных особенностей договора доверительного управления; другие же (придание объему прав, удостоверяемых ценной бумагой, неделимого характера) – инвестиционным паем не только не выполняются, но даже, наоборот – прямо нарушаются им.

Анализируя дробный характер инвестиционного пая, приходим к выводу о том, что истинное назначение пая не имеет ничего общего с обычными функциями ценной бумаги: пай представляет собой удобное средство для исчисления долей в праве собственности на юридически неделимый объект (ПИФ). Естественно, что такая его функциональная направленность не позволяет всерьез говорить о нем как о бездокументарной ценной бумаге.

Интересно также и соотнесение инвестиционного пая с ипотечным сертификатом участия, под которым понимается именная ценная бумага, удостоверяющая долю его владельца в праве собственности на имущество, составляющее паевой инвестиционный фонд, право требовать от управляющей компании над-

80