Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Основы научно-исследовательской деятельности. Учебное пособие
.pdf
21
2. КЛЮЧЕВЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПСИХОЛОГИИ
Одной из ведущих проблем психологии является объективность
познания мира.
Объективность является одним из основных принципов научно-
го познания. Решение проблемы объективности научного познания в
психологической науке не может быть однозначной, потому что в ней
познавательная активность субъекта направлена не на внешнюю ре-
альность, а на самого себя, на свой внутренний мир. Многие психоло-
ги на этом основании изначально отказывались от признания психологии объективной наукой.
Представители бихевиоризма считали, что психология все-таки
должна быть объективной наукой. Они предлагали изучать объектив-
но то, что действительно объективно (это означает, по их мнению,
внешне наблюдаемое). Бихевиористы увидели такую реальность в
поведении субъекта и поэтому провозгласили, что предметом психологии является не сознание, а поведение.
Отечественная психология решала наоборот — изучать объек-
тивно именно сознание, психику, что потребовало изменить взгляд на
их субъективность.
В психологии один субъект познает другого субъекта, и это зна-
чительно меняет наши представления о законах такого исследования.
Ведь сама психическая деятельность изучаемого нами субъекта зави-
сит от его взаимодействия с нами, и, наоборот, наше взаимодействие
с субъектом может изменить наше собственное сознание. Сознание
вообще представляет собой в известном смысле искусственный про-
дукт: оно формируется в онтогенезе в совместной деятельности ре-
бенка со взрослым человеком, а впоследствии изменяется при взаи-
модействии с другими людьми. Наконец, знание процессов, происхо-
дящих в собственном сознании человека, приводит к изменениям в
22
функционировании этого сознания. Мы активно влияем на свое бытие, в том числе на бытие своего сознания.
Таким образом, процесс психологического познания другого че-
ловека неизбежно включает познающего в конструктивный диалог с
ним, однако все же нельзя говорить о том, что в психологии объек-
тивное исследование вообще невозможно. Наш предшествующий
опыт, психологические установки, особенности внимания — все это и
многое другое влияет на восприятие изучаемых явлений. Но наука
пытается сделать познаваемое явление объективным, т.е. независи-
мым от психологической природы познания. Для психологии, где по-
знающий и познаваемое во многом тождественны друг другу, этот
вопрос актуализирован особенно.
Научный метод познания помогает найти пути объективации
знаний о мире. Основными способами получения объективного
знания о мире считаются наблюдение и эксперимент.
При наблюдении фактов и измерений, количественном или ка-
чественном описании наблюдений важен способ объективации
наблюдаемого (т.е. организации способа фиксации наблюдаемого вне
нашего отношения к предмету наблюдения, что в психологии не все-
гда просто). При наблюдении психологических феноменов не так
просто разграничить истинность наблюдаемых фактов и нашу интерпретацию природы явлений.
Для этого ищутся пути объективной фиксации наблюдаемого, в
том числе в условиях эксперимента, с помощью тех или иных спосо-
бов и процедур (параметрическая запись, приборная фиксация и т.п.).
Но наблюдаемое в психологии в основном касается внешних прояв-
лений психической активности или психофизиологических показате-
лей, т.е. поведения и телесного реагирования. Психическая основа
поведения остается во многом вне объективного наблюдения.
23
Проверка прогнозируемых явлений может производиться с по-
мощью эксперимента. Эксперимент создает такие ситуации, где при
воздействии контролируемой переменной получается устойчивое
следствие данного воздействия (реакция, результат, проявление). До-
стоверность эксперимента достигается повторением на иных субъек-
тах проявляемых феноменов в аналогичной ситуации. Но и здесь
психология оказывается в затруднительном положении, так как мно-
гие психические феномены носят уникальный и ситуативный характер, а также имеют социальную определенность.
Еще одной из важных проблем является проблема целостного и
частичного описания психологии человека. Проблема целостности
обсуждалась в связи с попытками целостного постижения феномена
человека в философии, науке, искусстве и религии и др.
Американский психолог Г. Олпорт вынес эту проблему в заго-
ловок статьи «Личность: проблема науки или искусства?» Он пишет,
что личность — это «прежде всего реальная, существующая, кон-
кретная часть психической жизни, существующая в формах строго
единичных и индивидуальных» и как таковая может быть предметом
искусства (литературы) и науки (психологии).
Основной урок, который литераторы могут преподать психоло-
гам, по мнению Г. Олпорта, состоит в том, что личность в изображе-
нии писателя-психолога предстает в целостности характера, в не-
противоречивости мотивационных тенденций — имеющая
внутреннюю логику развития. Психология как раз «терпит неудачу
в раскрытии или исследовании той целостности и последовательности характеров, которые в действительности существуют».
Психология стремится иметь дело с общими, универсальными
законами, в которых индивидуальность, как правило, не учитывается.
В то же время человеческая психология существует только в кон-
кретной, индивидуальной форме. И если психология не включит ин-
24
дивидуальность в предмет своего изучения, не научится понимать
конкретную личность в ее целостности, то выявленные закономерно-
сти так и останутся абстрактно-всеобщими, одинаково приложимыми
ко всем людям и ни к кому в отдельности.
В то же время Г. Олпорт подчеркивает научный метод, который
имеет строгий доказательный характер, ему чужда пристрастность
в истолковании фактов психической жизни. Психология строже в
употреблении терминов, точнее в установлении причинноследственных зависимостей, ее данные более надежны, выводы —
проверяемы. Полнота представленности человеческой личности в
психологии возможна лишь в рамках целостного подхода к чело-
веку [1].
Основная причина того, что психология человека предстает
только в своих частных проекциях, состоит в том, что с самого начала
психологическая наука строилась по типу естественной науки. Есте-
ствознание не исследует индивидуальные, уникальные явления. Основной метод естествознания — объективный. Исследователь как
субъект исключался из наблюдения или эксперимента. А объект изу-
чения мыслился как неизменный на всем протяжении исследования.
Но человек — явление иного порядка, чем объект внешнего мира; он
живет общественной жизнью и является ее творцом; он принадлежит
не только прошлому и настоящему, но и созидает самого себя, строит
свое будущее; он обладает сознанием и самосознанием; он уникален
и неповторим.
Поэтому его и нельзя понять, изучая как вещь, предмет внешне-
го мира. Внутренняя сущность человека («человек в человеке»)
принципиально недоступна внешнему наблюдению и традиционному
эксперименту. Оставаясь на позициях естествознания, внешне объ-
ектного подхода к человеку, психология могла вычленить лишь ча-
стичные, односторонние его проекции. Личность человека, его внут-
25
реннее Я не получили своего полного отражения в психологических
исследованиях.
Иной подход к пониманию человека предложила гуманистиче-
ская психология, сделавшая своим предметом целостную уникальную
творческую личность человека. Она отказалась от следования идеа-
лам естествознания, которые резко противоречили практике помощи
человеку в реальной жизни. Гуманистическая психология представ-
ляет собой попытку целостного подхода к изучению природы психо-
логической реальности человека.
В связи с этим особое значение имеет решение психофизиоло-
гической проблемы. Эта проблема соотношения души и тела, мозга и
психики имеет давнюю историю, определенные познавательные тра-
диции и не столь уж большое число вариантов решения.
Известно несколько вариантов решения данной проблемы. Один
из них — психофизиологический параллелизм. Суть его заключа-
ется в противопоставлении независимо существующих психики и
мозга (души и тела). «В соответствии с этим подходом психика и
мозг признаются как независимые явления, не связанные между со-
бой причинно-следственными отношениями» [3].
Психофизиологический параллелизм обходит стороной очевид-
ные факты влияния психического состояния человека на физическое
(например, возникновение психосоматических заболеваний или исце-
ление, словом, от телесных недугов) и игнорирует влияние физического состояния человека на психическое.
Другая точка зрения на проблему — психофизиологическое
соответствие, или психофизиологическая идентичность. Приме-
ром такого подхода служит известная метафора: «Мозг вырабатывает
мысль, как печень — желчь». Данный подход представляет собой
крайнюю форму физиологического редукционизма. Основой для это-
го подхода послужило открытие Д. Хьюбелом и Т. Визелем клеток-
26
детекторов, реагирующих лишь на определенные стимулы. «По мне-
нию сторонников этой теории, только незнание не позволяет нам
пользоваться языком нервной деятельности, когда мы описываем
психические явления. Когда мы видим, например, стул, в будущем
мы сможем заменить фразу: «Я вижу стул» несколько более распро-
страненной: «Группа нервных клеток альфа посылает 738 импульсов
в определенной последовательности группе нервных клеток бета детекторам стула, которые идентифицируют предмет внешнего мира».
Самое распространенное возражение против теорий психофи-
зиологической идентичности состоит в том, что сознание человека
как форма отражения окружающей реальности оказывается ненуж-
ным, если в центральной нервной системе все равно происходит об-
наружение всех параметров окружения. И тот, и другой варианты
решения проблемы являются вариантами эпифеноменализма —
взгляда на психику как эпифеномен физиологических процессов, т.е.
«побочное явление, никак не влияющее на ход материального процесса» [2].
Третий, компромиссный вариант решения проблемы — психо-
физиологическое взаимодействие. Предполагая, что психическое и
физиологическое имеют разные сущности, этот подход допускает
определенную степень взаимодействия и взаимовлияния. Психологи-
ческое взаимодействие представляет собой вариант паллиативного,
т.е. частичного решения проблемы, поскольку лишь отодвигает неиз-
бежное возникновение вопроса о соотношении психических и физио-
логических процессов. Этот вопрос, в свою очередь, при исходном
признании того, что психологическое и физиологическое имеют раз-
ную сущность, снова приводит нас к решению проблемы в духе психофизиологического параллелизма.
Есть еще такая точка зрения — эмпирический параллелизм.
При таком варианте решения проблемы остаются открытыми многие
27
вопросы, но самый главный из них — где заканчивается область, в
которой правомерны физиологические описания, и начинается об-
ласть психологического изучения явлений. Как отмечают В.П. Зин-
ченко и М.К. Мамардашвили, большую помощь в решении этой про-
блемы играет физиология. Физиология помогает психологам сформу-
лировать точку зрения на сущность физиологических процессов на
место психологической реальности в построении живого движения,
на гибкость функционирования нервной системы и участие психических процессов в регуляции жизнедеятельности.
Особое место занимают в научном исследовании проблемы са-
монаблюдения и психосоциальная проблема, так как объективность
получаемой информации должна верифицироваться. Понятия само-
наблюдение, интроспекция, апперцепция близки по своему содержанию, но имеют различные предназначения. Так, интроспекция или
самонаблюдение (от лат. introspecto — смотреть внутрь) — это ме-
тод психологического исследования, который заключается в наблю-
дении собственных психических процессов без использования какихлибо инструментов или эталонов. Интроспекция — метод углублен-
ного исследования и познания человеком моментов собственной ак-
тивности: отдельных мыслей, образов, чувств, переживаний, актов
мышления как деятельности разума, структурирующего сознание и
тому подобного.
Апперцепция — это процесс, в результате которого элементы
сознания становятся ясными и отчетливыми, посредством интроспекции.
Историю метода самонаблюдения в европейской психологии
следует начинать с Р. Декарта — «самого таинственного философа
Нового времени». Именно он пришел к идеям, которые определили
возможность для самонаблюдения быть принятым в качестве центрального метода в исследовании души.
28
Согласно Р. Декарту, существование души подтверждается для
нас в акте самонаблюдения без всяких логических умозаключений —
как очевидность. Если в реальности различных предметов человек
может усомниться, то осознание собственной мысли — единствен-
ное, что не может быть подвергнуто сомнению.
Это позволяет Р. Декарту разделить в своей концепции душу и
тело как две разные реальности, требующие разных методов познания (непосредственного и опосредованного), и противопоставить
их как две разные «субстанции».
Таким образом, самонаблюдение стало у Р. Декарта специфиче-
ским методом познания души (в отличие от внешнего наблюдения,
предназначенного для изучения тел). У Р. Декарта самонаблюдение
имеет повышенную достоверность, потому что в нем субъект зависит
от своей свободы воли: он может подумать «так» или «так», захотеть
«того» или «того», и тем самым он становится как бы понятным,
«прозрачным» для самого себя.
В таком акте самопроявления субъект становится доступным
познанию, которое он же и осуществляет. Знание и бытие совпадают.
Но это значит, что Р. Декарт считал силой самонаблюдения то, что в
будущем стали считать его слабостью. А именно: в акте самонаблю-
дения субъект, являясь одновременно и объектом, не фиксируется и
не может фиксироваться в виде точного слепка, «фотографии». Акт
самонаблюдения — это акт жизни, бытия. В самонаблюдении всегда
есть самоизменение (через которое происходит самопроявление ду-
ши), поэтому никогда и невозможно достичь полной точности в опи-
сании и фиксации состояния внутреннего мира и какого-либо его явления в какой-либо момент. Однако метод самонаблюдения не без-
упречен и имеет свои противоречия.
29
Большинство методов психологии имеют отношение к самона-
блюдению, постольку, поскольку опираются на интроспекцию или ее
элементы в той или иной форме.
В вопросе о самонаблюдении накопились определенные стерео-
типы, которые подвергаются критике (Левченко, 2007; Яновский,
2001; Locke, 2009). Однако в значительной мере на оценку интроспекции как метода влияют две идеи:
а) субъект не может раздвоиться: одновременно осуществлять
какую-либо психическую функцию и наблюдать за ней;
б) факт наблюдения принципиально искажает наблюдаемое психическое явление.
Но, в то же время, отказавшись от самонаблюдения, своего
«предельно специфического метода», психология потеряла свой есте-
ственный критерий достоверности, что стало приводить к неожидан-
ным превращениям ее предмета (при, казалось бы, очевидной истине,
что предмет психологии — психика), а также к размыванию границы
между научным и ненаучным знанием в ней [6].
Нужно искать причину того многообразия теорий, которым сла-
вится психология, и той трудности в интегрировании психологиче-
ских знаний, которую, собственно, и называют «кризисом психологии».
Однако проблема достоверности интроспекции, по-видимому,
все-таки существует, но, исходя из сказанного, мы должны понимать
ее не так как это делалось обычно. Дело не в том, что наблюдение
субъекта за явлениями своего внутреннего мира меняет и искажает
их. Такая критика может быть обращена вообще против любого
научного метода.
Дело здесь в том, что субъект, будучи свидетелем любого пси-
хического явления, случающегося в его внутреннем мире, очень ча-
30
сто не в силах зафиксировать это явление в памяти и затем воспроизвести его. Явление может быть:
1) очень слабым по интенсивности;
2) очень коротким по длительности;
3) замаскированным другими явлениями, доминирующими в си-
лу разных причин.
Однако такие препятствия связаны не с отсутствием доступа к
осознанию, к наблюдению над явлениями, а с трудностями трансля-
ции первичного содержания наблюдения в ту часть сознания и в такой момент на оси времени, где субъект в состоянии адекватно
осмыслить данные явления. Иначе говоря, проблема не в том, что са-
монаблюдение воздействует на свой объект и тем искажает его, а в
том, что трудно адекватно перевести информацию об объекте с языка
его первичного осознания.
В свою очередь перемещение субъектом своего сознания от со-
стояния погруженности в объект, поглощенности объектом, к состоя-
нию рефлексии своих отражений объекта, своих действий с ним и по-
рожденных им переживаний — простейшая форма апперцепции. Ис-
пользуя терминологию М.М. Бахтина, можно сказать, что
апперцепция возникает на границе состояний внутри-находимости и
вне-находимости субъекта в наблюдаемых психических феноменах и
опирается на факт трансляции субъекта из одной позиции в другую.
Это же является ключом и к эффективной интроспекции.
Итак, самонаблюдение как элемент рефлексии есть неотъемле-
мая характеристика любого психического процесса в силу неразрыв-
ной связи между психикой и субъектом. Поэтому самонаблюдение не
привносит в течение психических процессов что-либо качественно
новое, искажающее их естественный ход. Его возможная непродук-
тивность есть следствие наложения на весь субъективный опыт не-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]