Обеспечение прав и законных интересов несовершеннолетних потерпевших в уголовном судопроизводстве

ГЛАВА I

свобод (1950) и некоторые другие документы, в частности Декларацию основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, принятую резолюцией 40/34 Генеральной Ассамблеи ООН от 29.11.1985, нормы которой составляют основу процессуального статуса потерпевшего в международном праве.

Изучение постановлений Конституционного Суда Российской Федерации по делу о проверке конституционности положений ч. 1 и 2 ст. 295 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина М. А. Клюева65, по делу о проверке конституционности положений ч. 3, 4 и 5 ст. 377 УПК РСФСР66 и по делу о проверке конституционности положений ч. 2 и 4 ст. 20, ч. 6 ст. 114, п. 3 ч.1 ст. 145, ч. 3 ст. 318, ч. 1 и 2 ст. 319 УПК РФ в связи с запросами Законодательного собрания Республики Карелия и Октябрьского районного суда города Мурманска67 показывает, что Конституционный Суд РФ наряду с иными общепризнанными нормами международного права руководствуется положениями Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью.

Аргументировав свои решения положениями указанной Декларации, Конституционный Суд РФ тем самым признал, что данный документ содержит общепризнанные принципы и нормы международного права.

Необходимо отметить, что положения Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью практически без изменения вошли

внекоторые нормы Конституции Российской Федерации (в частности, в ст. 52 Основного закона, согласно которой права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом и государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба), что служит еще одним подтверждением ее общепризнанного характера.

Помимо перечисленных документов в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации делается ссылка на решения Европейского суда по правам человека, имеющие силу прецедента. Так, в решении по делу о проверке конституционности положений ч. 1 ст. 47 и ч. 2 ст. 51 УПК РСФСР

всвязи с жалобой гражданина В. И. Маслова Конституционный Суд, аргументируя свою позицию, использовал решения Европейского суда по правам человека, в частности решение от 24.05.1991 по делу Quaranta, Series A, no. 205, para 27;

31

ГЛАВА I

решение от 24.11.1993 по делу Ymbrioscia, Series A, no. 275, para 36; решение от 08.02.1996 по делу Murray, 1996-1, para 66 и другие68. Тем самым и судебную практику можно считать источником международного, а в силу ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации – и национального права.

Применительно к уголовному судопроизводству Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 31.10.1995 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» обратил внимание судов, что при осуществлении правосудия надлежит исходить из того, что общепризнанные принципы и нормы международного права, закрепленные в международных пактах, конвенциях и иных документах, и международные договоры Российской Федерации являются в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации составной частью ее правовой системы. Он указал также, что суды не вправе применять нормы закона, регулирующего возникшие правоотношения, если вступившим в силу для Российской Федерации международным договором, решение о согласии на обязательность которого для Российской Федерации было принято в форме федерального закона, установлены иные правила, чем предусмотрены законом, поясняя, что в этих случаях должны применяться правила международного договора Российской Федерации.

Положения данного постановления нашли свое развитие

вУПК (ч. 3 ст. 1), в котором указано, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российского Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство.

Анализ основных документов Организации Объединенных Наций, определяющих понятие и правовое положение потерпевшего в уголовном судопроизводстве, показывает, что

вмеждународном праве до последнего времени практически не использовался термин «потерпевший»69. Вместо него ООН было выработано более емкое понятие «жертва преступления», которое применяется и к несовершеннолетним потерпевшим.

Проблемами уголовного судопроизводства, и в частности проблемами обеспечения прав человека в сфере уголовного судопроизводства, мировое сообщество занимается с момента образования ООН, с конца 40-х годов XX в. Первые предпосылки возникновения прав жертв преступления можно об-

32

ГЛАВА I

наружить в первых же основополагающих документах ООН, например во Всеобщей декларации прав человека и Международном пакте о гражданских и политических правах70.

Дальнейшее формирование правового статуса жертв преступления связано с появлением специальных международ- но-правовых актов, касающихся прав человека, среди которых можно назвать Декларацию о ликвидации всех форм расовой дискриминации, принятую 20.11.196371; Международную конвенцию о ликвидации всех форм расовой дискриминации от 07.03196672; Декларацию о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 09.12.197573; Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка от 17.12..197974; итоговый документ Шестого конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, состоявшегося в 1980 г. в Каракасе (Венесуэла), получивший название «Каракасская декларация»75; Конвенцию против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания от 10.12.198476 и другие77.

Характеризуя влияние перечисленных документов на формирование правового положения жертв преступления, следует отметить, что эти документы закрепляют перечень их прав, ранее не содержавшихся в международных документах универсального характера. Среди них можно назвать право на эффективные средства правовой защиты, право на возмещение ущерба и реабилитацию, элементы права на обеспечение безопасности жертв преступления со стороны государства. Однако до 1985 г. в международном законодательстве отсутствовало само понятие «жертва преступления» и все внимание было сосредоточено на защите жертв преступления отдельных видов – дискриминации, пыток и других.

Решающим шагом в формировании понятия и правового положения жертвы преступления стало принятие 29.11.1985 резолюцией 40/34 Генеральной Ассамблеи ООН Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью (далее – Декларация).

Цель Декларации была сформулирована в п. 3 указанной резолюции и определялась как оказание содействия правительствам и международному сообществу в их усилиях, направленных на обеспечение справедливости и оказание помощи жертвам преступления и злоупотребления властью.

33

ГЛАВА I

Следует отметить, что благодаря принятию этой Декларации впервые на международном уровне было сформулировано понятие жертвы преступления и закреплены основы процессуального статуса лица, пострадавшего от преступления.

Под термином «жертва преступления» в соответствии с п. 1 Декларации понимаются лица, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего действующие национальные уголовные законы го- сударств-членов, включая законы, запрещающие преступное злоупотребление властью.

Согласно п. 2 Декларации понятие «жертва преступления» наряду с непосредственными жертвами преступления распространялось и на лиц, непосредственно ими не являющихся, поскольку термин «жертва» в соответствующих случаях включал «близких родственников или иждивенцев непосредственной жертвы, а также лиц, которым был причинен ущерб при попытке оказать помощь жертвам, находящимся в бедственном положении, или предотвратить виктимизацию».

Если соотнести понятие потерпевшего, закрепленное в ч. 1 ст. 42 УПК, с определением жертвы преступления, данным названной Декларацией, то, с одной стороны, оно будет шире, поскольку включает в себя помимо физического еще и юридическое лицо, а с другой стороны – зауженное, так как охватывает только лиц, которым преступлением причинен вред непосредственно, и не распространяется на иных лиц, в той или иной мере пострадавших от совершенного преступления (родственников, близких лиц или находящихся на иждивении непосредственной жертвы преступления).

Однако есть все основания утверждать, что физическое лицо, являющееся потерпевшим по уголовно-процессуальному законодательству, одновременно является жертвой преступления и, соответственно, обладает всеми процессуальными правами, которыми наделены жертвы преступления. В свете рассматриваемых проблем, касающихся понятия «жертвы преступления», необходимо обратить внимание на регламентацию положениями п. 2 Декларации права лица считаться жертвой независимо от того, был ли установлен, арестован, предан суду или осужден правонарушитель, а также независимо от родственных отношений между правонарушителем и жертвой.

34

ГЛАВА I

Кроме того, значимость Декларации проявляется еще и в том, что наряду с определением понятия жертвы преступления она закрепила основные принципы осуществления правосудия для жертв преступления, из числа которых наиболее значимыми можно отметить следующие78:

1. Справедливое обращение с жертвами преступления.

Понятие«справедливый»можетиметьнесколькооттенковзначения: 1) действующий беспристрастно, соответствующий истине; 2) осуществляемый на законных, честных основаниях; 3) истинный, правильный. Под «обращением» понимается проявление отношения к кому-либо, чему-либо в поведении, поступках79.

Указанное положение находит свое проявление в различных нормах Декларации, однако в первую очередь в п. 4, согласно которому «к жертвам преступления следует относиться с состраданием и уважать их достоинство». В п. 16 и 17 Декларации отмечается, что работникам полиции, системы правосудия и другому соответствующему персоналу следует проходить подготовку, позволяющую обеспечить понимание ими потребностей жертв и руководящих принципов оказания надлежащей оперативной помощи, а при предоставлении услуг и помощи жертвам уделять внимание тем, кто испытывает особые потребности, обусловленные характером ущерба и другими факторами.

Дух и буква этого основополагающего принципа обращения с жертвой преступления80 получил свое развитие в остальных положениях, таких как доступ к правосудию, обеспечение безопасности, использование неофициальных механизмов и другие.

2. Доступ к правосудию.

Право жертв преступления на доступ к механизмам правосудия закрепляется в п. 4 и раскрывается в п. 6 Декларации. В этой связи Декларация призвана содействовать «предоставлению жертвам информации об их роли и об объеме, сроках проведения и ходе судебного разбирательства и о результатах рассмотрения их дел, особенно в случаях тяжких преступлений, а также в случаях, когда ими запрошена такая информация (п. 6.а); обеспечению возможности изложения и рассмотрения мнений и пожеланий жертв на соответствующих этапах судебного разбирательства в тех случаях, когда затрагиваются их личные интересы, без ущерба для обвиняемых и согласно соответствующей национальной системе уголовного правосудия (п. 6.в); предоставлению надлежащей помощи жертвам на протяжении всего судебного разбирательства (п. 6.с)».

35

ГЛАВА I

Вместе с тем «доступ к правосудию является комплексным понятием, гораздо более широким, чем обычные требования, связанные с возможностью получения доступа к органам полиции, прокуратуры, защиты, судебным и исправительным службам. Оно охватывает также требования, связанные с ответственностью за преступление, защитой потерпевших… а также требованием соблюдения законности работниками уголовной юстиции. Кроме того, оно включает защиту прав групп населения, находящихся в неблагоприятном положении и в наибольшей степени подверженных виктимизации или криминализации»81.

3. Обеспечение безопасности жертв преступления.

Наряду с традиционными проблемами жертв (возмещение причиненного вреда и другие) Декларация уделяет внимание обостряющейся с каждым годом проблеме безопасности жертв преступления и их семей. Указанный принцип находит свое выражение в п. 6.d Декларации, где говорится о целесообразности «принятия мер для сведения к минимуму неудобств для жертв, охраны их личной жизни в тех случаях, когда это необходимо, и обеспечения их безопасности, а также безопасности их семей и свидетелей с их стороны и их защиты от запугивания и мести».

4. Использование неофициальных механизмов.

К неофициальным механизмам урегулирования споров Декларация относит посредничество, арбитраж, суды обычного права, местную практику (п. 7). Неофициальные механизмы, наряду с официальными механизмами правосудия, следует использовать «с тем, чтобы содействовать примирению и предоставлению возмещения вреда жертвам». Неофициальные процедуры должны носить оперативный характер, являться справедливыми, недорогостоящими и доступными (п. 5). Жертв, стремящихся получить компенсацию с помощью таких механизмов, следует информировать об их правах (п. 5). Как справедливо отмечает О. А. Зайцев, применение неофициальных механизмов должно способствовать благоприятному для жертв разрешению конфликта, по крайней мере в той же степени, что и при использовании официальной системы82.

5. Обеспечение права на реституцию, компенсацию и социальную помощь.

Седьмой конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями понятие «реституция» определил как означающее платежи или услуги со стороны

36

ГЛАВА I

правонарушителя либо непосредственно потерпевшему, либо косвенным потерпевшим, таким как семья потерпевшего или община. В свою очередь, термин «компенсация» был определен как означающий выплаты потерпевшим со стороны официальных органов (например, судов) из специальных общественных, государственных фондов83.

Жертвы, их семьи или иждивенцы при соответствующих обстоятельствах имеют право на справедливую реституцию со стороны правонарушителей или третьих лиц, несущих ответственность за их поведение (п. 8). Если правонарушителями являются государственные должностные лица или другие представители, действующие в официальном или полуофициальном качестве, то жертвы должны получать реституцию от государства (п. 11). Указанная реституция должна включать возврат собственности или выплату за причиненный вред или ущерб, возмещение расходов, понесенных в результате виктимизации, предоставление услуг и восстановление в правах (п. 8). Кроме того, правительствам рекомендуется рассмотреть возможность придания реституции статуса меры наказания по уголовным делам в дополнение к другим уголовным санкциям (п. 9).

Декларация закрепляет право жертв преступления на скорейшую компенсацию за нанесенный им ущерб (п. 4), причем внимание обращается именно на своевременное возмещение ущерба. Оперативный характер получения компенсации подчеркивается п. 5, который в этих целях рекомендует наряду с официальными использовать возможности и неофициальных процедур, а также подпунктом «е» п. 6, согласно которому содействовать потребностям жертв преступления следует путем «предотвращения неоправданных задержек при рассмотрении дел и выполнении постановлений или решений о предоставлении компенсации жертвам».

В то же время авторы рассматриваемого документа признают, что от правонарушителя не всегда возможно быстро и полном объеме получить возмещение. В этих случаях государствам настоятельно рекомендуется принимать меры к предоставлению финансовой компенсации следующим категориям жертв преступления:

а) лицам, которые в результате тяжких преступлений получили значительные телесные повреждения или существенно подорвали свое физическое или психологическое здоровье;

37

ГЛАВА I

б) семьям, в частности иждивенцам, лиц, которые умерли или стали физически или психически недееспособными в результате такой виктимизации.

Следует отметить, что в группу наиболее нуждающихся в защите лиц включены как непосредственные жертвы преступления (п. 12.a) – потерпевшие, – так и лица, непосредственно ими не являющиеся (п. 12.b). При этом особое внимание уделено жертвам преступления против личности.

В Декларации признается, что еще далеко не все государства по своим финансовым возможностям в состоянии возмещать причиненный ущерб своим гражданам, являющимся жертвами преступления, и в связи с этим указывается на целесообразность создания, укрепления и расширения национальных фондов для предоставления компенсации жертвам, а при необходимости и иных фондов в этих же целях (п. 13).

Кроме того, жертвы преступления в соответствии с п. 14 имеют право на необходимую материальную, медицинскую, психологическую и социальную помощь по правительственным, добровольным, общинным и местным каналам, а также на информацию о наличии указанной помощи и полную возможность ее использования (п. 15).

Определенное внимание в Декларации уделяется жертвам злоупотребления властью, понятие которых раскрывается в одноименном разделе рассматриваемого документа. Согласно п. 18 Декларации под жертвами злоупотребления властью понимаются лица (в том числе несовершеннолетние), которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав, в результате действия или бездействия, еще не представляющего собой нарушение национальных уголовных законов, но являющегося нарушением международно признанных норм, касающихся прав человека.

Различие между понятиями «жертва преступления» и «жертва злоупотребления властью» состоит в том, что если жертвам преступления вред причиняется виновно совершенным общественно опасным деянием, предусмотренным уголовным кодексом под угрозой наказания (преступлением), то жертвам злоупотребления властью вред причиняется деянием, не являющимся преступлением, но нарушающим международно признанные нормы, касающиеся прав человека.

38

ГЛАВА I

Иными словами, злоупотребления властью хотя и нарушают международно признанные нормы, касающиеся прав человека, но преступлениями не являются, оставаясь правомерными с точки зрения уголовного закона данного государства, вследствие чего порядок уголовного судопроизводства на указанные деяния не распространяется.

Злоупотребление властью следует отличать от злоупотребления должностным полномочиями, которое, в отличие от злоупотребления властью, является преступлением и, следовательно, жертвы злоупотребления должностными полномочиями будут являться не жертвами злоупотребления властью, а жертвами преступления.

Подводя итог анализу Декларации, следует отметить, что данный документ установил систему стандартов и руководящих принципов правового положения жертв преступления, предназначенную для реализации в правовых системах государств мира. Так, в докладе Генерального секретаря ООН «Меры по осуществлению Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью» констатируется, что Декларация получила широкое признание в национальных правовых системах84, «выразившееся если не в виде точных формулировок ее положений, то в соблюдении ее духа и содержания»85.

Сделанный вывод подтверждается использованием положений Декларации Конституционным Судом Российской Федерации для формирования собственной правовой позиции и аргументирования своих решений86.

Кроме того, выполнение резолюций ООН рассматривается как выполнение обязательств по Уставу ООН87.

После принятия в 1985 г. Декларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью в международном праве продолжилась дальнейшая разработка стандартов и принципов правового положения жертв преступления, заложенных данным документом. Декларация стала основой для разработки новых международных документов, регламентирующих положение жертв преступления в уголовном судопроизводстве.

Среди международных нормативно-правовых актов, сыгравших свою роль в последующем формировании правового статуса жертвы преступления, в первую очередь следует выделить следующие: документ под названием «Осуществление Декларации основных принципов правосудия для жертв пре-

39

ГЛАВА I

ступления и злоупотребления властью», принятый Экономическим и социальным советом ООН 24.05.198988; Конвенцию о правах ребенка от 20.11.198989; резолюцию Экономического и социального совета ООН под наименованием «Жертвы преступления и злоупотребления властью» от 24.05.1990; Рекомендации относительно международного сотрудничества

вобласти предупреждения преступности и уголовного правосудия в контексте развития; резолюцию «Меры по борьбе с международным терроризмом», резолюцию «Защита прав человека жертв преступления и злоупотребления властью» (август-сентябрь 1990 г.)90; Декларацию о защите всех лиц от насильственных исчезновений от 18.12.199291; Венскую декларацию и программу действий от 25.06.199392; Международные стандарты для органов по поддержанию правопорядка, подготовленные центром ООН по правам человека в 1996 г.93; Римский статут международного уголовного суда от 17.06.199894; Конвенцию против транснациональной организованной преступности от 15.11.200095; Конвенцию по борьбе с финансированием терроризма от 10.04.2002 и другие.

Анализ перечисленных документов позволяет сделать вывод, что в деятельности ООН и функционирующих под ее эгидой организаций в последние годы наметилась тенденция перехода от разработки общих принципов и стандартов, определяющих правовое положение жертв преступления (включая несовершеннолетних), к созданию конкретных механизмов по реализации предоставленных им прав в практической деятельности.

Так, в итоговых документах Десятого конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (от 10–17.04.2000) отмечено, что по основным принципам правосудия для жертв преступления, воплощенным

вДекларации основных принципов правосудия для жертв преступления и злоупотребления властью, достигнут международный консенсус96. Государства призываются к разработке ориентированных на конкретные действия программных рекомендаций, основанных на учете потребностей жертв; приему национальных, региональных и международных планов действий в поддержку жертв преступления; рассмотрению вопроса о создании фондов для жертв преступления и другому97.

Внастоящее время особое внимание уделяется вопросам реституционного правосудия для жертв преступления. «Реституционными являются такие процессы, в ходе которых

40