1.6.2.4 Интервью – основной путь получения информации

1.6.2.4.1 Понятие интервью

Б.Н. Лозовский в книге «Искусство разговаривать и получать информацию» справедливо отмечает, что «по всей вероятности, история интервью восходит к вопросу Евы к Адаму: «Не хотите ли яблока?». Полученная при этом информация привела к известным последствиям для благодарного человечества».

Традиционно под интервью понимается беседа журналиста с каким-либо лицом или группой лиц, представляющая общественный интерес и предназначенная для передачи в средствах массовой информации.

В науке и практике современной журналистики термин интервью имеет два значения:

- жанр журналистского произведения;

- процесс, метод сбора информации.

И в том и другом случае в основе действий журналиста – общение с человеком, обладающим нужной информацией, вопросно-ответный способ получения сведений.

Рассмотрим особенности интервью в первом значении слова.

По определению Л.М. Майдановой, «интервью – текст, пользующийся логической схемой описательного или событийного типа и различной глубины».

Есть интервью с логической схемой средней глубины. Такие интервью обычно небольшого объема, они выступают как средство передачи подчеркнуто актуальной, свежей информации, получаемой из первых рук и потому ценной именно своей новизной, а не глубиной. И текст таких интервью выполняет свою задачу, очерчивая круг вопросов, с которыми предстоит иметь дело собеседнику журналиста и читателя. Интервью этого вида по содержанию напоминают расширенную заметку.

Особенностью логической схемы интервью является возможность наличия в ней двух смысловых центров. По этому признаку выделяются два типа текстов.

Во-первых, интервью с одним смысловым центром. У собеседника берутся сведения о предмете или событии, но никак не затрагивается его личность. На том же материале могла бы быть написана проблемная статья, от которой наше интервью отличается компоновкой и языковым оформлением фактов: темы тезисов формулируются в вопросах, сохранены сигналы контактного общения, устной речи (например, интервью «Второй срок для школьника» Ольги Демидовой (см. Приложение 36).

К первой же группе относятся интервью портретного типа, где предмет речи тоже один – человек, с которым ведется беседа. Здесь все направлено на раскрытие личности собеседника: его характера, отношения к делу. Примером может служить интервью Инны Руденко с Галиной Улановой (см. интервью «Дорога на пьедестал», опубликованное в журнале «Собеседник» за 1984 год, № 4.). Здесь речь идет о великой русской балерине, о ее творческом методе. Или, например, «Кто слезам не верит» Елены Скворцовой–Ардабацкой (см. Приложение 23).

Во-вторых, выделяются интервью, содержание которых можно выразить формулой: «дело и человек в деле». В этих текстах два смысловых центра – предмет, о котором рассказывает собеседник, и сам собеседник, интересующий журналиста именно в связи с предметом речи (например, интервью «Кто слезам не верит» Елены Скворцовой – Ардабацкой (см. Приложение 23).

В интервью могут входить событийные элементы, время которых дается с привязкой к моменту речи собеседников. Событие, даже если оно стоит в центре разговора, не дается в беседе (см. глоссарий) подробно и хронологически последовательно, эпизоды представлены, как правило, сжато или даже номинативно, поскольку беседность не предполагает изобразительности, это качество не является жанрообразующим (получится наглядно – хорошо, не получится – не беда, интервьюируют ведь не только художников слова). Например, интервью И. Руденко с Г. Улановой не включает ни одного развернутого эпизода, не соблюдается и их хронология (например:

И вы мечтали сыграть Елену из «Накануне», невесту революционера?

Да. И уже начала репетировать.

И что же?

Постановщик трактовал образы чересчур прямолинейно, без тургеневской поэтичности. Я отказалась).

Перед этим рассказом в интервью помещен эпизод из детства, после – так же сжато – говорится о постановке спектакля по заказу ЮНЕСКО.

Таким образом, в данном портретном интервью наглядно представлено нарушение хронологической последовательности в описании событий, что обеспечивает освещение самого значимого в жизни героя, раскрывающего его как человека и «человека в деле».

Более подробно может быть дано событие в многособытийном интервью, когда говорящие оперируют разными событиями как иллюстрациями своих тезисов.

Не часто, но бывают в интервью случаи подачи развернутого, красочно выписанного эпизода. Примером такого эпизода может служить отрывок из интервью Татьяны Юлаевой с художницей Ольгой Окуневой («Параллельные миры Ольги Окуневой, или Поезд не может уйти без тебя» Т. Юлаевой):

И что тебе мешает вернуться обратно в свой параллельный мир? Тебе нужны новые впечатления?

Нет. Они тебя переполняют. Можно просто взглянуть в окно… Мешают обыкновенные житейские дела. Я так же, как и все, завишу от быта. От денег. От состояния здоровья. И даже от настроения в обществе. Одиночество, так необходимое в творчестве, оборачивается своей обратной стороной в обычной жизни. Впервые я это особенно остро ощутила, когда потеряла своего учителя. Станислав Косенков, к которому я ездила из Харькова в Белгород в пору студенчества, чтобы постичь нечто большее, чем просто мастерство, был не просто великолепный график. Он мне был как отец. Я очень дорожила его мнением. И после окончания института долгое время ему ничего не показывала, хотя уже были успехи, были выставки. Раз в год писала. Раз в год звонила. Вот думала, поеду в Белгород и тогда… А его жизнь внезапно оборвалась. Хотя в это мне до сих пор трудно поверить. Это невосполнимая утрата.

Композиция интервью зависит от размещения в нем вопросов, от смысловой связи между ними.

Можно выделить тип интервью со свободной композицией, когда допустима перестановка вопросов: вопросы едины лишь по широкой теме, но касаются разных сторон обсуждаемого предмета и в значительной степени бывает безразлично, о чем спросить раньше, а о чем позже. Таковы часто интервью, в которых использованы вопросы читателей (например, «Второй срок для школьника» Ольги Демидовой (см. Приложение 36).

Противоположный случай – композиция импровизированной беседы, при этом вопрос порождается предшествующим ответом собеседника, вследствие чего перестановка вопросно-ответных единств невозможна.

Обычно интервью демонстрируют примерный план заготовленных вопросов (например, вопросы, касающиеся биографии собеседника, особенностей его профессии и т. д.) и вопросов, свободно возникающих по ходу беседы (например, это уточняющие, дополнительные вопросы).

Таким образом, вопросы в интервью, коротко обозначая темы следующих за ними отрезков текста – ответов, делают содержательную структуру текста и композицию его прозрачными, легко обозримыми.

Интервью большого объема могут члениться на главки с заголовками, что еще больше облегчает их восприятие. Использование такого композиционного построения не так часто встречается в публицистике.

В интервью журналист может передать индивидуальные особенности речи собеседника (у одного речь афористична, у другого насыщена терминами, у третьего полемически заострена и эмоциональна). Так, в интервью Инны Руденко с Галиной Улановой речь героини полемична: журналист и балерина спорят по поводу понятий «хочу» и «надо», многие вопросы вызывают противоречащий ответ. В речи Улановой много неожиданных, острых ответов (например:

• А что такое молодость?

• Молодость – это движение.

• Ваш любимый цветок?

• Гвоздика в бутоне. Не поймешь: то ль это ее конец, то ли начало).

В интервью Елены Скворцовой–Ардабацкой с Владимиром Меньшовым речь героя насыщена такими словами которые являются эмоционально–экспрессивными (например:

- Однокурсники из хороших семей прикладывали меня и высмеивали так, что мало не покажется.

- И вы решили переквалифицироваться в режиссёры, потому что поняли, что не достигните больших высот как актёр?

- И поэтому тоже. Ну и кино меня по-прежнему тянуло, а меня в кино никто не тянул, и это было для меня тоже трагично).

Учитывая все особенности интервью, можно согласиться с тем, что интервью является достаточно сложным жанром, требующим от пишущего внимательного восприятия речи собеседника, с тем чтобы передать не только смысл, но и живую форму ответов. Это жанр, через который на страницы газет проникает интонация непосредственной устной речи.