телюкина основы конкурсного права / Основы конкурсного права_Телюкина М.В_2004 -560с

3. Трансграничная несостоятельность

Различия в правовых системах банкротства разных стран сложились во многом исторически, на их формирование повлияли и экономические, и социальные предпосылки. А поскольку каждая из систем заключает в себе как положительные, так и отрицательные моменты, мы не можем говорить о безусловной целесообразности применения той или иной из них. Однако данный вопрос рассматривается в иной плоскости в связи с появлением и распространением на рынке транснациональных компаний. Неисполнение такими компаниями своих обязательств влечет явление транснационального банкротства, что характеризуется как объективный фактор рыночной модели развития. *(240) Это явление рассматривается учеными как самостоятельный институт международного частного права, обладающий материально-правовыми и процессуальными характеристиками (sui generis) - в частности, такое мнение высказывает Л.П. Ануфриева. *(241)

Транснациональные (трансграничные) компании - юридические лица, осуществляющие деятельность в различных странах путем образования либо без образования юридических лиц в каждой из них. При этом отдельные производства (либо иные виды бизнеса), как правило, взаимосвязаны. Ценность такой компании определяется именно данной взаимосвязью, а не простым сложением стоимостей каждого из производств. Ученые отмечают, что из-под категории транснациональной компании необходимо вывести компании, осуществляющие обычную экспортную деятельность. *(242) М.И. Кулагин выделяет несколько основных признаков транснациональной компании - осуществление производственной (предпринимательской) деятельности на территории нескольких стран; подчинение вполне определенному государству и гораздо реже - двум или нескольким государствам; построение отношений внутри компании на системе экономической зависимости, обычно на системе участий; объединение монополистического капитала, из чего следует, что "это не просто компании, имеющие прямые инвестиции за границей, а компании гигантские, с интересами, выходящими за пределы данной страны, превосходящие другие компании и по размеру капитала, и по уровню конкурентоспособности". *(243) Ведя деятельность в различных государствах, компания (либо ее отделения) обязывается по сделкам, иногда имея крупные долги. Безусловно, возможно обращение взыскания кредиторами на конкретное имущество транснациональной компании, находящееся в их государстве. Но это может быть неэффективно и нецелесообразно (например, если данные активы не покрывают всех долгов либо не представляют ценности в отрыве от другого имущества).

Вопрос-проблема: Возможно ли и при каких обстоятельствах возбуждение производства по делу о несостоятельности транснациональной компании и применение к ней конкретных конкурсных мероприятий?

Отвечая на этот вопрос положительно, мы непременно столкнемся с проблемой определения применимого законодательства. Особенно если транснациональная компания ведет бизнес в государствах с различной направленностью систем конкурсного права. "С юридической точки зрения

основной проблемой в трансграничной несостоятельности является объективно существующее подчинение несостоятельного должника юрисдикции одного государства, а его кредиторов - власти других государств". *(244)

Целью настоящей работы не является подробное исследование статуса транснациональной компании, чему уделяли внимание многие ученые. *(245)

Остановимся на тех аспектах, которые определяют процедуры конкурса. Особенности транснациональной несостоятельности и связанные с ними проблемы вызваны во многом тем, что, как отмечал М.И. Кулагин, транснациональная корпорация выступает не как единый субъект права, а лишь как единое экономическое образование, которое включает в себя различные хозяйственные единицы, как пользующиеся правами юридического лица, так и не обладающие ими. *(246)

Во многих государствах, в отличие от РФ, существует возможность инициирования конкурсного процесса в отношении субъекта, не имеющего статуса юридического лица по национальному законодательству - достаточно факта ведения бизнеса, т.е. наличия имущества (соответственно, российские юридические лица могут столкнуться с проблемами транснационального банкротства только по отношению к себе - если в другом государстве будет возбуждено производство по делу о банкротстве в отношении российской транснациональной компании; российские кредиторы не могут заявить о банкротстве компании, ведущей бизнес в России, но зарегистрированной в качестве юридического лица за ее пределами - для этого им придется подавать заявление о банкротстве по месту регистрации компании).

Таким образом, при возникновении финансовых затруднений в деятельности транснациональной компании возможны два варианта действий: во-первых, обращение в суд с исковым заявлением об исполнении обязательств (и исполнение решения суда в том числе за счет имущества, находящегося в данном государстве); во-вторых, обращение в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) всей компании, независимо от законодательств иных мест ведения бизнеса (даже если в этих местах, к примеру, компания не обладает признаками, достаточными для возбуждения производства по делу о банкротстве). В принципе, можно выделить и третий, промежуточный вариант - если в конкретной стране, например в России, действует отделение транснациональной компании, обладающее правами юридического лица по законодательству РФ, то возможно заявление о банкротстве именно этого юридического лица (а не компании в целом), что, как отмечалось выше, не всегда эффективно и целесообразно.

Нередко в процессе функционирования транснациональной компании складываются ситуации, когда в разных государствах возбуждаются процессы о банкротстве этой компании. При этом, естественно, кредиторы, находящиеся в каждом конкретном государстве, настаивают на осуществлении всех процедур в соответствии с законами этого государства в отношении всего имущества компании. Ученые отмечают преимущества ситуации, когда в конкурсную массу включается совокупное имущество должника, как находящееся в стране основного производства по делу о несостоятельности, так и за ее пределами. *(247) Рассмотрим один из примеров транснационального банкротства,

приведенный В.В. Степановым. *(248)

Транспортная морская компания USL имела активы, в частности, в США и Англии. После возникновения финансовых проблем компания подала заявление об открытии реорганизационных процедур, что предполагает (по законодательству США) приостановление любых действий в отношении любого имущества должника, где бы оно ни находилось. Поскольку определенные активы находились в Англии (при этом размер обязательств перед английскими кредиторами значительно превышал стоимость находящихся в Англии активов), английский суд вынес решение об аресте имущества компании, находящегося в Англии. Английские кредиторы были заинтересованы в ликвидации, а не реорганизации USL (что более соответствует прокредиторской направленности английского конкурсного права). При этом английский суд отказал требованиям американского управляющего перевести все активы в США (что соответствовало американскому закону и было необходимо для проведения реорганизации). Никаких законодательных решений данной проблемы не существовало; единственный выход состоял в достижении договоренностей между американским управляющим и английскими кредиторами.

К сожалению, в настоящее время достижение конкретных индивидуальных соглашений между арбитражными управляющими либо между управляющим и кредиторами является единственным способом действий при банкротстве транснациональной компании.

Более адекватно решить указанные проблемы можно только на наднациональном уровне, т.е. путем разработки и принятия международной конвенции в области транснационального банкротства. Ученые отмечают необходимость международного правового урегулирования трудностей, связанных с трансграничной несостоятельностью. *(249) К сожалению, все попытки принять подобный документ, предпринимавшиеся начиная с 70-х гг. XIX в., до сих пор не привели к позитивным результатам. В качестве примера можно отметить такие документы, как Гаагская конвенция о банкротстве 1925 г., Брюссельская конвенция о банкротстве, мировых соглашениях и аналогичных процедурах 1980 г., Европейская конвенция о некоторых международных аспектах банкротства 1990 г., Конвенция для стран Европейского союза о процедурах несостоятельности 1995 г. Основная проблема, сложности в разрешении которой препятствуют принятию конвенции, состоит в решении вопроса о применимом праве. Если исходить из того, что производство по делу о банкротстве транснациональной компании должно быть единым (а это намного целесообразнее осуществления одновременно (параллельно) нескольких производств в разных государствах), конвенция должна определить, право какого именно государства подлежит применению (следовательно, все остальные кредиторы - если их государство будет участвовать в конвенции - должны будут с этим согласиться).

Можно выделить три основных варианта определения конвенцией применимого права (каждый из них способен повлечь как положительные, так и отрицательные последствия):

- применяется право государства, в котором возбуждено первое производство по делу о банкротстве (но это может быть государство, в котором

находится минимальное количество активов и кредиторов транснациональной компании);

-применяется право государства - места основного ведения бизнеса (но нередко это место крайне сложно определить, если бизнесы примерно равноценны);

-применяется право государства - места регистрации компании (но это может быть место, где нет ни активов, ни кредиторов).

Естественно, конвенция о трансграничной несостоятельности должна предусматривать порядок действий в ситуациях, когда производство по делу о банкротстве возбуждается после того, как в другом государстве оно уже было возбуждено; порядок определения полномочий управляющих в отношении имущества компании; права кредиторов компании; и т.д.

Поскольку выработать единую позицию, устраивающую всех кредиторов, крайне сложно, в настоящее время ни одна из разработанных конвенций не была принята.

Поэтому сейчас осуществление единого производства в отношении транснациональной компании практически невозможно - применять какие-то единые правила относительно имущества и правового положения кредиторов можно только по соглашению между управляющими. При отсутствии соглашения проводятся одновременные (параллельные) производства в разных государствах в соответствии с национальными законами, что нередко ведет к потере ценности компании, а значит, и к невозможности полного удовлетворения требований ее кредиторов. *(250) Как правило, восстановление платежеспособности транснациональной компании невозможно либо крайне затруднительно, т.к. мероприятия, применяемые к имуществу, определяются и проводятся в соответствии с различными законодательствами. Поэтому в настоящее время возбуждение производства в отношении самой компании либо одного или нескольких ее подразделений ведет к утрате бизнеса компании.

Отметим определенные действия, направленные на урегулирование отношений транснациональной несостоятельности.

Так, в 1997 г. ЮНСИТРАЛ был принят Типовой закон о трансграничной несостоятельности, направленный на унификацию подходов к основным аспектам рассматриваемых проблем.

Следует отметить, что Типовой закон под трансграничной несостоятельностью понимает не только ситуации, когда должник имеет активы

внескольких государствах, но и когда в числе кредиторов имеются иностранные субъекты. Цель разработки Типового закона состоит в том, чтобы государства, принимая на его основе национальные акты, формировали тем самым согласованные, совместимые законодательные нормы. Статья 2 Типового закона дифференцирует основное и неосновное иностранное производство

(foreign main proceeding; foreign non-main proceeding), под основным понимая производство в государстве, где находится центр основных интересов должника (точное определение этого понятия не дается), под неосновным - производство

вином иностранном государстве, где ведется бизнес должника. Типовой Закон исходит из необходимости признания компетентным органом государства основного производства, возбужденного в другом государстве, после чего (как

следует из ст. 24 Типового закона) субъект, осуществляющий управление имуществом должника, в основном государстве получает право вступать в любое производство с участием должника в государстве, заявившем указанное выше признание. Статус управляющего, правовое положение должника, порядок формирования конкурсной массы, другие процессуальные моменты определяются исходя из принципа lex fori concursus (подлежит применению право государства, в котором осуществляются процедуры конкурса). Признание основного производства влечет автоматическое приостановление рассмотрения в судах признавшего государства всех требований в отношении имущества должника, а также исполнительных производств; кроме того, устанавливается запрет на отчуждение активов должника. При этом вполне возможна ситуация, когда последствия, возникшие для должника в государстве, признавшем основное производство, будут более серьезными, чем те, которые возникают в государстве основного производства.

Еще одним важнейшим положением является норма ст. 31 Типового закона, в соответствии с которой устанавливается, по сути, презумпция банкротства - возбуждение конкурсных процессов возможно даже тогда, когда на территории признающего государства должник признаками несостоятельности не обладает.

Тем не менее Типовой закон допускает возбуждение и самостоятельного параллельного конкурсного процесса, который будет осуществляться по нормам национального права, однако при признании основного производства будет ограничен активами должника, находящимися в данном государстве.

Как видим, Типовой закон может быть оценен как прогрессивное явление, цель которого - создание механизмов единого производства. Резолюцией 52/158 Генеральной Ассамблеи ООН от 15 декабря 1997 г. было рекомендовано инкорпорировать Типовой закон в национальные законодательства.

В.В. Витрянский совершенно справедливо замечает, что регулирование отношений, связанных с трансграничной несостоятельностью, должно осуществляться путем принятия отдельного закона на основе Типового закона. *(251)

Однако нормы Типового закона в настоящее время не инкорпорируются в национальные законодательства.

Может быть, в результате сказанного Регламент Евросоюза N 1346/2000, принятый 29 мая 2000 г. Парламентом Евросоюза и вступивший в силу 31 мая 2002 г., в гораздо меньшей степени проводит концепцию единого производства. Этот Регламент содержит в себе многие положения Конвенции ЕС 1995 г. Применяется Регламент к процедурам несостоятельности должника, имеющего центр главных интересов в ЕС, однако возможно его распространение и на иные компании, осуществляющие в ЕС бизнес.

Регламент допускает единое производство, но при этом сохраняет возможность осуществления и территориальных производств, распространяющихся на соответствующие активы; при этом, что интересно, вторичные процедуры могут быть только ликвидационными (это следует из ст. 3 Регламента). Применимым правом в соответствии с Регламентом будет право государства, в котором возбуждена как основная, так и вторичная процедура.

Таким образом, по сути, Регламенту не удалось отойти от концепции параллельных производств со всеми вытекающими отсюда проблемами.

Безусловно, очевидна необходимость законодательной разработки государствами СНГ и Балтии вопросов трансграничной несостоятельности. Следует отметить, что отдельные шаги в данном направлении предпринимаются.

Так, в Протоколе к Соглашению, заключенному 25 декабря 1998 г. в Москве между РФ и Республикой Беларусь о создании равных условий субъектам хозяйствования *(252), в перечень запланированных мероприятий включена унификация законодательных актов, регулирующих вопросы несостоятельности (банкротства). Кроме того, 26 февраля 1999 г. в Москве Беларусью, Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном и Россией была принята Программа гармонизации национальных законодательных и иных нормативных актов государств-участников договора о таможенном союзе и едином экономическом пространстве, упоминающая о гармонизации правового режима банкротства. *(253)

§3. Признаки и критерии несостоятельности

1.Понятие признаков и критериев несостоятельности

Для того чтобы конкурсный процесс был инициирован, т.е. чтобы арбитражный суд принял заявление о банкротстве должника, необходимо доказать наличие определенных признаков банкротства и решить вопрос о критерии несостоятельности. Критерием предлагается считать принятый законодательством общий подход к неплатежеспособным должникам, признаками - конкретные параметры, присутствие которых необходимо, вопервых, для принятия заявления о банкротстве судом, во-вторых, для вынесения решения о признании должника банкротом. Так, В.В. Витрянский говорит о подходах к "определению критериев и внешних признаков несостоятельности". *(254) В целом можно согласиться с утверждением о том, что "процедуры банкротства составляют единую систему норм, в рамках которой основным критерием признания несостоятельного должника банкротом выступает невозможность восстановления его платежеспособности". *(255)

Мировой практике известно два противоположных подхода к критерию несостоятельности - выражаются они в законодательном признании критерия неплатежеспособности либо критерия неоплатности (в рамках каждого критерия можно выделить определенную систему признаков). Совершенно справедлива мысль М.И. Кулагина о том, что иногда грань между неоплатностью и неплатежеспособностью провести нельзя, но нельзя их и отождествлять. *(256)

Неоплатность - такая ситуация, когда стоимость имущества должника меньше стоимости его обязательств, т.е. установлено, что всех средств должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. Критерий неоплатности исходит из того, что только такой должник может быть признан несостоятельным (банкротом).

Следует отметить, что для российского права характерным являлся подход к банкротству с точки зрения критерия неоплатности.

Так, Устав о несостоятельности 1832 г. давал следующее определение банкротства: "Торговой несостоятельностью признается, когда кто-то по торговле придет в такое положение дел, что не только не имеет наличных денег на удовлетворение долгов, но и есть признаки, по которым можно заключить, что всего имущества его для полного их удовлетворения будет недостаточно". То есть для признания купца банкротом необходимо было подсчитать стоимость всего принадлежащего ему имущества (включая права требования, имущество, находящееся у третьих лиц, возможные поступления) и сравнить со стоимостью долгов. Все это крайне затрудняло и затягивало процедуру признания банкротства.

В конце XIX - начале XX в. в науке велась интереснейшая дискуссия о сущности критерия неоплатности и целесообразности его применения. В книгах, а также в журналах "Журнал гражданского и уголовного права", "Журнал министерства юстиции" и других высказывали свои мнения такие ученые, как Г.Ф. Шершеневич, Д.В. Туткевич, В. Садовский, Д.М. Генкин, А.А. Маттель, Н.А. Тур, другие. Так, Д.В. Туткевич считал, что "торговец состоятелен, пока он пользуется кредитом, а кредитом он пользуется, пока исправно платит долги, следовательно, только при неплатеже долгов может речь идти о несостоятельности". *(257) Это мнение отталкивается от идей нецелесообразности принятия неоплатности, т.к. в принципе для участия в гражданском обороте не важно, каково соотношение между активами и пассивами, главное - чтобы хозяйствующий субъект выполнял свои обязательства.

Приведенное выше высказывание раскрывает сущность критерия неплатежеспособности.

Неплатежеспособность - факт неоплаты должником требования кредитора. Соответственно, критерий неплатежеспособности допускает признание должника банкротом на основании одного только факта неисполнения обязательств вне зависимости от наличия либо отсутствия имущества и его стоимости. Получается, что возможно признание банкротом должника, обладающего значительным количеством имущества, но по каким-то причинам не удовлетворяющего кредиторов, и невозможно банкротство должника, практически никакого имущества не имеющего, но изыскивающего средства для своевременного удовлетворения требований. Д.М. Генкин отмечал (и с этим невозможно не согласиться), что актив может превышать пассив, но заключаться в требованиях к третьим лицам, в результате чего должник может оказаться неплатежеспособным, и наоборот, пассив может превышать актив, но, поскольку должник пользуется кредитом, неплатежеспособности нет. *(258)

Каждый из названых критериев имеет как положительные, так и отрицательные последствия. Положительным последствием критерия неплатежеспособности является, во-первых, то, что в соответствии с ним пресечь деятельность неплатежеспособного должника очень просто, т.к. при этом не надо осуществлять сложные подсчеты и сравнения стоимости имущества и обязательств; во-вторых, дисциплинирующий фактор (исполнять

обязательства может побудить угроза банкротства). Все это способствует защите интересов кредиторов, т.к. повышает вероятность удовлетворения требований в рамках конкурсного процесса.

Отрицательными последствиями этого критерия являются, во-первых, вероятность возбуждения конкурсного процесса против вполне состоятельных должников (что ведет к лишним потерям времени и средств как у должника, так и у кредиторов); во-вторых, возможность злоупотреблений со стороны кредиторов, желающих навредить должнику (поскольку сам факт возбуждения конкурсного процесса может весьма отрицательно сказаться на имидже должника и стоимости его имущества); в-третьих, может сложиться ситуация, когда должник может усугубить положение свое и кредиторов тем, что в целях получения средств идет на рискованные операции, берет кредиты под значительные проценты, т.е. любым способом пытается оплатить предъявляемые требования, не думая о последствиях. При этом, очевидно, в более выгодном положении окажутся кредиторы более активные либо более осведомленные, что несправедливо по отношению к остальным. Все это неоднократно отмечается учеными. *(259)

Положительные последствия неоплатности состоят в том, что, признавая должника банкротом, с высокой степенью вероятности можно сказать, что он действительно не способен участвовать в гражданско-правовых отношениях, поскольку его баланс находится в неудовлетворительном состоянии. Поэтому нередко ученые доказывают экономическую эффективность и практическую целесообразность данного критерия. *(260)

Представляется, что отрицательные последствия критерия неоплатности более объемны и значительны. Во-первых, его принятие означает необходимость сложных бухгалтерских подсчетов и возложение на суд не свойственных ему функций анализа финансовых документов. Во-вторых, должник, имеющий значительные долги и превышающую их стоимость имущества, может не расплачиваться по долгам, не опасаясь признания банкротом. Анализируя негативные моменты критерия неоплатности, А. Ерофеев приходит к выводам, в соответствии с которыми "в случае применения балансового критерия несостоятельности неминуемо возникает задержка между подачей заявления и началом процедур несостоятельности, что ведет к неопределенности, возможному захвату активов кредиторами, и, скорее всего, дальнейшему ухудшению финансового состояния должника"; применение балансового критерия вследствие отсутствия у кредиторов необходимой информации затрудняет их доступ к процедурам банкротства; балансовая стоимость активов часто не отражает реальной ситуации - "явные банкроты могут казаться платежеспособными, если смотреть только на их баланс. Это особенно справедливо в России в силу недостатков стандартов финансовой отчетности, в частности, таких, как отсутствие во многих случаях переоценки активов либо переоценки основных средств по установленным коэффициентам безотносительно к рыночной стоимости". *(261) Кроме того, критерий неоплатности в принципе применим не во всех ситуациях - так, сложно говорить о его применении к субъектам, у которых в силу самой специфики деятельности пассивы превышают активы (например, фирмы-посредники). Об этом очень

хорошо сказал в начале века А.Н. Трайнин: "Спора нет, было бы значительно прочнее и лучше, если бы все предприятия владели бы собственным капиталом. Но ради неосуществимого лучшего нельзя жертвовать настоящим; невозможно разрушить функционирующие предприятия на основании того лишь, что пассив превышает актив". *(262) Поскольку действовавший тогда в России Устав о несостоятельности принимал критерий неоплатности, многие ученые обосновывали мысль о необходимости реформы конкурсного права, одним из основных положений которой был переход к критерию неплатежеспособности. В конце 80-х гг. XIX в. Н.А. Туром был составлен Проект нового Устава о банкротстве, который, к сожалению, не был принят.

Интересна мысль Г.Ф. Шершеневича, который считал, что неоплатность и неплатежеспособность не являются противоположными элементами, а тесно между собой взаимосвязаны. Неплатежеспособность - внешняя сторона неоплатности. То есть неоплатность имеет две стороны: внутреннюю - превышение пассивов над активами и внешнюю - прекращение (приостановление) выплат кредиторам. Следовательно, используя критерий неплатежеспособности, мы имеет дело с той же неоплатностью, обнаруженной во внешней, яркой ее форме.

Конкурсное право России периода нэпа также придерживалось критерия неоплатности, и также некоторые ученые высказывались за смену критерия. Так, Н. Бончковский отмечал, что "прекращение платежей или неспособность к оплате долгов еще не свидетельствует о безнадежности положения". *(263) Правда, на практике (особенно когда речь шла о банкротстве частных компаний по заявлению государственных) суды часто не вдавались в выяснение соотношения активов и пассивов, вынося решения о признании банкротства практически только на основании факта неуплаты долга.

Закон "О несостоятельности (банкротстве) предприятий" 1992 г. принимал критерий неоплатности, понимая под несостоятельностью "неспособность должника удовлетворять требования кредиторов по оплате товаров (работ, услуг), включая неспособность обеспечить обязательные платежи в бюджет и внебюджетные фонды, в связи с превышением обязательств должника над его имуществом" (ч. 1 ст. 1 Закона). Сразу обращает на себя внимание крайне неудачная формулировка этой нормы. Во-первых, очевидно, что требования по уплате обязательных платежей не могут "включаться" в требования по оплате товаров (работ, услуг), так как речь идет о совершенно разных требованиях - по исполнению публично-правовых обязанностей и частноправовых обязательств. Во-вторых, использование в данном контексте термина "обеспечить", имеющего в гражданском праве самостоятельное значение, является нецелесообразным. В-третьих, под данную формулировку не подпадают многие требования, не связанные с оплатой товаров (работ, услуг). Например, требования внедоговорные либо требования о возврате кредита, который нельзя назвать услугой (в крайнем случае, оплатой услуги можно считать проценты за пользование кредитом). Таким образом, в ряде случаев необходимо было толковать нормы Закона расширительно.

Кроме того, ч. 2 ст. 1 Закона "О несостоятельности (банкротстве) предприятий" устанавливала, что "внешним признаком несостоятельности

должника является приостановление его текущих платежей". В ответ можно привести слова К.И. Малышева, сказанные в конце прошлого века: "Любая страна заслужила бы благодарность торгового мира, если бы смогла дать определение прекращения платежей". *(264) На этот вопрос действительно невозможно ответить. Является ли приостановлением платежей выплата в месяц по копейке, либо выплата только одному кредитору, либо выплаты многим, но неполные и нерегулярные?

Принимая критерий неоплатности, Закон 1992 г. устанавливал следующую систему признаков банкротства:

-приостановление текущих платежей по оплате товаров, работ, услуг;

-просрочка уплаты долга более чем на 3 месяца;

-превышение суммой задолженности размера 500 минимальных размеров оплаты труда;

-неудовлетворительная структура баланса (т.е. превышение стоимости обязательств над стоимостью имущества).

Порядок признания структуры баланса неудовлетворительной изначально не был установлен, что значительно затрудняло применение Закона. Появился этот порядок только в 1994 г. - постановление Правительства РФ N 498 от 20 мая 1994 г. "О некоторых мерах по реализации законодательства о несостоятельности (банкротстве) предприятий" содержало приложение N 1 "Система критериев для определения неудовлетворительной структуры баланса неплатежеспособных предприятий".

Были определены три коэффициента, порядок их расчетов и предельные величины: коэффициент текущей ликвидности; коэффициент обеспеченности собственными средствами; коэффициент восстановления (утраты) платежеспособности.

Коэффициент текущей ликвидности характеризовал обеспеченность предприятия оборотными активами и определялся как соотношение фактической стоимости оборотных средств (денежные средства, дебиторская задолженность, производственные запасы, готовая продукция, незавершенное строительство и т.п.) к наиболее срочным обязательствам (краткосрочные кредиты, займы и т.п.). Значение этого коэффициента должно было быть более

2.

Коэффициент обеспеченности собственными средствами характеризовал финансовую устойчивость должника, отвечая на вопрос о достаточности у него средств на функционирование. Определялся этот коэффициент как соотношение разности между объемами источников собственных средств и фактической стоимостью внеоборотных активов (в том числе основных средств)

кфактической стоимости оборотных средств предприятия. Этот коэффициент должен был превышать значение 0,1.

Коэффициент восстановления (утраты) платежеспособности определял наличие либо отсутствие у должника шансов на восстановление финансового состояния в течение полугода. Этот коэффициент представлял собой соотношение расчетного коэффициента текущей ликвидности к его установленному значению. При этом расчетный коэффициент текущей ликвидности - сумма фактического коэффициента текущей ликвидности на