История наследственного права России

Становлениеиразвитиеинститутанаследования...

ников на имение после умершего, ежели тому не противоречило завещание, оставленное умершим»1.

И все-таки одним из первых юридических документов, регулирующих вопросы наследования в нашей стране, была Русская Правда.

Списки Русской Правды настолько различаются, что исследователи выделяют несколько ее редакций — групп текстов с существенно и целенаправленно измененными формой выражения и содержанием как в целом, так и их структурных и композиционных частей. Общепринятым является деление Русской Правды на Краткую, Пространную и Сокращенную редакции.

ВсоставеПравдыв Краткойредакции(сокращенно — Краткая Правда) выделяют древнейшую часть (ст. 1–18), обычно называемую Правдой Ярослава, или Древнейшей Правдой, и Правду Ярославичей с дополнительными статьями (ст. 19–41). Кроме того, в нее входят два самостоятельных установления: Покон вирный (ст. 42) и Урок мостникам (ст. 43).

Правда Ярослава отражает систему взаимоотношений лично свободных людей внутри дружины, «мира» или другого социального коллектива. Ее нормы — это обычаи, санкционированные государством в качестве правовых норм. В Правде Ярослава практически не упоминаются земледельцы, зато явственно присутствует челядь — патриархальные рабы.

Правду Ярославичей рассматривают как отдельный от Древнейшей Правды законодательный акт, принятый князьями Изяславом, Святославом и Всеволодом вместе с боярами. При этом они были достаточно активны в своей законотворческой деятельности, внося существенные изменения в традиционные нормы.

С Древнейшей Правдой традиционно связывают и заключительную часть Краткой Правды — Покон вирный.

Развитие на Руси в те годы отношений собственности способствовало становлению наследственного права. Причем в порядке наследования имелись существенные различия в зависимости от правоспособности наследодателя. Так, у бояр, дружинников и вообще свободных людей наследовать могли и дочери, у смердов

1 Беляев И. Д. История русского законодательства. СПб., 1999. С. 80.

21

Глава 1

же они получали лишь часть наследства, а если были замужем, не получали ничего; имущество считалось выморочным и поступало

впользу князя. При наследовании по закону, т. е. без завещания, преимущество имели сыновья умершего. При их наличии дочери неполучалиничего. Нанаследниковвозлагаласьлишьобязанность выдать сестер замуж. Наследство делилось поровну, но младший сынимелпреимущество — онполучалдворотца. Незаконныедети наследственных прав не имели, но если их матерью была рабаналожница, то они вместе с ней получали свободу.

Частноправовой характер отношений на Руси определялся и широкимраспространениемдоговоров. Изних, атакжеизпричинениявреда, какправило, ивозникали обязательственныеотношения. Порядок заключения договоров обычно был устным и сопровождался рядом символических действий: рукобитием, связыванием рукит. п. В рядеслучаевтребовалисьсвидетели. Изредка, по-види- мому, использовалась и письменная форма заключения договоров (о недвижимости). При невыполнении обязательств должник отвечал имуществом или свободой.

ВРусской Правде наиболее подробно регулируются договоры купли-продажихолопов, атакжекраденогоимущества, вещей, коней, самопродажи. Договор займа в качестве объекта предусматривал не только деньги, но и продукты (хлеб, мед). Зафиксировано три вида займа: обычный бытовой, упрощенный купеческий и закупничество (с самозакладом). Размер процентов зависел от срока займа (краткосрочный заем давался по наиболее высокой ставке — до 50%). Из договоров личного найма Русская Правда упоминает лишь о найме тиуна (ключника); если при этом договор не заключался, тиун автоматически становился холопом. Упоминаются также договоры перевозки и комиссии, хранения (поклажи); последняя рассматривалась как дружеская услуга, была безвозмездной и неформальной.

Семейное право в языческой Руси естественным образом опиралось на обычаи: практиковалось похищение невест, многоженство. Так, великий князь Владимир Святославич до крещения имел пять жен и несколько сотен наложниц. С приходом христианства

вкняжеских уставах и сборниках канонического права стали отражаться новые, пришедшие из Византии принципы — моногамия,

22

Становлениеиразвитиеинститутанаследования...

затрудненность развода, бесправие внебрачных детей, жестокие наказания за внебрачные связи.

ВПостранной редакции Русской Правды почти двадцать статей (ст. 90–109) посвящены вопросам наследования. По сути, это был первый раздел в старейшем древнерусском кодексе, посвященном становлению и формированию гражданско-правовых отношений на Руси. Главная идея, пронизывающая названные законоположения, — правовое неравенство субъектов наследственных отношений. Напомним, что древнерусское общество рассматриваемого периода было социально неоднородным, делилось на феодалов и феодально-зависимое население. К первым относились князья, бояре, духовенство, т. е. родоплеменная знать, ко вторым условно принадлежали смерды — юридически свободные, но экономически зависимые от феодала крестьяне; закупы — ограниченно дееспособные крестьяне, отрабатывающие свой долг — купу, и холопы, являющиеся в тот период объектами права, «говорящими орудиями».

Вназванных статьях устанавливается особое юридическое положение смердов в отношении наследства. Их права ограничены. Посмыслуч. 1 ст. 90 оставшиесяпослесмердадетинеимелиправа наследования его имущества. Так понимали эту норму и некоторые переписчики Пространной редакции в XIV–XV вв., добавляя слова «без детии». Однако в ч. 2 уточняется: если у смерда оставались дочери, они получали часть наследства, если они не были выданы замуж, на прокормление и, вероятно, на приданое. Такое противоречие этих условий указывает на то, что в первом случае имелось в виду, что у смерда нет только сыновей, а не детей вообще. Княжеская власть была заинтересована в существовании устойчивого хозяйства смерда, на котором не отражались бы смерть главы семьи и вступление во владение следующего поколения. Вместе с тем она препятствовала переходу этого хозяйства в собственность членовдругихсословныхгрупп, чтомоглобыиметьместо, еслибы дочери наследовали его и передавали в качестве приданого за пределы своего круга. С этим связано появление своеобразного русского права мертвой руки. Смерд здесь не общинник, а зависимый откняжескойвотчиныземледелец, потерявшийобщинные, наслед-

23

Глава 1

ственные и, вероятно, другие права, но возможно, что в результате брака дочери вотчинного смерда со смердом-общинником его владение могло вновь войти в число общинных, с чем и боролось княжеское законодательство1.

Иной порядок наследования распространялся на представителей родоплеменной знати. Устанавливалось, что после смерти бояр

идружинников могут наследовать не только сыновья, но и дочери. Переход феодальной собственности через дочерей в чужие руки не грозил выходом ее за пределы класса феодалов (ст. 91). Такая точка зрения была высказана в работах С.А. Покровского и поддержана Б.А. Рыбаковым и В.Н. Никольским2.

Формирование на Руси письменности привело к появлению еще одной формы наследования — по завещанию.

М.Ф. Владимирский-Буданов полагал, что наследниками могли бытьтолькодети, апотому«наследствопозаконуинаследствопозавещанию — в сущноститождественны». Однакоковторойполовине XIII в. относятсяуказаниянато, чтокругнаследниковпозаконубыл более широким, чем круг наследников по завещанию. Новгородский Синодальный список Правды 1282 г. не упоминает в этой статье детей и тем самым указывает на завещание дома не только по прямой нисходящей линии, но и по боковым. В сохранившемся завещании волынского князя Владимира Васильковича (1288 г.) в качестве наследников выступают его брат и жена, в завещании Климента новгородскому Юрьеву монастырю (до 1270 г.) наследодатель оправдывает передачу своих имений тем, что у него нет наследников. Это

ипозволило В.И. Сергеевичу, В.Н. Сторожеву, Н.А. Максименко, С.В. Юшкову считать, что по завещанию круг наследников-род- ственников мог быть более широким, чем по закону3.

1Российское законодательство X–XX веков. Т. 1. М., 1984. С. 114.

2Покровский С. А. О наследственном праве древнерусских смердов // Сов. государство и право. 1946. № 3–4; Рыбаков Б. А. Новая концепция предыстории Киевской Руси // История СССР. 1982. № 2; Никольский В. Н. О началах наследования в древнейшем русском праве. Историческое рассуждение.

3Подробнее см.: Максименко Н. А. Опыт критического исследования Русской Правды. Харьков, 1914. Вып. I; Дедов Н. Н. Древнерусское государство. Свердловск, 1958; Юшков С. В. Русская Правда; и др.

24

Становлениеиразвитиеинститутанаследования...

Анализ свидетельствует и о том, что вопросы наследственного права рассматривались в тот период не только в светских (государственных) судах, но и в судах церковных.

В первой половине XIII в. к числу подлежащих юрисдикции церкви относились дела, когда «братья или дети тяжаются» за имущество. В УставеВладимираииныхдокументахXIII–XV вв. также упоминается о наследственных тяжбах между сестрами и детьми и внутри племени, т. е. вообще между родственниками. О спорах о наследстве между братьями или детьми говорится и в новгородском Уставе Всеволода о церковных судах.

Вопросам наследования посвящены и другие статьи Русской Правды. В частности, ст. 93 регулировала наследственные права вдовы. Если вдова не выходит вторично замуж («сядет по муже»), тоонапозаконуполучаетнажизньопределеннуючастьимущества мужа (выдел). В Синодальном списке уточняется, откуда должна быть взята эта часть, — за счет уменьшения доли взрослых детей. Кроме того, вдова оставалась собственницей всего того, что было подарено мужем (украшения, одежда и прочее, что можно было возложить — надеть на нее). Эта норма закрепляла стремление законодателя передать имущество отца сыновьям, так как право вдовы на наследство могло привести к его уходу в руки ее нового мужа и его детей. По мнению А.А. Зимина, эта статья в условиях развития феодальных отношений изменяла старое общинное право наследования, по которому вдова оставалась полновластной хозяйкой имущества покойного супруга1.

Имущество, принадлежавшее первой, покойной жене оставившего наследство, наследуется детьми не от второго, а только от первого брака. Это правило распространялось и на то ее имущество, которое муж после ее смерти подарил своей второй жене, т. е. их мачехе. Особое имущество жены складывалось из приносимого ею в дом мужа приданого и подарков мужа. О применении норм этой статьи свидетельствует новгородская берестяная грамота № 9 третьей четверти XII в.2

1Подробнее см.: Памятники русского права. М., 1956. Вып. 1. С. 181.

2Российское законодательство X–XX веков. Т. 1. С. 116.

25

Глава 1

Принцип «сестра при братьях не наследница» был распространен в раннем древнерусском законодательстве (хотя уже в конце XV в. дочери были уравнены в наследственных правах с сыновьями. Пример тому дают нормы Судебника 1497 г.1). Однако это совершенно не значит, что дочери после смерти отца были брошены на «произвол судьбы». В силу ст. 95 Пространной редакции Русской Правды они обеспечивались приданым, которое после смертиотцавыделялосьимбратьями. Ононазывалось«вено». Еще одиннебезынтересныймомент: поУставукнязяЯрославаоцерковных судах родители должны были стремиться выдать дочь замуж,

впротивном случае они облагались штрафом в пользу церкви.

Кфеодально-зависимому населению относились холопы, которые были не субъектами права, а его объектами. Вероятно, что существование холопства и других форм личной зависимости способствовало возникновению интимных связей феодала с принадлежавшими ему женщинами-рабынями. Эту проблему регулировала ст. 98 ПространнойредакцииРусскойПравды. Внейговорится, что дети господина, рожденные от рабы, считаются незаконнорожденнымиипоэтомунеявляютсянаследниками, нопослесмертигосподина и они, и их мать получали свободу.

Важной задачей того времени являлось то, чтобы община

врезультате имущественных операций не распадалась. Поэтому ст. 100 Русской Правды закрепляла за младшим сыном при наследовании без завещания родительский дом со всеми связанными с ним хозяйственными постройками. По мнению Н.А. Максименко и А.А. Зимина, эта статья ограничивала волю завещателя, если он хотел оставить свой двор другому сыну. Статья подтверждает то, что взрослые дети жили отдельно в своих домах, а с родителями, как правило, оставался только младший сын2.

1Штамм С. В. Судебник 1497 г. М., 1955; Судебники XV–XVI вв. М.;Л., 1952. С. 27.

2Зимин А. А. К истории текста краткой редакции Русской Правды // Труды ИАИ. 1954. Т. 7; Его же. Феодальная государственность и Русская Правда // Исторические записки. 1965. Т. 76; Максименко Н. А. Опыт критического исследования Русской Правды. Вып. 1.

26

Становлениеиразвитиеинститутанаследования...

О достаточно высоком уровне регулирования наследственных отношений в XII–XV вв. говорит и тот факт, что закон в деталях предусматривал правовой статус членов семьи наследодателя, в частности его вдовы.

Вдова при малолетних детях была обязана сохранять имущество семьи (юридически — имущество мужа) для передачи его детям. Если она его утрачивала и оставляла детей без средств, а сама находила обеспечение, выйдя второй раз замуж, то обязана была выплатить детям утраченное, вероятно, из средств второго мужа. Анализ ст. 102 Русской Правды показывает, что вдова имела право пожизненно жить во дворе своего покойного мужа, несмотря на возражения ее детей. Она оставалась главой семьи и хранителем всего имущества, оставленного мужем, препятствуя самочинным действиям детей. Вероятно, при достижении самостоятельности после раздела имущества по завещанию или закону она получала причитающуюся ей часть (выдел) и сохраняла право жить в доме. Такой точки зрения придерживались И.Д. Беляев, Н. Дювернуа и другие русские ученые1.

Таким образом, право наследования имущества матери отличалось от права наследования имущества отца, хотя здесь также существовало наследование и по завещанию, и по закону. Дети не могли претендовать на раздел материнской части имущества, но она сама могла определить своего наследника или своих наследников, в том числе дочерей (ст. 106 Пространной редакции Русской Правды)2.

Вот как описывал процитированные нормы И.Д. Беляев. «За Мономаховым уставом в Русской Правде помещен сборник узаконений о наследстве. Неизвестно, были ли эти узаконения простым продолжением прежнего памятника или составляли нечто самостоятельное. Настоящий сборник разделяется на две части, из которых каждая была издана отдельно — одна прежде,

1Беляев И. КрестьяненаРуси. М., 1903; Дювернуа Н. Источникиправаисудв древней России. Опыты по истории русского гражданского права. М., 1869; Мартысевич И. Д. Псковская Судная грамота (историко-юридические исследовании).

М., 1951.

2Беляев И. Д. История русского законодательства. С. 236–239.

27

Глава 1

а другая после. Дела о наследстве по Владимирову и Ярославову уставам подлежали духовному суду и производились по Судному Закону. О них не упоминается в прежних редакциях Русской Правды. Но, повсейвероятности, НомоканоннеимелнаРусивсеобщего приложения, ибо на Руси еще до принятия христианства были свои обычаи, которые действовали рядом с Номоканоном. Вообще дела о наследстве производились большей частью по старым обычаям — судили сами родственники; к церковному же суду прибегали только лишь те, кто был недоволен старыми обычаями. При таком положении дел стали возникать споры между наследниками, из которых одни опирались на старые обычаи, другие — на Номоканон. Чтобы прекратить такие столкновения, законодатель издал новые законы.

Первый из настоящих сборников узаконений о наследстве состоит из пяти статей, определяющих собственно порядок наследования детьми после родителей без завещания. В первых двух статьях говорится о различии наследования у смердов и у бояр или, лучше сказать, у общинных и частных поземельных собственников. Эти статьи суть: 1) “Аже смерд умрет, то задницю князю; аже будут дщери у него дома, то даяти часть на не; аже будут замужем, тонедаятичастиим”. 2) “Ажев боярех, любов дружине, тозакнязя задниця не идет; но оже не будет сынов, а дщери возмуть”.

Статьи эти узаконяют, что смерду могут наследовать только сыновьяего, абоярину, напротив, сыновьяидочери. Такойпорядок наследования был не у одних русских, а у всех славян: чехов, сербов, поляковидругих. Основаниемдлятакогопорядкабылото, что у русских (и других славянских народов) как народа, занимавшегося по преимуществу земледелием, земля составляла главную собственность; прочее же имение, движимое и недвижимое, для него составляло неопределенную и сомнительную собственность, котораянемогласлужитьосновойв делеисполненияимобщественных обязанностей. А таккакпоземельноевладениеунихбылодвоякое: общинное и частное, то это и послужило причиной различия в наследовании у смердов и у бояр.

Смерд владел землей на общинных правах, т. е. с обязанностью нести известные общественные повинности. Поэтому

28

Становлениеиразвитиеинститутанаследования...

естественно, что право наследования в классе смердов ограничивалось только одними сыновьями, потому что только сыновья смерда могли по смерти его заступить его место, т. е. сделаться членами общины, способными отбывать общественные повинности и исполнять различные обязательства в отношении к общине. Дочери же смерда не могли заменить своего отца в обществе; поэтому как скоро умирал смерд, не имея сыновей, то имение его, за исключением части незамужним его дочерям, отдавалось князю, а земля — князю или общине.

Напротив, бояре были полными владельцами своих земель, поэтому им могли наследовать и дочери, и имение боярина только тогда считалось выморочным, когда после него не оставалось ни сыновей, ни дочерей. Этот порядок наследования указывает еще на то, что закон тогда знал только семью и не знал рода. Братья, дяди, племянники и другие родственники не имели права на наследование, и имение боярина, если у него не было ни сыновей, ни дочерей, а у смерда — только сыновей, считалось выморочным. Таким образом, здесь видно полное отсутствие родового порядка наследования.

Третья статья настоящего сборника говорит: “Аже кто умирая разделит дом свои детем, на том же стояти: паки ли без ряду умрет, то всем детем, а на самого часть дати по души”. Из этой статьи видно, что завещатель мог по своей воле разделить имение между сыновьями, не стесняясь никакими требованиями. Такой порядок явно противоречит Судному Закону, по которому завещатель должен был делить свое имение всем детям поровну, и вполне согласен с характером русских законов о наследстве, выраженных в договоре Олега с греками. Следовательно, статья эта была составлена в отмену узаконений Судного Закона. Впрочем, это можно сказать только относительно первой половины этой статьи; вторая же половина ее, где узаконяется, что завещатель должен отделять часть своего имущества в церковь, на помин души, целиком взята из Судного Закона.

Четвертая статья определяет участие жены в наследстве после мужа. Она в основании своем взята из Судного Закона. Вот эта статья: “Аще жена сядет по мужи, то дата ей часть, а у своих детей

29

Глава 1

взяти часть; а что на ню муж взложил, тому же есть госпожа, а задница ей мужня не надо-бе; будут ли дети, то что первой жены, то то возмут дети матери своей, любо си на жену будеть взложил, обаче матери своей возмут”. В силу этой статьи жена по смерти мужа имела право на такую же долю в наследстве, какую получали и все сыновья, если только муж при жизни своей не выделил уже ей части своего имущества. Несмотря на то, что статья эта имеет много общего с подобной же статьей Судного Закона, она имеет и свою важную особенность, а именно: по Номоканону жена получала долю из мужнина имения только на прожитие, по Русской же Правде она получала такую долю в полную собственность, так что если она выходила второй раз замуж, то по смерти ее дети первой жены ее мужа не имели права на ее имущество, если она сама, по доброй воле, не отказывала им имущества своего.

В пятой статье говорится: “Аже будет сестра в дому, то тойзадници не имати, но отдадят ю братия замуж, како си могут”. Статья эта удаляет сестру от участия вместе с братьями в наследовании имения после отца. Она, очевидно, составлена на основании русскихилиобщеславянскихобычаев. В СудномЗаконеподобнойстатьи нет, напротив, она находится во всех славянских законодательствах, по которым сестра не допускалась к участию в наследстве; только братья должны были пристроить ее сообразно со своими средствами.

Эти пять статей узаконений о наследстве, очевидно, вскоре оказались недостаточными; в практической жизни возникло очень много юридических вопросов, которые должно было разрешить законодательство. Ответом на эти вопросы служит новый сборник узаконений о наследстве.

Вовторомсборникеузаконенийонаследстверазрешаютсяследующие вопросы:

Во-первых, имеют ли незаконнорожденные дети права наследования, равные с законнорожденными? По древним русским и вообще славянским законам не делалось никакого различия между законнорожденными детьми и незаконнорожденными, но с введением христианства на Руси относительно этого вопроса возникли недоумения, так как по Номоканону незаконнорожденные дети

30