Istoria_Rossii_KhKh_vek

Свидетельство очевидца

Вот что написал Троцкий: «Если подойти к вопросу с социально-психоло- гической стороны, то задача сводится к тому, чтобы заставить все рабочее население переживать бедствия и искать из них выхода не индивидуально, а коллективно… Достигнуть такой „канализации“ личных усилий можно только социализировав бытовые жизненные условия; уничтожив семейные очаги, домашнюю кухню, переведя все на общественное питание. Социализация такого рода немыслима без милитаризации… Милитаризация плюс дважды в день горячая пища, одинаковая для всех, будет всеми понята как жизненная необходимость и не будет ощущаться как аракчеевское насилие. Общественное питание создаст непосредственные условия общественного контроля и самой действительной борьбы с леностью и недобросовестностью: кто не выходит на работу, тому нельзя будет показаться в общественную столовую… Необходим культ физического труда… Наиболее квалифицированные рабочие оторваны революцией от производства и разбросаны по всей стране в качестве советских администраторов, гражданских и военных. Их сотни тысяч. Благодаря им создан советский аппарат и советская армия. Но это достигнуто ценою обезглавливания промышленности как непосредственного трудового процесса. Нужно снова вернуть лучших рабочих на заводы и фабрики. Нужно обязать всех без исключения граждан независимо от рода занятий отдавать известное, хотя бы минимальное, число часов в день или известное число дней в неделю физическому труду. Нужно, чтобы наша печатная и устная агитация в центр всего поставила физический труд».

Ленин полностью поддержал эту идею, и в январе 1920 г. обрисованная Троцким программа милитаризации труда начала проводиться в жизнь.

Âтрудовую армию было мобилизовано более 1 млн. 600 тысяч человек. Дезертиры трудового фронта наказывались, как и дезертиры боевого, — расстрелом. Люди работали за скудный харч, находясь на казарменном положении. С начала 1920 г. по почину Троцкого вводится система субботников и воскресников, когда рабочих и служащих заставляли трудиться совершенно бесплатно по 12—16 часов в выходные дни. Это была замена высокооплачи- ваемых сверхурочных работ царского рабочего законодательства. Под руководством Дзержинского создается «Главный Комитет Трудовой повинности».

Âсубботниках по всей коммунистической зоне трудились миллионы людей одновременно. Так, в субботник 22 мая 1920 г. на работу было поставлено 15 млн. человек. И это в голодной стране, где даже у рабочих часть пайка отбиралась на нужды Красной армии!

Позже Ленин в оправдание военного коммунизма будет ссылаться на «военный период» в истории советского государства, в рамках которого большевики якобы вынуждены были предпринимать ряд «экстренных мер», чтобы победить в Гражданской войне. На самом же деле все обстояло совсем иначе. Ленину и его сторонникам хотелось поставить все население России

тей (81%), в 1919 г. — 15,5 рождений и 81,7 смертей (527%). За первые четыре месяца 1920 г. число смертей на тысячу жителей достигло 90.

В целях восстановления народного хозяйства, заготовки леса и сбора урожая Троцкий уже в январе 1920 г. начал использовать красноармейские части, реорганизовывая их в «трудовые армии». IX съезд партии в марте 1920 г. одобрил мобилизацию в «трудовые армии», которые, подчиняясь военной дисциплине, направлялись бы на стройки и на заводы, и отверг претензии профсоюзов на участие в управлении предприятиями. Но и это не помогло. Экономическая ситуация продолжала ухудшаться. О том, как на все это реагировало население, Ленин знал из «оперативно-информационных сводок», которые ему регулярно готовила ЧК. По пути коммунистов — повального обобществления производства и распределения, трудовых армий, отмены торговли и денег — дальше идти было некуда.

Литература

П. Милюков. Россия на переломе. Большевистский период русской революции. Т. 1. Происхождение и укрепление большевистской диктатуры. Париж, 1927.

2.2.8. Брестский мир и союз большевиков с австро-германцами

«Декрет о мире», содержавший предложение ко всем народам заклю- чить демократический мир без аннексий и контрибуций, был опубликован в «Правде» и «Известиях ЦИК» 28 октября 1917 г. Однако правительства воюющих держав оставили его без ответа. Тогда 9 ноября Ленин и новый главковерх Крыленко направили радиограмму всем солдатским комитетам армии

èфлота, всем бойцам и матросам с призывом брать дело мира в свои руки

èв обход «контрреволюционных генералов» вступать в переговоры о перемирии с неприятелем.

13 ноября парламентеры, посланные Крыленко, установили контакт с германским командованием, которое дало согласие на официальное ведение сепаратных переговоров. К Германии присоединилась Австро-Венг- рия, а затем Болгария и Османская империя. 20 ноября в Брест-Литовске (Западная Белоруссия) переговоры были начаты. Советская делегация, возглавлявшаяся Каменевым (в нее входили как большевики, так и левые эсеры), предложила заключить мир на демократических началах, изложенных в «Декрете о мире». Однако противная сторона уклонилась от ответа, согласившись лишь на несколько дней приостановить военные действия. Немцы и их союзники приняли, правда, очень важное для большевиков соглашение о полной гласности переговоров.

30 ноября, после недельного перерыва, обмен мнениями был продолжен. На этом этапе советскую делегацию возглавлял зам. наркома по иностранным делам Адольф Абрамович Иоффе. 2 декабря он подписал новое согла-

634 Часть вторая РОССИЯ В РЕВОЛЮЦИИ 1917—1922 годов

шение о перемирии. Через семь дней началось обсуждение условий мирного договора.

Никаких разногласий в то время в руководстве большевиков по вопросу о мире не наблюдалось. Все вожди большевицкой партии рассчитывали на то, что им удастся бескомпромиссно отстаивать принципы демократического мира вплоть до начала социалистической революции в самой Германии

èдругих странах капитализма. Эту революцию они ждали буквально каждый день! А потому в середине декабря, после того как председатель германской делегации статс-секретарь (министр) по иностранным делам барон Рихард фон Кюльман потребовал от России признать право Германии на аннексию Польши, Литвы, Курляндии и части Эстляндии и Лифляндии, большевики приняли решение о затягивании переговоров всеми возможными средствами. Тогда же Ленин направил в Брест-Литовск Троцкого, заявив при этом: «Чтобы затягивать переговоры, нужен затягиватель». 27 декабря начался новый этап мирной конференции, в котором на этот раз приняла участие и делегация Центральной Рады, высшего органа Украинской Народной Республики, провозглашенной 7 ноября в Киеве местными социал-демократами и эсерами. Она занимала антибольшевицкие позиции. 28 января 1918 г. председатель делегации Украины на переговорах в Брест-Литовске Всеволод Александрович Голубович подписал сепаратное соглашение с Германией и Австро-Венг- рией, по которому Украина фактически оккупировалась австро-германскими войсками. Для Рады это был единственный способ противодействовать большевикам, которые уже захватили всю Восточную Украину и осадили Киев.

Германское правительство, в течение почти двух лет исправно выплачивавшее Ленину огромные деньги, вправе было ожидать территориальных уступок

èот большевиков. Но те, разумеется, не хотели продавать Россию Германии. Ведь Россия стала уже их, большевицким владением! Когда немцы поняли, что Ленин ведет свою игру и долги возвращать не намерен, они предъявили российской делегации ультиматум, потребовав заключить сепаратный мир незамедлительно. Причем на худших условиях, чем те, которые были сформулированы в декабрьском заявлении фон Кюльмана. На этот раз немцы потребовали уступить им и часть Белоруссии. Произошло это 5 января 1918 г. Сразу после этого Троцкий выехал в Петроград для консультаций. На совещании в ЦК большевицкой партии мнения вождей разделились. Исходя из того, что мировая революция «запаздывала», а российская армия развалилась, Ленин и Зиновьев предложили отказаться от тактики затягивания и подписать мир на германских условиях. Однако Троцкий не согласился, полагая недопустимым оформление аннексионистского договора с Германией и ее союзниками только на основании ультиматума с их стороны. Он был убежден: надо предоставить рабочим Европы бесспорное доказательство того, что большевики лишь под штыками на время отказываются от принципов демократического мира; в противном случае империалисты могли, с его точки зрения, изобразить переговоры как «комедию с искусно распределенными ролями», ослабив тем самым влияние Октябрьского

переворота на европейский пролетариат. Иными словами, надо было спровоцировать немцев на новое наступление. Эти представления привели его к формуле «войну прекращаем, армию демобилизуем, но мира не подписываем». Это была авантюра столь же чудовищная, как и сам Октябрьский переворот.

Предложение Троцкого было принято большинством голосов не только членов ЦК большевицкой партии, но и ЦК партии левых эсеров. Поддержали его даже «левые» коммунисты (их лидером был Н.И. Бухарин), которые вообще были против какого бы то ни было договора с Германией. Многие из голосовавших «за», впрочем, были убеждены, что состояние Германии, которая якобы стоит на пороге социалистической революции, «не позволит ей зверского и дикого наступления на Россию». Вернувшись в Брест-Литовск, 28 января Троцкий огласил соответствующую декларацию от имени Советского правительства. ВЦИК Советов одобрил «образ действий своих представителей в Бресте».

Немцы были потрясены. Они убедились, что тактический союз с большевиками, приведший Ленина к власти, оказался временным, что Ленин пытался провести Германию, используя немецкие деньги только в своих политических целях. 16 февраля 1918 г. (по н.с.) германское командование заявило о прекращении перемирия и возобновлении с 12 часов дня 18 февраля военных действий. 19 февраля немцы заняли Двинск и Полоцк и двинулись в направлении Петрограда. За несколько дней до того, 12 февраля, военные действия против России возобновила Османская империя. Только тогда Ленин и Троцкий в спешном порядке направили правительствам Четверного союза радиограмму

ñпредложением незамедлительного заключения мира. Новый германский ультиматум содержал еще более обширные территориальные притязания: отторжение от России не только Польши, Литвы, Курляндии и части Белоруссии, но и всей Эстляндии и Лифляндии. Россия должна была вывести свои войска

ñтерритории Украины и Финляндии. 22 февраля Троцкий подал в отставку

ñпоста наркома по иностранным делам. Для Германии и ее союзников такое решение должно было означать радикальный поворот во внешней политике большевицкого государства. На следующий же день ЦК большевиков принял германские условия 7 голосами против 4 при 4 воздержавшихся. Это решение было одобрено и большинством членов ВЦИК: 116 голосами против 85 при 26 воздержавшихся. Левые эсеры и «левые» коммунисты голосовали против.

Âто же утро соответствующее постановление было вынесено Совнаркомом. В ночь с 24 на 25 февраля в Брест-Литовск для подписания мирного договора выехала делегация во главе с большевиком Григорием Яковлевичем Сокольниковым (Гирш Янкелевич Бриллиант). 1 марта они получили окончательный текст условий, еще более тяжелых, чем содержавшиеся в последнем германском ультиматуме: в документ было добавлено требование об отторжении Турцией от России округов Ардагана, Карса и Батума. Стратегическое значение Батума трудно было переоценить: именно в этот черноморский порт доставлялась бакинская нефть по транскавказскому нефтепроводу. 3 марта мирный договор был подписан. Только после этого германское верховное командование отдало

636 Часть вторая РОССИЯ В РЕВОЛЮЦИИ 1917—1922 годов

приказ о прекращении военных действий в России. В начале марта 1918 г. «позорный мир» был ратифицирован IV Всероссийским съездом Советов 784 голосами «за», при 261 «против» и 115 воздержавшихся.

По Брестскому миру от России было отторгнуто 780000 кв. км с населением 56 млн. человек — около ⅓ населения Российской Империи, — на которых добывалось около 4/5 железа и угля России и собиралась одна треть хлеба. В августе 1918 г. большевики пошли на новые уступки Германии, согласившись подписать «добавочные соглашения», по которым обязались выплатить немецкой стороне компенсации в размере 6 миллиардов марок. В сентябре двумя платежами 10 и 30 числа большевики уплатили Германии 512,5 млн. золотых марок (частично золотыми царскими рублями). Третий платеж, намеченный на 31 октября, не состоялся, так как Германия была уже на пороге капитуляции. Скольких людей могли бы спасти эти деньги, если бы на них было закуплено продовольствие перед страшной зимой 1918/19 г. Но о людях большевики не думали вовсе. Своего германского союзника большевики просили продать им топливо и оружие. 70 тыс. тонн угля (из которых реально достигла Петрограда только половина) пошли на поддержание работы оружейных заводов, а заказанное оружие — 200 тыс. винтовок, 500 млн. патронов и 20 тыс. пулеметов —

êбольшевикам так и не попало из-за краха Германии, но использовать его большевики намечали против таких же русских людей.

ÂМоскву и другие города России были введены германские войска ча- стью в своем натуральном виде, частью в виде вооруженных немецких и ав- стро-венгерских военнопленных (так называемых «интернационалистов»). Уже в марте 1918 г. в одной Москве, по данным антикоммунистической разведки, было размещено до 53 тыс. вооруженных немцев, в том числе 7 тыс. регулярных германских войск. Эти войска должны были охранять союзную Центральным державам большевицкую власть от антибольшевицких сил, выступавших под лозунгом продолжения войны на стороне Антанты.

Мирные сепаратные переговоры, начатые в ноябре 1917 г. большевиками, очень дорого стоили нашим союзникам. Первой в наступление на западных фронтах перешла Австро-Венгрия. Итальянские войска маршала графа Кадорны с лета 1916 г. пытались перейти в наступление в Истрии, используя то, что основные силы австрийцев были сосредоточены против Русской армии в Галиции. После развала русского фронта австрийцы начинают с сентября 1917 г. перебрасывать войска против Италии. Немцы также сконцентрировали свои войска в Доломитовых Альпах. Наступление началось 25 октября, и если бы не срочная помощь англо-французских войск под личным командованием маршала Фоша, Центральным державам удалось бы вывести Италию из войны. Осеннее наступление германо-австрийских войск стоило союзникам десяти тысяч погибших солдат и офицеров, тридцати тысяч раненых и 295 тысяч попавших в плен. Была потеряна обширная территория между реками Изонцо и Пьяве, все итальянские завоевания в австрийской Крайне, и австро-германцы подошли

êпредместьям Венеции. Итальянская армия была совершенно деморализована.

После заключения мира на востоке Центральные державы еще решительней стали перебрасывать свои войска с Восточного фронта на Западный,

è21 марта Германия начала «генеральное» наступление на Сомме в Пикардии силами 65 дивизий при поддержке 6,5 тысяч орудий, 3,5 тысяч минометов и 730 самолетов (операция «Михаэль»). Наступающим удалось за две недели боев существенно потеснить силы Антанты. 23 марта немцы из сверхдальних орудий начали обстрелы Парижа, продолжавшиеся с перерывами до 9 августа 1918 г. В ходе двух следующих наступательных операций («Жоржета» и «Блюхер-Йорк») германская армия существенно развила свой успех

è30 мая, заняв Суассон, вышла к Марне. Союзные армии французов, англи- чан и американцев потеряли за март — июнь почти полмиллиона человек.

За мир на востоке союзники России заплатили сотнями тысяч жизней своих солдат. Так «мир без аннексий и контрибуций» обернулся грандиозным предательством и русского народа, и народов Великобритании и Франции, вступивших в 1914 г. в войну на стороне России, исполняя свои союзниче- ские обязательства.

Немцы технически не могли оккупировать всю Россию. Для этого им просто не хватило бы оккупационных войск — ведь на Западном фронте продолжалась упорная и кровопролитная война. Кроме того, большевики управляли Россией с такими зверствами, ответственность за которые респектабельная императорская Германия вовсе не желал брать на себя. Германии было удобней иметь в России марионеточное правительство, за действия которого немцы не несли никакой ответственности. Да и большевики, преследуя свою цель достижения мирового господства, предполагая использовать «шквал пролетарской революции», вовсе не стремились расставаться с «первым завоеванием мирового пролетариата», с «плацдармом всемирной революции», то есть с захваченной ими Россией или хотя бы с ее большей частью.

Но развитие обстановки в мире не соответствовало теоретической схеме большевиков о неизбежности мировой революции, которую они мечтали «оседлать», как оседлали революцию русскую. Аннулировать Брестский мир большевики смогли только в ноябре 1918 г., и не «силами европейского пролетариата», а благодаря капитуляции Германии в войне с союзниками, которых Россия, захваченная большевиками, предала самым низким образом. Этого предательства долго не могли забыть англичане, французы, итальянцы, американцы, да и те русские, которые, выступив против большевицкого режима, сохранили верность союзническим обязательствам до конца.

Литература

А. В. Панцов. Брестский мир // Вопросы истории. 1990. № 2. С. 60—79. Карл Гоппер. Четыре катастрофы. Рига. 1934.

Д. Уилер-Беннет. Брестский мир. Победы и поражения советской дипломатии. М.: Центрполиграф, 2009.

638 Часть вторая РОССИЯ В РЕВОЛЮЦИИ 1917—1922 годов

2.2.9. Распад России

Одним из последствий Октябрьского переворота стало отпадение окраин Российской Империи. При Временном правительстве возникли краевые самоуправления, шла речь об автономии, о федеративном устройстве государства, но ни один народ кроме поляков (да и тот с оговорками, см. 2.1.11) не объявлял о стремлении к полной независимости от России. После переворота обособление от России стало способом спасения от власти большевиков. Независимость некоторых частей России была провозглашена с одобрения оккупировавшей эти области Германии и носила совершенно марионеточный характер — германский кукловод полностью руководил правителями «независимых» — Польши, Литвы, Курляндии.

В других случаях национальные элиты поспешили объявить независимость от России, опасаясь, что в ином случае большевики «расплатятся» этими инородческими областями, заключив с Центральными державами сепаратный мир. Так поступили Эстония, Финляндия, Закавказье и еще не оккупированная немцами часть Латвии, а также Украина.

Мнение историка

«До 1917 г. требования от имени подвластных царю народов редко выходили за рамки небольшой автономии. То, что произошло в 1917 г., было вызвано не столько борьбой за отделение периферии, сколько расколом в центре — „не отделение частей, а распад старой России“». — Э. Карр. История советской России. Т. 1—2. Большевицкая революция. М., 1990. — С. 210—211.

2 ноября 1917 г. Совнарком принял «Декларацию прав народов России», а чуть позже, 20 ноября, обращение «Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока», в которых провозглашались равенство всех народов России и их право на свободное самоопределение, вплоть до образования самостоятельных государств. «Нам говорят, — заявлял Ленин, — что Россия раздробится, распадется на отдельные республики, но нам нечего бояться этого. Сколько бы ни было самостоятельных республик, мы этого страшиться не станем».

Совсем по-другому оценивали начавшийся распад страны оппоненты большевицкого курса. Так, Патриарх Тихон в проповеди 14 января 1918 г. уподобил некогда великую Российскую державу больному проказой. «Все тело ее покрыто язвами и струпами, чахнет она от голода, истекает кровью от междоусобной брани. И, как у прокаженного, отпадают части ее — Малороссия, Польша, Литва, Финляндия, и скоро от великой и могучей России останется только одна тень, жалкое имя. Как сокрушен жезл силы, посох славы!». Возмущение и скорбь развалом России были повсеместны. Одни, те, кто плохо разбирались в происходящих политических событиях, те, кто были попроще, злобились на инородцев. «А поляки опять наши будут!» — говорил мужик-полотер Бунину. Другие прекрасно понимали, что это боль-

шевики своим жестоким самоуправством «разогнали Россию». Даже казачьи области, опора былой Империи, объявляли независимость с единственной целью, чтобы ими не распоряжались Ленин и Троцкий, чтобы они могли самостоятельно договариваться и с Антантой, и с Центральными державами.

Красивое заявление большевиков в действительности подразумевало не что иное, как экспорт революции. «Для нас важно не то, где проходит государственная граница, а то, чтобы сохранялся союз между трудящимися всех наций для борьбы с буржуазией каких угодно наций», — разъяснял Ленин большевицкую позицию по национальному вопросу в декабре 1917 г. Третьей силой, кроме Германии и антибольшевицких национальных движений, порой прогерманских, порой — проантантовских, на национальных окраинах России повсюду были большевики, «не имевшие отечества». Они стремились установить «пролетарскую диктатуру» на Украине, в Эстонии, Латвии, Финляндии, Закавказье, а если получится — и в Польше, Германии, АвстроВенгрии, как они это уже сделали в России.

После Октябрьского переворота большевики признали независимость находившейся под германской оккупацией Польши.

Финляндия

В июле 1917 г. Финляндский сейм, возобновивший свою работу, объявил себя носителем верховной власти. Временное правительство этого решения не признало, зато большевики гарантировали финнам независимость в обмен на поддержку их восстания в Петрограде. При этом Ленин рассчитывал на установление советского строя в Финляндии. Большевиками в ноябре 1917 г. были созданы отряды финской красной гвардии, которая попыталась захватить власть 13 ноября 1917 г. во время всеобщей забастовки в Финляндии. К красногвардейцам примкнули многие русские солдаты и матросы из войск, расквартированных в Финляндии (русские войска в Финляндии достигали 40 тыс.). Финские патриоты в ответ создали Оборонительный корпус — шюцкор, во главе организации которого встал генерал-лейтенант Шарпентьер. Красногвардейцы презрительно называли шюцкоровцев — лахтарями (мясниками). В шюцкор шла образованная финская и шведская молодежь, но основу его составили зажиточные финские крестьяне — грамотные и национально настроенные. Они привыкли быть гражданами Финляндии, привыкли работать на своей земле, брать молоко своих стад и вовсе не желали установления на их родине «диктатуры пролетариата». Большинство офицеров и унтер-офицеров русской императорской армии финского происхождения присоединились к шюцкору. Путч 13 ноября провалился.

На прошедших в октябре выборах в Финляндский сейм (парламент) на- ционально-патриотические (правые) партии получили большинство — 122 места против 88 у социал-демократов. Во главе нового правительства встал вернувшийся из сибирской ссылки известный деятель младофинской партии Пэр Эвинд Свинхувуд (1861—1944). 4 ноября (н.ст.) 1917 г. правительство

640 Часть вторая РОССИЯ В РЕВОЛЮЦИИ 1917—1922 годов

провозгласило полную независимость Великого княжества Финляндского от России. 6 декабря 1917 г. Сейм утвердил решение правительства о полной независимости Финляндии. Временное правительство никак не успело отреагировать на этот акт, но большевики, захватив власть, признали независимость Финляндии 31 декабря (н.ст.). В течение двух следующих недель независимость Финляндии признали многие страны как Антанты, так и Четверного Союза, тем самым, кстати, признав фактическую законность большевицкого Совнаркома и его председателя Ленина.

Свидетельство очевидца

«Несмотря на то, что советское правительство формально признало нашу независимость, оно, конечно же, не прислушалось к просьбе парламента о выводе русских частей из Финляндии. Их пребывание на финской территории имело вполне конкретную цель: присоединить в дальнейшем наше государство к России. Т.о. своеволие и беззаконие получили опору в виде русских частей, которыми руководил совет солдатских депутатов, располагавшийся в Выборге… Несмотря ни на что я был уверен, что наша страна обладала более широкими возможностями для спасения культуры и общественного строя, чем Россия. Там я наблюдал только отсутствие веры и пассивность, на родине же я ощутил неизбывное стремление людей сражаться за свободу», — вспоминал К. Г. Маннергейм решительные дни января 1918 г.

Не прошло и месяца с признания Совнаркомом независимости Финляндии, как в ночь с 27 на 28 января 1918 г. (н.ст.) финские коммунисты при содействии частей Русской армии и военно-морского гарнизона Гельсингфорса подняли мятеж. Большевикам удалось захватить столицу княжества и всю южную часть страны. Они распустили Сейм и сенат и провозгласили Финляндскую социалистическую рабочую республику в «братском союзе» с советской Россией. Красная финская власть назвала свое правительство Советом народных уполномоченных, во главе которого стал большевик Маннер. Аналогом ЧК в красной зоне Финляндии стали чрезвычайные суды, которые начали жестокий террор против населения. В красной зоне до того не знавшей недостатка продуктов Финляндии уже в феврале 1918 г. свирепствовал лютый голод. За спиной финских красногвардейцев стояли полки русской красной гвардии и русские офицеры, перешедшие на службу к большевикам. Они планировали военные операции красногвардейцев против шюцкора. Главнокомандующим вооруженными силами красной Финляндии был назначен прапорщик Ээро Хаапалайнен, но фактическим начальником его штаба был командир 106-й пехотной дивизии полковник М. С. Свечников, ставший позднее командармом в советской России.