Оптина Пустынь. История обители и жизнеописания скитян сборник

гораживает и самых простых необразованных людей на удивление получившим даже хорошее воспитание и обращавшимся в кругу интелли­гентных людей! Оба старца, со своей стороны, очень любезно относились к Александру Нико­лаевичу за его простоту и искреннюю откровен­ность. Бывало, посадят его вместе с собой ря­дом, каковой участи удостаивался только он один да, может быть, еще настоятель обители. После такого приема Александр Николаевич со­знавался, что часто приходилось ему в свое время обращаться с графами и князьями, но ни перед кем из них он не конфузился и не стес­нялся, а перед оптинскими простыми старцами чувствовал большое стеснение и неловкость. Со всеми братиями, исключая редких и малозначи­тельных случаев, вообще всегда был в мирных отношениях. Имел он обыкновение, по старой привычке, праздновать день своего Ангела. Но старец о. Иларион, отсекая волю послушника, запрещал звать к себе кого бы то ни было в гости, а угощать только тех, кто сам придет, думая, что без зова редко кто пойдет. И Александр Никола­евич исполнял эту старческую заповедь — ни­кого не звал, а вместо того незадолго до своих именин, с кем бы он ни встретился из скитских братий, каждому напоминал: «Я в такой-то день именинник. Слышишь? Попомни это». Таким образом, все скитяне в свое время и придут, быва­ло, к нему с поздравлениями. У гостеприимного