Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Формирование системы гражданского права Российской империи в эпоху модернизации общества (XVIII – первая треть XIX в.)
.pdf
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
го уложения. Поэтому вполне вероятно, что отсылка составителей
к последним скорее имела формальный характер, соответствуя их
общей установке на доказательство исторической преемственности
законодательства, действовавшего в первой трети XIX в.
Анализ хронологического распределения статей, основанных
на узаконениях разных монархов, обнаруживает, что количество статей, основанных только на различных узаконениях XVIII в. или первой трети XIX в., существенно уступало основанным одновременно
на узаконениях XVIII в. и первой трети XIX в.: 90 (49 + 41) : 211. Такое
соотношение прослеживается и во всех четырех книгах Свода.
На наш взгляд, тем самым фиксируется еще одна закономерность
формирования источниковой базы Свода 1832 г.: после статей, основанных на единственном узаконении одного правления (733 статьи),
второе место в этом формировании принадлежало именно статьям, основанным одновременно на разных узаконениях императоров XVIII в.
и первой трети XIX в. (211 статей). В совокупности эти два вида статей
составили 944 из 1351 статьи Свода, или 69,9% всех статей Свода.
Кроме того, как следует из таблицы 5.15, одновременным узаконениям императоров XVIII и первой трети XIX в. принадлежало первое место
во всех четырех книгах Свода. При этом они значительно превосходили
количество узаконений, основанных на узаконениях только XVIII в.
Это может трактоваться в качестве свидетельства уменьшения роли
законодательства XVIII в. как непосредственного источника правовых
норм Свода по сравнению с законодательством первой трети XIX в.
В целом историко-статистический анализ Свода законов гражданских 1832 г., по нашему мнению, дал основания для следующих выводов
относительно количественных (формальных) закономерностей формирования его нормативной источниковой базы.
Во-первых, по критериям как первого, так и единственного узаконений основную роль в этом формировании сыграло законодательство
первой трети XIX в.
Во-вторых, преобладающее место в формировании источниковой
базы Свода заняли статьи Соборного уложения и законодательства
правлений Петра I, Екатерины II, Александра I и Николая I.
В-третьих, первое место в составе Свода заняли статьи, основанные
на единственном узаконении, изданном в правление одного императора (или изданных только в это правление).
В-четвертых, второе место в составе Свода заняли статьи, основанные одновременно на нескольких узаконениях императоров, правивших в XVIII и первой трети XIX в.
81
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
Таким образом, общим результатом историко-статистического анализа явилась историко-правовая реконструкция процесса формирования
нормативной источниковой базы Свода законов гражданских с середины
XVII в. (Соборное уложение 1649 г.) до начала 1830-х гг. или, иначе
говоря, формирования законодательного основания подсистемы россий-
ского гражданского права.
На основе статистической обработки массива репрезентативных количественных данных, дифференцированных по периодам правлений
российских монархов (императоров), были установлены интенсивность
и эффективность законодательной деятельности государства в сфере
гражданского права с точки зрения вклада, внесенного законодательством каждого правления в формирование нормативной источниковой
базы Свода законов гражданских 1832 г.
Согласно суммарным данным по Своду в целом и его отдельным
книгам, выявилось, что источниковая база преимущественно формировалась из норм гражданского права, содержавшихся в узаконениях,
изданных в периоды правления лишь нескольких российских монархов, а именно: Алексея Михайловича (включая статьи Соборного
уложения), Петра I, Екатерины II, Александра I и Николая I.
Это позволило сделать ряд главных выводов, резюмирующих кон-
кретные результаты историко-статистического исследования процесса
формирования источниковой базы Свода законов гражданских 1832 г.
1. Основой источниковой базы Свода 1832 г. явились комплексы
норм гражданского права – верифицируемые по их абсолютным размерам и относительной доле в базе – сформировавшиеся естественным
образом, т.е. в качестве реакции законодателя на развитие гражданских
правоотношений в обществе в рамках: а) московского законодательства
середины и второй половины XVII в. (Соборное уложение 1649 г. и Новоуказные статьи); б) законодательства Петра I и Екатерины II в XVIII в.;
3) законодательства Александра I и Николая I в первой трети XIX в.
2. Соотношение в составе Свода и его книг статей (правовых норм),
основанных на источниках, относившихся к этим гражданско-правовым комплексам, свидетельствует об относительном преобладании
в формировании источниковой базы Свода 1832 г. последнего из названных комплексов.
3. Состав и соотношение трех выделенных комплексов норм гражданского права доказывают, что источниковая база Свода формировалась на основе двойной преемственности гражданских законодательств – имперской эпохи по отношению к московской эпохе и разных периодов внутри самой имперской эпохи.
82
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
4. Динамика формирования источниковой базы Сводов на протяжении XVIII – первой трети XIX в. обнаружила высокий уровень
корреляции с динамикой модернизации, а именно:
– первая четверть XVIII в. (правление Петра I) – осуществление
первых преобразований объективно модернизационной направленности и начало дифференциации гражданско-правовых норм в текущей законодательной политике;
– 1760–1790-е гг. (правление Екатерины II) – ускорение модернизационных процессов в социально-экономической сфере и фактическая отраслевая дифференциация институтов гражданского права
в законодательной политике;
– первая треть XIX в. – завершающий период этапа раннеиндустриальной модернизации, начало фазы промышленного переворота
и завершение формирования отраслевой системы гражданского права.
Сделанные выводы основываются на статистической обработке
количественных данных. Значит, научно необходимый уровень валидности они способны получить только после их последующей поверки
исследованием нормативного содержания Свода.
Эта задача решается в следующем параграфе гл. 2 посредством системно-функционального анализа нормативного содержания Свода 1832 г.
2.2. Системно-функциональный анализ
Свода законов гражданских 1832 г.
Целью системно-функционального анализа является получение
верифицируемых качественных данных, характеризующих нормативно-правовое содержание Свода законов гражданских 1832 г. как
систематизированного собрания действовавшего гражданского законодательства Российской империи.
Эти данные будут использованы для получения репрезентативных
ответов на два вопроса: 1) уровень преемственности содержания Свода
национальной традиции гражданского законодательства; 2) уровень
отражения в Своде закономерностей российского исторического
процесса.
Согласно нашему исследовательскому подходу в эпоху империи
генеральным, объективно обусловленным содержанием российского
исторического процесса являлась модернизация общества на ее первом – раннеиндустриальном – этапе, т.е. переходный процесс качест-
венной трансформации всех общественных структур. Этот процесс осуществлялся через конфликтное взаимодействие структур и элементов
83
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
«старого» социального порядка, органически присущего аграрному
обществу, и «нового», постепенно формирующегося социального порядка, присущего (в перспективе) индустриальному обществу.
Поэтому в каждый конкретный момент перехода общественная
система и все ее подсистемы, включая правовую подсистему, находились в состоянии конфликтного взаимодействия «старого» и «нового»
порядка, происходившего на уровне элементов и структур. В этом
состоянии любая система, согласно принципам системного подхода,
способна функционировать как единое целое, пока старые и новые
элементы и структуры относительно совместимы и (или) взаимодополнительны, иначе говоря, новый порядок сохраняет преемственность
со старым порядком. Тогда переходный процесс осуществляется эволюционным путем, без разрыва внутрисистемных интегративных связей,
а посредством постепенной частичной их трансформации.
Свод законов гражданских в таком ракурсе предстает как систематизированное собрание правовых норм, которые в силу их происхождения от разновременных источников, с одной стороны, должны
были находиться в конфликтном взаимодействии, но, с другой стороны,
обладать уровнем взаимодополнительности и преемственности, обеспечивавшим функционирование гражданского законодательства как
единой системы.
Историко-статистический анализ установил, что при всей разнородности источниковой базы, использованной при составлении
Свода, в ней естественным образом дифференцировались несколько
источниковых комплексов (групп правовых норм, объединенных единством происхождения в конкретный период времени), в совокупности
сыгравших определяющую роль в ее формировании. Эти комплексы
состояли из содержавших нормы гражданского права узаконений,
объединенных временем их происхождения – правлениями царя Алексея Михайловича, императоров Петра I и Екатерины II, Александра I
и Николая I.
Поэтому нормативно-правовое содержание статей, вошедших в состав Свода законов гражданских, представляло собой, перефразируя
определение Р. Кабрияка, обширную компиляцию из гражданско-пра-
вовых норм, преимущественно введенных в российское законодательство
во времена правлений указанных монархов.
Но каждое из этих правлений в эволюции российского общества
середины XVII – середины XIX в. заняло особое место и сыграло особую роль, в соответствии с которыми может быть охарактеризовано
и гражданско-правовое законодательство их времени.
84
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
Время правления царя Алексея Михайловича – это эпоха традиционного (московского) русского аграрного общества на наиболее
высоком уровне его развития. Поэтому содержание гражданского законодательства этого правления может быть определено как основание
старого аграрного (традиционного) социально-сословного гражданскоправового порядка.
Время правлений Петра I и Екатерины II – это хронологически
разделенный, но содержательно единый период наиболее интенсивного на протяжении всего XVIII в. модернизационного преобразования
общества. Поэтому содержание гражданского законодательства этих
правлений может быть рассмотрено вместе и определено как форми-
рование внутри старого социально-сословного гражданско-правового
порядка сегментов нового социально-протоклассового гражданско-правового порядка.
Время правлений императоров Александра I и Николая I – это
период завершения этапа раннеиндустриальной модернизации общества и начала промышленного переворота. Поэтому содержание
гражданского законодательства этих правлений может быть рассмотрено вместе и определено как неустойчивое (динамическое) равновесие
старого социально-сословного и нового социально-протоклассового гражданско-правового порядка.
Таким образом, правовые нормы, содержавшиеся в статьях Свода
законов гражданских и основанные на источниках, созданных в выделенные периоды времени, в сущности, представляли в составе Свода
гражданское право как старой (домодернизационной московской)
эпохи, так и новой (модернизационной) эпохи, причем последней –
в динамике (на разных ее этапах).
Следовательно, анализ нормативно-правового содержания Свода
законов гражданских 1832 г., осуществленный посредством выявления
места и функций в соответствующих институтах правовых норм, основанных на выделенных источниковых комплексах, будет иметь репрезен-
тативный характер для верификации переходного характера всего Свода.
Проведение такого анализа, по нашему мнению, должно учесть
фактор неполного совпадения содержания четырех книг Свода с принятой в цивилистике градацией гражданского права на подотраслевые
подразделения.
Так, если содержание кн. I «О правах и обязанностях семейственных», кн. II «О порядке приобретения и укрепления прав на имущества вообще» и кн. IV «О обязательствах по договорам» в основном
соответствовало семейному, вещному и обязательственному праву,
85
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
то содержание кн. III. «О порядке приобретения и укрепления прав
на имущества в особенности» было неоднородно.
Основное место заняли нормы наследственного права: гл. V «О духовных завещаниях» (разд. I) и весь разд. II «О приобретении имуществ наследством по закону». В эти два подразделения (за вычетом
переходных статей) в Своде 1832 г. вошли 233 статьи (62,0% от всего
состава книги)1.
Но составители включили в кн. III также ряд институтов гражданского права, относительно видовой (внутриотраслевой) принадлежности которых в дореволюционной российской цивилистике единства
мнений не существовало (впрочем, его нет и в современной цивилистике). Эти институты находились в гл. I–IV (разд. I) и в разд. III.
Смешанный (в строго юридическом понимании) состав кн. III отразил юридические представления составителей Свода о разделении
гражданского права на семейное, имущественное и обязательственное (договорное). При таком разделении логически оправданно было
объединение в кн. II и III всего имущественного права как состоящего
в свою очередь из общих условий обладания имуществами (кн. II)
и способов приобретения («безмездных» и «возмездных») имущественных прав (кн. III).
Но наше исследование носит историко-правовой характер и выдержано в определенном ракурсе, предполагающем рассмотрение
нормативного содержания Свода законов гражданских в контексте
современного понимания (интерпретации) эпохи его формирования
и функционирования.
В модернизирующемся обществе в гражданских правоотношениях
неизбежен выход на первый план имущественного (вещного) и обязательственного права. Это происходит естественным образом в силу
того, что трансформация этих отношений, во-первых, является главным
следствием расширения рыночных секторов экономики и соответствующего увеличения рыночного гражданского оборота; во-вторых, играет
главную роль в преодолении ограничений, создаваемых на пути модернизации социально-сословной общественной структуры; в-третьих,
наиболее остро и активно переживается различными социальными слоями и группами, дифференцирующимися внутри сословий, поскольку
непосредственно влияет на их повседневные материальные интересы.
Поэтому системно-функциональный анализ имущественного
и обязательственного законодательства в составе Свода законов граж-
1
Подсчитано по: СЗ-1832. Т. Х. Ч. I. С. 137–226.
86
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
данских представляется приоритетным для определения корреляции
нормативно-правового содержания Свода и социально-экономической
эволюции общества. Но это предполагает анализ всего массива имущественных и обязательственных норм Свода, значит, соответствующей
дифференциации содержания кн. III.
Исходя из всего сказанного, нами была избрана следующая логика
системно-функционального анализа: нормативно-правовое содержание
Свода законов гражданских исследуется посредством последовательного определения места и функций правовых норм, основанных на трех
выделенных нами источниковых комплексах, в имущественных, обязательственных, наследственных и семейственных (в терминологии
Свода)1 отношениях. Это не исключает из анализа содержание правовых норм, введенных в правления монархов, не вошедших в данные
три комплекса, если ими вводились нормы, действительно значимые
для конкретных институтов гражданского права.
При этом, ориентируясь на точки зрения, высказанные в российской цивилистике, современной времени Свода, в разд. I (кн. III) нормативное содержание гл. I «О пожаловании» и гл. II «О дарении» были
отнесены нами к имущественному праву, гл. III «О выделе» и гл. IV
«О приданом и рядной записи» – к семейному праву, а весь разд. III
«О порядке обоюдного приобретения прав на имущество меною и куплею» (кн. III) – к обязательственному праву.
Для удобства восприятия фактического нормативного материала
ссылки на соответствующие статьи Свода законов гражданских и Соборного уложения 1649 г. даются непосредственно в основном тексте,
а ссылки на их конкретные источники, как обычно, в постраничных
сносках.
2.2.1. Имущественное право
Место и функции правовых норм,
источниками которых являлись
статьи Соборного уложения
В составе кн. II количество статей, отсылавших к Уложению как
источнику первого узаконения для нормы, в данной статье представленной, составило 48 статей, или 14,4% всех статей книги, и в 20 из них
1
Далее в тексте мы сочли возможным использовать термин «семейное право» как
более принятый в юриспруденции, в том числе и российской цивилистике XIX в.
87
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
Уложение было указано как единственный источник. В кн. III в гл. I
в одной статье имелась ссылка на Уложение как первый источник,
а в гл. II – также в одной статье как на единственный источник.
Гражданско-правовые (в современном научном понимании) нормы, содержавшиеся в статьях Уложения, почти всегда имели казу-
альное происхождение, отражая тем самым социальные и правовые
реальности XVII в. Изменения, произошедшие в обществе, делали
невозможным простое воспроизводство этих норм в правовом документе начала 1830- х гг., они требовали предварительной редакторской
работы с ними. Ее задача заключалась в том, чтобы, выявив основной
правовой смысл казуальной по происхождению и применению нормы
Уложения и обнаружив его применимость в современном обществе,
придать норме Свода, восходившей к Уложению, юридико-лексическую форму, соответствовавшую состоянию общества и юридического
знания первой трети XIX в. В сущности, они «переводили» на уровень
гражданских правоотношений и язык юридических представлений первой трети XIX в. правовые нормы середины XVII в. В результате между
статьями Свода и Уложения формировались отношения реальной,
а не формальной (временной) преемственности.
Доказательства таковой преемственности обнаруживаются при сопоставлении содержания уложенных источников и норм Свода законов
гражданских.
В кн. II наибольшее количество норм, для которых статьи Свода
являлись единственным источником (11 из 20), содержалось в ст. 368,
370–373, 376, 378, 379, 381, 383, 387 в гл. VI «О праве вознаграждения
за ущербы по имуществам и за обиды личные» (разд. II): первые 8
в отд. II «О вознаграждении частном» (всего 23 статьи), остальные 3 –
в отд. III «О вознаграждении за обиды личные имуществом» (всего
8 статей)1. Источниками остальных статей в этих отделениях были
в основном узаконения, изданные при Анне Иоанновне, Екатерине II
и Александре I.
В качестве примера, доказывающего преемственность содержания статьи Свода уложенному источнику, можно рассмотреть ст. 372.
Функциональное предназначение нормы в этой статье было выражено
с должной определенностью: «Если же кто за потраву хлеба или травы
скотом, загнав оный к себе, не будет его кормить и уморит с голоду,
то с него взыскивается в пользу хозяина цена скота по оценке». К ст. 372
была дана ссылка на 2 статьи из гл. Х «О суде» Уложения, первая часть
1
СЗ-1832. Т. Х. Ч. I. С. 89–94.
88
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
которых доказывала казуальность происхождения норм: «А будет кто
чюжую животину загнав к себе во двор из своего хлеба или с лугов
учнет держать в запоре, и держав в запоре голодом уморит» (ст. 209);
«А будет кто чье стадо конское или иные животины с своея или с чюжие
земли изгонит к себе во двор насильством безвинно» и «которую животину уморит голодом или убьет» (ст. 210). В обоих случаях во второй
части устанавливалось взыскание с виновного по жалобе челобитчиков
и по решению суда в пользу истца «указной цены»1.
Из сопоставления данных текстов следует, что в ст. 372 устанавливалась общая норма, применимая ко всем случаям данного вида
нарушений имущественных прав, и в ней сохранялся основной смысл
обеих статей Уложения – имущественная компенсация в денежной
форме, т.е. фиксировалась реальная преемственность нормы в статье
Свода уложенным источникам.
Подобная преемственность, на наш взгляд, проистекала из практической неизменности конкретного имущественного правоотношения
в силу практической неизменности многих форм сельскохозяйственной деятельности в российской аграрной экономике.
В самом деле, в остальных 7 статьях из отд. II регулировались именно типичные и для середины XVII в., и для первой трети XIX в. формы
нарушения имущественных прав: ст. 368 – завладение чужими пчелами
или домашними животными; ст. 370 – посев на чужой земле без позволения ее хозяина; ст. 371 – потрава чужим скотом хлеба на пашне или
травы на некошеных лугах; ст. 373 – потрава хлеба на земле, обнесенной изгородью; ст. 376 – подтопление запрудною водою чужих пашен
или покосов при устройстве мельницы; ст. 378 – убыток имуществу
от лесного пожара, причиной которого являлась «явная неосторожность» виновного в пожаре; ст. 379 – неумышленный пожар дома,
от которого сгорели соседние дома. К этому же типу можно отнести
и ст. 270, так как в ней регулировалось право собственности на «приплоды и приращения животных». Сопоставив эти нормы с уложенными источниками, мы получаем повторение только что рассмотренной ситуации. Следовательно, составители кн. II во всех этих случаях
подтверждали следование традиции гражданского законодательства
московской эпохи.
Но обращение к статьям отд. III позволяет увидеть некоторые особенности в использовании уложенных источников. В этих статьях
1
СЗ-1832. Т. Х. Ч. I. С. 91; Соборное уложение 1649 г. Текст. Комментарии. Л.:
Наука, 1987 (далее – Соборное уложение). С. 55.
89
Глава 2. Свод законов гражданских 1832 г. как основание отраслевой системы
рассматривалось вознаграждение за личные обиды, определяемые как
«бесчестье». Но поскольку бесчестье не могло в сословном обществе
быть равно вознагражденным для всех категорий населения, «осовременивание» норм Уложения не могло обойтись без более серьезной
редакторской правки.
Так, в ст. 381 устанавливалось, что «в удовлетворение за безчестие
дворянина или другого лица, находящегося в государственной службе, взыскивается в пользу обиженного годовой оклад получаемого им
жалования». В качестве источников указывались три статьи Уложения
из гл. Х, в которых подробно, с обязательным указанием социального
статуса («чина») всех упомянутых в них лиц рассматривались различные случаи бесчестия, относившегося к духовным лицам и чинам
царского двора (ст. 83, 91, 93)1.
Сравнение всех текстов свидетельствует, что основное функциональное предназначение нормы (защита «чести») и ее правовой смысл
(денежная компенсация за бесчестье) были редакторами сохранены, использовалась и содержавшаяся в ст. 83 форма вознаграждения
тех, кто получал государственное жалованье. Но все упоминавшиеся
в статьях Уложения чины, характерные для социальной организации
Московского государства, были заменены принадлежностью к дворянскому сословию или нахождению на государственной службе,
а «имущественное вознаграждение» за бесчестье стало единственным. В итоге нормы Уложения и Свода сохранили преемственность,
автохтонность происхождения данной нормы подтверждалась, но ее
формулировка в Своде, безусловно, приобрела юридико-лексическую
форму, соответствовавшую именно XIX в.
В тех же случаях, когда бесчестье не было столь явно связано с социальным статусом, а относилось, например, к членам семьи, не обладавшим полной правовой самостоятельностью, как в XVII в., так
и в первой трети XIX в. (жена, незамужняя дочь, неотделенный сын),
от источника в статьях сохранялось большее содержание. Редакторская
работа тогда сводилась преимущественно к юридико-лексическому
«переводу» нормы Уложения в социально-правовую реальность времени создания Свода: ст. 383 Свода и ст. 99 (гл. Х Уложения)2.
Остальные 9 статей, где единственными источниками были нормы Соборного уложения, находились в разных главах и отделениях
кн. II. В основном редакторская работа, будучи осуществлена теми же
1
СЗ-1832. Т. Х. Ч. I. С. 93; Соборное уложение. С. 36–37.
2
СЗ-1832. Т. Х. Ч. I. С. 93; Соборное уложение. С. 38.
90
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]