и пессимизм

Неустранимое страдание

От ночи бессознательности пробудившись к жизни, воля видит себя индивидом в каком-то бесконечном и безграничном мире, среди бесчисленных индивидов, которые все к чему-то стре­ мятся, страдают, блуждают; и как бы испуганная тяжелым сно­ видением, спешит она назад к прежней бессознательности. Но пока она не вернется к ней, ее желания беспредельны, ее при­ тязания неисчерпаемы, и каждое удовлетворенное желание рождает новое. Нет в мире такого удовлетворения, которое мог­ ло бы утишить ее порывы, положить конец ее вожделениям и заполнить бездонную пропасть ее сердца. И при этом обратите внимание на то, в чем обыкновенно состоит для человека вся­ кое удовлетворение: по большей части это не что иное, как скуд­ ное поддержание самой жизни его, которую необходимо с неустанным трудом и вечной заботой каждый день отвоевы­ вать в борьбе с нуждою, а в перспективе виднеется смерть. Все в жизни говорит нам, что человеку суждено познать в земном счастии нечто обманчивое, простую иллюзию. Для этого глубо­ ко в сущности вещей лежат задатки \ 1

1 The World as Will and Representation. Vol. 2. P. 153.

зм и пессим и е и ван ство е ущ С

Шопенгауэр

Четвертый том «Мира как воли и представления» — заключительная часть книги, ее стройное завершение. Стро­ гий стиль, которого придерживается здесь Шопенгауэр, от­ ражает важность обсуждаемых вопросов, в том числе и эти­ ческих, которые мы рассматривали выше. Это вопросы, свя­ занные с определением человеческой сущности. Лишь очень немногим авторам достало проницательности и крас­ норечия, чтобы внести сколько-нибудь значимый вклад в эту область философии, и Шопенгауэр, несомненно, при­ надлежит к их числу.

Всматриваясь в мир, Шопенгауэр находит его полным суеты, скуки, боли, несчастья — одним словом, страданий. Можно объяснять такую позицию тем, что автор склонен к пессимизму. Кто-нибудь другой добавил бы к этому спи­ ску удачу, внезапное счастье, удовлетворенность, награду за тяжкий труд... Может быть, Шопенгауэр просто не довел до конца свой перечень? В таком случае его пессимистич­ ное отношение к миру поверхностно и немотивированно. Но не в этом дело. Согласны мы с Шопенгауэром или нет, он располагает фактами, из которых можно сделать далеко идущие выводы относительно ценности человеческой жиз­ ни. Она исполнена страданий, невозможно отдать ей пред­ почтение перед небытием. Лучше, если бы реальность не существовала вовсе. Эти утверждения позволяют нам счи­ тать ф илософ ию Ш опенгауэра пессимистичной.

Страдание необходимо присутствует в жизни каждого индивида. Человек — земное создание — вынужден, как правило, преодолевать трудности ради достижения своих целей. Ш опенгауэр полагает, что каждое существо, посколь­ ку оно стремится к чему-то и осознает свои потребности и возмож ность их удовлетворения, есть существо страдаю­ щее. Эту мысль можно частично проиллюстрировать на при­

мере такого явления, как эгоизм . М еж ду лю дьм и, б о р ю щ и ­ мися за свое существование и пр есл е дую щ и м и те или и ны е

Впрочем, можно предполож ить иную вза и м о с в я зь м еж ­

дустрастью и страданием. Если я всем уд о вл е тво р е н и ни в чем не испытываю недостатка, н и каких ж ел ан и й у меня не возникнет. Только неудовлетворенность м ож ет зас тави ть

меня бороться, и эта неудовлетворенность тож е есть с в о е ­ образная форма страд ан ия . Б олее того, я м о гу не д о ­ стигнуть поставленной цели, и в этом случае буду п о -п р е ж ­ нему испытывать недостаток в том, что безуспеш но пытался заполучить, и вкупе с сознанием невы полненной задачи это будет приносить мне страдания . Разум еется, мы м ож ем представить себе некое существо, которое всегда успеш но выполняет задуманное. Но что случается с нами, когда мы добиваемся того, к чему стремились? Мы испы ты ваем ч ув ­ ство, которое назы ваем удовл етворением или счастьем . Однако, по мнению Ш опенгауэра, это чувство имеет о тно ­ шение лишь к тому обстоятельству, что был устранен не­ кий недостаток. Итак, удовлетворение может испытать толь­ ко страдающее существо и только в связи с собственны м и страданиями. Ш опенгауэр придает удовлетворению отри­ цательное, а боли полож ительное значение. Боль — это то, что мы чувствуем, удовлетворение — нечто отсутствую ­ щее, ведь почувствовать себя удовлетворенным — значит вернуться к своему обы чному состоянию , избавивш ись от

пессимизм и Существование

'л * k .-4*

Ш о п е н г а у э р

I

ч у в с т в а , что чего-то как будто недостает. Когда я ни в чем не испытываю недостатка и мне не за что бороться, чув­ ство удовлетворения теряет для меня свою ценность. Если такое состояние продолжается достаточно долго, мне ста­ новится попросту скучно. Скукой, считает Шопенгауэр, на­ полнена вся наша жизнь. Но мы не останавливаемся на достигнутом: «Каждое удовлетворенное желание порож­ дает новое». Это значит, что, каких бы успехов мы ни доби­ лись, мы будем ставить перед собой все новые и новые цели

— и снова и снова обрекать себя на страдание. Таким об­ разом, достижение цели не избавляет от страдания как та­ кового.

В большинстве случаев в жизни соблюдается некото­ рое равновесие между страданием и удовлетворенностью, ровно настолько, чтобы сделать эту жизнь сносной:

Такова жизнь почти всех людей: они желают, знают, чего жела­ ют, борются за выполнение своих желаний достаточно успеш­ но, чтобы не впасть в отчаяние, но недостаточно успешно, что­ бы спастись от скуки и ее последствий Ч

Однако если мы ограничимся рассмотрением того фак­ та, что страдание существует, и зададимся вопросом о том, есть ли что-то хорошее в существовании, исполненном стра­ дания, мы не сможем сказать, что страдание компенсиру­ ется некими благами, более важными для нас, нежели бы­ тие как таковое. Если страдание требует некоего возмеще­ ния, это должно быть что-то хорош ее, что заключено в самом человеческом существовании. Но, как мы увидим,