Эпоха великих реформ. Том 1. Монография

рины  г., мы находим любопытные рассказы о времени введения в действие Положения об освобождении крестьян в Херсонской губернии, где автор вос­поминаний был тогда судебным следователем. В имение одного богатого поме­щика был доставлен манифест об освобождении и самое Положение. Кресть­яне собрались читать его и толковали между собою о значении отдельных его статей. Управляющий, узнав об этом, решил, что крестьяне начинают бунто­вать, и с вечера послал сообщить исправнику о бунте. На другой день прискакал исправник, и хотя крестьяне спокойно работали на барщине, однако он при­знал за полезное и нужное все-таки подвергнуть их усмирению. Он потребовал из соседних южных поселений наряд в  человек с старостами и десятскими, велел заготовить розог, призвал на экономический двор всех местных кресть­ян и всех их наказал розгами, каждого по  ударов, за исключением семи чело­век зачинщиков, которые предавались суду за чтение Положения, за то, что один из них позволил производить это чтение у себя в избе, и пр. «Получив это дознание, — рассказывает г. Лучинский, — я немедленно отправился на место, произвел следствие и затем составил обстоятельное и мотивированное поста­новление, которым признал, что бунта никакого не было, а потому и постано­вил арестованных из-под стражи освободить, а дело для прекращения пред­ставить в уездный суд. Боже мой, какой поднялся гвалт из-за этого! Исправник послал с эстафетою донесение губернатору, что он не ручается за спокойствие в уезде после такого распоряжения судебного следователя, освободившего глав­ных виновных, не понесших вследствие того даже и такого наказания, како­му подвергнуты были менее виновные участники бунта… Помещики смотре­ли на меня как потатчика бунтам против них крестьян»… Автор воспоминаний продолжает: «Других более или менее серьезных волнений крестьян не при­поминаю, но местная администрация сильно волновалась. По получении сведе­ний о том, что в каком-либо имении крестьяне привезли к себе грамотея, и он читал им Положение, его хватали и вместе с привезшими его крестьянами при­влекали к суду». Крупное столкновение вышло у калужского губернатора Арци­мовича с известным богачом Мальцевым. Троих крестьян, виновных в чтении «воли», Мальцев велел заковать в цепи и отправить в Калугу. Арцимович рас­ковал и вернул назад. Дело тянулось несколько лет и кончилось пустяками.