Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Оптина Пустынь. История обители и жизнеописания скитян сборник
.pdf
СКИТСКОЕ КЛАДБИЩЕ ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ 481
мог, но впечатление у него осталось такое, что
рай невообразимо прекрасен. Вспомнив о мытарствах, он спросил младенца: «А по мытарствам тебя водили?» Младенец, как бы вспоминая
очень тяжкое, ответил протяжно: «Уж водили,
водили! Водили, водили!» И видом своим, и произношением этих слов младенец выразил, что он
прошел мытарства с тяжелым испытанием. «Как
же ты от них избавился?» — спросил о. Варсонофий. «Пришел Архангел Михаил, — отвечал
младенец, — и вывел меня оттуда».
Еще о многом спрашивал о. Варсонофий младенца, и младенец отвечал ему на все вопросы
его, только все это было о. Варсонофием забыто.
Он помнил только из времени этой беседы, что
он обращался к окружающей братии, говоря им,
чтобы и они предлагали свои вопросы младенцу,
так как он на все отвечает. Но братия стояли
молча, и никто у младенца того ничего не спрашивал. Тогда о. Варсонофий вспомнил об аде и
спросил: «А ад ты видел? Скажи мне: тяжки в
нем мучения?» И показалось о. Варсонофию,
что младенец не находил слов, чтобы с достаточной силою изобразить лютость адских мучений.
И в то же время явилось у ног о. Варсонофия чудовищное животное, которое беспрестанно на
его глазах меняло свой вид, подымалось, делилось на части и мало-помалу исчезало. Что было
это за странное животное, о. Варсонофий определить не мог, но ему во сне подумалось, глядя
482 ЧАСТЬ II. ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ПОЧИВШИХ СКИТЯН
на все его видоизменения, что в них заключен
образ многоразличных степеней адских мучений. После этого видения о. Варсонофий младенца уже более не видел; а как будто сквозь
какую-то отворенную дверь вышел он к братии
и рассказал им об ужасах ада, как сам он мог понять это из своего видения. Проснулся о. Варсонофий в великом страхе, и тут пришел будильщик возвестить о времени идти служить
литургию.
Иеромонах Никон был приобщен Святых
Таин только за три с половиною часа до кончины, в полной памяти, хотя говорил тупо, и
мало, и не совсем внятно. По верованию же Святой Православной Церкви умирающий вскоре
после сподобления Святых Таин не проходит
мытарств. Поэтому некоторым видение о. Варсонофия показалось сомнительным и недостоверным.
Действительно, преподобные Каллист и Игнатий (в 92-й главе о безмолвии) приводят слова
св. Иоанна Златоуста о некотором чудном
старце, который сподобился «увидети и услышати яко, имущий отсюда отходити, аще Святых Таин причастятся с чистою совестию, егда
умрети имут, дориносяще Ангели, причащения
ради онаго, отсюду возносят». Но кто из нас похвалится чистую совесть иметь? Ежели преподобный Марко Фраческий, которого Святых
Таин приобщали святые Ангелы, задержан был
СКИТСКОЕ КЛАДБИЩЕ ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ 483
на мытарствах на целый час, то как можно сделать решительное заключение о тех, кто в жизни
христианской менее совершен этого дивного
святого? Задержан же был прп. Марко Фраческий, как уверяют некоторые прозорливцы, сподобившиеся это видеть, за то, что возбуждал и
убеждал душу свою пред кончиной не бояться
приближающегося разлучения ее с телом, вспоминая многие свои труды, и многие слезы, и различные скорби, Бога ради понесенные. Злые же
мытари представляли на мытарствах, будто бы
преподобный Марко перед смертью хвалился
строгою и подвижническою своею жизнью, и
потому не допускали душу его восходить на
небо до тех пор, пока Божественный глас повелел святым Ангелам: «Принесите мне сосуд
избранный».
СХИМОНАХ ИЛАРИОН
В мире Иван Космич Козлов. Житель г. Москвы. Был в свое время женат и имел детей и внучат. Был богат и пользовался почетом у московских граждан. Служил в разных комитетах, и
грудь его была украшена медалями. Но в нашествии в 1812 году французов лишился всего своего
достояния, которое было ими разграблено. В то
время и честь его несколько пострадала. Принужденный в Москве Наполеоном, Иван Космич в числе прочих состоял во временной
484 ЧАСТЬ II. ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ПОЧИВШИХ СКИТЯН
Наполеоновской комиссии, за что последовало
неблаговоление к нему государя императора
Александра I. К этим несчастиям присоединилось еще и то, что он овдовел. Так суждено было
ему Промыслом Божиим испытать и дознать на
себе все превратности мирской жизни. Удалясь
из шумной столицы, Иван Космич в январе
1836 года прибыл в безмолвный Оптинский скит,
искренно предал себя в послушание старцам и,
несмотря на преклонные лета (ему было в то
время уже лет 80), доказал ту истину, что усердное произволение в год может сделать более, чем
ленивое в пятьдесят лет. Готовый на всякое дело
благое, он был для многих примером усердия.
К службе Божией приходил раньше всех и любил
звонить в колокола. Послушание его было — стоять при свечном ящике и по чреде читать Псалтирь. В 1837 году Иван Космич пострижен был в
рясофор и наречен Иларионом. А после, при болезни, — в мантию и схиму. Несколько раз он по
монастырской надобности отправлялся в Москву
и С.-Петербург, откуда доставлял обители
обильные пожертвования от своих близких знакомых. С 1845 года он постепенно стал ослабевать
силами и зрением, а в 1848 году ослабела у него и
память. Несмотря на то, он до самой своей кончины творил молитву Иисусову. Часто со слезами и сокрушением сердца взывал он: «Господи,
не остави меня, внегда оскудевати крепости
моей!» И Господь, видимо, не оставлял его.
СКИТСКОЕ КЛАДБИЩЕ ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ 485
Беспамятство его также проявлялось в умилительных действиях. Например, только что
возвратившись из церкви, он снова собирался
идти в церковь. Или, едва окончив келейную молитву, опять становился на молитву и т.п. Приставленные к нему послушники Симеон и, за
отсутствием его, Павел прислуживали старцу и
с любовью пеклись о нем, как о дитяти. Иногда в
беспамятстве, представляя себя семьянином,
обратившись к Симеону, старец так любовно
скажет: «Сенюша! Сходи-ка на мезонин, посмотри там, что внучки-то, встали, что ли? Здоровы ли они?» Ответит Симеон: «Хорошо, дедушка, хорошо!» Затем отправится в свою
келью, побудет там несколько минут и, возвратившись к старцу, доложит: «Встали, дедушка,
внучки, встали; живы и здоровы, кланяются
вам». И старец в самодовольстве поблагодарит
Симеона: «О, спаси тебя, Господи!» Часто сообщался Иларион Св. Христовых Таин. Удостоившись и в самый день кончины своей причаститься сих Пренебесных и животворящих Таин,
он с миром и безболезненно почил от многотрудной жизни своей, оставив по себе добрую память
в сердцах всех, знавших его. Кончина его последовала 5 марта 1850 года, в сырное воскресенье.
От роду ему было, по его словам, более 100 лет,
а по увольнительному свидетельству — 96. На
надгробной его плите, вероятно, по ошибке, отлито около 90 лет.
486 ЧАСТЬ II. ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ПОЧИВШИХ СКИТЯН
МОНАХ ФЕОДОСИЙ
В мире Флор Ильич Жарков, из вольноотпущенных. В 1830 году поступил он в скит, в 1836
году пострижен в рясофор, а в 1837 году 8 ноября — в мантию. Послушание его было быть на
посылках в разные места, и в особенности в Калугу, и исполнять разные монастырские поручения. Был человек воздержанный, молчаливый
и жизнь проводил скрытно. Страдал сильно грыжею, начало которой получил еще в мирской
жизни.
13 августа 1851 года он почувствовал лихорадочные припадки. Несмотря на то, 17-го числа
по монастырской, а кстати, и своей надобности,
отправился в Калугу. Но 19-го числа возвратился в скит и уже сильно ослабевал, хотя все
еще понуждался ходить. 21-го числа утром нашли о. Феодосия в келии лежащим без чувств, с
закрытыми глазами. Дыхание у него было тяжелое. По временам он стонал и телом был совершенно недвижим. На оклик никому не откликался. Видя его в таком опасном положении, в
восемь часов утра особоровали его св. елеем и
ожидали, не придет ли в чувство. На другой
день, 22 числа, в среду, он мог принять Св. Христовы Таины и после проглотил немного теплоты,
но глаза не открывал и не отзывался. В тот же
день в 6
1
/2 часа пополудни настал час разлуче-
ния души его от тела. В последнюю минуту
СКИТСКОЕ КЛАДБИЩЕ ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ 487
жизни окружающие умирающего заметили, что
он мало стиснул зубы и как будто проглотил
что-то горькое и затем тихо испустил последний
вздох на 63-м году от роду. На третий день после
кончины настоятель обители о. игумен Моисей
служил собором в скиту литургию, по окончании которой отправил и погребение.
МОНАХ НИЛ
В мире Николай Павлов, родом из г. Мценска Орловской губернии, купеческий сын.
Росту он был небольшого и горбат, но был человек умный и практичный. Поступил сначала в
монастырь в июне 1853 года, лет 20 от роду, и
был у настоятеля о. архимандрита Моисея младшим келейником. Вспоминал он после о взаимных отношениях духовных старцев — родных
братьев о. архимандрита Моисея и жившего в
Оптиной Пустыни на покое о. игумена Антония.
Зная, что, по словам св. Иоанна Лествичника:
«кажущиеся мужественными и терпеливыми
подвижники, бывши оставлены на время, и как
утвердившиеся в добродетели, не получая уже
от настоятеля ни обличений, ни поношений,
лишаются снисканной кротости и терпения»
(«Лествица». Слово 4, гл. 27), о. архимандрит не
переставал упражнять своего брата, болезненного старца, в добродетелях послушания, терпения и смирения. Раз как-то о. Моисей налил в
488 ЧАСТЬ II. ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ПОЧИВШИХ СКИТЯН
малый горшочек супу и подмешал туда разных
разностей, так что из супа буквально вышли
помои, и велел келейнику о. Николаю отнести
о. Антонию. Тот отнес. Отведав принесенного
снадобья, о. игумен как бы несколько с неудовольствием спросил: «Николай! Какую-то бурду
ты принес мне?» Тот обыкновенно ответил: «Это
о. архимандрит велел отнести к вам». О. Антоний только протянул: «А!..» — и затем все покушал за святое послушание. К келейникам же
своим и вообще к братиям, еще не утвердившимся в монашеской жизни, о. архимандрит
был весьма снисходителен. «Однажды, — сказал
Николай, — залез я в погребок, где хранились
для угощения почетных посетителей варенье и
другие сласти и вздумал испробовать вареньица:
то из той банки съем ложку, то из другой. Вдруг
настоятель заглядывает в погребок и, увидев
меня, спрашивает: «А что ты тут, брат, делаешь?»
Смешавшись и не зная, что ответить, я только
мог промолвить: «Да вот, батюшка, кушаю». —
«Да уж, нужно кушать», — сказал только настоятель, повернулся и ушел. Таким образом и напугал, намекнув через это о должном воздержании,
и помиловал. Так поступал этот мудрый старец
почти всегда и со всеми братиями.
5 августа 1856 года послушник Николай перешел в скит. Причина сему неизвестна. Но
можно полагать, что старцу Макарию нужен
был келейник, так как Николай занял эту долж-
СКИТСКОЕ КЛАДБИЩЕ ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ 489
ность у старца. 16 марта 1857 года он определен
был в число братства указом консистории, а
19 февраля 1858 года пострижен в рясофор. Зимою 1862 года уже по кончине старца Макария
о. Николай стал болеть ногами, которые, наконец, и совсем у него отнялись. Доктора Кустов,
Кеслер, Шереметьевский и другие признали болезнь его неизлечимою. Как последнее средство
они ему предлагали прижигание спинного
хребта с малою, впрочем, надеждою на успех
и после этой мучительной операции, почему
предложение это больным не было принято.
31 июля 1863 года перевезли больного о. Николая в Задонский монастырь Воронежской губернии и там по молитвам великого новоявленного угодника Божия чудотворца, святителя
Христова Тихона, о. Николай при употреблении
простых медицинских пособий так поправился,
что 4 июня 1864 года прибыл в Оптинский скит
исцеленным. Хотя в ногах ощущал он слабость,
но все-таки ходил свободно даже и без палки, а
по времени ноги у него и еще более укрепились.
По возвращении в скит он опять занял должность келейника у нового скитоначальника и
старца иеромонаха Илариона. Когда исцеленный прибыл из Задонска в Оптину, бывший в то
время еще в живых духовный старец игумен
Антоний при личном с ним свидании проговорил
ему замечательные слова, изреченные Господом
исцеленному Им расслабленному: «Ну, Николай,
490 ЧАСТЬ II. ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ПОЧИВШИХ СКИТЯН
се здрав еси, к тому не согрешай, да не горше ти
что будет!» Но в чем заключались согрешения
Николая, известно только Господу. По внешности он был человек исправный: жизнь проводил воздержанную, к церковным службам и вообще к молитвенным правилам был усерден,
келейное послушание исполнял тщательно;
словом — мог служить примером для прочих
братий.
28 августа 1866 года о. Николай пострижен
был настоятелем обители о. игуменом Исаакием
в мантию, причем дано было ему новое имя —
Нил. Проходя по-прежнему келейное послушание, он в первых числах октября 1868 года заболел опять прежнею болезнью, опять отнялись у
него ноги, и эта болезнь его была уже предсмертною. Три с половиной месяца он тяжело хворал. Все это время он неоднократно сообщался
Св. Христовых Таин; так же и особорован был
св. елеем. Но, по неведомым судьбам Божиим,
кончина его, как передавали очевидцы, была
трудная. Она последовала 15 января 1869 года.
Всего жития его было 35 лет. После его кончины
старец его, скитоначальник отец Иларион, сказал: «О нем нужно молиться». И молились скитские братия по чувству любви братней, кто как
мог и сколько мог. Через несколько времени
скитский пономарь, рясофорный монах Сергий
(впоследствии иеросхимонах Савватий, скончавшийся в 1895 году) увидел во сне о. Нила в
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]