телюкина основы конкурсного права / Основы конкурсного права_Телюкина М.В_2004 -560с

officio представляется неоправданным, поскольку при этом неизбежно нарушение принципа свободы в осуществлении своих прав. Если кредитор не обращается с заявлением о банкротстве должника, то принудить его к этому нельзя, а принуждение неизбежно, если суд получит право инициировать конкурсный процесс помимо воли кредиторов. Кроме того, весьма сложно делать какие-то определенные выводы по вопросу о добросовестности суда. Убедителен и аргумент С.И. Федорова, который считает излишним предоставление суду указанных полномочий в связи с тем, что право инициировать конкурс и так предоставлено широкому кругу государственных органов. *(296)

Следует отметить, что инициативу суда в возбуждении конкурсного процесса допускает Закон о банкротстве Франции. *(297)

Прокурор в качестве инициатора конкурса появился в праве периода нэпа. Тогда прокурор был наделен значительными правами (большими, чем кредиторы) - ему предоставлялись практически неограниченные полномочия по инициированию банкротства частных компаний. В общем, эта ненормальная ситуация являлась одной из граней аномального в целом конкурсного процесса того периода, что было закономерным следствием проникновения публичных начал во все сферы отношений.

Законы 1992 г. и 1998 г. вмешательство прокурора допускали, но только в случаях, прямо предусмотренных законодательством. Некоторые ученые считали это излишним и предлагали исключить прокурора из числа лиц, имеющих право инициировать конкурсный процесс. Так, П.Д. Баренбойм писал, что "прокурорский надзор в хозяйственной сфере не оправдал себя, и пользы от участия прокурора в делах о банкротстве ожидать не приходится. Следовало бы оставить кредиторам и должнику возможность разобраться в своих отношениях при посредстве арбитражного суда". *(298) Это мнение представляется совершенно оправданным. Обосновывалась и иная точка зрения, в соответствии с которой "участие прокурора в арбитражном процессе представляет собой одну из форм реализации полномочий прокуратуры как государственного органа, призванного обеспечить верховенство закона, защиту прав и свобод человека и гражданина, охраняемых законом интересов общества и государства". *(299)

Прокурор в силу Закона 1998 г. мог инициировать конкурсный процесс в следующих случаях:

-при обнаружении признаков преднамеренного банкротства (если обнаруживаются признаки фиктивного банкротства, то производство по делу о несостоятельности не возбуждается, поскольку должник фактически является состоятельным);

-при наличии у должника задолженности по обязательным платежам (очевидно, при этом размер данной задолженности должен быть более минимального, установленного Законом);

-в интересах публично-правового образования (РФ, субъекта РФ, муниципального образования) как кредитора по денежным обязательствам;

-в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве; в частности, это было предусмотрено в отношении страховых организаций (ст. 144 Закона); в

отношении граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей (ст. 153, 165 Закона); в отношении отсутствующего должника (ст. 177 Закона).

Кроме того, иные случаи могли быть предусмотрены любым федеральным законом.

Обращает на себя внимание тот факт, что Закон 1998 г. исходит из допустимости вмешательства прокурора в конкурсные отношения только в публичных интересах. Тем не менее на практике этот принцип часто не соблюдался, либо понятие публичного интереса толковалось расширительно.

Так, например, в одном из арбитражных судов было возбуждено дело о банкротстве хлебозавода по заявлению прокурора, действовавшего в общественном интересе, - на основании жалобы жителей района о том, что хлебозавод несвоевременно завозит хлебобулочные изделия в магазин.

Представляется обоснованной позиция Закона 2002 г., исключившего прокурора из числа возможных инициаторов конкурсного процесса.

Заявителями по делу о банкротстве должника в соответствии с Законом 1998 г. могли быть налоговые и иные уполномоченные органы. Пункт 2 ст. 32 Закона 1998 г. содержит примерный перечень иных уполномоченных органов, имеющих право, наряду с налоговыми органами, подавать в арбитражный суд заявление о признании должника банкротом в связи с неисполнением им обязанности по уплате обязательных платежей. К ним относятся Пенсионный фонд РФ, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, Фонд социального страхования РФ, Государственный фонд занятости населения РФ.

Внастоящее время, как было отмечено, каждый из этих органов не имеет права подавать заявление о банкротстве; этот вопрос решается одним уполномоченным органом - ФСФО РФ.

Постановление Правительства РФ N 218 утвердило "Положение о предъявлении требований по обязательствам перед РФ в делах о банкротстве и

впроцедурах банкротства". В этом постановлении рассматриваются вопросы порядка объединения и представления требований РФ, а также учета мнения органов исполнительной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления, во-первых, при подаче заявления о банкротстве должника (когда ФСФО РФ выступает заявителем), во-вторых, в ходе осуществления процедур банкротства; кроме того, определяется порядок информационного взаимодействия федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления в ходе процедур банкротства.

Всоответствии с п. 2 Положения, утвержденного постановлением N 218, в случае неисполнения должником обязанностей по уплате обязательных платежей налоговые или таможенные органы обязаны уведомить об этом ФСФО либо ее территориальный орган. Такое уведомление должно быть направлено в течение не более чем 3 месяцев с даты направления судебному приставуисполнителю постановления соответствующего органа о взыскании налога (сбора) за счет имущества должника (в соответствии с ч. 2 п. 3 ст. 6 Закона). Если речь идет об обязательствах перед РФ, не исполненных должником, то федеральные органы исполнительной власти и государственные внебюджетные фонды, а также их территориальные органы обязаны получить решение суда,

предъявить исполнительный лист к исполнению и в течение не более чем 3 месяцев с этой даты уведомить ФСФО либо ее территориальный орган.

В зависимости от размера внеоборотных активов должники подразделяются на категории: категория А - активы на последнюю отчетную дату превышают 5 млрд. руб.; категория Б - активы составляют от 1 до 5 млрд. руб.; категория В - активы от 300 млн. руб. до 1 млрд. руб.; категория Г - активы менее 300 млн. руб. Кроме того, к категории А относятся должники, являющиеся стратегическими организациями в соответствии со ст. 190 Закона, а также те, в отношении которых Президентом РФ либо Правительством РФ дано поручение о рассмотрении вопроса о подаче заявления о признании их банкротами.

Вопрос о подаче заявления о банкротстве должников категорий А и Б решается межведомственной комиссией, состав которой утверждается Правительством РФ, в отношении должников категорий В и Г - межведомственным совещанием, состав которого утверждается ФСФО РФ по согласованию с Министерством экономического развития и торговли.

Уведомление о заседании межведомственной комиссии (межведомственного совещания) направляется в органы статистики по месту нахождения должника (с запросом о предоставлении бухгалтерской отчетности), а также в органы, перечисленные в приложении N 2 к Положению, утвержденному постановлением Правительства N 218; порядок направления уведомления определен п. 6, 7 Положения.

Обращает на себя внимание тот факт, что уполномоченные органы государственной власти или местного самоуправления могут выступать с требованиями как в части исполнения обязанностей, так и тогда, когда должник не исполнил гражданско-правовые обязательства перед кредитором - Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием. То есть в последнем случае уполномоченные органы выступают в качестве представителя публично-правового образования как кредитора. Соответственно, статус ФСФО РФ в конкурсных отношениях во многом следует определять исходя из того, представляет она в каждом конкретном случае требования публичные либо частноправовые.

Обращает на себя внимание изменение отношения законодателя к заявлению уполномоченного органа. В соответствии с Законом 1998 г. такое заявление могло быть подано только в тех случаях, когда соответствующие органы предпринимали попытки исполнить свои требования во внеконкурсном порядке (для остальных субъектов такие требования не предъявлялись). Поэтому п. 2 ст. 39 Закона 1998 г. устанавливает, что к заявлению налогового или иного уполномоченного органа о признании должника - юридического лица банкротом должны быть приложены доказательства принятия мер к получению задолженности по обязательным платежам в установленном федеральным законом порядке. Соответственно, при отсутствии соответствующих документов суд должен был отказать налоговому либо иному уполномоченному органу в принятии заявления.

Закон 2002 г. поставил уполномоченные органы в более выгодное положение, нежели иных субъектов, - требования этих органов, основанные на неисполнении обязанностей, должны быть подтверждены решением самого

органа, а не арбитражного суда (последнее установлено для кредиторов, в том числе когда в этом качестве выступают уполномоченные органы) - это должно быть решение о взыскании задолженности за счет имущества должника.

Для сравнения. Завершая общий обзор правового положения субъектов конкурса (о должнике и кредиторах подробно будет сказано ниже), отметим интересную особенность, установленную Законом Литвы. Статья 9 этого Закона предоставляет право в определенных ситуациях обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника его акционерам (пайщикам). Эти ситуации связаны с бездействием органов управления юридического лица. Такое решение вопроса представляется вполне разумным и целесообразным.

Кроме того, в ст. 40 Закона Латвии установлено, что подать в суд заявление о банкротстве третьего лица, имеющего долговые обязательства перед должником, представляемым администратором, имеет право этот администратор. Это очень важное правило, поскольку вследствие его отсутствия в российском праве возникает неопределенность ответа на вопрос о том, может ли арбитражный управляющий от имени кредитора заявлять о банкротстве контрагентов.

§2. Правовое положение должника

1.Особенности статуса должника

Должник является субъектом, статус которого определяется двояко - с одной стороны, как субъекта, в отношении которого осуществляются мероприятия конкурса, с другой - как субъекта, имеющего право (и обязанного) при определенных условиях обратиться в суд с заявлением о возбуждении производства по делу о несостоятельности (банкротстве).

Рассмотрим статус должника как субъекта, подпадающего под действие норм конкурсного законодательства.

Какие субъекты могут быть признаны несостоятельными? Иногда с этой точки зрения выделяют параметры эффективности конкурсного законодательства, состоящие в ответах на вопросы - критерии: подпадают ли под действие норм конкурсного права:

-только юридические лица либо также и физические?

-только коммерческие юридические лица либо также и некоммерческие?

-только ли юридические лица, или и неправосубъектные образования?

-только ли лица, или и публично-правовые образования?

На последние два вопроса российское конкурсное право отвечает отрицательно, т.к. в Законе 1998 г. императивно установлен исчерпывающий перечень субъектов, подпадающих под его действие, - неправосубъектные и публично-правовые образования в этот перечень не входят. Обращает на себя внимание тот факт, что ст. 189 Закона 1998 г. допускает возможность установления специальным законом особенностей банкротства организаций - участников финансово-промышленных групп. Однако речь, как видно, не идет и не может идти о банкротстве самого неправосубъектного образования - ФПГ.

Закон 2002 г. упоминаний о возможном специальном законе не содержит; тем не менее ничто не препятствует его разработке и принятию.

Итак, Закон говорит только о банкротстве лиц - физических и юридических. Правда, существует проблема, связанная с применением Закона к крестьянским (фермерским) хозяйствам.

2. Особенности статуса крестьянского (фермерского) хозяйства как должника

Статус крестьянского (фермерского) хозяйства всегда вызывал в науке много споров, особенно после того, как Закон РСФСР от 22 ноября 1990 г. "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" наделил хозяйство статусом юридического лица. Многие ученые говорили о внутренних противоречиях такой конструкции. Так, по мнению В.В. Устюковой, крестьянское хозяйство не соответствует признакам юридического лица, в частности, для него не характерно организационное единство. *(300) По мнению Е.А. Суханова, крестьянское хозяйство ни в коем случае нельзя наделять статусом юридического лица; произошедшее же является "юридическим недоразумением". *(301) Действующее законодательство, как отмечалось, не признает крестьянское (фермерское) хозяйство юридическим лицом. В соответствии с п. 2 ст. 23 ГК РФ глава крестьянского (фермерского) хозяйства признается индивидуальным предпринимателем, в то время как предпринимательскую деятельность, очевидно, осуществляют все участники (все хозяйство) на базе имущества, находящегося у них в общей совместной собственности. З.С. Беляева приходит к выводу об искусственности наделения статусом предпринимателя главы крестьянского хозяйства, а не всего хозяйства, осуществляющего предпринимательскую деятельность. *(302) Кроме того, З.С. Беляева отмечает, что ст. 23 ГК РФ весьма противоречиво определила статус крестьянского хозяйства, что отрицательно отразилось на практике. Еще более противоречиво статус крестьянского хозяйства определяется Законом о банкротстве.

Так, нормы о его банкротстве помещены в гл. X Закона, регулирующую банкротство гражданина. Однако § 3 этой главы назван "Особенности банкротства крестьянского (фермерского) хозяйства", что заставляет задуматься о том, идет ли речь именно о банкротстве гражданина. Далее в п. 1 ст. 218 Закона 2002 г. говорится о подаче заявления индивидуального предпринимателя - главы крестьянского хозяйства о его банкротстве (подать такое заявление в арбитражный суд можно только при наличии письменного согласия всех членов хозяйства). Однако во всех остальных статьях Закона речь идет о банкротстве именно крестьянского (фермерского) хозяйства: ст. 217 определяет основания банкротства крестьянского (фермерского) хозяйства; ст. 219 - особенности финансового оздоровления и внешнего управления крестьянским (фермерским) хозяйством; ст. 221 говорит о конкурсной массе крестьянского (фермерского) хозяйства; ст. 222 - о порядке продажи имущества крестьянского (фермерского) хозяйства; ст. 223 - о последствиях признания

крестьянского (фермерского) хозяйства банкротом. В последней статье речь идет о том, что суд выносит решение именно о признании банкротом крестьянского (фермерского) хозяйства и об открытии в отношении него конкурсного производства - с этим связано такое последствие, как утрата силы государственной регистрации главы крестьянского хозяйства в качестве индивидуального предпринимателя (подобным образом решал все перечисленные вопросы и Закон 1998 г.).

Из всех приведенных выше норм следует отношение Закона к крестьянскому (фермерскому) хозяйству как к некоему особому субъекту. Кстати, обращает на себя внимание тот факт, что по общему правилу внешнее управление осуществляется только применительно к юридическим лицам. Однако юридическим лицом крестьянское хозяйство не является. Оно - неправосубъектное образование, представляющее собой объединение граждан, создаваемое для осуществления предпринимательской деятельности в области сельскохозяйственного производства. Таким образом, имея в виду крестьянское (фермерское) хозяйство, мы можем прийти к выводу о том, что, формально не признавая возможность банкротства неправосубъектных образований, фактически Закон допускает такую возможность применительно к одному из них.

Как отмечается учеными, некоторые законодательства (в частности, в Германии) допускают открытие производства "в отношении имущества объединения, не являющегося юридическим лицом, путем приравнивания его статуса к статусу юридического лица". *(303)

Применение законодательства о несостоятельности, в соответствии с действующим российским правом, возможно только к объединению, имеющему как право-, так и дееспособность, что возможно только с момента государственной регистрации. До этого момента объединение как субъект права не имеет каких-либо прав и обязанностей.

В случаях, когда должником является группа лиц, действовавшая без регистрации юридического лица, по отношению к такому объединению невозможно применение Закона о банкротстве. Как совершенно справедливо отмечается учеными, в таких ситуациях к указанным физическим лицам можно применять положения Закона, регулирующие банкротство граждан. *(304) При этом, очевидно, требования могут быть предъявлены к любому из должников, если речь идет о предпринимательской деятельности (так как обязательства с участием предпринимателей презюмируются солидарными в силу п. 2 ст. 322 ГК РФ), либо в определенных долях всем обязанным лицам, если отношения не носили характер предпринимательских (в этом случае, как отмечалось выше, с заявлением о банкротстве придется подождать до внесения изменений в ГК РФ, только после чего банкротство непредпринимателей станет возможно на практике).

3. Статус публично-правового образования как должника

Как известно, в гражданско-правовых отношениях могут участвовать физические лица, юридические лица, публично-правовые образования

(Российская Федерация, субъекты РФ, муниципальные образования - гл. 5 ГК РФ). В соответствии со ст. 124 ГК РФ Российская Федерация, ее субъекты, муниципальные образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений - гражданами и юридическими лицами. В случае участия публичноправовых образований в гражданском обороте к ним применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

На практике не исключены ситуации, когда задолженность публичноправового образования по гражданско-правовым обязательствам превысит сумму и срок, минимально необходимые для возбуждения процедуры банкротства. Нередко возникает вопрос: нельзя ли обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельности Российской Федерации либо иного публично-правового образования (что, очевидно, будет способствовать надлежащему исполнению ими своих обязательств)? Закон на указанный вопрос отвечает отрицательно, хотя теоретически о целесообразности невозможности признания несостоятельности публично-правового образования можно поспорить.

В силу указаний, содержащихся в законодательстве, на публичноправовое образование не распространяется действие законодательства о банкротстве. Во-первых, п. 1 ст. 65 ГК РФ и нормы Закона о банкротстве содержат исчерпывающий перечень субъектов, к которым применяется законодательство о несостоятельности - публично-правовые образования к ним не относятся. Во-вторых, даже если бы перечень не был исчерпывающим, то действие законодательства о несостоятельности все равно бы не распространялось на публично-правовые образования "в силу особенностей данных субъектов" (п. 2 ст. 124 ГК РФ).

Представляется, что невозможность применения законодательство о банкротстве к Российской Федерации, субъектам РФ, муниципальным образованиям позволяет сделать вывод о наличии исключения из общего правила, в соответствии с которым публично-правовые образования участвуют в гражданских правоотношениях на равных с другими субъектами (физическими

июридическими лицами) условиях.

4.Банкротство физических лиц

Далее рассмотрим вопрос о банкротстве субъектов, являющихся лицами. В дореволюционном российском конкурсном праве основным субъектом были физические лица; постепенно нормы об их банкротстве стали применяться

ик лицам юридическим.

Сточки зрения применяющихся к должнику норм принципиальное значение имеет его статус: к предпринимателям как профессиональным участникам гражданского оборота обычно предъявляются более строгие требования. Таким образом, выделяют несостоятельность граждан -

предпринимателей и граждан, таковыми не являющихся. Закон РСФСР "О несостоятельности (банкротстве) предприятий" от 19 ноября 1992 г. только упоминал о возможности признания банкротом гражданина - предпринимателя, раскрывая понятие "предприятие". ГК РФ 1994 г. включает специальную статью о банкротстве предпринимателя - физического лица. Однако ни ГК РФ, ни Закон "О несостоятельности (банкротстве) предприятий" не содержали процедуры признания физического лица несостоятельным. И очень скоро на практике стало ясно, что за отсутствием порядка производства дела о банкротстве физического лица признание его банкротом крайне затруднительно, если не невозможно. Стало очевидно, что применение многих норм, говорящих о юридических лицах, к физическим является невозможным (например, никто, естественно, не мог ответить на вопрос о порядке ликвидации должника - физического лица, признанного банкротом).

В результате нормы ст. 25 ГК РФ длительное время не применялись на практике. Закон 1998 г. содержит положения, регламентирующие порядок банкротства физического лица, являющегося индивидуальным предпринимателем. *(305) Более того, этот Закон содержит принципиально новое (для современного российского конкурсного права) положение о возможности банкротства физического лица, не являющегося предпринимателем (следует уточнить, что вступление в силу соответствующих норм произойдет с момента вступления в силу изменений и дополнений в ГК РФ, допускающих потребительское банкротство).

Таким образом, система банкротства физических лиц в настоящее время следующая. Глава X Закона 2002 г. "Банкротство гражданина" включает в себя § 1 "Общие положения"; § 2 "Особенности банкротства индивидуальных предпринимателей"; § 3 "Особенности банкротства крестьянского (фермерского) хозяйства" (в последнем случае, по сути, речь идет об особой разновидности банкротства индивидуального предпринимателя, каковым является глава крестьянского (фермерского) хозяйства). То есть банкротство граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя, осуществляется в соответствии с § 1 гл. X; банкротства индивидуального предпринимателя - в соответствии с § 1 и § 2 гл. X, причем § 1 имеет субсидиарное применение. Последнее очень важно, так как к индивидуальным предпринимателям предъявляются значительно более строгие требования. В частности, как упоминалось, критерием несостоятельности физического лица - непредпринимателя является неоплатность (то есть для признания его банкротом должна быть доказана недостаточность всего имущества для удовлетворения заявленных требований кредиторов); для индивидуального предпринимателя критерием банкротства является неплатежеспособность (т.е. достаточно неуплаты определенного денежного долга в течение определенного времени; количество и наличие имущества значения не имеют).

Следует отметить еще одну принципиальную проблему, не решенную действующим законодательством: какие нормы следует применять к субъекту, ведущему предпринимательскую деятельность, но не имеющему соответствующей государственной регистрации? С одной стороны, в соответствии с п. 4 ст. 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий

предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований о государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. С другой стороны, при возбуждении и проведении производства по делу о несостоятельности речь не идет о сделках, поэтому если п. 4 ст. 23 ГК РФ толковать буквально, то производство по делу о банкротстве индивидуального предпринимателя может быть возбуждено только при наличии его государственной регистрации.

На мой взгляд, такое положение является нелогичным. Представляется целесообразным применение § 2 гл. X Закона 2002 г. в ситуациях, когда большинство требований кредиторов основано на обязательствах, к которым может быть применен п. 4 ст. 23 ГК РФ. То есть представляется необходимым применять нормы о несостоятельности индивидуальных предпринимателей к гражданам, хоть и не зарегистрированным в таком качестве, но ведущим предпринимательскую деятельность.

Очень интересно к решению данного вопроса подходили дореволюционные ученые. Поскольку дифференцировалась торговая и неторговая несостоятельность, иногда необходимо было определить, какие нормы применять в случаях, когда лицо, не являющееся купцом, осуществляло торговлю. По словам А.И. Гуляева, "подсудность дела о несостоятельности определяется не званием должника во время обнаружения несостоятельностью, а принадлежности действий, из коих неоплатность возникла, к действиям торговым". *(306)

Возможность признания банкротства как индивидуальных предпринимателей, так и лиц, не имеющих такого статуса, существует в законодательствах большинства крупных государств, за исключением Франции, где несостоятельными могут быть только граждане - предприниматели. *(307)

На первый взгляд может показаться, что нераспространение действия законодательства о несостоятельности на физических лиц - непредпринимателей создает для них более льготный, щадящий режим, ставит в более выгодное положение по сравнению с предпринимателями. На самом деле это не так. В литературе совершенно справедливо отмечается, что "институт банкротства граждан (т.н. "потребительское" банкротство) является благом для добросовестных граждан, поскольку позволяет им в ходе одного процесса освободиться от долгов, предоставив для расчетов с кредиторами свое имущество". *(308) Это означает, что вследствие признания банкротом гражданин освобождается от долгов (за исключением долгов личного характера, например о взыскании алиментов, - в силу п. 2 ст. 162 Закона). В противном случае (при отсутствии законодательной возможности банкротства гражданина) погашение обязательств не происходит; т.е. кредиторы имеют право обратить взыскание на любое (когда бы оно ни появилось) имущество должника в течение неопределенного времени. Более того, обязанность исполнить имущественные требования кредиторов переходит по наследству.

Таким образом, объявление гражданина банкротом избавляет его от необходимости в течение неопределенного времени всем своим имуществом