Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Святитель Григорий Нисский. Аскетические сочинения и письма
.pdf
после такого долгого времени и чтобы вместе подивиться твое$
му терпению и любомудрию, какое, слышу, ты, как муж благий,
совершенный, предстоящий Богу, более всех ведающий и Боже$
ственное и человеческое и признающий весьма легким то самое,
что для других в подобных случаях всего тяжелее, т. е. жить вме$
сте с такою сестрою и препроводить ее от себя, вместив в безо$
пасные обители, скажу словами Божественного Писания, яко
же стог гумна во время свезенный (Иов 5, 26), когда она, хотя
вкусила приятностей жизни, однако же по самому возрасту из$
бежала скорбей и, прежде нежели оплакала тебя, почтена от
тебя прекрасным погребением, какое и должно быть подобным
женам. Но и сам я, поверь мне в этом, желаю преставления,
если не в одной мере с вами (этого сказать о себе много), но не
меньше вас. Но что же нам делать против Божия закона, издрев$
ле превозмогающего, который похитил мою Феосевию, ибо жив$
шую по Богу называю своею, потому что духовное родство выше
телесного, Феосевию, похваление Церкви, украшение Христово,
потребность нашего века, дерзновение жен — Феосевию, и при
такой красоте братьев отличавшуюся благообразием и лепотою,
Феосевию, действительно священную, сожительницу иерея, ему
равночестную и достойную великих таинств, Феосевию, о кото$
рой память в будущее время найдет сохранившеюся на бес$
смертных столпах, т. е. в душах всех тех, кто доныне ее знал
и кто узнает впоследствии? И не дивись, если многократно
повторяю ее имя; потому что наслаждаюсь воспоминанием
о блаженной. И таково мое ей надгробное, а тебе утешительное,
слово, которое в немногом заключает многое!»
1
Несомненно, той же женщине св. Григорий Богослов посвя$
тил эпитафию:
Ныне и ты, Феосевия, дочь Эммелии славной,
Ты, что в течение лет спутницей верной была
Дивному мужу Григорию, — ты упокоилась с миром,
Жизненный путь завершив, не увидавши седин.
2
При чтении и письма, и стихотворения нетрудно заметить,
что св. Григорий Богослов очень обтекаемо говорит о том, какое
отношение имеет Феосевия к св. Григорию Нисскому. Он впол$
не определенно называет ее его «сестрой» и «дочерью» (по$
гречески даже «порождением» — τκο) Эммелии и употребляет
Предисловие
21
1
ГБ. Т. 2. С. 524.
2
Св. Григорий Богослов. Эпиграмма 164 (перевод наш).
не вполне определенное σζυγο — буквально «сояремница»
(в нашем переводе — «спутница», в старом прозаическом пере$
воде эпитафии — «подружие», а в переводе писем св. Григория
Богослова — «сожительница», разумеется, вне современных
негативных коннотаций), которое может означать не только
«супругу» или в мужском роде «супруга», но также и «товари$
ща», «друга», «соработника». То есть и из письма, и из эпита$
фии можно заключить, что Феосевия была много лет неразлуч$
на с Григорием, но сказать со всей уверенностью, что это
именно жена, а не незамужняя сестра при брате$епископе (путь
служения, довольно распространенный в Церкви), нельзя.
Еще одна странность, которая бросается в глаза при сопостав$
лении фактов: почему св. Григорий Нисский, имея столь благо$
честивую супругу$христианку, столь рьяно обличает брак, при$
носящий людям одни несчастья? «Как у меча рукоять бывает
гладка, приятна на ощупь и в руке, блестяща и удобна, все же
прочее есть железо, орудие смерти, которое страшно увидать
и еще страшнее на деле испытать. Нечто подобное этому есть
и брак: словно художественно выточенную, красивую рукоять
он представляет для чувственного ощущения поверхностную
гладкость наслаждения, но как только эта рукоять окажется в ру$
ках прикоснувшегося к ней, она влечет за собой соединенные
с ней скорби, и брак становится для людей виновником плача
и несчастий».
1
Только ли в риторической запальчивости сказаны
эти слова? Очевидно нет, и сочинение св. Григория не имело бы
практической ценности, если бы было лишено личного, хотя
бы и отрицательного, опыта.
Может быть, к пониманию позиции св. Григория удастся по$
дойти, рассмотрев, какие, собственно, несчастья он считает пре$
имущественным уделом супруга. Оказывается, это, прежде все$
го, потеря жены или страх перед такой потерей. Вот, к примеру,
что чувствует жених, глядя на невесту: «Когда жених смотрит на
любимое лицо, тотчас же непременно является у него и страх
разлуки; когда он слышит приятнейший голос, представляет
в уме, что когда$нибудь его не услышит; когда радуется, созер$
цая красоту, тогда особенно трепещет в ожидании скорби»
2
.
А вот как описывается горе мужей, жены которых умерли от
родов. «Еще страстью пылая, еще во цвете лет пребывая, еще
удовольствий этой жизни желая, они, словно в каком$то сон$
ном видении, вдруг лишаются всего, что имели. Что же далее?
Т. Л. Александрова
22
1
«О девстве», XIV, 2 (ниже, с. 110).
2
Там же, III, 5 (ниже, с. 72).
Брачная опочивальня опустошается домашними, как врагами,
и вместо ложа брачного красуется ложе смертное. При этом
стенания бесполезные, рук удары напрасные, о прежней жизни
воспоминания, тем, кто присоветовал вступить в брак — про$
клятия, жалобы на друзей, которые не помешали; в большой
вине родители, если живы; если же нет, то сетования о жизни
человеческой, обвинение всей природы, великий ропот и него$
дование на самое божественное Провидение; борьба с самим
собой, война с теми, кто увещевает; ничто не сдерживает глу$
пейших речей и дел. А часто у тех, в ком страсть берет перевес
и от излишней печали теряется рассудок, эта сцена завершается
еще более прискорбным концом — когда несчастный не в со$
стоянии пережить своего несчастия»
1
.
Это написано задолго до смерти Феосевии. Вывод: либо
жена св. Григория — не Феосевия, и очень может быть, что он
лишился своей супруги после непродолжительной совместной
жизни, либо, если все$таки это она, то его жизнь, по крайней
мере в начале, почему$то отравлял постоянный страх потерять
ее, да и годы спустя ее относительно ранняя смерть, как можно
понять из письма друга, вызвала у него желание поскорее уме$
реть самому. Как писал апостол Павел, «неженатый заботится
о Господнем, как угодить Господу, а женатый заботится о мир$
ском, как угодить жене» (1 Кор. 7, 32–33). Совместить две эти
роли трудно, и с точки зрения самим же св. Григорием воспе$
того аскетического идеала души, всецело устремленной к Богу,
подобно невесте стремящейся к возлюбленному Жениху, силь$
ная земная привязанность, оттягивающая на себя часть этой
любви, должна была казаться невольной изменой — неудиви$
тельно, что девственник, не знающий такого раздвоения и таких
проистекающих от него слабостей, должен был представляться
ему счастливцем. «Если кто будет пользоваться супружеством
так, что предпочитая дела духовные, естественное вожделение
ограничит умеренностью, <...> тот будет мудрым земледель$
цем, который, по заповеди апостола, не все время занят воз
даянием ничтожного должного, но по согласию хранит чистоту
души, для пребывания в молитве, опасаясь, как бы, под влияни$
ем пристрастия, не стать целиком плотью и кровью, в которых
не пребывает Дух Божий. Если же кто так немощен, что не мо$
жет мужественно устоять против влечения природы, тому луч$
ше держаться от подобных вещей подальше, нежели решаться
Предисловие
23
1
«О девстве», III, 5 (ниже, с. 72).
на подвиг, превышающий его силы».1Вероятно, по крайней
мере, на рубеже 70$х гг., в пору создания трактата «О девстве»,
св. Григорий считал, что его собственные силы этот подвиг
точно превышает.
Рассуждения на эту тему можно было бы еще продолжать,
но все же, при нехватке сведений, они представляются доволь$
но беспочвенными.
2
Кем бы на самом деле не была для св. Гри$
гория его Феосевия, она прошла рядом с ним по жизни тихой
тенью, не оставив по себе ярких воспоминаний у современ$
ников, но оставшись, тем не менее, в вечной памяти Церкви,
в лике ее святых. Память «блаженной Феозвы, сестры Григо$
рия Нисского», празднуется в один день с ним, и даже если она
и жена ему, то все равно сестра — по духу. В том же, что впослед$
ствии в Церкви было узаконено безбрачие епископата, очевидно,
сыграл свою роль и опыт женатого епископа, автора трактата
«О девстве».
Если о самом св. Григории Нисском до 370$х гг. трудно ска$
зать что$то определенное, то вехи жизни его семьи и в особен$
ности его старшего брата известны достаточно хорошо. В 362 г.
св. Василий был рукоположен во священника и вскоре оказал$
ся втянут в нестроения, раздиравшие Церковь. К 60$м гг. отно$
сится написание им «Опровержения на защитительную речь
злочестивого Евномия». В то же время, стремясь к упорядоче$
нию монашеской жизни, он создал «Правила, кратко изложен$
ные в вопросах и ответах», к которым, по всей видимости, от$
сылает св. Григорий в XXIII главе трактата «О девстве». В 370 г.
св. Василий Великий был рукоположен во епископа Кесарии.
К этому времени относится инцидент, участником которого
стал и св. Григорий. Суть этого инцидента в общих чертах вы$
ясняется из двух писем св. Василия (№№ 58 и 59). У братьев
был дядя$епископ, также носивший имя Григорий. По какой$
то причине он прогневался на Василия и прекратил общение
с ним. Вероятно, Григорий$младший стремился уладить отноше$
ния между двумя родственниками, для чего трижды передавал
Т. Л. Александрова
24
1
«О девстве», VIII, 1 (ниже с. 92).
2
В современной науке этот вопрос рассматривался достаточно подробно —
даже резюме этих дискуссий у Обино и Мараваля оставляет впечатление некото$
рой избыточности рассуждений при дефиците фактов: например, предположение,
что у св. Григория Богослова речь идет о двух разных Григориях и двух разных
Феосевиях, а также — на основании письма XIII, — что у супружеской четы был
сын по имени Кинигий (имя которого буквально переводится как «собаковод» —
странно было бы, если бы столь благочестивая чета назвала ребенка таким «охот$
ничьим» именем).
Василию подложные письма от дяди. Вероятно, тем самым он
хотел дать толчок к возобновлению отношений. Все это очень на$
поминает известную позднейшую патериковую историю о по$
слушнике, который передавал взаимные поклоны двум пребы$
вавшим в ссоре старцам и тем самым помирил их. Но в данном
случае эта миротворческая миссия не была столь успешна:
Василий был сильно обижен на брата, поставившего его, как
он считал, в неловкое положение, и в письме осыпал того горь$
кими упреками: «Как мне не препираться с тобою письмами?
Как побранить тебя надлежащим образом за твое во всем про$
стодушие? Скажи мне, кто три раза попадает в одну петлю?
И с бессловесными нелегко случиться этому. Ты принес мне
одно письмо под вымышленным именем, будто бы от достопоч$
теннейшего епископа, общего нашего дяди, обманывая меня,
не знаю для чего. Я принял письмо, как принесенное тобою от
епископа. Да как было не принять? От радости показывал его
многим из друзей и благодарил Бога. Подлог открылся, потому
что сам епископ из собственных уст отрекся от письма. Этим
приведен я был в стыд, подавленный упреком в подлоге и обма$
не, желал, чтобы подо мною расступилась земля. Потом подали
мне другое письмо, присланное будто бы от самого епископа со
слугою твоим Астерием. Но и этого также не посылал епископ,
как донес мне достопочтеннейший брат Анфим. Еше третье
письмо принес мне Адамантий. Как надлежало мне принять его,
когда принять его, когда прислано через тебя и через твоих?
Желал бы иметь каменное сердце, чтобы не помнить прошед$
шего, не чувствовать настоящего, подобно бессловесным поник$
ши взором в землю, перенести всякий удар. Но что мне делать
со своим рассудком, который после первого и второго опыта не
может принять этого без исследования? И это пишу, чтобы
побранить тебя за простоту, которую нахожу и в другое время
неприличною христианам, а тем более несообразно с настоя$
щими обстоятельствами. По крайней мере вперед и себя побе$
реги, и меня пощади, потому что (надобно же мне поговорить
с тобою свободно) ты в подобных делах служитель, не стоящий
доверия».
1
Впрочем, дело кончилось примирением всех сторон,
в конце концов Григорий доставил Василию подлинные
письма, о чем последний сообщал в письме дяде, уверяя его
также, что на брата не сердится: «И прежде с удовольствием
Предисловие
25
1
№ 58. ПВ. С. 106–107.
виделся я с братом своим. Да и можно ли было видеться иначе,
потому что он мне брат и имеет столько достоинств? И теперь,
когда он пришел ко мне, принял я его с тем же расположением,
нимало не изменясь в нежной своей любви к нему. Не дай Бог
испытать мне что$либо такое, что заставило бы меня забыть
родство и быть во вражде со своими! Напротив того, прибытие
его принял я за утешение и в телесных недугах, и в других ду$
шевных скорбях».
1
В письмах св. Василий нередко говорит о младшем брате
с иронией, а то и с досадой, сетуя, что «простодушие» Григория
Нисского «замышляет» нечто против него
2
, и что в целом брат
его «совершенно неопытен в делах Церкви», тут же поясняя,
в чем, собственно, состоит эта «неопытность»: «Для человека
благомыслящего свидание с ним достойно уважения и весьма
дорого, но если кто горд, заносчив, посажен высоко и потому
не способен слушать, когда ему говорят правду люди низкие
<по положению. — Т. А.>, то какая будет польза для общест$
венных дел от совещания его с мужем, у которого нрав далек от
подлого ласкательства?»
3
Иными словами, привыкший к нрав$
ственной чистоте и высоким принципам собственной семьи,
св. Григорий не всегда был достаточно осмотрителен в столкно$
вениях с явной несправедливостью и непорядочностью и, в от$
личие от старшего брата, не был наделен природной диплома$
тичностью
4
. На свое катастрофическое неумение хоть как$то
приспособиться к господствующему в обществе «плюрализму
нравственности» и «двойным стандартам», — говоря современ$
ным языком, — он и сам жаловался в одном из писем епископ$
ского периода: «Будучи уже при кончине жизни, я опять на$
чинаю жить и учиться, вынужден узнать восхваляемую ныне
множественность обычаев — я, великовозрастный ученик в шко$
ле злонравия и коварства, всегда краснеющий от стыда, будучи
столь несведущ в изучаемом предмете»
5
.
Понятно, что такие «недостатки», может быть, и серьез$
ные для политика и администратора, для подвижника и пасты$
ря были несущественны, и, хотя эти свойства в ряде случаев
Т. Л. Александрова
26
1
№ 60 // ПВ. С. 110.
2
№ 100 // ПВ. С. 163.
3
№ 215 // ПВ. С. 320.
4
Насколько выдержанным и политичным умел быть сам св. Василий, мож$
но судить по его письмам — по тону письма к недругам трудно отличить от писем
к друзьям. Характерно, что в корпусе писем св. Григория Нисского письма к недру$
гам отсутствуют как таковые — в крайнем случае, это могут быть люди, далекие от
Церкви, но по$человечески ему симпатичные.
5
Письмо XVIII, 6 (ниже, с. 286).
и причиняли св. Василию неудобства с точки зрения диплома$
тии, но с лихвой искупались достоинствами, которых предстоя$
тель Кесарийской Церкви у брата никогда не отрицал и о кото$
рых ясно сказал св. Григорий Богослов: «Друга верного нельзя
ничем заменить, и несть мерило доброте его. Друг верен, кров
крепок (Сир. 6, 14–15) и огражденное царство (Притч. 18,19);
друг верный — сокровище одушевленное. Друг верный дороже
золота и множества драгоценных камней. Друг верный — вер
тоград заключен, источник запечатлен (Песн. 4, 12), которые
временно отверзают и которыми временно пользуются. Друг
верный — пристанище для упокоения. А ежели он отличается
благоразумием, то сие сколько еще драгоценнее! Ежели он
высок ученостью, ученостью всеобъемлющею, какою должна
быть и была некогда наша ученость, то сие сколько еще пре$
имущественнее? А ежели он и сын света (Ин. 12, 36), или человек
Божий (1 Тим. 6, 11), или приступающий к Богу (Исх. 19, 122),
или муж лучших желаний (Дан. 9, 22), или достойный одного
из подобных наименований, какими Писание отличает мужей
божественных, высоких и принадлежащих горнему, то сие уже
дар Божий и, очевидно, выше нашего достоинства»
1
. Именно
поэтому, а не только их$за «нехватки кадров» св. Василий и во$
влек брата в пучину церковно$политической борьбы, тяготив$
шей его самого, но в условиях времени неизбежной. Использо$
ванный св. Григорием Богословом в цитированном слове образ
Моисея и Аарона, братьев «не менее по благочестию, чем по
плоти», которые вместе «поражают казнями Египет, рассекают
море, проводят чрез него Израиля, потопляют врагов, низводят
хлеб свыше, <...> поспешают и ведут в землю обетования»
2
—
точно передает роль братьев, свв. Василия и Григория, в жизни
своей эпохи. При этом некое разделение сфер влияния между
ними, несомненно, существовало. «Если мы сопоставим деятель$
ность св. Григория с деятельностью его знаменитых современ$
ников, — писал В.И. Несмелов, — то действительно окажется,
что он заслуживает особенного внимания прежде всего и глав$
ным образом в истории христианской мысли. Он несомненно
был самым видным представителем христианской науки IV века,
потому что более других был образован и преимущественно
Предисловие
27
1
«Слово 11, говоренное брату Василия Великого, святому Григорию Нисскому,
когда он пришел к св. Григорию Богослову по рукоположении его в епископа» //
ГБ. С. 194–195.
2
Там же. С. 195.
пред другими одушевлен научными стремлениями. В то время
как брат его, св. Василий Великий, сделавшись епископом Кеса$
рии Каппадокийской, заявил о себе самою широкою практиче$
скою деятельностью на пользу православия <...> — в это самое
время св. Григорий Нисский принял на себя скромный труд
научной защиты содержимой Церковью догматической истины.
Св. Василий Великий был по преимуществу организатором: он
собирал Соборы, разбирал на них возникавшие между право$
славными пагубные недоразумения, примирял и соединял по$
дозревавших друг друга в ереси православных епископов, возоб$
новлял и укреплял порываемые арианством церковные связи,
старался организовать и вооружить на борьбу с арианами пра$
вославных монахов; одним словом, он руководил жизнью всей
православной Церкви, был епископом всего православного
востока, и в этом смысле вполне справедливо может быть на$
зван “князем церкви”. <...> Св. Григорий Нисский <...> не об$
ладал особенным практическим талантом, хотя практическое
влияние его на церковную жизнь и не может подлежать ника$
кому сомнению. Подобно св. Григорию Богослову, он главным
образом был защитником церковного вероучения».
1
Первым серьезным поручением, которое св. Григорий полу$
чил от брата$епископа в 371 г. и вскоре успешно выполнил,
было написание трактата «О девстве». В этом произведении
ему удалось влить в классическую форму похвального слова —
энкомия — новое, христианское содержание. Свою задачу он
формулирует уже в первой фразе своего трактата: «Цель данно$
го слова — возбудить в читателях стремление к добродетельной
жизни». Трактат обращен прежде всего к молодому читателю —
к таким же юношам, какими еще недавно были сам автор и его
братья — прошедшим школу классического воспитания, знако$
мым, по крайней мере, с начатками греческой философии. Он
говорит на привычном им языке, пользуется понятными им об$
разами, метафорами, терминами, приоткрывая, с другой сторо$
ны, глубины христианской экзегезы, показывая тем самым, что
нет непроходимой пропасти между «Афинами» и «Иерусали$
мом». В основе его логических построений лежит филологиче$
ский анализ: «Священный образ девства <...> несет в самом
себе подобающую ему похвалу — в соименном ему названии,
потому что слово “непорочность” (τ φθορον), обычно употреб$
ляемое многими вместо cлова “девство”, указывает на чистоту
Т. Л. Александрова
28
1
Несмелов 1887. С. 3–5.
его. Так из равнозначащего имени можно постигнуть исключи$
тельность этого дара. <...> Ибо если подвиг досточтимого этого
девства состоит в том, чтобы быть непорочным и святым, а эти
имена собственно и преимущественно употребляются для про$
славления нетленного (φθαρτο) Бога, то какая может быть
похвала девству выше той, что для тех, кто приобщился чистых
его таин, оно оказывается некоторым образом боготворящим,
соделывая общниками славы Единого, истинно святого и непо
рочного Бога тех, кто соединился с Ним чистотой и нетлени$
ем».
1
Это соединение аскетики с этимологической экзегезой,
выведение закона самосовершенствования из самих слов, всем
знакомых и употребляемых по большей части бездумно, будет
и в дальнейшем характерно для аскетических творений св. Гри$
гория Нисского. Другая характерная черта — неизменное чув$
ство меры. Так, восторженно описывая «красоты девства» и не
жалея темных красок для изображения «невзгод брачной жиз$
ни», он тем не менее постоянно подчеркивает, что не отрицает
брак как таковой, просто брак, как установление естественное,
не нуждается в защите, он и так найдет массу своих привержен$
цев, к девству же, как к подвигу вышеестественному и трудно$
му для человеческой природы, следует побуждать особо.
В этом первом сочинении св. Григория уже намечаются не$
которые темы, которые впоследствии станут у него сквозными:
например, тема возвращения образа к Первообразу: «Ибо зла,
не зависящего от воли, имеющего свое самостоятельное бытие,
во всей природе существ нет никакого: всякое создание Божие
добро и ничтоже отметно; вся, елика сотвори Бог, добра зело. Но
когда указанным путем вошла в жизнь человеческую растлева$
ющая привычка ко греху и от малого начала проистекло необъ$
ятное зло в человеке, и та боговидная красота души, созданная
по подобию первообразной, покрылась, словно железо, ржав$
чиной греха, тогда красота принадлежащего душе по природе
образа уже не могла более сохраниться в целости, но измени$
лась в гнусный вид греха. Таким образом человек, эта вещь
великая и драгая, как назван он в Писании, лишившись своего
достоинства, — как если кто, поскользнувшись, упадет в лужу
и вымажет в грязи лицо, так что его не узнают даже знакомые, —
так он, упав в лужу греха, потерял образ нетленного Бога и чрез
грех облекся в образ тленный и перстный, который Писание
советует отложить, омывшись чистой жизнью, словно водой,
Предисловие
29
1
«О девстве», I, 1 (ниже, с. 64–65).
чтобы, по взятии земного покрывала, опять воссияла красота
души»
1
.
Аскетика св. Григория Нисского неразрывно связана с его
мистикой. Аскеза — это средство для достижения конечной
цели — единения с Богом. Душе, отказавшейся от земного
брака и низких удовольствий плоти и очистившей себя от вся$
кой скверны, уготован иной, духовный брак, ради которого она
и должна хранить себя в чистоте: «И, конечно, влюбленный
в Премудрость, божественным предметом своего вожделения
имеет истинную Премудрость; и душа, прилепившаяся к не$
тленному Жениху, пылает любовью к истинной Премудрости,
которая есть Бог»
2
.
Несмотря на преизобилие в труде всяческой «книжности» —
языческой, библейской, христианской, важным условием для пра$
вильного прохождения подвига св. Григорий считает наличие жи$
вого примера, каковым для его современников был св. Василий
Великий, прямо по имени не названный, но, бесспорно, узнавае$
мый, чьим начинаниям св. Григорий содействовал словом и де$
лом, порою жертвуя собственными планами и начинаниями.
В начале 70$х гг. деятельность св. Василия встретила проти$
водействие со стороны императора Валента — приверженца
арианской ереси. В 372 г. он разделил Каппадокию на две про$
винции, одну — со столицей в Кесарии, другую — со столицей
в Тиане. Для св. Василия это означало уменьшение сферы влия$
ния. Св. Василий, со своей стороны, учредил две новых епис$
копских кафедры в небольших городках — Сасимах и Ниссе, на
первую из которых поставил своего друга, св. Григория Бого$
слова, а на вторую — своего младшего брата. Так св. Григорий
стал епископом Нисским — видимо, вопреки собственному
желанию. В «Слове на свое рукоположение» он говорит о том,
что не готов к такому служению: «Служение духовному пиру
дошло и до нас, способных более пользоваться услугами дру$
гих, нежели себя предлагать в услугу другим. И я всячески
упрашивал освободить меня от таких даней по убожеству мое$
му в слове, ссылаясь на некий закон пиршеств»
3
.
Как уже было сказано, по складу характера св. Григорий
более был приспособлен для мирных ученых занятий, чем для
административной деятельности и политической борьбы. Дела
его шли с переменным успехом. В письме 372 г. св. Василий
Т. Л. Александрова
30
1
«О девстве», XII, 2 (ниже, с. 104).2Там же, XX, 4 (ниже, с. 127).3ТСО 40.
Кн. 4. С. 361.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]