телюкина основы конкурсного права / Основы конкурсного права_Телюкина М.В_2004 -560с

решения о выплате управляющему вознаграждения в меньшем размере, например, 7000 рублей, в т.ч. если управляющий был согласен с таким решением (а возможно, сам предложил определенный размер оплаты)?

Закон на этот вопрос не отвечает. В связи с этим возможны два варианта толкования:

-утверждать, что решение собрания не имеет никакой юридической силы, т.е. управляющий не получает никакого вознаграждения до тех пор, пока собрание не примет иное решение;

-утверждать, что независимо от суммы, указанной в решении собрания, управляющий имеет право на 10 000 рублей, соответственно, может получать их из имущества должника.

Первый вариант представляется менее разумным, но он в большей степени соответствует теории права; для того чтобы юридически безукоризненным было принятие второго варианта, необходимо прямое указание на него в законе.

Как правило, управляющий получает вознаграждение из имущества должника. При этом он является, как отмечалось выше, внеочередным кредитором. Допускаются ситуации, когда кредиторы определили иной источник выплат; на практике это актуально в ситуациях, когда имущества у должника практически нет, но кредиторы тем не менее заинтересованы в деятельности арбитражного управляющего.

Таким образом, нередко арбитражный управляющий может реально претендовать на какое-либо вознаграждение, только если сумеет восстановить юридическое лицо (например, в ситуации, когда внешний управляющий пришел на завод и увидел сплошные развалины и устаревшее оборудование, имеющее очень низкую производительность; более того, никакого оборудования может не быть вообще). Каких-то гарантий получения управляющим вознаграждения или хотя бы возмещения понесенных расходов (поскольку нередко управляющий вкладывает собственные средства), к сожалению, не существует. Обращает на себя внимание тот факт, что п. 4 ст. 22 Закона 1998 г. говорит о праве управляющего заключить договор со специализированным фондом при государственном органе по делам о банкротстве и финансовому оздоровлению, гарантирующий получение арбитражным управляющим минимального вознаграждения. Однако за 5 лет соответствующий фонд (формируемый, например, из взносов получивших лицензию арбитражных управляющих, либо из процентов от получаемых управляющими вознаграждений и т.п.) создан не был; Закон 2002 г. соответствующие нормы не повторил.

В.В. Витрянский предлагал внести в Закон о банкротстве 1998 г. изменения, в соответствии с которыми "в тексте Закона о банкротстве должны появиться положения о пределах минимального и максимального вознаграждения; о порядке определения той части вознаграждения, которая составляет премиальные арбитражного управляющего за эффективность проведения той или иной процедуры банкротства; о гарантиях оплаты труда арбитражных управляющих на случай недостаточности имущества должника (например, отсутствующего должника)". *(376) К сожалению, ныне установлен только минимальный размер вознаграждения.

Безусловно, создание определенного фонда либо иных гарантий выплаты вознаграждения управляющему представляется необходимым.

Для сравнения. Следует отметить, что реальные механизмы, гарантирующие вознаграждение управляющего, не созданы ни в одном государстве СНГ и Балтии. Некоторые Законы делают попытки предоставить какие-либо гарантии управляющим. Так, ст. 39 и ст. 121 Закона Эстонии допускают вынесение судом определения о том, что кредиторы обязаны внести на депозитный счет суда определенную сумму, если имеются основания полагать, что средств должника не хватит для выплаты вознаграждения управляющему и на покрытие судебных расходов (однако Закон не устанавливает последствия невнесения указанных сумм).

Интересны в рассматриваемом контексте положения Закона Латвии. В силу ст. 24 данного Закона, если иное не установлено собранием кредиторов, вознаграждение администратора определяется в процентах от фактически возвращенной кредиторам суммы (например, если возвращены 3000 латов, то вознаграждение - 15% этой суммы). Если активы должника не покрывают расходы администрации, управляющий получает вознаграждение в размере 5 минимальных месячных заработных плат; при заключении на первом собрании мирового соглашения - вознаграждение в размере 30 минимальных зарплат; в случае санации - месячную зарплату в размере 15 минимальных месячных зарплат. Однако данный Закон не решает вопрос об источниках выплат, если должник не располагает какими-либо средствами.

Статья 15 Закона Молдовы в качестве условия утверждения плана реорганизации выдвигает оплату вознаграждения управляющего и других административных расходов либо указание в плане на обеспечение этих платежей.

14. Обязанности арбитражного управляющего

Арбитражный управляющий, помимо рассмотренных выше прав, имеет и определенные обязанности:

-принятие мер по защите имущества должника (представляется, что это могут быть меры как фактического, так и юридического характера; при этом управляющий может настаивать на том, чтобы руководитель должника не препятствовал осуществлению этих мер);

-анализ финансового состояния должника, его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности, положения на товарных рынках (такой анализ необходим на всех стадиях конкурса; осуществление анализа финансового состояния должника диктуется соображениями экономического характера - все мероприятия конкурса должны соответствовать интересам должника как хозяйствующего субъекта в частности и экономики в целом. Правила проведения финансового анализа утверждены постановлением Правительства РФ от 25 июня 2003 г. N 367; эти Правила содержат 4 приложения: "Коэффициенты финансово-хозяйственной деятельности должника

ипоказатели, используемые для их расчета"; "Требования к анализу

хозяйственной, инвестиционной и финансовой деятельности должника, его положения на товарных и иных рынках"; "Требования к анализу активов и пассивов должника"; "Требования к анализу возможности безубыточной деятельности должника");

-рассмотрение заявленных требований кредиторов (управляющий обязан анализировать заявленные требования, принимать меры к их установлению, в необходимых случаях направлять кредиторам определенные уведомления и ответы, вносить требования в реестр);

-выявление признаков преднамеренного и фиктивного банкротства (следует отметить, что эти термины Законом 2002 г. не сохранены, но сохранены указания на признаки как преднамеренного, так и фиктивного банкротства в п. 3, 4 ст. 10 Закона);

-осуществление полномочий, связанных с реестром требований кредиторов - ведение реестра, внесение в него записей и исключение записей (новеллой Закона является норма, в соответствии с которой любая информация, за исключением требований по заработной плате) вносится в реестр на основании определения суда в конкурсном процессе - о возникающих

всвязи с этим проблемах говорилось выше и будет сказано ниже; предоставление реестра лицам, требующим проведения общего собрания, в течение 3 дней с даты получения требования; отметим, что все связанные с реестром полномочия у управляющего могут отсутствовать, если реестр ведет особый субъект - реестродержатель - его статус определен ст. 16 Закона;

-сохранение конфиденциальности сведений, охраняемым законодательством (в т.ч. сведений, составляющих служебную и коммерческую тайну), если эти сведения стали ему известны в связи с исполнением обязанностей управляющего;

-осуществление иных функций, установленных Законом (например, в некоторых случаях управляющий обязан созвать собрание кредиторов; обязан при заключении определенных сделок спрашивать согласие собрания либо комитета кредиторов; публиковать определенную информацию и т.д.).

При этом, исполняя свои обязанности, управляющий должен действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Эта норма п. 6 ст. 24 представляется очень важной, т.к. позволяет сделать вывод о том, что статус управляющего не связан с интересами каких-либо субъектов, а определяется целями достижения общественной пользы, что, в конечном счете, соответствует интересам всех участников конкурса.

15.Ответственность арбитражного управляющего

Неисполнение любой из обязанностей влечет применение к управляющему определенных мер, предусмотренных Законом. Эти меры являются специальными последствиями, установленными ст. 25 Закона. Прежде всего последствием является отстранение арбитражным судом управляющего от исполнения обязанностей. Представляется, что суд может сделать это по собственной инициативе, а не только при наличии соответствующего

ходатайства собрания кредиторов; инициатива суда в этом случае может основываться на требовании лиц, участвующих в деле о банкротстве; при этом определение суда об отстранении (равно как и об отказе от отстранения) управляющего может быть обжаловано; следует отметить, что отстранение управляющего возможно в силу факта ненадлежащего исполнения обязанностей - ни наличие убытков, ни вина управляющего могут не учитываться.

Практический интерес имеют специальные основания (являющиеся новеллой Закона 2002 г.) отстранения управляющего, связанные с нарушением им правил профессиональной деятельности арбитражного управляющего. Эти правила могут быть двух категорий:

-утвержденные Правительством РФ;

-утвержденные саморегулируемой организацией, членом которой является управляющий.

При нарушении правил, установленных постановлением Правительства (т.е. правовым актом, источником права), управляющий отстраняется определением суда, но отмена этого определения в силу ч. 2 п. 1 ст. 25 Закона влечет восстановление управляющего в рамках той процедуры, в которой он был отстранен.

При нарушении же правил, установленных самой организацией, управляющий может быть исключен из нее, что влечет отстранение его судом от исполнения обязанностей, причем ни отмена, ни признание недействительным решения об исключении управляющего из организации не влечет его восстановления в конкурсном процессе. Такая ситуация представляется неразумной; это открывает возможность для злоупотреблений со стороны саморегулируемых организаций.

На практике в связи с указанными нормами неизбежно возникает проблема, связанная с ответом на вопрос о том, что делать, если управляющий будет исключен из саморегулируемой организации, а суд не отстранит его от исполнения обязанностей? Каков статус управляющего в этот период и действительны ли принимаемые им решения и заключаемые сделки? Ответ на этот вопрос представляется положительным (хотя и не бесспорным) - управляющий является таковым до момента вынесения судом определения о его отстранении.

Следующим последствием неисполнения управляющим обязанностей является возмещение убытков, причиненных действиями (бездействием) арбитражного управляющего, нарушающими законодательство РФ. Потребовать возмещения убытков могут как кредиторы, так и должник - применительно к должнику возникают проблемы, связанные с ответом на вопрос о том, кто именно от имени должника может предъявлять требования. В течение наблюдения и финансового оздоровления это руководитель юридического лица

-должника, но во время внешнего управления и конкурсного производства руководитель отстраняется, его функции исполняет арбитражный управляющий.

Представляется необходимым специально указать в Законе, что в течение внешнего управления и конкурсного производства заявлять требования к управляющему, связанные с причинением им убытков должнику, может любой

отстраненный руководитель должника, либо любой учредитель (участник) юридического лица - должника (при этом средства, полученные в результате реализации такой ответственности, поступают в имущественную массу должника).

Проблема гражданско-правовой ответственности управляющего перед кредиторами имеет еще одно проявление, состоящее в ответе на вопрос - каким образом следует обращаться с требованиями о возмещении убытков управляющим? На этот вопрос возможны два варианта ответа. Во-первых, мы можем прийти к выводу о том, что все требования к арбитражному управляющему рассматриваются в рамках текущего конкурсного процесса арбитражным судом. Во-вторых, может быть обоснован вывод, в соответствии с которым требования о возмещении убытков предъявляются арбитражному управляющему как физическому лицу - индивидуальному предпринимателю вне рамок конкурсного процесса в порядке общей подсудности. Это можно сделать как в период рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве, так и после завершения конкурсных процедур. Поскольку управляющий в данном случае становится обязанным перед конкурсным кредитором, то, безусловно, вопрос о передаче полученных средств в имущественную массу должника не стоит. Средства, представляющие собой компенсацию причиненных убытков, получает каждый кредитор, следовательно, и предъявлять требование должен каждый кредитор в части возмещения убытков, причиненных именно ему. При этом необходимо учесть, что основанием привлечения управляющего к ответственности может являться не только нарушение требований Закона, но и норм других законов и иных правовых актов.

Закон 2002 г., обязывая управляющего возместить причиненные убытки, устанавливает новое правило, в соответствии с которым неполное возмещение убытков является препятствием для нового назначения данного лица арбитражным управляющим.

Однако эффективность норм о возмещении убытков является крайне низкой (поскольку на практике весьма сложно доказать, во-первых, размер убытков, во-вторых, причинную связь между действиями управляющего и убытками).

В.В. Голубев отмечает, что "в практике Российского сообщества независимых экспертов и антикризисных управляющих пока не было установленных судом фактов совершения арбитражными управляющими уголовных преступлений либо фактов взыскания с них нанесенного ущерба", *(377) что не может свидетельствовать о том, что управляющие действуют без нарушений, а говорит о слабости правоохранительной системы, недостаточной проработанности соответствующих положений законодательства и неумении (нежелании) пострадавших лиц воспользоваться имеющимися возможностями для защиты своих прав.

Для сравнения. Положения о правах, обязанностях и ответственности управляющих похожи на английскую концепцию профессиональной халатности: "В Англии арбитражный управляющий может быть привлечен к ответственности за убытки, вызванные его халатностью. Применяемый здесь критерий - действовал ли данный арбитражный управляющий так, как ни один

компетентный и разумный арбитражный управляющий никогда не стал бы? Или, другими словами, ниже минимального профессионального уровня, применимого для арбитражного управляющего". *(378)

Подобным образом общие вопросы полномочий и ответственности управляющих решаются во всех государствах СНГ и Балтии (подробнее на аспектах прав и обязанностей данных субъектов мы остановимся при характеристике отдельных стадий конкурсного процесса).

Отметим, что Закон Латвии обязывает администратора предоставить обеспечение на случай причинения ущерба кредиторам или иным заинтересованным лицам. Объем обеспечения может быть менее 10% стоимости активов должника. В силу положений ст. 15 Закона Латвии обеспечением может быть залог либо страхование гражданско-правовой ответственности.

16. Теоретическое обоснование статуса управляющего

Безусловно, при осуществлении своих прав и обязанностей арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно с учетом интересов должника и его кредиторов. Исходя из этого и других положений Закона попытаемся ответить на вопрос о статусе арбитражного управляющего. Можно ли назвать его представителем должника или кредиторов, либо органом должника, либо доверительным управляющим имуществом должника, либо какнибудь еще?

Прежде всего остановимся на наиболее интересных аспектах дискуссии, существовавшей в связи со статусом управляющего в российском дореволюционном конкурсном праве (которому не были известны институты наблюдения и внешнего управления, поэтому речь идет об управляющем при конкурсном производстве).

Пытаясь дать ответ о статусе управляющего (присяжного попечителя), А. Бардзкий высказывал мнение о том, что присяжный попечитель является представителем кредиторов - "уполномоченным от лица кредиторов". *(379) Позиция Гражданского Кассационного Департамента Сената состояла в обратном: присяжный попечитель должен рассматриваться как представитель должника. *(380) Такого же мнения придерживался Я.М. Гессен. *(381) (Отметим, что в настоящее время Закон Азербайджана в п. 1 ст. 20 устанавливает, что "лицо, назначенное управляющим имуществом, становится единым законным представителем должника"; ч. 1 ст. 31.1 Закона Эстонии также называет управляющего "законным представителем должника, совершающим от его имени сделки, связанные с имуществом банкрота, и другие юридические действия"). Однако С.И. Гальперин подвергал эту позицию сомнению, отмечая, что, поскольку присяжный попечитель на основании ст. 519 Устава Судопроизводства Торгового может допрашивать несостоятельного, то представителем последнего присяжный попечитель быть не может. *(382) В соответствии с другой точкой зрения, высказанной, в частности, А.А. Маттелем, присяжный попечитель является представителем одновременно и должника и

кредиторов. *(383) С.И. Гальперин отмечал, что деятельность присяжного попечителя как органа конкурсного процесса проникнута публичным характером, он является должностным лицом, не заинтересованным ни отдельной имущественной выгодой кредиторов, ни отдельной выгодой самого должника, заботясь в то же время о соблюдении выгод тех и другого. Присяжный попечитель, по мнению С.И. Гальперина, является делегированным судом представителем государственного интереса в деле каждой данной несостоятельности в такой же мере, как судебный следователь в уголовных делах. Г.Ф. Шершеневич сравнивал присяжного попечителя с судебным приставом в исполнительном производстве. *(384)

Отметим, что на практике положение арбитражных управляющих нередко далеко от теоретического. К сожалению, как правило, управляющий в той или иной степени выражает интересы не должника и кредиторов вообще, а определенных лиц. Так, по мнению специалиста, "в настоящее время "случайные управляющие", т.е. управляющие, не связанные заранее с интересами кредитора (одного или нескольких) или кого-либо из руководства предприятия-должника или конкурентов должника, явление скорее теоретическое и сюрреалистическое, чем реальное". *(385) В.С. Терушкин классифицирует управляющих на четыре группы: *(386)

-"случайные управляющие" (они не связаны изначально с определенными лицами, вследствие чего им очень сложно и попасть на предприятие, и получить документы, и созвать собрание; кроме того, если такой управляющий не имеет поддержки большинства кредиторов, то его действия "будут заблокированы, в том числе заблокированы в спровоцированных многочисленных судах по поводу и без повода, оспаривающих любую сделку", вследствие чего управляющий окажется вынужденным "искать поддержки у других кредиторов и, следовательно, частично или полностью будет ангажирован теми или иными кредиторами");

-управляющие, заинтересованные в уничтожении должника (это, как правило, ставленники конкурентов, цель которых - перевести внешнее управление в конкурсное производство, распродав имущество должника так, что оно потеряет всякую ценность);

-управляющие, заинтересованные в смене собственника предприятия (к этой группе относятся и управляющие, неформально связанные с администрацией должника; такие управляющие заинтересованы в продаже бизнеса, создании дочерних предприятий с последующим отчуждением акций (долей), формировании и отчуждении больших лотов имущества, достаточных для организации на нем производства - в макроэкономическом смысле деятельность таких управляющих наиболее целесообразна, т.к. позволяет сохранить бизнес и рабочие места, но "поскольку будущий собственник будет играть на понижение, то декларированная цель банкротства может и не быть достигнута или достигнута в неоптимальной точке");

-управляющие, выступающие в интересах лиц, желающих получить определенное имущество должника, как правило, недвижимость (такие управляющие действуют, чтобы "осуществить свою цель и спустить на тормозах весь остальной процесс", т.к. интересы ни должника, ни других кредиторов для

них не существуют).

Безусловно, картина возникает достаточно пессимистичная. Пути выхода из этой ситуации видятся в том, чтобы, во-первых, создать гарантии для получения управляющим вознаграждения за работу (от иных субъектов, нежели заинтересованные в нем лица); во-вторых, создать гарантии для управляющего в условиях, когда определенные субъекты пытаются заблокировать его деятельность (путем обжалования действий; заявлений о признании недействительными сделок; предложений о переизбрании и других мероприятий, требующих серьезных затрат времени).

Арбитражный управляющий не является представителем должника, однако в ряде случаев действует в его интересах; управляющий не может быть назван органом юридического лица, так как орган - часть юридического лица, возникающая посредством выражения воли учредителей (участников). Не является арбитражный управляющий и доверительным управляющим, т.к. для возникновения отношений доверительного управления необходим договор; кроме того, доверительное управление и арбитражное управление имеют различные цели. Так, в частности, по мнению Е.А. Суханова, при банкротстве осуществляется управление деятельностью юридического лица в интересах его кредиторов, а не доверительное управление имуществом. *(387)

Ученые отмечают, что правовая природа арбитражного управления до конца не выяснена. *(388)

Представляется, что определить статус арбитражного управляющего с точки зрения одной из имеющихся концепций невозможно. Арбитражный управляющий - субъект, имеющий собственный статус, определяемый целями конкурсного права.

§5. Статус собрания и комитета кредиторов

1.Собрание и комитет кредиторов как особые субъекты конкурсного

права

Конкурсное право регулирует отношения между должником, не исполняющим свои обязательства, его кредиторами и третьими лицами. Вопрос об отраслевой принадлежности конкурсного права в настоящее время учеными не решен - не существует единого мнения о том, является конкурсное право правовой отраслью или институтом. Тем не менее независимо от того, что такое конкурсное право, мы вынуждены признать, что круг его субъектов шире, чем круг субъектов гражданского права, поскольку в конкурсных отношениях участвуют такие субъекты, как собрание и комитет кредиторов.

И собрание, и комитет имеют свою компетенцию (которые, к сожалению, иногда совпадают, о чем подробнее будет сказано ниже); свой порядок формирования и прекращения деятельности, свои цели функционирования.

Конкурсные отношения строятся таким образом, чтобы активность арбитражного управляющего (который осуществляет основные мероприятия в рамках производства по делу о несостоятельности) сдерживалась и

контролировалась кредиторами посредством их участия в собраниях и комитетах кредиторов. Как справедливо отмечается учеными, создание именно двух органов, выражающих интересы кредиторов в конкурсном процессе, получило распространение еще в XIX в., в результате учета конкурсным законодательством развитых европейских стран опыта построения системы органов управления акционерным обществом, поскольку общее собрание кредиторов столь же пассивно, как и общее собрание акционеров: "Если совет директоров (наблюдательный совет) акционерного общества призван "наблюдать" за деятельностью исполнительного органа (директора, генерального директора, правления и т.п.), то комитет кредиторов ведет наблюдение за деятельностью арбитражного управляющего". *(389)

Собрание кредиторов действует в любом конкурсном процессе, в отличие от комитета, который образуется не всегда, а только если этого пожелают кредиторы (за исключением ситуаций, когда кредиторов не менее 50). Обратим внимание, что в соответствии с Законом 1998 г. комитет образовывался только для целей внешнего управления и конкурсного производства; в настоящее время в соответствии с п. 1 ст. 18 Закона 2002 г. комитет избирается на период проведения любой из процедур конкурса - наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, конкурсного производства.

Собрание не созывается, только если в конкурсном процессе участвует единственный кредитор.

Закон 2002 г. не содержит формулировок, подобных формулировке п. 4 ст. 11 Закона 1998 г.: "При проведении процедур банкротства интересы всех кредиторов представляют собрания кредиторов и комитет кредиторов, образуемые в соответствии с настоящим Федеральным законом". Процитированная формулировка имеет две неточности. Во-первых, представляется сомнительным применение в данном контексте термина "представительство". В гражданско-правовом смысле представительством складывающиеся между кредиторами и собранием (комитетом) отношения названы быть не могут хотя бы потому, что ни собрание, ни комитет не являются субъектами гражданского права, следовательно, они не могут выступать в качестве представителей. Таким образом, нормы ГК РФ о представительстве в конкурсных отношениях (применительно к собраниям и комитетам кредиторов) не применяются. Целесообразнее говорить, что собрание и комитет, будучи субъектами конкурсного права, не представляют интересы кредиторов, а являются органами, наделенными определенной компетенцией в силу конкурсного законодательства, что служит цели защиты интересов кредиторов. Иногда собрание и комитет называют "контрольно-представительными органами предприятия-должника, осуществляющими общее руководство деятельностью кредиторов". *(390) В рамках конкурсных отношений это действительно так, но с точки зрения гражданского права ни собрание, ни комитет органами юридического лица названы быть не могут.

Во-вторых, в процитированной статье Закона сказано, что собрание и комитет образуются в соответствии с Законом; на самом деле образуется только комитет, собрание же созывается управляющим.

2. Участие в собрании кредиторов

Участники собрания кредиторов могут обладать, а могут и не обладать правом голоса.

Правом голоса обладают все конкурсные кредиторы и уполномоченные органы с установленными на момент проведения собрания требованиями.

Всоответствии с Законом 1998 г. процесс установления предполагает либо признание требования управляющим, либо решение этого вопроса арбитражным судом в рамках конкурсного процесса. В последнем случае установленными будут считаться требования в размере, указанном в определении суда. До недавнего времени это определение не подлежало обжалованию, что вызывало многочисленную критику (т.е. сразу после вынесения указанного определения становилось ясно, каким количеством голосов обладает каждый из установленных кредиторов). Конституционный Суд РФ постановлением от 12 марта 2001 г. N 4-П признал неконституционными положения о невозможности обжалования определений об установлении требований кредиторов. В результате, на мой взгляд, возникли проблемы, возможно, не меньшие, чем до принятия Конституционным Судом указанного постановления. И дело даже не в порядке обжалования определений, который не был установлен. Гораздо большую опасность представляет собой неопределенность, связанная с участием кредиторов в собраниях и с легитимностью решений этих собраний. Так, предположим, суд вынес определение об установлении требований кредитора, а через несколько дней должно состояться собрание. Если кредитор (либо иные заинтересованные лица) обжаловал определение суда до проведения собрания, должен ли кредитор допускаться до участия в нем? И если он будет допущен, собрание примет решение, а затем определение об установлении требований будет отменено, можно ли на этом основании признать решение собрания недействительным? Понятно, что такие же проблемы возникнут и в том случае, если определение будет обжаловано после проведения собрания. Не допускать указанного кредитора до участия в собрании правовых оснований нет. Не проводить собрание до истечения срока на обжалование определений, теоретически, конечно, можно, но с учетом специфики конкурсных отношений невозможно абсолютно, т.к. заявляться (а следовательно, устанавливаться) требования могут в любое время на любой стадии процесса (до закрытия реестра). Назначить кредиторам срок для заявления требований тоже нельзя, т.к. в этом случае право на обращение за исполнением обязательства фактически превратится в обязанность; кроме того, это право связано со сроками наступления исполнения обязательств, которые могут быть самыми разными.

Врезультате на практике возникали проблемы, связанные с желанием заинтересованных лиц признавать недействительными решения собраний с участием кредиторов, размер требований которых впоследствии изменился. До вступления в силу Закона 2002 г. ни дух, ни буква Закона о банкротстве не позволяли ответить на поставленные выше вопросы и предложить определенную (наиболее адекватную) схему действий. *(391)