Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Формирование культурной идентичности обучающихся историко-педагогический подход и дидактические решения. Монография
.pdf
музеи и расширяющие возможности офлайн-экспозиций; использование цифровых агрегаторов для цифрового представления объектов культурно-
исторического наследия в различных регионах каждой страны и другие. Раскрываются особенности цифровой визуальной среды как динамичной платформы для демонстрации слияния исторического наследия, художественного самовыражения и гражданских ценностей в различных цифровых продуктах. Показана специфика формирования национальной идентичности граждан России с
помощью таких цифровых ресурсов и инструментов, как виртуальные музеи и
цифровые образовательные туры с использованием презентаций, видеороликов
и интерактивных иммерсивных сайтов.
В седьмой главе «Формирование социально-профессиональной идентично-
сти у будущих учителей в системе непрерывного педагогического образования»
раскрывается сущность социально-профессиональной идентичности как комплекса ценностно-смысловых и когнитивно-эмоциональных аспектов педагогической деятельности. Показано влияние данного феномена на процессы профес-
сиональной социализации и индивидуализации, а также на способы поведения
человека в жизненных и социально-профессиональных ситуациях. Охарактеризованы такие взаимосвязанные аспекты социально-профессиональной идентичности, как «я как профессионал», «я как идеал», «каким я могу стать». Описаны
факторы и условия социального и профессионального развития личности на основе учета специфики каждого из этих процессов, а также их интеграции в соста-
ве социально-профессиональной идентичности. Показана специфика становления
и развития социально-профессиональной идентичности у будущих учителей на
следующих взаимосвязанных уровнях: индивидуальном, межличностном, внутригрупповом, межгрупповом. В этих многоаспектных процессах реализуются
взаимосвязи социальных и профессиональных детерминант. Системообразующей
основой становления социально-профессиональной идентичности у будущих
учителей выступает формирование у них социально-профессиональной ответ-
ственности как ключевого личностного новообразования. Его становление и развитие осуществляется на основе системной мировоззренческой подготовки коллективных и индивидуальных субъектов образовательной среды вуза. В главе
приводятся данные проведённых в Республике Беларусь социологических исследований, раскрывающих иерархию идентификационных самоопределений людей
различных социальных статусов и возрастов.
Восьмая глава «Инклюзивные смыслы культурной идентичности» носит
прикладной характер и содержит методические рекомендации, полезные тем,
кто на практике занимается вопросами специальной музейной педагогики и де-
11
лает среду музея доступной для детей с ограниченными возможностями здоровья и другими особенностями развития. В данной главе рассмотрены вопросы
внедрения инклюзии в музейную среду, а также условия, которые создаются
музеям для формирования культурной идентичности людей с инвалидностью
и ограниченными возможностями здоровья. Раскрываются основные направления сотрудничества Новгородского государственного объединённого музея-
заповедника и Новгородского государственного университета имени Ярослава
Мудрого в контексте создания городского инклюзивного ландшафта. Основными направлениями партнерского взаимодействия университета и музея являются: подготовка сотрудников музея к эффективному взаимодействию с посетителями, имеющими особые образовательные потребности; волонтёрское
сопровождение детских музейных программ; проектная деятельность. Описы-
вается опыт отдела обеспечения доступной среды Новгородского музея-
заповедника, который создаёт условия для участия в жизни музея посетителей
с «разнообразным опытом». Значительная часть главы посвящена описанию
проекта «Игрушки для Онфима», который реализуется в открытом музейном
пространстве «Город мальчика Онфима». В рамках данного проекта студенты
осуществляли тьюторское сопровождение интерактивных экскурсий для детей
с нарушениями зрения и слуха, а также с ментальными нарушениями.
В девятой главе «Актуализация традиционных форм древнерусского ис-
кусства как способ формирования культурной идентичности учащейся молодёжи» рассматриваются базовые характеристики культурной идентичности, которая понимается как осознание индивидом принадлежности к национальной
культуре, принятие всеми членами общества общих правил, норм, символов
и представлений. Показано, что культурная идентичность индивида формиру-
ется на основе культурного кода, своего рода ключа к пониманию определенного типа культуры, демонстрирующего уникальные культурные особенности,
которые унаследованы различными народами от предыдущих поколений. Подробно описаны различные подходы к понятию «культурный код»: социокультурный, психоаналитический, аксиологический, семиотический и лингвокультурологический. Авторами показано, что посредством различных культурных
кодов в социуме формируется культурное пространство, становящееся своего
рода средой, идентификация с которой и определяет культурную идентичность
личности. Раскрыты представленные в ряде нормативно-правовых документов
приоритетные направления государственной политики Российской Федерации,
связанные с необходимостью укрепления и развития в стране национальной
культуры на основе историко-культурного наследия. Рассмотрен один из спо-
12
собов приобщения представителей подрастающего поколения к истокам своей
национальной культуры, заключающийся в необходимости их включения на
разных этапах обучения в систему этнохудожественного образования. Подробно описаны содержательный, деятельностный и результативный компоненты
модели этнохудожественного образования учащейся молодежи. Данная модель
базируется на концепции воспитания учащихся на основе особенностей социокультурной ситуации и этнопедагогической концепции национальных школ.
В главе показано, что для формирования культурной идентичности у предста-
вителей цифрового поколения в процессе этнохудожественного образования
необходимо учитывать психофизиологические особенности учащейся молодежи, воспитывающейся как в реальной, так и в виртуальной среде. Исходя из
этого, авторы предлагают использовать современные визуальные формы коммуникации для повышения интереса у обучающихся к национальной культуре
и традициям. Раскрыто значение историко-культурной среды города, которая
в знаково-символических формах сохраняет и транслирует традиционные куль-
турные коды, отражающие национальное культурное наследие разных исторических периодов. Подробно описан накопленный в Новгородском государственном университете имени Ярослава Мудрого опыт формирования культурной идентичности учащейся молодежи посредством изучения российских
художественных традиций и культурного кода Великого Новгорода, его исто-
рии и наследия. Раскрыты интегративно-модульный и региональный подходы
к обучению студентов, позволяющие им изучать и сравнивать художественные
традиции России и Новгородского региона, воспринимать явления науки, искусства, культуры во всем многообразии форм их развития. В главе подробно
представлены ход реализации и результаты проекта «Производство аксессуаров
с древненовгородскими орнаментами», разработанного будущими учителями
изобразительного искусства и технологии. Работа над проектом позволила сту-
дентам изучить культурно-историческое наследие Великого Новгорода, вы-
явить визуальные мотивы, содержащие элементы национального культурного
кода, и разработать способ его трансляции через уникальную сувенирную про-
дукцию.
Особенностью монографии является то, что практически в каждой главе
авторы обращаются к рассмотрению сущности и содержательного наполнения
понятий «культурный код» и «культурная идентичность», пытаются выявить их
соотношение и взаимосвязь. Это свидетельствует о сложности и многоаспектности рассматриваемых феноменов и об отсутствии в научной литературе единого подхода к их определению. При этом авторы монографии исходят из по-
13
сыла, что, в отличие от культурного кода как культурного бессознательного,
культурная идентичность учащейся молодежи может формироваться как в процессе стихийной социализации, так и в результате целенаправленного педаго-
гического влияния. Следовательно, возникает необходимость, во-первых, в раз-
работке образовательных технологий и методик формирования идентичности
и, во-вторых, в вооружении этим дидактическим арсеналом будущих и действующих педагогов, независимо от преподаваемого предмета.
14
ГЛАВА 1.
О СУЩНОСТИ ПОНЯТИЯ «КУЛЬТУРНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ»
Вопросы, связанные с проблемами идентичности в различных её аспектах
(национальная, религиозная, гражданская, профессиональная, гендерная и т.д.),
всё чаще становятся предметом общественных, политических и научных дискуссий, находящих отражение в соответствующих исследованиях и публикаци-
ях, а также в программных документах и законах, принимаемых как на региональном, так и на государственном уровне в ряде стран.
С объективных позиций подобная ситуация объясняется тем, что в настоящее время человечество в своей эволюции переживает очередной исторический излом, главной причиной которого стала борьба между сторонниками однополярного и многополярного мира. Её триггером выступает усиливающийся
из года в год кризис навязываемой и активно продвигаемой Западом в течение
десятилетий политики глобализации и мультикультурализма. Стремление
к стиранию культурных границ на основе принятия западных ценностей, пре-
подносимых в качестве «общечеловеческих», противоречит исторически сложившемуся и реально существующему в мире культурному плюрализму и может привести к расколу культурного пространства даже в рамках единой цивилизации или страны. На этом фоне особо остро в наши дни встала проблема
осознания человеком и конкретным народом своей культурной идентичности
и возможности осуществления на её основе продуктивного межкультурного
диалога.
Обращаясь к изучению понятия «культурная идентичность», следует
отметить, что оно весьма сложное и не может иметь единой, всеми признанной
дефиниции, потому как, с одной стороны, обычно рассматривается в привязке
к тому или иному исследованию, проводимому в логике соответствующей дисциплины, а с другой стороны, образующие его слова «культура» и «идентичность» с научной точки зрения также весьма сложны и неоднозначны.
Исходя из этого, прежде чем приступить к рассмотрению сущности понятия «культурная идентичность», дадим междисциплинарную характеристику
его составным частям, а именно идентичности и культуре.
Начнём с идентичности. Если обратиться к этимологии данного слова, то
его происхождение восходит к латинскому identicus, что означало «тождественный» или «одинаковый». В современном звучании identity обычно переводится как идентичность, тождественность, узнаваемость. По отношению
к человеку понимание идентичности всегда было связано с ответом на вопрос
15
«Кто я?» в плане соотнесения себя с теми или иными социальными, этнически-
ми и культурными группами и осознания своей индивидуальности по сравнению с другими людьми. В рамках исторического процесса данный вопрос особо
актуально зазвучал в период радикальных политических и социально-
экономических преобразований Нового времени, приведших к разрушению
традиционного уклада жизни, сословного строя, привычных обычаев, законов
и представлений, что потребовало от людей непростого личностного самоопре-
деления в меняющихся условиях. Всё это в значительной мере усилилось
в ХХ в. и продолжается по сегодняшний день главным образом в рамках переосмысления традиционной культуры и ценностей.
В научном лексиконе термин «идентичность» впервые стал использовать
в начале прошлого века основатель психоанализа З. Фрейд. Однако и до него,
и параллельно с ним обозначенная проблема, что вполне естественно, получала
осмысление в философском измерении главным образом в контексте соотно-
шения бытия и сознания. Так, ещё в середине XVIII в. предметное внимание
данному вопросу в «Трактате о человеческой природе» уделил шотландский
учёный Д. Юм. В частности, следуя Дж. Локку, он отрицал наличие врождён-
ных идей, считая, что сознание формируется на основе опыта, перенося тем са-
мым самоидентификацию индивида в сферу его бытия. По мнению Д. Юма,
люди могут определить собственную «самость» и получить истинное представ-
ление о себе только на основе осознания причинно-следственных связей в своём восприятии окружающего мира.
Рассматривая развитие научного знания на проблемном поле, связанном
с идентичностью в рамках философии, нельзя пройти мимо такой знаковой фигуры, как немецкий мыслитель И. Кант, который, кстати, считал, что именно
Д. Юм был одним из тех, кто пробудил его от «догматического сна». Обнаружив в сочинениях Д. Юма неприемлемый для себя скептицизм, И. Кант, полемизируя с ним, написал получивший широкую известность трактат «Критика
чистого разума». В контексте интересующего нас вопроса он отмечал, что разум человека является источником морали и даёт ему способность к независимым этическим суждениям. При этом по поводу нравственности философ делает уточнение о необходимости связи самосознания и моральной ответственности, что входит уже в сферу социальных отношений. Наряду с принятием
образа своего «эмпирического Я» человек вольно или невольно соотносит себя
с другими людьми, их взглядами, а также с находящимся вне его абсолютным
нравственным законом. Таким образом, как отмечают современные учёные,
«проблема “Я” в теории Канта приобретает аксиологическую окраску и соци-
16
альную значимость. … Для Канта совершенно очевидным является тот факт,
что самосознание личности не может развиться вне социального контекста»
[1, с. 14].
В начале XIX в. другой известный немецкий философ, Г. Гегель, в аспекте
соотношения бытия и сознания попытался преодолеть дуализм разума
и природы, субъекта и объекта, соединяя между собой индивидуальное и обще-
ственное, «Я» и «Мы» и сводя в итоге «конкретную человеческую личность
и конкретную человеческую общность к интересам Мирового Разума» [2,
с. 167]. Это нашло отражение и в его взглядах на близкий к пониманию иден-
тичности вопрос о самосознании человека, в развитии которого он выделял три
последовательные ступени выстроенных в диалектической логике единичного,
особенного и всеобщего. Так, единичное или «вожделеющее самосознание»
есть осознание и самоотождествление себя, собственного существования и своего отличия от иных субъектов и объектов; особенное или «признающее самосознание» предполагает осознание своего сходства и различия с другими индивидами как основы формирования межличностных отношений; «всеобщее самосознание» понимается как осознание принадлежности к общности людей
и во многом тождественности с ними на основе усвоения и принятия общепри-
знанных ценностей и добродетелей. В контексте вышесказанного особо следует
отметить, что Г. Гегель в обосновании процесса самосознания (идентификации)
указывает на значимость не только тождественности или одинаковости, но
и различий, существующих между отдельными индивидами в рамках реальной
жизни или бытия.
В период постклассической философии в условиях научно-технической
революции второй половины XIX в. значительно усиливается идущая от эпохи
Просвещения вера во всесилие человеческого разума как главного двигателя
истории и культуры. На данном социокультурном фоне происходит доминирование естественно-научно-интеллектуалистического способа познания, что
нашло своё специфическое отражение и в эволюционной теории английского
учёного Ч. Дарвина, объясняющей происхождение человека от животных предков. В итоге в поисках своей идентичности человек уже не может занимать
особое место в живой природе и теряет такой её важный аспект, как религиоз-
ность и основанные на ней нравственные и культурные законы и традиции.
Одновременно с этим абсолютизация естественно-научного мышления
и сформировавшийся в общественном сознании в ходе «промышленного переворота» культ технического прогресса приводят к появлению «механистических» концепций человека, где тот отождествляется либо с машиной (Э. Капп),
17
либо с одним из видов сырья, подлежащего целенаправленной обработке и неспособного освободиться от власти созданной им техники (К. Ясперс). Иными
словами, человек превращается в функциональный придаток бездушной машины, «винтик» социального механизма, что приводит к искажённому самосозна-
нию, лишению внутренней опоры, уникальности, растворению в обществе,
а в итоге к потере своего «Я», а следовательно, и собственной идентичности.
Одновременно с формированием в общественном сознании стран запад-
ной цивилизации естественно-научно-технократического мировоззрения про-
должает развиваться гуманистическая и антропологическая традиция, особо
проявившаяся в философской мысли на рубеже XIX–XX веков и внесшая свой
вклад в понимание идентичности.
Так, представители философии жизни (А. Бергсон, В. Дильтей,
Г. Зиммель, Ф. Ницше и др.) с позиций иррационализма отрицали всесилие разума и естественно-научных методов в познании человека, отдавая приоритет
интуиции, чувству, вере и т.п. Благодаря им возрождается и по-новому обосно-
вывается взгляд на человека как на единство телесного, душевного и духовного
начал, получивший дальнейшее развитие в философской антропологии, экзи-
стенциализме и антропософском учении Р. Штайнера.
Философская антропология, зародившаяся в начале ХХ в. в Германии
(М. Шелер, Х. Плеснер), рассматривала человека как основную мировоззренче-
скую категорию, более важную, чем понятия бытия и сознания. Согласно дан-
ной теории, все люди от рождения свободны, уникальны и способны к самораз-
витию без посредничества общества и государства. При этом дать окончательный ответ на вопрос о том, что собой представляет человек, невозможно. Он
всегда будет оставаться открытым, а значит, и идентичность человека также до
конца непостижима.
Своё временное логическое завершение философская антропология нахо-
дит в философии экзистенциализма (А. Камю, Ж.-П. Сартр, М. Хайдеггер
и др.). По мнению её представителей, «постигая себя как экзистенцию, человек
обретает свободу, которая есть выбор самого себя, своей сущности, наклады-
вающей на него ответственность за всё происходящее в мире» [2, с. 173]. Иначе
говоря, постигая свою индивидуальность, человек сознательно, по собственной
воле определяет свою идентичность в окружающем его многообразии.
В начале XX в. немецким философом и педагогом Р. Штайнером создаётся антропософское учение, с помощью которого «он прокладывает путь
к познанию скрытой закономерности “реально-духовного” мира и даёт целостное представление о сущности человека как телесно-душевно-духовного един-
18
ства» [2, c. 174]. При таком подходе на идентичность влияют индивидуальные
особенности, связанные с прошлой духовной жизнью (человек проживает их
несколько); прохождение этапов возрастного развития в ходе поочерёдного
рождения телесного, эфирного, астрального и ментального тел; воспитание (на
основе антропософии создана широко известная «вальдорфская педагогика»),
а также социальная и культурная среда. Полное обретение человеком идентичности возможно лишь после рождения ментального или Я-тела, что, по учению
Р. Штайнера, происходит примерно в двадцать один год.
Явное усиление интереса представителей различных наук, включая философов, к проблеме идентичности начинается с середины ХХ в., что объективно
обусловлено возрастанием социальной мобильности, гетерогенности населения
и периодически возникающими конфликтами на национальной, религиозной,
культурной и др. почве.
Так, известный немецко-американский философ, социолог и психолог
Э. Фромм, отмечая сложность реального обретения человеком идентичности,
выделял в ней два варианта, достигаемых либо путём индивидуального самоопределения, либо путём приобщения к социальной группе. Первый вариант,
предполагающий глубокую саморефлексию, встречается реже и, часто не совпадая с личностными ожиданиями и идентичностью других людей, становится
источником конфликтов. Второй вариант также может порождать конфликты,
потому как определение себя через групповую принадлежность «проблематично в силу одновременной принадлежности индивида к различным группам
(профессиональной, половозрастной, этнической, конфессиональной, сосед-
ской, досуговой и др.), ценности и ожидания которых могут не совпадать» [3,
с. 695].
Современные исследователи проблемы идентичности отмечают, что в последние десятилетия определяющим становится междисциплинарный подход
к её рассмотрению и пониманию, нашедший отражение и в философских воз-
зрениях, в большинстве своём акцентирующих внимание на значении внешних
условий.
К примеру, немецкий философ Ю. Хамербас, так же как и Э. Фромм, указывая на проблему обретения и сохранения человеком своей идентичности
и целостности, обосновывал идентичность как индивидуализацию в историче-
ском и социальном контексте, где человек вынужденно включается в систему
сложных отношений и взаимодействий [4].
В теориях французских философов Ж. Делеза и Ж. Деррида индивид пе-
рестаёт быть центром и источником тождественности. При этом в разработан-
19
ном Ж. Делезом вместе с Ф. Гваттари (французский философ и психоаналитик)
проекте номадологии (новое видение мира), одним из центральных понятий которого является «ризома» (от фр. rhizome — корневище; сеть множественных
нелинейных антииерархических связей, противоположных линейным структурам бытия и сознания), не признаётся идея существования генетической оси
в качестве глубинной структуры, а следовательно, и единства, которое бы мог-
ло служить корневым стержнем человека и его идентичности. Идентичность
в данном случае может меняться, следуя той или иной линии, в зависимости от
социальной и политической ситуации, а также влияния иных неустойчивых
факторов бытия.
Ещё один французский философ и психолог, М. Фуко, также не принимал
идею идентичности человека, обладающего «фиксированной внутренней сущностью», считая, что она «определяется длительным и изменчивым дискурсом
в процессе коммуникации с другими людьми» [5, с. 4].
Подводя итог осмыслению понятия «идентичность» в философском измерении в обобщённом виде, весьма условно, можно обозначить два основных
подхода к его обоснованию, в рамках которых выделить идентичность внеш-
нюю и идентичность внутреннюю.
Что касается идентичности внутренней, то здесь следует обратить внимание на два аспекта. Первый ориентирован на глубокое самопознание себя.
В поиске ответа на вопрос «Кто я?» человек прислушивается к своим мыслям,
чувствам, желаниям и в процессе саморефлексии сравнивает и отождествляет
себя как с реальными референтными людьми (родители, друзья, педагоги и др.),
так и с абстрактными идеалами (выдающиеся исторические личности, герои,
святые и т.п.). Второй аспект данного вида идентичности связан с поиском базиса для отождествления себя с группой людей на основе общей внутренней
сущности по признаку родства, происхождения, духовной культуры, культуры
бытия и т.п.
Идентичность внешняя определяется по принципу принадлежности к не-
кой социальной группе, нации, полу, профессии и т.д. При этом одинаковость
и тождественность в данном случае может как соответствовать, так и не соответствовать внутренней сущности человека.
Как уже отмечалось, проблема идентичности является междисциплинар-
ной и наряду с философами ею занимаются и представители других наук,
и прежде всего психологи. Как правило, в их теориях идентичность фиксирует-
ся на самопознании и самоощущении человека и в течение жизни меняется, то
есть носит динамический характер, выполняя функцию специфического защит-
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]