Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Образование и занятость правовые вопросы новой цифровой реальности. Монография

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
Глава 3. Искусственный интеллект как атрибут информационного общества...
Большинство экспертов признает нежелательность замены учи­теля интеллектуальными образовательными системами, отводя ему даже при успешном повсеместном внедрении ИИ важную роль ак­тивного организатора учебного процесса и пользователя EdTech и AIED1. Китайские специалисты акцентируют внимание на ином аспекте изменения миссии педагога: ИИ, освобождая преподавате­лей от выполнения рутинных задач организационного характера, позволяет им сосредоточиться на мотивации учеников, развитии критического мышления и более глубоко взаимодействовать со своими учениками. Это способствует повышению качества образо­вания, поскольку эффективно удовлетворяются индивидуальные потребности в обучении2. В российской научной литературе прева­лирует позиция, подчеркивающая необходимость сохранения оч­ного взаимодействия педагогов и учащихся3 при одновременном признании неизбежности трансформации роли первых — перехода из «передатчика знаний в носителя философии изучаемого пред­мета»4.
Представляется, что роль учителей в образовательном процессе сложно переоценить. В любой учебной деятельности ключевыми фигурами являются педагог и учащийся; их учебное и внеучебное взаимодействие составляет квинтэссенцию обучения. Это связано с тем, что функциями образования помимо стержневой — получения знаний, навыков, умений, профессиональных компетенций явля­ются также воспитание, просвещение и социализация. Привитие нравственной модели, общекультурных установок и формирование поведенческой матрицы, составляющих содержание воспитания, осуществляются как в семье, так и в процессе общения с педагога­ми, что «ведет к установлению межличностных контактов, задает
1
Luckin R., Holmes W., Griffiths M., Forcier L.B. Intelligence Unleashed: An argument
for AI in Education. Pearson Education. 2016.
2
URL: https://ecommercetochina.com/the-role-of-ai-in-transforming-chinese-
education-and-learning/
3
См.: Шевцов А.В. Искусственный интеллект: проблемы и перспектива его ис-
пользования в образовании // Право. Экономика. Психология. 2023. № 2(30).
С. 51–60; Ху Юэ. Интеграция образования и искусственного интеллекта в эпоху
Covid-19: новые возможности и проблемы // Теория и практика общественного
развития. 2022. № 2. С. 50–55.
4
См.: Липчанская М.А. Динамика развития конституционного права на образо-
вание в условиях цифровизации и внедрения технологий искусственного интел-
лекта: регуляторные риски и перспективы / в кн.: Субъект права: стабильность и
динамика правового статуса в условиях цифровизации: сб. науч. тр. / под общ.
ред. Д.А. Пашенцева, М.В. Залоило. М.: Инфотропик Медиа, 2021. С. 179.
51
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
определенные модели поведения, учит неформальным принципам научного и бытового диалога»1. На важность вопросов воспитания, неразрывно связанного с образованием, обращают внимание ака­демики РАН Г.В. Осипов и Т.Я. Хабриева, отмечая: «Проблемы цифровизации столь сложны, что решить их… без усиления мо­рально-нравственного воспитания населения не представляется возможным»2. Когда же речь идет о детях, подростках и молодежи, то очевидно, что технологии так глубоко проникли в их жизнь, что стали частью их бытового и образовательного уклада.
Современное подрастающее поколение, как правило, обладает базовыми навыками применения цифровых устройств и широко использует их как в образовательном процессе, так и в обиходе. Для детей Интернет, социальные сети являются пространством общения, проведения досуга и развлечений3, ввиду чего одной из неизбежных характеристик информационного общества стано­вится «виртуализация детства» — перенос игровых форм общения и обучения детей в Интернет. Это приводит к тому, что цифровые форматы заменяют иные способы коммуникации: взаимодейст­вие детей и подростков все чаще приобретает онлайн-форму, а иг­ровая предметная среда виртуализируется. У подрастающего по­коления формируются мировоззрение, особенности мышления и эмоционального восприятия, диктуемые потребностями цифро­вого мира.
Серьезными проблемами являются потенциальное влияние ИИ на самореализацию и навыки принятия решений учащимися, их инфантилизация и снижение критического мышления. В заданных условиях крайне важным представляется решение вопроса о куль­тивировании и развитии неординарных черт, которые свойственны человеку и не должны быть утеряны в технологической экспансии: креативность, коллективность, коммуникативность и иные соци­ально ориентированные навыки.
ИИ — эффективный инструмент в части обеспечения персона­лизированного обучения, однако ключевая задача современного образования состоит в поддержании баланса между технологиче-
1
Ракитов А.И. Человек в оцифрованном мире // Философские науки. 2016. № 6.
С. 32–46.
2
Осипов Г.В., Хабриева Т.Я. Цифровизация: социология и право, концепция и
практика социализации // Экономические стратегии. 2022. Т. 24. № 1(181).
С. 6–19. DOI 10.33917/es-1.181.2022.6-19
3
См.: Права человека в информационной сфере в условиях цифровизации: науч.-
практ. пособие / отв. ред. Л.К. Терещенко. М., 2023. С. 180–211.
52
Глава 3. Искусственный интеллект как атрибут информационного общества...
ским и человеческим взаимодействием в целях целостного разви­тия индивида. Особое звучание это получает в контексте заявлен­ной национальной цели создания условий для воспитания гармо­нично развитой, патриотичной и социально ответственной личности1. Роль образования (в его традиционном понимании) и педагогов в этих процессах наиболее значима, поскольку им охва­тывается не только учебная деятельность, но и образовательная среда, являющаяся составной частью социальной среды, опосреду­ющей отношения внутри образовательной организации и вне ее, при получении дополнительного образования и организации досу­говой деятельности, во взаимодействии с педагогическим коллек­тивом и родительской общественностью.
Нельзя не отметить, что внедрение ИИ в образовательную среду выводит на передний план такие вопросы, как сохранение конфи­денциальности данных2 и предупреждение цифровой дискримина­ции. Обеспечение прозрачности и безопасности систем ИИ не только имеет первостепенное значение с точки зрения защиты ин­формации, но и служит важным фактором укрепления доверия к цифровым технологиям. Аналогичного подхода придерживаются за рубежом. Так, в указе Президента США «О безопасности, защите и надежности при разработке и использовании искусственного ин­теллекта» отмечается необходимость разработки «инструментария ИИ» для образования, включая надлежащую проверку человеком принятых ИИ решений; разработку защитных барьеров, специфич­ных для образования; проектирование систем ИИ с учетом требо­ваний безопасности, обеспечивающих конфиденциальность в образовательном процессе.
При этом в соотношении этих двух феноменов (образование и ИИ) существует прямая и обратная корреляция: образование ис­пытывает на себе влияние ИИ, но и само оно воздействует на раз­витие и продвижение систем с ИИ, поскольку от качества образо­вания субъектов, вовлеченных в процесс создания соответствую­щих программ, зависит действенность и адаптивность технологий ИИ. И хотя, по мнению некоторых авторов, в системе общего об­разования ИИ чаще используется как средство, а не как объект
1
См.: Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 «О нацио-
нальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на
перспективу до 2036 года» // СЗ РФ. 2024. № 20. Ст. 2584.
2
См.: Ковалева Н.Н., Жирнова Н.А. Проблемы обеспечения конфиденциально-
сти персональных данных при использовании систем искусственного интеллек-
та // Журнал российского права. 2024. Т. 28. № 7. С. 109–121.
53
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
изу чения1, интерес к исследованию этих вопросов стремительно возрастает. В Национальной стратегии развития искусственного интеллекта на период до 2030 года подчеркиваются преимущества российского физико-математического образования, высокая ком­петентность отечественных специалистов в области моделирова­ния и программирования, что во многом является залогом успеш­ности создания и внедрения интеллектуальных технологий. Более того, одно из приоритетных направлений в высшем образова­нии — подготовка специалистов в области ИИ, а также совершен­ствование программ их подготовки2.
Востребованность новых технологий, бесспорно, служит им­пульсом к развитию и освоению новых предметных сфер, а сами технологии раздвигают научные и образовательные горизонты, по­зволяя исследовать непостижимые ранее области знаний. В настоя­щее время во всем мире, и Россия не исключение, создаются орга­низационные и технические условия для изучения цифровых и иных технологий в образовательных организациях разного уровня, в том числе в качестве дополнительного образования3. Так, с 2019 г. в Китайской Народной Республике повсеместно введены уроки по ИИ, включающие в себя программу по изучению истории станов­ления ИИ, а также его влияния на такие сферы, как автономное вождение и общественная безопасность4.
Интеллектуальные системы обучения предоставляют широкий спектр функций, призванных упростить многие рутинные действия в образовании, высвободив возможности для концентрации на об-
1
См.: Садыкова А.Р., Левченко И.В. Искусственный интеллект как компонент
инновационного содержания общего образования: анализ мирового опыта и
отечественные перспективы // Вестник РУДН. Сер. Информатизация образова
ния. 2020. Т. 17. № 3. С. 201–209.
2
См.: Перечень поручений по итогам конференции «Путешествие в мир искусст-
венного интеллекта», утвержденный Президентом Российской Федерации
17 января 2024 г. № Пр-83 // Документ опубликован не был.
3
См.: Письмо Минпросвещения России от 30 ноября 2023 г. № АЗ-1750/04 «О на-
правлении методических рекомендаций» (вместе с Методическими рекоменда-
циями по созданию и функционированию центров цифрового образования де-
тей «IT-куб»); письмо Минпросвещения России от 01 февраля 2021 г. № 08-166
«О направлении методических рекомендаций» (вместе с «Методическими реко-
мендациями по разработке и внедрению инновационных технологий в реализа-
цию дополнительных профессиональных программ, в том числе по созданию
сети симуляционных центров (виртуальных лабораторий)).
4
См.: Вавилова Е.М. Технологии искусственного интеллекта в сфере образова-
ния в зарубежных странах и правовые основы их внедрения в России // Хозяйст-
во и право. 2022. № 4. С. 57–64.
54
-
Глава 3. Искусственный интеллект как атрибут информационного общества...
ученческих задачах, составляющих существо образовательной дея­тельности. При этом значительное число универсальных рисков и угроз, специфичных для этой сферы, актуализирует этические и правовые вопросы применения ИИ.
Следует констатировать, что цифровые технологии и ИИ с по­зиции сложившейся в настоящее время регулятивной модели име­ют вспомогательную природу и являются образовательным инстру- ментарием. Однако сила их обратного воздействия такова, что они трансформируют образовательное пространство, меняя его струк­туру, а также содержание и целевые ориентиры самого образова­ния, существо права на которое под влиянием цифровой среды по­полняется новыми элементами, отражающими технологические и социальные реалии. Понимание права на образование развивается, в него включаются цифровые компетенции и доступ к Интернету как необходимые средства реализации образовательных потребно­стей.
55
Глава 4.
ЦИФРОВЫЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ:
ВОЗМОЖНОСТИ И ПРЕДЕЛЫ
Технологический подход к анализу и проектированию образова­тельных процессов находит воплощение в междисциплинарной ка­тегории цифровых образовательных технологий.
Первый уровень технологизации определяется их принадлежно­стью к образовательным технологиям. С точки зрения педагогиче­ских наук под образовательными технологиями принято понимать совокупность взаимосвязанных средств, методов и процессов, на­целенных на повышение эффективности образовательного процес­са, гарантированное достижение обучаемыми запланированных результатов обучения1. Соответствующее всеобъемлющее понима­ние было воспринято правом: универсальное международное опре­деление образовательных технологий, на которое ориентирует ЮНЕСКО, характеризует их как систематический способ разра­ботки, проведения и оценки всего процесса обучения и преподава­ния в плане достижения конкретных целей и использования чело­веческих и технических ресурсов для обеспечения более эффектив­ного обучения2.
Технологизация второго уровня образуется за счет вовлечения образовательных технологий в процессы цифровой трансформации и формирования своего рода «социально-технологического интер­фейса между глобальным информационным пространством и
1
См.: Беспалько В.П. Слагаемые педагогической технологии. М., 1989; Черняв-
ская А.П., Байбородова Л.В., Харисова И.Г. Технологии педагогической дея-
тельности. Ч. I. Образовательные технологии: учебное пособие / под общ. ред.
А.П. Чернявской, Л.В. Байбородовой, 2012; Гузеев В.В. Образовательная техно-
логия: от приема до философии. М., 1996.
2
ICSU. Committee on Science Education. New trends in the utilization of educational
technology for science education. The UNESCO Press, Paris, 1974. 248 p. //
URL:https://unesdoc.unesco.org/ark:/48223/pf0000011505.xml=http://www.unesco.
org/ulis/cgi-bin/ulis.pl. См.: Новиков А.В. Дефиниция «технология обучения» в
контексте материалов ЮНЕСКО // Педагогический журнал. 2023. Т. 13. № 5А.
С. 867–873.
56
Глава 4. Цифровые образовательные технологии: возможности и пределы
человеком»1. В отличие от термина «образовательные технологии», обозначающего позитивную интеграцию в образование любых тех­нологий, объем понятия «цифровые образовательные технологии», ограничивается применением информационно-коммуникацион­ных технологий.
Юридических определений соответствующих понятий в отече­ственном праве пока не выработано. Законодательство об образо­вании упоминает образовательные технологии в контексте реализа­ции образовательных программ, дистанционного обучения и экс­периментальной деятельности, не раскрывая и не конкретизируя их нормативное содержание.
Вместе с тем обращение к опыту зарубежных стран обнаружива­ет примеры довольно развитого и системного регулирования обра­зовательных технологий. В частности, Закон Туркменистана от 5 июня 2021 г. №380-VI «Об образовании» (ст. 16) устанавливает требования к использованию образовательных технологий в числе общих условий организации образовательной деятельности в обра­зовательном учреждении. Согласно его положениям образователь­ные технологии представляют собой механизмы реализации обра­зовательных программ и организации учебного процесса, основан­ные на инновационных методах и цифровых системах.
Образовательные учреждения используют различные образова­тельные технологии и их сочетания — от непосредственного взаи­модействия обучающихся и педагогических работников до элек­тронного обучения и дистанционных образовательных технологий при невозможности в полной мере использовать технологии перво­го типа в связи с возникновением обстоятельств, независящих от воли участников образовательного процесса. При этом учебные за­нятия, проводимые в рамках различных образовательных техноло­гий, признаются равноценными как при проведении аудиторных (классных) занятий, так и при самостоятельной работе.
Образовательные технологии проходят научно-методическую экспертизу и апробацию под руководством уполномоченного орга­на исполнительной власти в области образования, который после этого рекомендует их для применения и распространения в соот­ветствующих образовательных учреждениях.
Для институциональной характеристики цифровых образова­тельных технологий существенное значение имеет их соотношение
1
См.: Евстафьев Д. Современное информационное общество как методологиче-
ский объект: диалектика технологий и новой социальности // Вопросы филосо-
фии. 2024. № 1. С. 47–57.
57
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
с другими организационно-правовыми формами образования, пре­жде всего с формами получения образования, формами обучения реализации образовательных программ и т.п. Эти базовые катего­рии в сфере специального правового регулирования образования отражают способ упорядочения деятельности человека по овладе­нию знаниями, умениями, навыками и компетенцией, развитию способностей, приобретению опыта деятельности и применения знаний в повседневной жизни, формированию у обучающихся мо­тивации получения образования в течение всей жизни. Многообра­зие образовательных программ дает возможность личности освоить их независимо от возраста, материального положения, состояния здоровья, занятости и других обстоятельств, исходя из ее потребно­стей1.
Несмотря на то что цифровые образовательные технологии соот­ветствуют нормативным признакам форм получения образования (получаемого вне организаций, осуществляющих образовательную деятельность) и форм обучения (осуществляемого в зависимости от объема обязательных занятий педагогического работника с обучаю­щимися в очно-заочной или заочной форме)2, законодательство об образовании в качестве таковых их не квалифицирует.
В то же время сравнительно-правовой анализ обнаруживает яв­ную тенденцию дифференциации и специализации правового регу­лирования цифровых образовательных технологий в рамках само­стоятельной организационно-правовой формы образования. В частности, Кодекс Республики Беларусь об образовании от 13 ян­варя 2011 г. № 243-З рассматривает дистанционную форму получе­ния образования равноценной очной (дневной, вечерней), заочной форме, а также соискательству (ч. 1 ст. 16). Аналогичный подход реализован в Казахстане: согласно ст. 27 Закона Республики Казах­стан от 27 июля 2007 г. № 319-III ЗРК «Об образовании» в зависи­мости от содержания образовательных программ с учетом потреб­ностей и возможностей личности, создания условий доступности получения каждого уровня образования обучение осуществляется в форме очного, вечернего, заочного обучения, онлайн-обучения и экстерната.
Из широкого спектра образовательных технологий отечествен­ный законодатель особо выделяет дистанционные технологии и электронное обучение. Следует признать при этом, что их правовой
1
См: Образовательное законодательство России. Новая веха развития: моногра-
фия / под ред. Н.В. Путило, Н.С. Волковой. М., 2015. С. 308–309.
2
См.: Статья 17 Закона об образовании.
58
Глава 4. Цифровые образовательные технологии: возможности и пределы
режим намечен только контурно, более в организационно-право­вом, чем в содержательном плане. Состояние поиска оптимальных правовых моделей цифровых образовательных технологий отража
-
ется как в нереализованности части нормотворческих полномочий
1
органов исполнительной власти
, так и в существенной доле ненор­мативных актов разъяснительного, рекомендательного характера, с помощью которых Минобрнауки России и другие ведомства пы
-
таются восполнить неопределенность и пробельность правового
2
регулирования этого сегмента образовательных отношений
.
В частности, заполняя разрыв, образовавшийся после того, как с
1 сентября 2023 г. приказ Министерства науки и высшего образова
­ния Российской Федерации от 23 августа 2017 г. № 816 «Об утвер­ждении Порядка применения организациями, осуществляющими образовательную деятельность, электронного обучения, дистанци
­онных образовательных технологий при реализации образователь­ных программ» утратил силу до принятия с 1 сентября 2024 г. поста­новления Правительства РФ от 11 октября 2023 г. № 1678 «Об ут­верждении Правил применения организациями, осуществляющими образовательную деятельность, электронного обучения, дистанци
­онных образовательных технологий при реализации образователь­ных программ» (далее — постановление № 1678, Правила), ведом­ство вынужденно разъясняет, что в этот промежуток времени необ­ходимо руководствоваться положениями законодательства об образовании, а также иными нормативными правовыми актами, регулирующими порядок применения электронного обучения, ди
­станционных образовательных технологий3.
1
Так, например, до сих пор не принят предусмотренный ч. 3 ст. 16 Закона об обра-
зовании перечень специальностей и направлений подготовки высшего образова­ния, реализация образовательных программ по которым не допускается с приме­нением исключительно электронного обучения, дистанционных образователь­ных технологий, утверждаемый федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной полити­ки и нормативно-правовому регулированию в сфере высшего образования.
2
См., например: Письма Минобрнауки России от 18 августа 2023 г. № МН-
5/197317 «О направлении разъяснений», от 7 ноября 2023 г. № 5/22542-О «О пе­реходе образовательных организаций на новые правила электронного обуче­ния», письмо Роспотребнадзора от 23 октября 2017 г. № 01/14380-17-32 «Об электронном обучении, дистанционных образовательных технологиях при реа­лизации основных образовательных программ и/или дополнительных образова­тельных программ».
3
См.: Письмо Минобрнауки России от 18 августа 2023 г. № МН-5/197317 «О на-
правлении разъяснений».
59
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
Наряду с этим о возрастающей значимости цифровых образова­тельных технологий недвусмысленно свидетельствует повышение уровня их нормативного правового регулирования. Ранее установ­ление порядка применения электронного обучения и дистанцион­ных образовательных технологий в ходе реализации образователь­ных программ относилось к полномочиям федерального органа ис­полнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере высшего образования, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти осуществляющим аналогичные функции в сфере общего образования1. В настоящее время соответствующий порядок определяется Правительством Российской Федерации2.
Действующая законодательная дефиниция электронного обуче­ния фокусируется на его дигитальной составляющей, определяя его как организацию образовательной деятельности с применением информации, содержащейся в базах данных и используемой при реализации образовательных программ, информационных техно­логий и технических средств, обеспечивающих ее обработку, а так­же информационно-телекоммуникационных сетей для передачи по линиям связи указанной информации и для взаимодействия обуча­ющихся и педагогических работников3.
Современное правовое понимание этого явления претерпело существенную эволюцию и нашло отражение на подзаконном уровне. В недавно принятых Правилах, утвержденных постановле­нием № 1678, электронное обучение идентифицируется с учетом специфики образовательной деятельности. Его сущность раскры­вается через взаимодействие обучающегося с педагогическим ра­ботником (как отложенное во времени, так и в режиме реального времени), при котором первый самостоятельно выполняет задания в порядке, определенном вторым в том числе для осуществления контроля усвоения материала учебных предметов, курсов и дисци-
1
См.: Часть 2 ст. 16 Закона об образовании (в ред. Федерального закона от
26 июля 2019 г. № 232-ФЗ). Принятый на основании данной нормы приказ Ми-
нистерства науки и высшего образования Российской Федерации от 23 августа
2017 г. № 816 «Об утверждении Порядка применения организациями, осуществ-
ляющими образовательную деятельность, электронного обучения, дистанцион-
ных образовательных технологий при реализации образовательных программ»
утратил силу с 1 сентября 2023 г.
2
См.: Часть 2 ст. 16 Закона об образовании (в ред. Федерального закона от 26 мая
2021 г. № 144-ФЗ).
3
См.: Часть 1 ст. 16 Закона об образовании.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]