Явление и вещь в себе

Проще всего понять философию Шопенгауэра, рассмотрев сперва ее основную идею, насквозь пронизывающую его творчество. Это различие между явлением и вещью в себе, позаимствованное им у Канта. Мир явлений — это вещи, какими мы представляем их, исходя из чувственного опыта и результатов научных исследований, иными словами, эм­ пирический мир. Нельзя понимать явление как непо­ средственную иллюзию: предметы нашего эмпирического познания — это не галлюцинации, а, если использовать для их обозначения греческое слово, феномены, наполняющие собой мир. Впрочем, до сих пор остается нерешенным воп­ рос, состоит ли мир только из одних феноменов. Должны ли мы рассматривать то, что есть, как бытие, полностью исчерпываемое нашим эмпирическим опытом? Мы можем, по крайней мере, вообразить реальность, существующую независимо от нашего опыта, это и есть то, что Кант подра­ зумевал под вещью в себе.

Выводы, к которым пришел Кант, призваны показать, что познание ограничено: мы никогда не сможем узнать, каков мир сам по себе, — но только каким он может яв­ ляться нам, ученым или обывателям. Поэтому стремление

явления вне и Внутри

Шопенгауэр

представителей традиционной метафизики к знанию о Бо­ ге, о бессмертии души или о сверхъестественном порядке, распространяющемся на весь универсум, обречено. С точ­ ки зрения Шопенгауэра, высказанной в его «Критике кан­ тианской философии», Кант добавил к этому негативному результату еще два более позитивных. Первым из них была идея о том, что в мире явлений действуют фундаменталь­ ные и необходимые организующие принципы, которые мо­ гут быть познаны. Вторым — точка зрения на то, что этику не следовало бы относить к сфере явлений, что она не есть знание в том смысле, в каком им является наука: считая себя существами, которые должны действовать и решать, что правильно, а что нет, мы не задаемся вопросом о том, каковы основания эмпирического мира.

Во-первых, примем идею о том, что явление, мир, ка­ ким мы его представляем, необходимо имеет определен­ ную структуру. Кант полагал, что мир явлений должен об­ ладать протяженностью в пространстве и времени. Види­ мо, трудно вообразить себе мир, в котором нет времени и пространства, но Кант пошел дальше и доказал, что вне этих категорий мир непознаваем вообще. Подобный подход при­ меняется также к причине и следствию и к принципу неиз­ меняемости вещи во времени. Эмпирический мир, соглас­ но его собственным законам, должен состоять из одних и тех же вещей, организованных во времени и пространстве и оказывающих друг на друга систематическое воздей­ ствие. Ничто иное, доказывал Кант, не может считаться известным нам эмпирическим миром. Впрочем, Кант пи­ сал — и это наиболее поразительное его утверждение, — что данные законы не действуют в мире, какой он есть сам по себе. Это лишь принципы, определяющие, каким дол­ жен быть мир, чтобы мы могли воспринимать его явления.

Так, пространство и время, причина и следствие имеют от­ ношение только к тому способу, каким вещи нам являются. Вычтем воспринимающего субъекта, и ничего от структуры мира не останется.

Второй положительный момент философии Канта ка­ сается нашего мнения о самих себе. Также как и к попытке понять мир, нас призываю т к действию и принятию реше­ ний, обусловленных в конечном счете вопросами морали. Кант доказывает, что мораль действенна только в том слу­ чае, когда каждый из нас считает себя исключительно ра­ циональным существом, которое подчиняется долгу и име­ ет свободу избирать принципы будущих действий. Ни один вид эмпирического исследования не изобличает в нас со­ вершенно рациональных свободных существ; если угодно, это невозможно в физическом мире. Тем не менее это наша концепция самих себя, которая у нас должна быть. Таким образом, даже если мои знания ограничены по отношению к эмпирическому миру, я никогда не смогу поверить, что то, чем я являюсь, точно так же ограничено. Проще говоря, кантовская идея заключается в следующем: я должен ду­ мать, что внутри себя — независимо от того, как выгляжу со стороны, — я свободная и исключительно рациональ­ ная личность.

Когда Шопенгауэр, будучи студентом в Геттингене, по­ знакомился с кантовской философией, он нашел ее убеди­ тельной, но не полной. Он принял различие явления и вещи в себе. Что касается явления, то Шопенгауэр, хотя и счи­ тал, что позиция Канта по этому вопросу требует корректи­ ровки, в целом рад был признать, что эмпирический мир не существует сам по себе, а его структура определяется за­ конами п ро странства, времени и причинности, у с та ­ навливаемыми нами. Напротив, в отношении вещи в себе

явления вне и Внутри