Лингвистический анализ поэтического текста на уроках русского языка (когнитивный аспект). Монография

ГЛАВА1. ЛИНГВИСТИКАХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

жизнь короче визга воробья собака что ли плывет там на

льдине по весенней реке С оловянным веселием смотрим мы на судьбу

стянутые морским узлом одиночества

МЫ – открыватели стран закожурники черви

КОРОЛИ апельсиновых РОЩ и СКОТОПРОМЫШЛЕННИКИ Может быть чарку вина выпьем за здоровье планет истекающих или лучше заведем грамофон

Ну вас К ЧОРТУ

КОМОЛЫЕ и УТЮГИ я хочу один плясать ТАНГО с КоРоВаМи

перекидывать мосты от слез бычачьей ревности

до слез пунцовой ДЕВУШКИ Василий Каменский «ТАНГО с коровами [78]

«Одинаковая длина графических единиц, отрезков текста, отделенных

друготдругазнакамипрепинания, способствуетровномуразвитиютекста. Короткие графические единицы ускоряют динамику текста» [54]. Значит, данный текст не только насыщен яркими образами, он динамичен.

Напряженность текста связана с ожидаемой читателем концовкой произведения, отсюда создается определенное напряжение, которое либо оправдывается, либо нет (эффект обманутого ожидания).

Например, в стихотворении Игоря Северянина «Промельк» в послед- них строках вместо продолжения о гармонии человека и природы, где

людям должна быть отведена роль венца творенья, вдруг совсем иное:

Ив зле добро, и в добром злоба, Но нет ни добрых, нет ни злых,

Иправы все, и правы оба,–

21

В. Ю. МАКАРОВА. ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА НА УРОКАХ РУССКОГО ЯЗЫКА (КОГНИТИВНЫЙ ПОДХОД)

Иправоту поет мой стих.

Инет ни шведа, ни японца. Есть всюду только человек,

Который под недужьем солнца Живет свой жалкий полувек. [179]

Во время чтения реципиент соотносит в своем сознании все пред- ставления поэта, высказанные устами лирического героя, в тексте, с общекультурными и своими собственными, стараясь понять основную мысль текста. Все слова в данном тексте, их лексические значения и об- щий смысл всего сообщения сначала говорят нам, читателям, о «добре»

и«зле» – ключевых концептах любой культуры. Потом идет переключе- ние на человека, что воспринимается читателем легко, т.к. именно от че- ловека идет грехопадение, т.е. восприимчивость к добру и злу.

Философские понятия: добро и зло – тоже понятны; люди не быва- ют только хорошими или только плохими, в них присутствует и доброе,

излое начало. Далее лирический герой отходит от темы добра и зла,

что опять неожиданно, и говорит о другом. Его мысль меняет направ- ление: национальные различия несущественны, считает он, с чем опять же легко согласиться. Здесь излагаются общекультурные представления об отсутствии расовых и национальных отличий. Но вдруг мысль поэта делает резкий скачок в сторону от первоначальных рассуждений, и он за- ключает, что все люди влачат жалкое существование.

Концовка не оправдала читательских ожиданий, резкие скачки мысли

ивывод вовсе не такие, что «напрашивались» в начале чтения текста. Эффект обманутого ожидания влечет за собой когнитивный диссонанс, т.е. столкновение представлений, приобретенных в процессе восприятия

ичтениятекста, спервоначальноимеющимисяучитателя. Такучитателя появляется несогласие с позицией автора.

Эстетичность текста связана с «эстетическими свойствами русско- го языка и речи, как-то: звучность, мелодичность, напевность, вырази- тельность (экспрессивность), языковых средств, гибкость, пластичность

истройность синтаксических конструкций, уместность употребления языковых средств позволяют «освоить представления о языке как более широкие, то есть охватить язык в масштабности его системы и всех его

проявлений» (А.Д. Дейкина) идаютвозможностьпостигатьрусскийязык

по законам логики и красоты» [96, с. 4].

22

ГЛАВА1. ЛИНГВИСТИКАХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

В когнитивной лингвистике эстетика текста понимается как соотне- сение обыденного (читательского) понимания красоты с индивидуально- авторским: «Для когнитивиста лингвистическая эстетика представляет

интерес, поскольку дает возможность выдвигать и верифицировать гипо-

тезы о том, каковы когнитивные механизмы, соотносящие между собой речь, ее буквальное и небуквальное понимание» [61].

Часто юный читатель не способен восхищаться нарисованной поэтом картиной природы или полетом мысли, т.к. не понимает значений слов, особенно если они многозначные, устаревшие или приобрели в совре- менном языке другое значение. Приведем случай непонимания значения устаревшего слова в следующем отрывке:

По дороге зимней, скучной Тройка борзая бежит, Колокольчик однозвучный Утомительно гремит.

Александр Пушкин «Зимняя дорога» [169]

Красивая картина неторопливого путешествия по зимней дороге непонятна пятикласснице из-за слова «борзая». Борза́я – это и порода собак, а бо́рзая в современном представлении – наглая, а вовсе не «бы- страя». Здесь и происходит столкновение современного представле-

ния читателя с авторским, опять же возникает когнитивный диссонанс,

только на этот раз возникший из-за неверного определения значения слова. Ни о какой эстетике в данном случае речи не идет. Эстетическое восприятие текста читателем возможно, только если при чтении сразу идет понимание текста, происходит «возникновение» перед внутрен- ним взором той картины, которую поэт нарисовал словами.

Образность – неоднозначное понятие. «Образ» и «образность» с раз- ных точек зрения рассматривается в философии, эстетике, литературове- дении, лингвистике, психологии и других науках.

В лингвистике образ понимается по-разному: 1) как выражение на- глядно-чувственного представления в значении слова (Е.Н. Колодкина); 2) какрезультатвзаимодействияпрямогоипереносногозначений(В.В. Ви-

ноградов) или словарного и контекстуального (И.Р. Гальперин). Вторая

трактовка связывается с пониманием эстетического значения слова.

23

В. Ю. МАКАРОВА. ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА НА УРОКАХ РУССКОГО ЯЗЫКА (КОГНИТИВНЫЙ ПОДХОД)

По мнению Р.О. Якобсона, поэтический текст как структуру особо- го рода характеризует поэтическая функция. Она направлена на языко- вой факт или сообщение, закодированное в тексте. Поэтическая функ-

ция ассоциируется у Якобсона с пониманием механизма поэтической

образности, который распространяется на разные уровни поэтического текста [223].

Рассуждая об образе как неотъемлемой части эстетики художествен- ного произведения, М.М. Бахтин писал: «Внешний образ изображенной скалы не только будет выражать ее душу (возможные внутренние со- стояния: упорство, гордость, непоколебимость, самодостаточность, то- ска, одиночество), но и завершит эту душу трансгредиентными ее воз- можному самопереживанию ценностями... Рядом с нею окажется ряд предметных эстетических ценностей, художественно значимых, но ли- шенных самостоятельной внутренней позиции, ибо в художественном целом не всякий эстетически значимый момент обладает внутренней

жизнью и доступен сопереживанию, таковы только герои-участники»

[16, с. 60]. Однако ученый говорил о прозе, а в поэтическом тексте при- рода часто играет роль не только фона (репрезентативная функция), на котором происходит действие, но и несет другие функции: эмоци- онально-эксперессивную (помогает в раскрытии основных пережива- ний лирического героя), оценочную (характеризует лирического героя как с положительной, так и с отрицательной стороны), волюнтатив-

ную (воздействует на сознание читателя), когнитивную (помогает в по-

знании самого себя и окружающей действительности через языковую картину мира). Когнитивная функция имеет несколько подфункций: мыслеформирующую (порождает различные мысли, вызванные созер- цанием природы), миромоделирующую (связанную с культурой самопо- знания, построения своих ценностей).

Образы создаются изобразительно-выразительными средствами языка, они действуют на воображение читателя, вызывая у него опре- делённые эмоции, запускают новую цепочку ассоциаций. «Поэтические

формулы», по выражению А.Н. Веселовского [38, с. 376], проникают в сознание читателя и пробуждают в нем ряд определенных эмоциональ- ных образов.

В современных исследованиях когнитивисты рассматривают обра-

зы (представления, понятия) как часть концептов, которые возникают

24

ГЛАВА1. ЛИНГВИСТИКАХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

в процессе познания мира, «отражают и обобщают человеческий опыт» [94, с. 56]. Поэтические образы связаны со словом, а слово способно «репрезентовать и заменять в сознании человека определенный осмыс-

ленный им фрагмент действительности, указывать на него, отсылать

к нему, возбуждать в мозгу все связанные с ним знания – как языковые, так и неязыковые» [там же, с. 68]. Образ – своеобразное осмысление действительности, часть ментальной структуры человеческого мозга (часть концепта). Авторские концепты переосмысливаются и трансфор- мируются в сознании читателя, отражают его рефлексию, мышление, способ познания мира.

Приведем в пример исследование одного концепта у разных уче- ных, чтобы показать, как меняются всем знакомые представления на индивидуально-авторские (у поэтов и писателей). Так, исследовали Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров выделяют концепт дом контексте культуры, в частности, в философии и лингвистике. Они рассматри-

вают различные значения данного концепта: дом как жилище, защита

от внешнего мира, дом как существование, бытие, а «язык – дом бы-

тия» [37, с. 422].

Концепт дома в русской культуре рассматривает В.А. Маслова, она расширяет значение концепта до «пространства мира», «первой все- ленной человека», затем сужает до пределов Родины, потом – дом- жилище становится «убежищем, последней опорой в жизни». В рус- ской литературе, считает исследователь, есть строители дома и его разрушители, что «отражает этическую модель поведения русских» [121, с. 234–235]. КакпримериндивидуальногоконцептаВ.А. Маслова показывает значение «дома» в творчестве Марины Цветаевой: «Через концепт дома М. Цветаева определяет не только свое, защищенное земное пространство, но собственный духовный мир, собственную сущность: В переулок сходи Трехпрудный, / В эту душу моей души…

Пространство дома расширяется у нее до целого большого города (Москвы) и даже целой страны:

Москва! – какой огромный Странноприимный дом! Всяк на Руси – бездомный. Мы все к тебе придем.

25

В. Ю. МАКАРОВА. ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА НА УРОКАХ РУССКОГО ЯЗЫКА (КОГНИТИВНЫЙ ПОДХОД)

Дом у нее также потустороннее царство (царство мертвых, моги- ла, гроб): дом на погосте, вечный дом, в призрачном доме…» [там же,

с. 236–237].

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что образ в сознании

как писателя, так и читателя часто преображается в концепт. Образ в ху- дожественном произведении самоценен, оригинален, связан с различны- ми функциями языка. Понятие «концепт» шире, чем образ, может объ- единять несколько образов, имеет обобщённый смысл для определенной культуры, но в художественном тексте выполняет роль и носителя нацио- нальной культуремы, и в то же время отражает индивидуально-авторское видение мира. И образы, и концепты помогают раскрыть содержание ху- дожественного произведения, оказывают эмоциональное и эстетическое воздействие на читателя, дают представление о стиле автора, его поэти- ческом мышлении и миропонимании.

Интерпретируемость – возможность по-своему трактовать прочи-

танное. Интерпретация (толкование) необязательно отталкивается от ав-

торской концепции видения мира, т.к. читатель обладает собственной си- стемой морально-этических, социальных и культурных норм.

«Художественный текст сложен и многослоен. Задача его интерпрета- ции – извлечь максимум заложенных в него мыслей и чувств художника. Замысел художника воплощен в произведении и только из него может быть реконструирован. Принцип общения художника и читателя назы-

вают принципом воронки: через широкую ее часть вливается весь мир.

Осознанный творцом, он выливается в конкретное произведение, исходя из которого читатель должен воссоздать все богатство действительности, сконцентрированное в художественном тексте» [99, с. 9].

Смысловая неоднозначность, имплицитность тоже является од- ной из характеристик поэтического текста. Скрытый (имплицитный) смысл в художественном произведении исследовали в своих трудах та- кие ученые, как А.А. Брудный, М.Б. Борисова, Т.И. Сильман – («под- текст»), (Г.Г. Молчанова – «имплицитный смысл»). И.В. Арнольд гово-

рит о «текстовой импликации», Н.А. Купина – о «глубинном смысле», А.А. Богатырев рассматривает «эзотерический смысл», И.А. Солодилова называет «импрессионистической концепцией смысла» [104, с. 23].

По мнению Е.И. Лелис, следует разграничить импликацию и подтекст:

«…импликация нерематична, однозначна, невариативна, легко структу-

26

ГЛАВА1. ЛИНГВИСТИКАХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

рируется; подтекст рематичен, поэтому многозначен, вариативен, труднее поддается структурированию. Импликация может содержать информа- цию, общуюдляцелогорядатекстов. Подтекстуникален, какнеповторимо

и уникально каждое художественное произведение» [там же, с.12]

Однако многие ученые уходят от этих понятий в область интерпре- тации художественного произведения (В.П. Белянин, А.Л. Никифоров, В.З. Демьянков), а другие останавливаются на понятии интертекст (Ю. Кристева, М.Н. Липовецкий, Е.Г. Еременко и другие).

С нашей точки зрения, какое бы понятие ни лежало в основе содер- жательной двуплановости, несомненно одно: поэтический текст очень сложен, многослоен. В нем есть разнообразные идеи, реминисценции

ичужие слова (интертекст), которые усложняют его восприятие, чтение

иосмысление, поэтому художественный текст трудно однозначно интер- претировать.

Говоря об интерпретации литературного произведения, А.А. Потебня

подчеркивал, что читатели способны дать разнообразные интерпрета-

ции прочитанному произведению, т.е. не существует единственно верной трактовки художественного текста, а есть много разных, которые имеют право на существование [165].

Использование когнитивного подхода при анализе поэтического тек- ста позволяет обнаружить ту информацию, которая вместе со знаниями эксплицитно и имплицитно передает отношение к сообщаемому. Это по- зволяет читателю вступить в диалог с автором, соотнести свои морально- этические и мировоззренческие ценности с позицией писателя.

Для «доказательной» и глубокой интерпретации художественного про- изведения, снашейточкизрения, необходимоиспользоватьмедленноепро- чтение текста, опираться на изучение биографических сведений об авторе, изучить/ составитьисторическуюикультурологическуюсправкуобэпохе, к которой принадлежит поэт / писатель, ознакомиться с критическими ста- тьями и очерками о произведении, сделать анализ художественного текста (любой его вид), обсудить текст произведения с кем-то (в том числе с уче-

никами на уроке), откликнуться на произведение, оформив свое мнение письменно (сочинение, рецензия, аннотация и др.).

Впример приведем творчество поэта-эмигранта Владислава Хода-

севича. Чтобы познать глубину его стихов, нужно иметь представле-

ние о самом поэте, который был известным пушкинистом и критиком.

27

В. Ю. МАКАРОВА. ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА НА УРОКАХ РУССКОГО ЯЗЫКА (КОГНИТИВНЫЙ ПОДХОД)

Он не относил себя к какому-либо литературному течению, хотя жил в конце XIX – начале XX в., когда в поэзии господствовал Серебряный век, блистали поэты-символисты: Сергей Соловьев, Александр Блок,

Константин Бальмонт и др., имажинисты: Вадим Шершеневич, Сергей

Есенин и др., акмеисты: Николай Гумилёв, Анна Ахматова, Осип Мандельштам и др., футуристы: Владимир Маяковский, Алексей Крученых, Игорь Северянин и др.

Россия вступила в сложный исторический период, который ознамено- вался Первой мировой войной и Великой Октябрьской социалистической революцией, когда пала Российская империя, а возникло новое государ- ство – СССР. Царскую семью расстреляли, интеллигенция подверглась гонениям, церквиразграблялись. Чтобысохранитьсвоюжизньисвободу, многие деятели искусства: русские писатели, поэты и художники – эми- грировали за границу. Владислав Ходасевич тоже уехал. Сначала посе- лился в Берлине, потом гостил у Горького в Сорренто (Италия), затем

переехал во Францию, где и жил до конца своих дней.

Его сборники стихотворений: «Молодость», «Путь зерна», «Тяжелая лира», цикл «Европейская ночь» – характеризуются критиками по- разному, но по-настоящему увлеченные его творчеством критики сходят- ся во мнении, что его перо становится все более хлестким, он отходит отклассическойпоэзии, отямбическихстихов, иявляется«однимизнаи- более ярких талантов, связанных с русской поэзией XX века» [21, с. 44].

Прочитаем и проанализируем стихотворение Владислава Ходасевича

«Пускай минувшего не жаль» (1921), входящее в сборник стихов «Тяжелая лира»:

Пускай минувшего не жаль, Пускай грядущего не надо – Смотрю с язвительной отрадой Времен в приближенную даль. Всем равный жребий, вровень хлеба Отмерит справедливый век.

А все-таки порой на небо Посмотрит смирный человек, –

Иодиночество взыграет,

Идушу гордость окрылит:

28

ГЛАВА1. ЛИНГВИСТИКАХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА

Он неравенство оценит И дерзновенья пожелает…

Так нынче травка проpaстaeт

Сквозь трещины гранитных плит. [211]

Стихотворение, на наш взгляд, связано с осмыслением места челове- ка в «новом» мире, который возник после Октябрьской революции 1917 года. Лирическийгеройпротивопоставлен«смирномучеловеку», онсвы- сока смотрит на попытки установить «всеобщее равенство», он горд и жаждет «дерзновенья». Именно его одиночество, желание отличаться от толпы, возвышаться над ней, роднит его с героем романтизма, с лер- монтовским Мцыри. А последние строки «так нынче травка прораста- ет сквозь трещины гранитных плит» – развернутая метафора жизни, ее обычных ценностей, которые были отвергнуты, но еще вернутся, потому что вечны и незыблемы.

Приведем критический анализ данного стихотворения, проведенный

Ю.И. Левиным – известным ученым, одним из тех, кто изучал творче- ство В. Ф. Ходасевича: «Главная тема – неудовлетворённость перспек- тивой всеобщего равенства и благополучия идет в русской литературе от «Записок из подполья» и является у Х. одним из вариантов его «ле- онтьевсконицшеанской» темы. Попутно отметим, что Он неравенство оценит и т.д. перекликается с тогда же написанной «Философией нера- венства» Н.А. Бердяева» [102]. Критик также находит реминисценции в данном стихотворении: перекличку с лермонтовскими строками «Уж не жду от жизни ничего я, И не жаль мне прошлого ничуть», пушкин- скую инверсию «Времен в приближенную даль», слово «неравенство» он тоже считает «акцентной цитатой из Пушкина». Отношение лириче- ского героя к раю, «которым грезят все» подчеркивается оксюмороном: «Смотрю с язвительной отрадой» [там же, с. 49].

Можно сделать вывод, что основная мысль стихотворения выражена достаточно четко, она прослеживается довольно легко, но что касается

полифонии или переклички с другими текстами, тут каждый реципиент может вложить свой смысл, а образы позволяют найти новые грани, рож- дают индивидуальные ассоциации. Однако знакомство с личностью по-

этаиисторическойэпохой, вкоторуюонжил, сеекультурнымнаследием

необходимо, чтобы правильно понять текст стихотворения.

29

В. Ю. МАКАРОВА. ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ПОЭТИЧЕСКОГО ТЕКСТА НА УРОКАХ РУССКОГО ЯЗЫКА (КОГНИТИВНЫЙ ПОДХОД)

Малый объем и информативность

Поэзия – искусство, в котором преобладает малая форма (стихотворе- ния). Но, несмотрянанебольшойобъем, каждоеслововпоэтическомтек-

сте несет большую смысловую нагрузку, содержит большое количество

информации. Проникнутьвегоглубиннуюструктуруможнотолькопутем долгого и кропотливого анализа от слова к его смыслу. Содержательно- фактуальная информация тоже чаще всего будет запутанной, поскольку поэзия не предназначена для сухой констатации фактов. Поэтический текст трудно понять при первом неглубоком прочтении, так как его со- держание не просто насыщено определенными событиями, он изобилу- ет сложнейшими образами-символами, которые, как и концепты, несут добавочную подтекстную информацию. Содержательно-концептуальная информация, призванная раскрывать авторский взгляд на мир, может быть завуалирована или вовсе не ясна, что опять же требует вниматель- ного, выразительного прочтения и вдумчивого анализа.

Поэтическое слово – предельное сосредоточие мысли и чувства:

«Сказать как можно короче и в то же время как можно больше о смысле человеческого бытия», о жизни и смерти, любви и верности, нравствен- ности и творчестве, добре и зле, – вот задача поэзии» [222].

В пример краткого стихотворения приведем моностих Валерия Брюсова:

О закрой свои бледные ноги [28, т. 1, с. 36]

Одна строка, в которую поэт вложил определенный смысл, вызвала много критики в свое время, Валерия Брюсова высмеивали за своеобраз- ный символизм и отсутствие этики. Может, описываемая женщина бо- ится простудиться или страдает малокровием? – спрашивал известный критик В.С. Соловьев.

В.В. Розанов в статье «О символистах и декадентах» нашел в тексте эротический посыл: «Эрос не одет здесь более поэзией, не затуманен, не скрыт; весь смысл, вся красота, все бесконечные муки и радости…–

все это здесь отброшено…Женщина не только без образа, но и всегда без имени фигурирует обычно в этой «поэзии», где голова в объекте изображаемом играет почти столь же ничтожную роль, как и у субъекта

изображающего… Угол зрения на человека и, кажется, на все человече-

ские отношения, то есть на самую жизнь, здесь открывается не сверху,

30