Наречие в вепсском языке. Монография

ваиинструктива(-li<-la/-lä+-/i/n),например:läheli‛вблизи’или nakkali‛потомуместу’.Грюнтальжевыделяетвэтихсловах«партитивный -li». На с. 110 он на южновепсском материале кратко рас- сматриваетнаречия,вкоторыхвыделяютсялично-притяжательные суффиксы, приводя несколько примеров. Один из них, впрочем, содержит, по нашему мнению, не наречие, а существительное с лично-притяжательным суффиксом: kaik kohtasanze ‛все на сво-

их местах’ [Grünthal, 2015: 110].

«Словарь вепсского языка» М. И. Зайцевой и М. И. Муллонен [СВЯ,1972],кромебеспрецедентнобольшогообъемавепсскойлексики,содержитаппендиксскраткимописаниемязыка.Нас.739– 740 помещен небольшой раздел о наречиях, где даются сведения об обстоятельственных и определительных (качественных) наречиях с рядом примеров, а также о словообразовании этой части речи(вчастности,показанряд«словообразовательныхсуффиксов», представляющихсобойпадежныепоказателилибоихкомплексы: -šti, -li, -in и др.).

Кромеработ,посвященныхсобственновепсскомуязыку,вепсскоенаречиерассматривалосьэпизодическивнекоторыхстатьях, в первую очередь работах Пауля Алвре [Alvre, 1992; 1998; 2002]. Интерес к этой теме среди исследователей нельзя назвать значительным.

Таким образом, исследования, касающиеся наречия как части речиввепсскомязыке,немногочисленныифрагментарны.Какаялибо научная традиция таких исследований до сих пор развития не получила.

2.3. Источники рассматриваемой лексики

Важнейшим крупным источником для написания данной работыпослужилфундаментальный«Словарьвепсскогоязыка»[СВЯ], содержащийдесяткинаречийспривязкойкконкретнымнаселенным пунктам, в которых они зафиксированы.

Лишьврядеслучаевотнесениенекоторыхсловкнаречиямвызывает сомнения.

1.СВЯотноситкнаречиямформыстарогопролативасуществи- тельныхна-iči.Однакосчитатьиходнозначнозастывшиминевоз- можно,таккакносителиязыкаисегодняслегкостьюобразовывают

21

формы старого пролатива от различных основ существительных (dorogaiči, škola͕iči и т. п.). Основной особенностью этого падежа является идентичность форм единственного и множественного числа, вызванная тем, что его показатель начинается на гласный -i-(вседругиепадежныепоказателиввепсскомязыкеначинаются на согласный), возможно, происходящий от показателя множественности.

2.На с. 70 к наречиям отнесено русское заимствование d’ivja (d’üud’ä) ‛дивно, хорошо’ — из рус. дивья, которое в СРНГ [СРНГ, т. 8: 52] отмечено также как наречие. В вепсском языке это слово используется только в роли неглагольного предикатива, однако

вэтомкачествемогутвыступатьлишьприлагательные(вотличие от русского языка): minai om räk ‛мне жарко (букв. мне жаркий)’; nügüt’ mii̯l’e d’üud’ä ‛теперь нам дивья (букв. теперь нам хороший, дивный)’. Таким образом, слово d’ivja (d’üud’ä) следует признать прилагательным.

3.Нас.79словоenambотмеченокакнаречие(перевод‛больше’), при этом показаны его падежные формы генитива, партитива и адессива, что невозможно. В данном случае налицо смешение двух частей речи: наречия enamb(a), например, в en tule͔enamba ‛большенеприду’,иформыкомпаратива,образованнойотосновы *enä-‛многий,больший’,относящейсякприлагательному.Этоясно виднопоследующемуиллюстративномупримеру,данномувсловаре:enambadenpagižen’imida‛больше(большего)ничегонескажу’, гдеenambad—формапартитиваед.числаприлагательногоenamb. В этой же статье дается слово enambou (< enambal), которое представляетсобойотдельноенаречие,возникшееврезультатеадвербиализации формы адессива прилагательного enamb.

4.В СВЯ к наречиям относятся некоторые II инфинитивы, выполняющие в предложении роль обстоятельств. Например, к та-

ковым относят слово joste͔n (g’oste͔, joste͔) ‛бегом; галопом’ (с. 87, 157),котороевдействительностиявляетсяформойIIинфинитива образадействия;см.примерсловосочетания,приведенногоЛ.Кеттуненом: ajōmā joste͔n ‛едем галопом’ [VMLT, 132]. Кеттунен однозначно относит слово joste͔n к инфинитивам.

5.СВЯ относит все формы экватива (тождественной степени) прилагательных к наречиям, например hätkte (с. 142). Эти слова, однако, не обладают никакими признаками наречий.

22

6. Некоторые другие замечания:

– слова kuiči, kuičin’ ‛как’, ‛каким образом’ (с. 240) определенно представляют собой наречия, а не местоимения, как указано

всловаре.Этоадвербиализованныеформыприлагательногоkuitn’e ‛какой’ (в СВЯ отмечено как местоимение), имеющего гласную основу kuič(č)e-; kuičin’ — изначально инструктивная форма данного прилагательного, впоследствии утратившая в ряде говоров конечныйназальный.Такимобразом,kuiččeks‛как’,приведенное

водной словарной статье с kuitn’e, также является наречием, застывшим в форме транслатива единственного числа;

—местоименияičeksoin’,ičeksaz,iče͔lein’отмеченыкакнаречия, для чего невозможно найти адекватной аргументации;

—отдельно с пометой «наречие» даются некоторые падежные формыимен,напримерehtal‛вечером’,которыетрудноназывать адвербиализованными.

Другимважнымисточникомявилсядлянасэлектронныйсловарь, составленный по матералам экспедиций Лаури Кеттунена [Kett.].Онсодержитдесяткинаречий,невключенныхвСВЯ;кроме того,большаячастьсловимеетпривязкукопределеннымговорам, что позволяет уточнить их ареальную дистрибуцию. Основным недостатком словаря Кеттунена является отнесение к вепсскому языку материалов из дер. Suununsuu: в действительности они относятсяклюдиковскомунаречиюкарельскогоязыка.Всеостальные материалы мы включили в данную работу, несмотря на то что частьсловвызываетсомнения:вчастности,этокасаетсялексическогоматериалаизсредневепсскойдер.Корвала(Korboil),который

вматериалахКеттуненаноситяркиеюжновепсскиечерты(фонетические;несвойственныесреднемудиалектусуффиксы,которые не подтверждаются образцами речи, и др.). Корвала — наиболее близкий к южновепсским деревням средневепсский населенный пункт,говоркоторогоотносятккапшинским.Вэтихговорахприсутствуютмногиечертыюжногодиалекта,восновномлексические играмматические.Темнеменеефонетическийобликнаречийиз Kett.несоответствуетдажеобразцамречиизработысамогоКеттуненаповепсскомусинтаксису[VMLT].Всеэтозаставляетотноситься к записям этого автора из Корвалы с осторожностью.

В «Лексическом атласе вепсского языка» [ЛАВЯ] наречия рассматриваютсявнебольшомобъеме.Реализованылишьследующиекарты:

23

(карта № 225) — рефлексы наречия läz ‛близко’; (карта № 226) — именования понятия ‛на улице’; (карта № 227) — именования понятия ‛сквозь’; (карта № 229) — именования понятия ‛долго’; (карта № 232) — именования понятия ‛скоро’; (карта № 233) — именования понятия ‛вдруг’;

(карта № 394) — наречия со значением ‛где’ [ЛАВЯ: 533–534]. Содержание комментариев вызывает ряд вопросов. В первую очередьэтокасаетсякарты226,гдерассмотренынаречиясозначением ‛на улице’ [ЛАВЯ: 283–284]. Следует отметить, что все они имеют второе значение ‛снаружи (дома или чего-л. другого)’, и на наш взгляд, именно поэтому могут относиться к наречиям; irdal, polō(<polel),piidol,vereil,vereiš,строгоговоря,являютсяформами местных падежей употребительных существительных (значения ‛на улице’, ‛в поле’, ‛в воротах’). Кроме этого, вызывает сомнение интерпретациясловаpolōкакформыадессиварусскогозаимствования (< поле); более вероятно, что речь идет о существительном pol’ ‛сторона’, так как в южном диалекте, где фиксируется polō, в значении ‛поле’ используется лексема pöü̯d, peu̯d (Радогоща,

Чайгино,Kett.)

По поводу наречия läznašti ‛близко’ (карта 225 [ЛАВЯ: 279–280]) см. ниже, в разделе «Комплексы падежных показателей».

Вотношении наречия ühtnägoi (ühtnägō, ühtnäghu) ‛вдруг, вне-

запно, неожиданно’ (карта 233 [ЛАВЯ: 297–298]) отметим, что согласнысегосложнойприродой.Однакотрудносогласитьсястем, что«(…)междудвумячастямисложногослова,очевидно,появился протетический -n», так как, во-первых, неясна причина его по- явления,во-вторых,непонятно,почемутампоявилсяименнозвук -n-.Понашемумнению,первоначальноэтонаречиебылословосо- четаниемühthenäg(u)hu‛водинзрачок(мгновенно)’ивпоследствии сократилось.

ВсвязисосказаннымЛАВЯбыллишьвнебольшойстепенииспользован как источник для данной работы; тем не менее его материалы привлекались нами для уточнения ряда вопросов. Работа по картам Атласа была продолжена в публикации ряда авторов.ВслучаепродолженияработыпоАтласуследуетожидать картографирования и комментирования и других наречий, относящихся к различным лексико-семантическим разрядам.

24

3.МОРФОЛОГИЯ НАРЕЧИЙ

Вкачествеосновныхморфологическиххарактеристиквепсских наречий можно выделить следующие:

1) наречия не могут склоняться и спрягаться; 2)участинаречий,соотносимыхскачественнымиприлагатель-

ными, имеется сравнительная степень; 3) большинство наречий в вепсском языке — это застывшие

(адвербиализованные) падежные формы имен. В некоторых случаях это формы утраченных языком падежей;

4)некоторыенаречия(застывшиевформахиллатива,адессива

иаллатива)могутупотреблятьсяслично-притяжательнымисуф- фиксами.

Этихарактеристикиможновзначительноймереотнестиикнаречиям во всех прибалтийско-финских языках.

3.1.Существует ли в вепсском языке суффиксальное словообразование наречий?

Визданных к настоящему времени работах, касающихся морфологии вепсского языка, большинство наречий признается адвербиализованными(застывшимивкакой-либопадежнойфор- ме) именами. Тем не менее часть наречий может признаваться образованной с помощью ряда формантов (см. раздел 2.2). Мы же полагаем,чтотакие«форманты»представляютсобойкомплексы из двух падежных показателей, иногда подвергшиеся сокращению — в основном, из-за выпадения конечного носового -n.

Некоторые наречия, в составе которых выделяется показатель сравнительнойстепени(компаратива)-mba,построенынанареч- ныхжеосновах(sinnemba‛подальше’<sinna,sinnä‛там’),послелогах (tagemba‛подальше’ <taga ‛за’), а также на некоторыхдревних основах, которые нельзя однозначно привязать к какому-либо имени либо наречию (alemba ‛ниже’ < *ala-, ülemba ‛выше’ < *ülä-).

Некоторые форманты, вычленяемые в конце наречий, повидимому,носятсложный(комплексный)характер.Такиенаречия чащевсегозаканчиваютсяна-i,имеющий,вероятнеевсего,эссив- инструктивное происхождение (< -in’). Точно так же образованы падежные показатели элатива и аблатива — с участием агглюти-

26

ната -pei (-päi), образовавшегося из инструктивной формы слова pä ‛голова’ — päin’, чему в языке имеются ясные подтверждения (ср.вговоредер.Värsar’—Кривозеронаречиеumbespein’‛наглухо’). С помощью таких формантов образованы (приводятся наречия разных диалектов и говоров):

—alahašti‛низко’,erasti‛иногда’,čomašti‛красиво’,harvašti‛ред-

ко’, где первый элемент показателя — старый элатив на -sta, исчезнувший в вепсском языке;

—hüpti‛вприпрыжку’,jäl’geti‛следом’;ištut‛сидя’,püštut‛стой-

мя; торчком’, sijžut ‛стоя’, где первый элемент t — показатель древнегоаблативана-ta,исчезнувшегоизвепсскогоязыка.Вряде наречий остаток показателя инструктива вовсе исчез;

—nakkali ‛по тому месту, тем путем’, läheli ‛вблизи’, sigäli ‛по тому месту, тем путем’, tägäli ‛ по этому месту, этим путем’, где первый элемент показателя — адессивный;

—eglai ‛вчера’, möhä(i) ‛поздно’, ezmäi(n’) ‛сперва, вначале’,

которые также содержат показатель эссива-инструктива, но согласный -n’ почти всюду выпал.

Комплекс -li Р. Грюнталь рассматривает как своеобразный показательпролатива,основываясьнапреимущественнопролативном значении тех наречий, в которых он встречается [Grünthal, 2015: 99–100]. Однако указанное значение у наречий на -li достаточнологичновытекаетиззначенийпредполагаемыхкомпонентов этого форманта (-la /-lä + -in’); вепсские пролативы имеют другоепроисхождение(«старый»на-ičiдревнее,«новый»на-nke исторически новое, агглютинативное).

Формированиекомплексовпоказателейопределеннонемогло быть одномоментным, то есть второй показатель присоединялся хронологически позднее первого. Таким образом, комплексы падежных показателей в составе вепсских наречий встречаются весьма часто, хотя и реже, чем одиночные показатели.

3.2. Словосложение как способ образования наречий

В вепсском языке имеется некоторое количество сложных по форменаречий.Воднихизнихсобственно-«наречными»являются вторыекомпоненты:edes||tagas‛взад-вперед’,end||eglašt’‛позавчера’,

27

murt||sil’mal‛искоса’,tagas||polin‛задомнаперед’,toš||kerdan‛вовто-

рой раз, вторично’; в других, в основном — ономатопоэтических, компонентыподобраны,скорее,попринципуфонетическогоподобия: čurgu||jurgū‛впятнашки(играть)’,kurči-murči(kurčin-murčin)‛кубарем’; ‛шиворот-навыворот’, kuki-rikku ‛кувырком, кубарем, вверх дном’, kuki-ristti‛кувырком,кубарем,вверхдном’,sinna-tänna‛туда-сюда’, širi-muri‛какпопало’,širi-šari‛какпопало’ит.п.Точнаяредупликация нигде не обнаруживается: оба компонента таких наречий всегда различаются.Вбольшинствеслучаевэтимологизациякомпонентов встречает трудности. Сюда же относятся случаи редупликации числительных,например:kaks’-kahte͔l‛одиннаодин’.

Наречияпервоготипатакжемогутвключатьвидоизмененные покакой-либопричинеосновы(например,endeglašt’<endeeglašt, где сократился вторичный долгий гласный, образовавшийся на стыкеоснов;kobramui̯ā<kobrammujal<kobranmujal,гдеизперво-

гокомпонентавыпалподвергшийсяпрогрессивнойассимиляции показательгенитива).Какправило,сокращаетсяпервыйкомпонент сложного наречия.

Второйкомпоненттакихнаречийпредставляетсобойадвербиализованную форму имени, выступающего в форме какого-либо падежа, например:

—партитива: end||eglašt’, ende͔||mulošt’, tagas||kät, ül’en||sätod;

—инессива: homn’īžen||d’älgiš (можно истолковать также как формупартитива:d’älgiš<d’älgišt),käz’i||pol’iš,noriš||päiš,umbe||sil’miš;

—иллатива: aig||vodhe, kaks’i||kover’ižhe, möd||vedhe;

—адессива: auk||kūl, jäl’g||lopū, jāga||mujā;

—аллатива: man||tazale͔, ül’en||vägele͔;

—транслатива: kahte͔||(iččikš, kahte͔||vuičikš, üht’e||vuičikš;

—эссива: alo||käde͔n, ede͔s||taguiži͔n, endobiš||päivan;

—комплексовпадежныхпоказателей:d’og’i||r’ounal’i,käz’i||möhküčki;

—иных (древних) падежей: ede͔s||tagas.

Некоторые сложные наречия имеют уникальный характер об-

разования,например:hedhüväd(hödhüvid’,hödhüväd)‛зря,напрасно’, ‛нарочно’,‛нистого,ниссего’.Всвязисяснымвычленениемкомпонентаhüväd,hüvid’композитнаяструктуранаречиянесомненна;

Л.Кеттуненсравниваетегосфин.hyötä||hyviään(такжеhyöty||hyviään, hyötä||hyvästä и др.), обладающим значениями ‛непредвиденно’,

28

‛несвоевременно’,‛беспричинно’,‛иначе’,чтосемантическиблизко вепсскому наречию (ср. также кар. ливв. hyödy||höikköziidäh ‛несвоевременно’,‛безвременно’).Второйкомпонентфинскихнаречий, однако, никогда не принимает форму партитива: в боль- шинствеслучаевдлянегохарактернаэссивнаяформа—онапред- ставленаиввепсскомязыке,ср.hedhüvin’(дер.Пондаласреднего диалекта). Первый же компонент соотносится с фин. hyötö, hyöty ‛преимущество’, ‛прибыль’, ‛помощь’, ‛добро’ [SKES, I: 96].

3.3. Наречные выражения

Такмыназываемсловосочетания,которыемогутупотребляться в качестве наречий; на русский язык они могут переводиться отдельными словами, словосочетаниями или целыми фразами. Частьтакихвыраженийпредставляетсобойфразеологизмы.Примерыподобныхнаречныхвыражений:edelaigad‛преждевременно, безвременно’, edel aigoid ‛в былое время’, erasen kerdan ‛однажды,

раз’,hüvišmeliš‛вхорошемнастроении’,kahthekabjaha‛галопом’, kaiken aigan ‛постоянно’, ‛все время’, mi väged ‛что было сил’, oc ocha ‛с глазу на глаз’, vanhil pejil ‛на старости лет’.

Иногда наречные выражения образуются повторением одного и того же слова в разных падежных формах, например: oc ocha ‛с глазу на глаз’, букв. ‛лоб в лоб’, sana sanaha ‛буквально; слово в слово’, букв. ‛слово в слово’ (несомненно, калька русского выражения), üks ühte͔le͔‛один другому’.

Небольшаячастьсложныхпоформенаречийсуществуетодновременно в форме словосочетаний, например: edes||tagas — edes i tagaz, sinna-tänna — sinna i (da) tänna.

3.4. Адвербиализация как основной способ образования наречий

Громадноебольшинствонаречийвепсскогоязыкаобразовалось

врезультате адвербиализации; это явление представляет собой переходименныхчастейречи,атакжеглагольныхинфинитивов

внаречия. Если инфинитивы, подобно наречиям — неизменяемые слова, то имена при адвербиализации выходят за пределы системы словоизменения (склонения). При этом имена теряют

29

свои грамматические признаки и получают признаки наречия (грамматические, синтаксические).

Наречия—продуктыадвербиализацииявляютсяименами,«за- стывшими»вформахкаких-либопадежей,причемкакживых,так ивымерших.Вряденаречийвстречаетсятакжекомплексиздвух падежных показателей. Некоторые наречия содержат показатель множественности косвенных падежей -i-.

Ниже в качестве примеров приводятся в том числе и наречия, образованныеспомощьюсловосложения,последняячастькоторых содержит какой-либо падежный показатель.

Основные падежи, в которых застыли наречия: номинатив — üks’päin’e ‛в одиночку’;

партитив — endegläšt’ ‛позавчера’, nügüde ‛сейчас’, murtkät ‛на-

отмашь’, äkkid ‛вдруг, внезапно’;

эссив — homen ‛завтра’, igän ‛вечно’, tožnargen ‛во вторник’; инструктив — čomin’ ‛красиво’, hüvin’ ‛хорошо’, jättoižin ‛на-

перегонки’;

транслатив — ед. число: alahaks ‛вниз’, ülähäks ‛вверх’, igäks ‛вовек’; мн. число: ezmeižikš ‛во-первых’, enččikš ‛по-прежнему’, tijalahijžikš ‛по-вашему’;

пролативна-iči-—aleiči‛понизу’,jäl’giči‛вслед’,lapteiči‛стороной’;

инессив — täs ‛здесь’, jalos ‛очень’, kovas ‛твердо, жестко’, väges ‛насильно’; edehko adv.‛незадолго до’, möhähko ‛поздновато’

элатив — edespei ‛спереди’, südäimespei ‛изнутри’;

иллатив—hurha‛влево’,kohtha‛напротив(куда)’,vastha‛навстречу’; адессив — ед. число: edel ‛прежде’, pijtol ‛тайно, украдкой’, änel ‛в голос (плакать, рыдать)’; мн. число: hüväižil’ ‛добром, по-

хорошему’, küküižil’ ‛на корточках’;

адитив — kaikjalepei ‛во все стороны’, vasthapei ‛против’;

аллатив — mujale ‛в другое место’, kaikjale ‛повсюду (куда)’, oiktale ‛направо’;

терминатив — hom’ese̮hessai ‛до утра’, pol’hessai ‛до половины,

наполовину’, sihese̮i ‛до тех пор’.

Показатель-nвтакихнаречиях,какalahan,edahan,ülähän,очевидно, неэссивный,аболеедревний—локативный,автакихнаречиях,как sinna‛туда’,tänna‛сюда’,kaikt’äna‛повсюду(куда)’,относитсякдревнему лативуна-na,исчезнувшемуизвепсскогоязыка;сюдажеотносится вопросительное наречие kuna? ‛куда?’ (< *kunna). В наречиях alaz,

30