Добавил:
Sekretar
kiopkiopkiop18@yandex.ru
t.me/Prokururor I Вовсе не секретарь, но почту проверяю
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Ординатура / Хирургия / Библиотека им академика М.И. Перельмана / Книга_209_библиотеки_им_акад_М_И_Перельмана
.pdf
сущность болезни – женского гендера, на протяжении почти всей
истории западной цивилизации страдающего ею изображают
мужчиной. Источник: Альбрехт Дюрер, «Меланхолия», 1514
(Wikimedia Commons)
https://t.me/med1917
Чересчур смрадная даже для мух: черная желчь
в античности
Если вы уже жили в1980-е годы, то могли слышать, что депрессия
вызывается «химическим дисбалансом»
[116]
. И нет, это не было
каким-то завуалированным отчетом о результатах научных
изысканий: фраза вовсю появлялась в прессе и телерекламе
лекарств. Тогда начали использовать названия химических веществ,
по сути, просто заменив наименования жидкостей в организме, –
именно такую идею и продвигала гуморальная теория тела в свое
время: болезнь – результат дисбаланса жидкостей в организме. В
случае меланхолии – избытка черной желчи, жидкости,
ассоциируемой с холодом и сухостью. Искусственно вызванный
приступ рвоты в попытке избавиться от излишков желчи считался
обычным лечением. Не все исследователи меланхолии до
настоящего времени были сторонниками гуморальной теории, но все
же именно эта парадигма была самой влиятельной со времен Галена
во IIвеке и вплоть до XXвека
[117]
.
У каждой жидкости была естественная функция в организме. Когда
пропорции какой-либо из жидкостей нарушались, человек
заболевал
[118]
. Каждая из четырех жидкостей соответствовала
темпераменту: желтая желчь – холерическому, кровь –
сангвиническому, слизь – флегматическому, а черная желчь –
меланхолическому
[119]
. Также четыре жидкости соотносились с
четырьмя сезонами, стихиями и периодами жизненного цикла. В
каждом человеке из-за врожденных особенностей, или же в силу
привычек, или под воздействием окружающей среды мог нарушаться
баланс. И главной задачей врача было восстановление баланса
жидкостей пациента.
Гален посвятил доказательству существования черной желчи
целую книгу. Он считал, что она поступает в почки и внутренние
https://t.me/med1917
органы из печени. Появляется в рвоте и фекалиях, вызывает рак и
сибирскую язву
[120]
и столь смрадна, что «ни мухи, ни другие твари
не пожелали бы ее коснуться…»
[121]
.
На протяжении большей части античной истории под безумием
подразумевали три состояния
[122]
. Френит – лихорадочный бред,
вызываемый воспалением мозга. Мания – бред без горячки.
Меланхолия была третьей. Термин отличался той же
многозначностью, какая теперь характерна для депрессии:
в широком спектре случаев, относящихся к нормальной жизни, так
называлось настроение, или темперамент, но при некоторых
обстоятельствах, – если она бывала сильной или не имела явной
причины,– название относилось к болезни
[123]
.
В ранней древнегреческой литературе меланхолия – часто
болезнь гнева. В более поздней литературе акцент смещается на
уныние
[124]
. Гиппократ развивал гуморальную теорию около 400 года
до н. э. Избыток черной желчи вызывал симптомы, сейчас
ассоциируемые с депрессией: упадок настроения, снижение
аппетита, бессонницу и чувство усталости от жизни
[125]
. Стать
причиной дисбаланса могло все, что высушивает или охлаждает
тело. Поддержание баланса – дело нелегкое. Даже процесс старения
оказался способным охладить тело и вызвать меланхолию. Также
меланхолию могло спровоцировать наступление осени или прием
определенных продуктов
[126]
. Гиппократ и многие авторы после него
делали акцент на критерии пропорциональности: эмоции должны
быть неоправданно сильны для внешних обстоятельств
[127]
.
«Проблемы», написанные Аристотелем или же одним из его
учеников, описывают черную желчь как смесь холодного и горячего
– горячее проявлялось в маниакальной фазе болезни
[128]
.
Перечисляемые в «Проблемах» симптомы обширны и включают
отчаяние, медлительность, социальную замкнутость, мании и
суицидальные наклонности, а также эпилепсию, кожные язвы,
пораженные варикозом вены, необъяснимую веселость и
https://t.me/med1917
чрезмерную уверенность в себе. Именно «Проблемы» породили
распространенный миф о связи меланхолии и гениальности. Если
верить этому труду, абсолютно все великие мужи были подвержены
недугу.
Менее широко известный Руф Эфесский оставил огромный след в
античном учении о меланхолии. Благодаря своему влиянию на
Галена он стал важной частью европейской медицинской науки на
весь период господства гуморальной теории
[129]
. Руф употреблял
термин «меланхолия» для обозначения темперамента, настроения,
заболевания
[130]
. Некоторые люди бывают склонны к меланхолии по
своей природе
[131]
. Все, что охлаждало или высушивало тело,
способствовало болезни
[132]
. Нагрев желчи, однако, также мог
привести к болезни, поскольку после него она чернела. Физическое
состояние могло объяснять характер галлюцинаций: у человека,
воображавшего себя керамической урной, так выражалась
сухость
[133]
. Другой «фактор риска» показался важным писателям
будущего: чрезмерное усердие в учебе, слишком большое внимание
книгам
[134]
. Это утверждение многократно повторялось в течение
всей эпохи Возрождения
[135]
. Меланхолия порождала социальную
замкнутость или даже враждебное отношение к обществу
[136]
. Она
вызывала и физические ощущения, к примеру, тяжесть во всем
теле
[137]
, а еще сонливость, снижение аппетита и расстройство
памяти. Но есть два наиболее часто проявляющихся симптома
меланхолии, которые не зависели от смещения основного акцента и
характеристики состояния: страх и уныние
[138]
.
Поскольку меланхолия стала болезнью как ума, так и тела, у
античных врачей имелись средства лечения как физического, так и
психического здоровья
[139]
. Некоторые способы психологического
лечения очень напоминают нынешние когнитивные техники;
указания на ошибки в суждениях и осторожные намеки меланхолику
на то, что причин для его скорби нет
[140]
. Другие теперь именуются
«поведенческими» приемами (так, Гален предлагал физическую
https://t.me/med1917
активность и исключение из рациона вин темного цвета и
выдержанных сыров)
[141]
. Физические средства включали в себя
применение целебных трав и массаж. Руф предлагал умеренное
употребление вина: оно могло согреть тело и сварить сырые
жидкости
[142]
. Секс также считался хорошим средством. Половой акт
был лекарством у некоторых античных авторов; по словам одного из
них, он «высвобождает и успокаивает»
[143]
.
При выборе методов лечения, как в настоящее время, так и тогда,
специалисты, уповающие на психологические причины болезни,
отдавали предпочтение тем методам, которые подразумевали
разговоры и изменения в поведении, а те, кто считал, что она
возникает по биологическим причинам, выбирал физические
способы
[144]
. Однако при обсуждении душевных аспектов болезни
не делался упор на рефлексию. Глубокий анализ психики больного
не являлся частью постановки диагноза или лечения.
https://t.me/med1917
Болезнь и грех: «самый жестокий из демонов»
Средневековья
Меланхолия была вопросом тела и ума, но являлась ли она
одновременно и вопросом морали? В христианском Средневековье
симптомы меланхолии назвались «апатией» и ассоциировались с
унынием. Которое, разумеется, грех, вдобавок смертный. Меланхолия
также нарушала христианскую заповедь «всегда радуйтесь»
[145]
, хотя
апостол Павел полагал, что грусть в небольших количествах, если она
ведет к раскаянию, тоже нужна
[146]
. Причины болезни все еще
помещались в гуморальную и физическую плоскость. Однако
исследователи стали уделять больше внимания тому, насколько
повинны сами страдальцы в своих страданиях. То есть задаваться
вопросом, который, часто в завуалированном виде, дожил до эпохи
депрессии.
«Апатия», согласно учению отца египетского монашества Евагрия
Понтийского, была искушением. В конце III века он поселился в
пустынях к юго-западу от Александрии и следующие семнадцать лет
прожил среди колонии пустынников
[147]
. Апатия, по его словам, была
демоном, и самым угнетающим из них. Он может напасть на душу
монаха между четырьмя и восемью часами и сделать «солнце
медленным и неподвижным, словно бы день длится пятьдесят
часов»
[148]
. Сила демона такова, что он вполне может отвратить от
монашества. Один влиятельный монах, Иоанн Кассиан, в
особенности связывал апатию с ленью
[149]
. Упадок духа тоже
считался признаком апатии. Кассиан описывал апатию как
«усталость или душевную скорбь», которая «сродни упадку духа»
[150]
.
В Средние века списки грехов росли и множились, но уныние
включалось в каждый. Грех также считался недугом. Исповедь была
одной из форм исцеления, а епитимья – лекарством для души.
https://t.me/med1917
Термин «меланхолия» никуда не делся. Еврейский философ
Маймонид, находящийся под влиянием Руфа Эфесского, тоже писал
о меланхолии. Маймонид видел связь между ней и системой
пищеварения и считал, что первая связана с сухостью
экскрементов
[151]
. Он также заметил, что она может переходить в
манию.
Святая Хильдегарда Бингенская, монахиня XI столетия, чьи
взгляды намного опередили эпоху, много писала на медицинские
темы и даже разработала теорию о связи греха с телесными
жидкостями. Желчь после совершения первородного греха вЭдеме
стала темной. Хильдегарда писала: «Черная желчь… порожденная из
адамова семени, пораженного дыханием змия – с тех пор, как Адам
послушал его совета и вкусил запретной пищи»
[152]
. Черная желчь
есть в каждом; она является причиной скорби и безнравственности
человечества, а также невозможности обрести радость бытия в этой
жизни или даже надежду на следующую
[153]
.
Будучи сторонницей гуморальной теории, Хильдегарда считала,
что не у всех возникают проблемы со злополучной жидкостью. По ее
мнению, у некоторых была врожденная склонность к меланхолии;
это мужчины, чей «мозг заплыл жиром. Все оболочки, окружающие
мозг и кровеносные сосуды, мутны. Лица людей темны, даже глаза их
подобны огню и глазам змеи. У них плотные, крепкие кровеносные
сосуды и густая черная кровь»
[154]
.
Описание подобных мужчин пестрит сравнениями с животными:
«с женщинами они безудержны, точно ослы», относятся к ним «с
ненавистью и смертельной злобой, точно хищные волки». Другие
избегают женского общества, «но в сердце своем так же жестоки, как
львы, и ведут себя соответственно своим душевным склонностям».
Меланхолик похотлив, и секс может облегчить его болезнь
[155]
.
Взаимное воздействие тела и души и сочетание естественных и
сверхъестественных причин продолжили оставаться в дискурсе до
конца Средневековья. Фламандский живописец Хуго ван дер Гус
https://t.me/med1917
испытывал помутнение рассудка – уныние и суицидальные мысли –
пока в1477 году не ушел в монастырь близ Брюсселя
[156]
. Один из
художников той поры предполагал, что безумие стало естественным
результатом употребления пищи, которая вызывает меланхолию и,
возможно, того, что сегодня мы называем стрессом. Но также он
предположил, что это было божеским наказанием за то, что он
возгордился своей славой и свершениями. И эти суждения не
противоречили друг другу, ибо «…болезнь – дорога с двусторонним
движением – от души к телу и обратно»
[157]
.
На закате Средних веков все больший упор делался на тело и
меньший – на грех
[158]
. Поэтому в эпоху Возрождения термин
«меланхолия» постепенно вытеснял понятие «уныние».
https://t.me/med1917
Эпидемия раннего Нового времени
…ибо если душа тревожна и печальна,
это ведет к телесной слабости…
Душевные болезни действительно
существуют.
Мартин Лютер
[159]
Раннее Новое время – период между Средневековьем и
индустриальной эпохой – видело много социальных изменений:
купеческий капитализм, возрожденный интерес к античным авторам
в эпоху Ренессанса, протестантскую Реформацию и появление
желающих оспорить авторитетные работы. Однако со времен
Средневековья до раннего Нового времени лечение безумия не
особенно изменилось
[160]
. Для многих авторов того периода
исследования психической или физической природы меланхолии
были тесно связаны с гуморальной теорией.
К концу XVI столетия меланхолия стала характерной болезнью
эпохи; ученые мужи посвятили ей несколько книг, самая известная
из которых написана Бёртоном
[161]
. Английская литература
Елизаветинской и ранней Тюдоровской эпохи полна персонажей,
страдающих меланхолией
[162]
.
Многие авторы, писавшие о меланхолии и депрессии, страдали
ими и сами. Марсилио Фичино, католический богослов XV века и
видный деятель итальянского Возрождения, полагал, что благодаря
влиянию звезд и планет каждый человек рождается с определенным
темпераментом, который жизненные привычки могут улучшить или
усугубить
[163]
, а все носители меланхолического темперамента
(включая и его самого) рождены под негативным влиянием Сатурна.
Фичино придерживался гуморальной теории, но его труды были
https://t.me/med1917
достаточно гибкими. К примеру, он считал, что Сатурн иМеркурий –
сухие и холодные планеты – толкают людей на путь науки, поэтому
больше всего меланхолии подвержены ученые. Хотя и сам образ
жизни людей науки вызвал холод и сухость. По мнению автора,
философы также подвергаются особому риску
[164]
.
Еда представляла особую проблему. Всякий, кого вгоняет в тоску
длинный список того, что современная наука о правильном питании
велит избегать, точно так же пришел бы в уныние, прочитав советы
Фичино по поводу диеты при меланхолии. Действие черной желчи,
писал он, усугубляется сытной, сухой или жесткой пищей, которая
охлаждает кровь, а также обжорством и чрезмерным потреблением
вина. Меланхоликам требовалось избегать чрезмерно соленой пищи,
горькой или несвежей пищи, подгоревшей пищи, жареной на вертеле
или же в масле крольчатины и говядины, выдержанных сыров,
маринованной рыбы, бобовых, чечевицы, капусты, горчицы, редиса,
чеснока, лука, ежевики и моркови
[165]
. К счастью, есть и блюда,
способные облегчать воздействие меланхолии: фрукты и другие
сладости
[166]
.
Еда и наука были не единственными опасностями для людей,
склонных к меланхолии. Фичино предостерегал от всего, что
способно утомить человека и охладить его тело. Но и то, что
согревает, тоже представляет опасность – ведь оно может высушить!
Он предостерегал от темных эмоций: злости, страха, горя и скорби. А
еще от темноты в буквальном смысле слова. И того, что высушивает
тело: недостатка сна, беспокойства, рвоты, мочеиспускания,
физических упражнений, поста, холодного сухого воздуха и частого
секса
[167]
. К этому моменту вы, должно быть, задумались: аможно ли
вообще было избежать того, чтобы стать меланхоликом? Но
подождите, мы еще не добрались до учения Бёртона.
Немецкие взгляды XVI века на безумие, включая меланхолию,
можно понять, сравнив две известные фигуры: Мартина Лютера
иПарацельса
[168]
. Лютера безумие очень увлекало. Он обвинял в нем
https://t.me/med1917
Соседние файлы в папке Библиотека им академика М.И. Перельмана