Личность в цифровой экономике от психологической теории к бизнес-практике. Монография

Наконец, последним фактором исследователи описывают проблемы и сложности, с которыми сталкиваются члены онлайн-фэндомов. В этот фактор вошли темы, связанные с обсуждением атмосферы сообщества (а также наличием в нем людей, которые описываются как «токсичные» (с низким уровнем доброжелательности по отношению к другим)).

Авторы в еще одном исследовании [153] описывают результаты наблюдения за другими игроками, которые они провели в известной онлайн-игре. Они отмечают, что сбор данных, который касался около 20 000 различных боев, продемонстрировал, что в большом количестве случаев люди предпочитают собственную выгоду чаще, чем выгоду, которая помогла бы их команде. Кроме того, авторы показали, что поведение человека в такой среде также связано с ситуацией, в которой он находится (например в некоторых ситуациях игроки проявляют просоциальное поведение и помогают другим членам своей команды; в других ситуациях, напротив, демонстрируют такое поведение, которое направлено на приобретение личной выгоды, по сравнению с выгодой команды). Кроме того, авторы отдельно обращают внимание на то, что поведение, которое игроки демонстрируют в виртуальном мире, также может быть перенесено на реальный мир, в котором они существуют.

Однако, как можно заметить из результатов, которые представлены в сводной таблице, внимание исследователей привлекают не только онлайн-сообщества, а также фэндома, но и другие аспекты идентичности людей. В частности, в одном из исследований [154] изучена связь виртуальной идентичности людей и их личностных характеристик. Для описания личностных характеристик использовалась модель «Большая пятерка». Сама процедура исследования включала в себя различные экспериментальные условия, которые описаны ниже. В первом условии испытуемые могли спокойно

151

передвигаться по виртуальному интернет-магазину, при этом они могли брать виртуальные товары. По их желанию они также могли вернуться к началу задания, для этого им требовалось возвратиться в синий круг. Во втором условии от них требовалось найти в виртуальном магазине полку, на которой они могли взять чипсы. Их вниманию предоставлялось девять вариантов (три пачки, которые отличались по полкам (верх, середина, низ) и по цене). Бюджет каждого участника при этом ограничен пятью евро. Исследователи поставили условие, по которому стоимость одной пачки составляла от 1,25 до 3 евро. Затем испытуемые возвращались к началу задания (если вставали на синий круг). Третье условие отличалось от второго только тем, что испытуемым предлагали найти полку, на которой стоит обувь и выбрать из предоставленных вариантов тот, который вызывает у них наибольшую симпатию. После того как испытуемые выполняли задание, они снимали очки виртуальной реальности, а затем исследователи просили их заполнить опросник «Большой пятерки». Обработка полученных результатов происходила в том числе с помощью машинного обучения. Оказалось, что поведение людей, которые демонстрировали различные его характеристики (в виртуальном пространстве), могут быть связаны с чертами большой пятерки. Так, установлено, что такие черты личности как экстраверсия и низкий уровень нейротизма хорошо описывают время, которое тратил испытуемый на выполнение задач. Вместе с тем такие черты как добросовестность и открытость новому опыту оказались связаны с такими характеристиками, которые описывают пространственное взаимодействие человека с окружающей средой. Данные результаты исследования также могут помочь в развитии различных характеристик покупателей, связанных с их виртуальной идентичностью.

Некоторые исследователи (например Williams D.; Kennedy T.L.M.; Moore R.J. [155]) изучают вопросы, ко-

152

торые связаны с исследованием того, кто именно играет

вролевые онлайн-игры. Так, в одном из исследований,

вкотором принимали участие люди, являющиеся игроками одной знаменитой онлайн-игры, установлено, что они обладают некоторыми особенностями, связанными с их идентичностью, по отношению к остальным людям. Например, исследователи описывают, что чаще в такие игры играют молодые люди, девушки, которые принадлежат к группам меньшинств. Они также жалуются на здоровье чаще, чем остальные игроки. Виртуальная идентичность при этом является выражением той их идентичности, которая не может быть воплощена в их реальной жизни. Также установлено, что такие игроки формируют достаточно устойчивые и прочные социальные связи. При этом в ролевых онлайн-играх также принимают участие и люди пожилого возраста. У них, как отмечают исследователи, в достаточно большой степени выражена скорее потребность в творческом поиске, а не в изучении собственной идентичности.

Часть исследований, которые проведены и касались изучения виртуальной идентичности, также фокусировали внимание на актуальных проблемах, которые происходили на тот момент в мире. К примеру, одним из таких исследований [157] является изучение отношения к проблемам экологии. В частности, исследователи занимались анализом онлайн-активности участников, которая затрагивала временной период с 2019 по 2021 год. Авторы исследования использовали в качестве основных инструментов опрос, анализ социальных сетей и контент-анализ. В статье описано, что хештеги и их использование играют значительную роль

вформировании социальных движений и идентичности людей, которые входят в эти движения. Кроме того, на примере проблемы, которая затрагивала членов группы, показано, что виртуальная идентичность членов этой группы также не может быть рассмотрена

встатичном состоянии и является мобильной.

153

В исследовании, результаты которого опубликованы Е.П. Белинской [158], описаны результаты проведения опроса пользователей социальных сетей (выборка составляла 100 человек, среди которых 62 женщины). Возраст опрашиваемых составлял от 17 до 27 лет. Автором выявлено, что люди, которые взаимодействуют в пространстве социальной сети с точки зрения возможности получить новую информацию чаще склонны к тому, чтобы использовать возможности социальной сети и укрепить собственную идентичность. Те, кто находится в поиске собственной идентичности, использует социальные сети для того, чтобы лучше принимать решения, связанные с конкретными ситуациями. Наконец те, кто использует социальные сети для демонстрации приверженности некоторым правилам, также подтверждают приверженность с помощью своей идентичности в социальной сети.

Наконец, в исследовании, которое провел Д.Н. Погорелов [158], проделан контент-анализ страниц социальных сетей среди пользователей. На основании этого анализа автор пришел к выводу, что виртуальная идентичность людей, которые пользуются социальными сетями связана со сложностями и возможными рисками, которые пользователи зачастую не учитывают.

3.2. Апробация методик и программы эмпирической верификации авторской типологической модели поведенческих паттернов виртуальной идентичности в условиях цифровой экономики

Результаты фундаментальной научно-исследова- тельской работы «Психология экономического поведения личности в виртуальной среде» отражены в подготовленных и принятых к печати публикациях в журналах из списка ВАК и в изданиях, входящих в ядро

154

РИНЦ, индексируемых в базе данных «Сеть науки» (Web of Science) или индексируемых в базе данных Scopus и относящихся к 1-му или 2-му квартилю (Q1 или Q2), в монографиях [16; 30; 48; 159–203]. Полученные результаты обсуждались на международных, всероссийских научно-практических и межвузовских конференциях и круглых столах.

Проблематику обсуждений можно разделить на:

1.Обсуждение результатов теоретического и эмпирического исследования экономического поведения личности в виртуальной среде;

2.Обсуждение результатов исследования взаимосвязи социально-психологических факторов поведения

ивиртуальной идентичности;

3.Обсуждение результатов прикладных исследований поведения личности в виртуальной среде.

Обсуждение результатов теоретического

иэмпирического исследования экономического поведения личности в виртуальной среде

Проведен обзор исследований виртуальной реальности и экономических особенностей, в основном уделено внимание тем, которые связаны с экономическим поведением личности, в частности, с потребительским поведением. Проанализированы результаты, полученные в эмпирических исследованиях, которые могут быть применены для построения гипотез и проведения эмпирических исследований, отмечены ограничения и перспективы исследований (А.Н. Неврюев) [158], (Н.Н. Шуракова) [203] На Международной на- учно-практической конференции «Актуальные проблемы цифровой трансформации современного общества» рассмотрен и проанализирован зарубежный опыт исследования поведенческих паттернов виртуальной идентичности.

В опубликованных исследованиях выделены специфика нахождения в онлайн-пространстве, вопросы

155

определения виртуальной идентичности и ее безопасности, отмечаются риски безопасности и необходимость цифрового доверия, которое возможно при создании необходимой защиты виртуальной идентичности (М.М. Симонова, Е.В. Камнева) [67]. Риски использования цифровых технологий как при решении экономических вопросов, так и для развития идентичности обсуждались на Международной научно-практиче- ской конференции «Актуальные проблемы цифровой трансформации современного общества» и Всероссийской научно-практической конференции «Психология экономического поведения личности в виртуальной среде».

Авторским коллективом выделены теоретические основания авторской психологической классификационной модели паттернов экономического поведения личности в виртуальной среде: экономическое поведение личности рассматривается как функция виртуального жизненного пространства; паттерны экономического поведения личности в виртуальной среде представлены как свойства функциональной системы; классы паттернов экономического поведения в виртуальном жизненном пространстве заданы диалектикой взаимодействия двух ключевых факторов — активности/пассивности и ситуативности/пролонгированности (Е.В. Камнева, М.В. Полевая, М.В. Клементьева, Л.А. Жигун, Н.С. Пряжников, С. Дзаппала, М.А. Гагарина, Ю.В. Овчинникова, М.М. Симонова, В.В. Миронова, А.Н. Неврюев) [16]. Классификационная модель паттернов экономического поведения личности в виртуальной среде включает четыре класса паттернов экономического поведения: стихийно-обыденный класс; функционально-действенный класс; созерцательный класс; творчески-преобразующий класс (Е.В. Камнева, М.В. Полевая, М.В. Клементьева, Л.А. Жигун, Н.С. Пряжников, С. Дзаппала, М.А. Гагарина, Ю.В. Овчинникова, М.М. Симонова, В.В. Миронова, А.Н. Не-

156

врюев) [16]. Системный анализ факторов возникновения, функционирования и изменения паттернов экономического поведения личности в виртуальной среде представлен на макроуровне, мезоуровне и микроуровне (психологические, физиологические, нейрональные, биологические, социально-психологические, кибернетические и прочие механизмы, являющихся основой формирования, функционирования и изменения паттернов экономического поведения в виртуальной среде) Е.В. Камнева, М.В. Полевая, М.В. Клементьева, Л.А. Жигун, Н.С. Пряжников, С. Дзаппала, М.А. Гагарина, Ю.В. Овчинникова, М.М. Симонова, В.В. Миронова, А.Н. Неврюев) [16].

На основании проведенного исследования определены и описаны эффекты влияния различных паттернов, таких как возрастно-поколенческие, индивиду- ально-личностные, социально-психологические, экономические, культурно-исторические, на экономическое поведение личностей с разными типами виртуальной идентичности. Полученные результаты обсуждены на Всероссийской научно-практической конференции «Психология экономического поведения личности в виртуальной среде».

«Цифровой образ Я, моделируемый пользователем в виртуальной среде, образует виртуальную идентичность, но основа этого психологического механизма остается неизвестной. Современные психологи изучают влияние цифрового опыта на виртуальную идентичность, однако до сих пор не было проведено исследований, фиксирующих статусы этого сложного образования» (М.В. Клементьева) [22; 23]. Разработана и апробирована методика, с помощью которой можно оценить статусы виртуальной идентичности: достигнутой, предрешенной, диффузной и моратория.

Таким образом, результатом теоретического и эмпирического исследования экономического поведения личности в виртуальной среде стала разработка и тео-

157

ретико-методологическое обоснование типологической модели поведенческих паттернов виртуальной идентичности в условиях цифровой экономики (Е.В. Камнева, М.В. Полевая, М.В. Клементьева, Н.С. Пряжников, М.М. Симонова, А.Н. Неврюев, М.А. Гагарина, Е.В. Миронова, А.О. Сейранян) [30; 22; 23; 160; 161].

Соотнесение ключевых показателей паттерна экономического поведения со статусами виртуальной идентичности позволяет с уверенностью говорить о спецификации экономического поведения личности, исходя из определяющей личностной структуры — виртуальной идентичности (М.В. Клементьева) [22; 23].

Авторами разработан и апробирован опросник оценки самоэффективности в различных сферах жизнедеятельности, рассматриваемой в качестве уверенности индивида в собственной конкретно обозначенной компетентности, в своих способностях организовать

иисполнить действия, необходимые для определенных достижений в той или иной деятельности (Е.В. Камнева) [30].

Анализ научной литературы по проблеме самоэффективности личности в виртуальной среде показал, что индивид, обладающий сформированной виртуальной идентичностью и высоким уровнем самоэффективности, лучше справляется с экономическими и финансовыми трудностями по сравнению с остальными людьми. Несмотря на то, что в проанализированных исследованиях обосновано влияние самоэффективности на экономическое поведение, значительное количество исследований связано с изучением разницы в экономическом поведении и его самоэффективности у мужчин

иу женщин. Объяснение различий самоэффективности личности в виртуальной среде и более глубокий их анализ может стать объектом для дальнейших исследований (Е.В. Камнева, М.В. Полевая, М.В. Клементьева, Н.С. Пряжников, М.М. Симонова, А.Н. Неврюев, М.А. Гагарина, Е.В. Миронова, А.О. Сейранян) [30].

158

Исследованы и проанализированы показатели самодетерминации экономического поведения личности с разными типами виртуальной идентичности как умение личности определять собственный поведенческий паттерн (Е.В. Камнева, М.М. Симонова) [30; 162].

Таким образом, в публикациях и выступлениях на конференциях рассмотрены и обсуждены теоретически обоснованные и психологически операционализированные концептуальные основы экономического поведения личности в виртуальной среде.

Обсуждение результатов исследования взаимосвязи социально-психологических факторов поведения

и виртуальной идентичности

А.Н. Неврюевым проведен обзор публикаций, имеющих связь с исследованием черт Темной триады и негативных последствий использования социальных сетей. Автор приходит к выводам, что «существуют различные психологические переменные, которые играют роль посредников между чертами Темной триады (с одной стороны) и негативными последствиями использования социальных сетей (с другой)» [163].

Исследована роль показателей поиска и принятия виртуальной идентичности как потенциальных предикторов осмысленности жизни в онлайн- и оф- лайн-контекстах (М.В. Клементьева) [164]. М.В. Клементьева отмечает, что «Более высокий уровень осознанного «принятия виртуальной идентичности» увеличивает управляемость и осмысленность онлайн-жизни

впериод ранней взрослости, снижает чувство отчуждения и экзистенциальной пустоты, когда молодые люди думают, что офлайн-жизнь теряет свой смысл» [164]. По результатам исследования М.В. Клементьевой на Всероссийской научно-практической конференции «Психология экономического поведения личности

ввиртуальной среде» представлен доклад «Психология смыслов и смыслы психологии: онлайн и офлайн».

159

Одним из направлений исследований стало изучение формирования виртуальной идентичности молодых людей. Несмотря на значительное количество научных публикаций по данной тематике, соотношения Я-реального и Я-виртуального в контексте виртуальной идентичности (статусов) недостаточно изучены. Согласно результатам исследований М.В. Клементьевой, «статусы виртуальной идентичности образованы соотношением двух процессов — осмысленности принятия виртуальной идентичности и интенсивности ее поиска» [160]. Выявлено, что характеристикой статуса диффузной виртуальной идентичности является низкая осмысленность принятия и интенсивность поиска, а для достигнутой выявлен высокий уровень по данным шкалам. Статус моратория виртуальной идентичности имеет связь с высоким уровнем интенсивности поиска

инизким уровнем осмысленности принятия виртуальной идентичности. Для предрешенной виртуальной идентичности присущи высокая осмысленность принятия и низкая интенсивность поиска виртуальной идентичности (М.В. Клементьева) [160]. Результаты исследования обсуждались на Международной научно-пра- ктической конференции памяти М.Ю. Кондратьева.

Одним из векторов обсуждения в данном направлении стало исследование самоотношения и выбора стратегий конфликтного поведения в офлайн- и онлайнсредах (М.В. Клементьева) [165]. Результаты исследования показали взаимосвязь стратегий конфликтного поведения: компромисса и приспособления в онлайн-

иофлайн-средах [165]. Результаты исследования также обсуждались на Международной научно-практической конференции памяти М.Ю. Кондратьева.

Следующий аспект исследований: выявление соотношения типов привязанности и базовых ценностей в реальной и виртуальной среде у молодых людей (М.А. Фролова, М.В. Клементьева) [166]. Авторы публикации отмечают, что «тревожность и избегание в роман-

160