Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Образование и занятость правовые вопросы новой цифровой реальности. Монография
.pdf
Глава 3. Искусственный интеллект как атрибут информационного общества...
Большинство экспертов признает нежелательность замены учителя интеллектуальными образовательными системами, отводя ему
даже при успешном повсеместном внедрении ИИ важную роль активного организатора учебного процесса и пользователя EdTech и
AIED1. Китайские специалисты акцентируют внимание на ином
аспекте изменения миссии педагога: ИИ, освобождая преподавателей от выполнения рутинных задач организационного характера,
позволяет им сосредоточиться на мотивации учеников, развитии
критического мышления и более глубоко взаимодействовать со
своими учениками. Это способствует повышению качества образования, поскольку эффективно удовлетворяются индивидуальные
потребности в обучении2. В российской научной литературе превалирует позиция, подчеркивающая необходимость сохранения очного взаимодействия педагогов и учащихся3 при одновременном
признании неизбежности трансформации роли первых — перехода
из «передатчика знаний в носителя философии изучаемого предмета»4.
Представляется, что роль учителей в образовательном процессе
сложно переоценить. В любой учебной деятельности ключевыми
фигурами являются педагог и учащийся; их учебное и внеучебное
взаимодействие составляет квинтэссенцию обучения. Это связано с
тем, что функциями образования помимо стержневой — получения
знаний, навыков, умений, профессиональных компетенций являются также воспитание, просвещение и социализация. Привитие
нравственной модели, общекультурных установок и формирование
поведенческой матрицы, составляющих содержание воспитания,
осуществляются как в семье, так и в процессе общения с педагогами, что «ведет к установлению межличностных контактов, задает
1
Luckin R., Holmes W., Griffiths M., Forcier L.B. Intelligence Unleashed: An argument
for AI in Education. Pearson Education. 2016.
2
URL: https://ecommercetochina.com/the-role-of-ai-in-transforming-chinese-
education-and-learning/
3
См.: Шевцов А.В. Искусственный интеллект: проблемы и перспектива его ис-
пользования в образовании // Право. Экономика. Психология. 2023. № 2(30).
С. 51–60; Ху Юэ. Интеграция образования и искусственного интеллекта в эпоху
Covid-19: новые возможности и проблемы // Теория и практика общественного
развития. 2022. № 2. С. 50–55.
4
См.: Липчанская М.А. Динамика развития конституционного права на образо-
вание в условиях цифровизации и внедрения технологий искусственного интел-
лекта: регуляторные риски и перспективы / в кн.: Субъект права: стабильность и
динамика правового статуса в условиях цифровизации: сб. науч. тр. / под общ.
ред. Д.А. Пашенцева, М.В. Залоило. М.: Инфотропик Медиа, 2021. С. 179.
51

Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
определенные модели поведения, учит неформальным принципам
научного и бытового диалога»1. На важность вопросов воспитания,
неразрывно связанного с образованием, обращают внимание академики РАН Г.В. Осипов и Т.Я. Хабриева, отмечая: «Проблемы
цифровизации столь сложны, что решить их… без усиления морально-нравственного воспитания населения не представляется
возможным»2. Когда же речь идет о детях, подростках и молодежи,
то очевидно, что технологии так глубоко проникли в их жизнь, что
стали частью их бытового и образовательного уклада.
Современное подрастающее поколение, как правило, обладает
базовыми навыками применения цифровых устройств и широко
использует их как в образовательном процессе, так и в обиходе.
Для детей Интернет, социальные сети являются пространством
общения, проведения досуга и развлечений3, ввиду чего одной из
неизбежных характеристик информационного общества становится «виртуализация детства» — перенос игровых форм общения
и обучения детей в Интернет. Это приводит к тому, что цифровые
форматы заменяют иные способы коммуникации: взаимодействие детей и подростков все чаще приобретает онлайн-форму, а игровая предметная среда виртуализируется. У подрастающего поколения формируются мировоззрение, особенности мышления и
эмоционального восприятия, диктуемые потребностями цифрового мира.
Серьезными проблемами являются потенциальное влияние ИИ
на самореализацию и навыки принятия решений учащимися, их
инфантилизация и снижение критического мышления. В заданных
условиях крайне важным представляется решение вопроса о культивировании и развитии неординарных черт, которые свойственны
человеку и не должны быть утеряны в технологической экспансии:
креативность, коллективность, коммуникативность и иные социально ориентированные навыки.
ИИ — эффективный инструмент в части обеспечения персонализированного обучения, однако ключевая задача современного
образования состоит в поддержании баланса между технологиче-
1
Ракитов А.И. Человек в оцифрованном мире // Философские науки. 2016. № 6.
С. 32–46.
2
Осипов Г.В., Хабриева Т.Я. Цифровизация: социология и право, концепция и
практика социализации // Экономические стратегии. 2022. Т. 24. № 1(181).
С. 6–19. DOI 10.33917/es-1.181.2022.6-19
3
См.: Права человека в информационной сфере в условиях цифровизации: науч.-
практ. пособие / отв. ред. Л.К. Терещенко. М., 2023. С. 180–211.
52

Глава 3. Искусственный интеллект как атрибут информационного общества...
ским и человеческим взаимодействием в целях целостного развития индивида. Особое звучание это получает в контексте заявленной национальной цели создания условий для воспитания гармонично развитой, патриотичной и социально ответственной
личности1. Роль образования (в его традиционном понимании) и
педагогов в этих процессах наиболее значима, поскольку им охватывается не только учебная деятельность, но и образовательная
среда, являющаяся составной частью социальной среды, опосредующей отношения внутри образовательной организации и вне ее,
при получении дополнительного образования и организации досуговой деятельности, во взаимодействии с педагогическим коллективом и родительской общественностью.
Нельзя не отметить, что внедрение ИИ в образовательную среду
выводит на передний план такие вопросы, как сохранение конфиденциальности данных2 и предупреждение цифровой дискриминации. Обеспечение прозрачности и безопасности систем ИИ не
только имеет первостепенное значение с точки зрения защиты информации, но и служит важным фактором укрепления доверия к
цифровым технологиям. Аналогичного подхода придерживаются за
рубежом. Так, в указе Президента США «О безопасности, защите и
надежности при разработке и использовании искусственного интеллекта» отмечается необходимость разработки «инструментария
ИИ» для образования, включая надлежащую проверку человеком
принятых ИИ решений; разработку защитных барьеров, специфичных для образования; проектирование систем ИИ с учетом требований безопасности, обеспечивающих конфиденциальность в
образовательном процессе.
При этом в соотношении этих двух феноменов (образование и
ИИ) существует прямая и обратная корреляция: образование испытывает на себе влияние ИИ, но и само оно воздействует на развитие и продвижение систем с ИИ, поскольку от качества образования субъектов, вовлеченных в процесс создания соответствующих программ, зависит действенность и адаптивность технологий
ИИ. И хотя, по мнению некоторых авторов, в системе общего образования ИИ чаще используется как средство, а не как объект
1
См.: Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2024 г. № 309 «О нацио-
нальных целях развития Российской Федерации на период до 2030 года и на
перспективу до 2036 года» // СЗ РФ. 2024. № 20. Ст. 2584.
2
См.: Ковалева Н.Н., Жирнова Н.А. Проблемы обеспечения конфиденциально-
сти персональных данных при использовании систем искусственного интеллек-
та // Журнал российского права. 2024. Т. 28. № 7. С. 109–121.
53

Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
изу чения1, интерес к исследованию этих вопросов стремительно
возрастает. В Национальной стратегии развития искусственного
интеллекта на период до 2030 года подчеркиваются преимущества
российского физико-математического образования, высокая компетентность отечественных специалистов в области моделирования и программирования, что во многом является залогом успешности создания и внедрения интеллектуальных технологий. Более
того, одно из приоритетных направлений в высшем образовании — подготовка специалистов в области ИИ, а также совершенствование программ их подготовки2.
Востребованность новых технологий, бесспорно, служит импульсом к развитию и освоению новых предметных сфер, а сами
технологии раздвигают научные и образовательные горизонты, позволяя исследовать непостижимые ранее области знаний. В настоящее время во всем мире, и Россия не исключение, создаются организационные и технические условия для изучения цифровых и
иных технологий в образовательных организациях разного уровня,
в том числе в качестве дополнительного образования3. Так, с 2019 г.
в Китайской Народной Республике повсеместно введены уроки по
ИИ, включающие в себя программу по изучению истории становления ИИ, а также его влияния на такие сферы, как автономное
вождение и общественная безопасность4.
Интеллектуальные системы обучения предоставляют широкий
спектр функций, призванных упростить многие рутинные действия
в образовании, высвободив возможности для концентрации на об-
1
См.: Садыкова А.Р., Левченко И.В. Искусственный интеллект как компонент
инновационного содержания общего образования: анализ мирового опыта и
отечественные перспективы // Вестник РУДН. Сер. Информатизация образова
ния. 2020. Т. 17. № 3. С. 201–209.
2
См.: Перечень поручений по итогам конференции «Путешествие в мир искусст-
венного интеллекта», утвержденный Президентом Российской Федерации
17 января 2024 г. № Пр-83 // Документ опубликован не был.
3
См.: Письмо Минпросвещения России от 30 ноября 2023 г. № АЗ-1750/04 «О на-
правлении методических рекомендаций» (вместе с Методическими рекоменда-
циями по созданию и функционированию центров цифрового образования де-
тей «IT-куб»); письмо Минпросвещения России от 01 февраля 2021 г. № 08-166
«О направлении методических рекомендаций» (вместе с «Методическими реко-
мендациями по разработке и внедрению инновационных технологий в реализа-
цию дополнительных профессиональных программ, в том числе по созданию
сети симуляционных центров (виртуальных лабораторий)).
4
См.: Вавилова Е.М. Технологии искусственного интеллекта в сфере образова-
ния в зарубежных странах и правовые основы их внедрения в России // Хозяйст-
во и право. 2022. № 4. С. 57–64.
54
-

Глава 3. Искусственный интеллект как атрибут информационного общества...
ученческих задачах, составляющих существо образовательной деятельности. При этом значительное число универсальных рисков и
угроз, специфичных для этой сферы, актуализирует этические и
правовые вопросы применения ИИ.
Следует констатировать, что цифровые технологии и ИИ с позиции сложившейся в настоящее время регулятивной модели имеют вспомогательную природу и являются образовательным инстру-
ментарием. Однако сила их обратного воздействия такова, что они
трансформируют образовательное пространство, меняя его структуру, а также содержание и целевые ориентиры самого образования, существо права на которое под влиянием цифровой среды пополняется новыми элементами, отражающими технологические и
социальные реалии. Понимание права на образование развивается,
в него включаются цифровые компетенции и доступ к Интернету
как необходимые средства реализации образовательных потребностей.
55

Глава 4.
ЦИФРОВЫЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ:
ВОЗМОЖНОСТИ И ПРЕДЕЛЫ
Технологический подход к анализу и проектированию образовательных процессов находит воплощение в междисциплинарной категории цифровых образовательных технологий.
Первый уровень технологизации определяется их принадлежностью к образовательным технологиям. С точки зрения педагогических наук под образовательными технологиями принято понимать
совокупность взаимосвязанных средств, методов и процессов, нацеленных на повышение эффективности образовательного процесса, гарантированное достижение обучаемыми запланированных
результатов обучения1. Соответствующее всеобъемлющее понимание было воспринято правом: универсальное международное определение образовательных технологий, на которое ориентирует
ЮНЕСКО, характеризует их как систематический способ разработки, проведения и оценки всего процесса обучения и преподавания в плане достижения конкретных целей и использования человеческих и технических ресурсов для обеспечения более эффективного обучения2.
Технологизация второго уровня образуется за счет вовлечения
образовательных технологий в процессы цифровой трансформации
и формирования своего рода «социально-технологического интерфейса между глобальным информационным пространством и
1
См.: Беспалько В.П. Слагаемые педагогической технологии. М., 1989; Черняв-
ская А.П., Байбородова Л.В., Харисова И.Г. Технологии педагогической дея-
тельности. Ч. I. Образовательные технологии: учебное пособие / под общ. ред.
А.П. Чернявской, Л.В. Байбородовой, 2012; Гузеев В.В. Образовательная техно-
логия: от приема до философии. М., 1996.
2
ICSU. Committee on Science Education. New trends in the utilization of educational
technology for science education. The UNESCO Press, Paris, 1974. 248 p. //
URL:https://unesdoc.unesco.org/ark:/48223/pf0000011505.xml=http://www.unesco.
org/ulis/cgi-bin/ulis.pl. См.: Новиков А.В. Дефиниция «технология обучения» в
контексте материалов ЮНЕСКО // Педагогический журнал. 2023. Т. 13. № 5А.
С. 867–873.
56

Глава 4. Цифровые образовательные технологии: возможности и пределы
человеком»1. В отличие от термина «образовательные технологии»,
обозначающего позитивную интеграцию в образование любых технологий, объем понятия «цифровые образовательные технологии»,
ограничивается применением информационно-коммуникационных технологий.
Юридических определений соответствующих понятий в отечественном праве пока не выработано. Законодательство об образовании упоминает образовательные технологии в контексте реализации образовательных программ, дистанционного обучения и экспериментальной деятельности, не раскрывая и не конкретизируя
их нормативное содержание.
Вместе с тем обращение к опыту зарубежных стран обнаруживает примеры довольно развитого и системного регулирования образовательных технологий. В частности, Закон Туркменистана от
5 июня 2021 г. №380-VI «Об образовании» (ст. 16) устанавливает
требования к использованию образовательных технологий в числе
общих условий организации образовательной деятельности в образовательном учреждении. Согласно его положениям образовательные технологии представляют собой механизмы реализации образовательных программ и организации учебного процесса, основанные на инновационных методах и цифровых системах.
Образовательные учреждения используют различные образовательные технологии и их сочетания — от непосредственного взаимодействия обучающихся и педагогических работников до электронного обучения и дистанционных образовательных технологий
при невозможности в полной мере использовать технологии первого типа в связи с возникновением обстоятельств, независящих от
воли участников образовательного процесса. При этом учебные занятия, проводимые в рамках различных образовательных технологий, признаются равноценными как при проведении аудиторных
(классных) занятий, так и при самостоятельной работе.
Образовательные технологии проходят научно-методическую
экспертизу и апробацию под руководством уполномоченного органа исполнительной власти в области образования, который после
этого рекомендует их для применения и распространения в соответствующих образовательных учреждениях.
Для институциональной характеристики цифровых образовательных технологий существенное значение имеет их соотношение
1
См.: Евстафьев Д. Современное информационное общество как методологиче-
ский объект: диалектика технологий и новой социальности // Вопросы филосо-
фии. 2024. № 1. С. 47–57.
57

Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
с другими организационно-правовыми формами образования, прежде всего с формами получения образования, формами обучения
реализации образовательных программ и т.п. Эти базовые категории в сфере специального правового регулирования образования
отражают способ упорядочения деятельности человека по овладению знаниями, умениями, навыками и компетенцией, развитию
способностей, приобретению опыта деятельности и применения
знаний в повседневной жизни, формированию у обучающихся мотивации получения образования в течение всей жизни. Многообразие образовательных программ дает возможность личности освоить
их независимо от возраста, материального положения, состояния
здоровья, занятости и других обстоятельств, исходя из ее потребностей1.
Несмотря на то что цифровые образовательные технологии соответствуют нормативным признакам форм получения образования
(получаемого вне организаций, осуществляющих образовательную
деятельность) и форм обучения (осуществляемого в зависимости от
объема обязательных занятий педагогического работника с обучающимися в очно-заочной или заочной форме)2, законодательство об
образовании в качестве таковых их не квалифицирует.
В то же время сравнительно-правовой анализ обнаруживает явную тенденцию дифференциации и специализации правового регулирования цифровых образовательных технологий в рамках самостоятельной организационно-правовой формы образования.
В частности, Кодекс Республики Беларусь об образовании от 13 января 2011 г. № 243-З рассматривает дистанционную форму получения образования равноценной очной (дневной, вечерней), заочной
форме, а также соискательству (ч. 1 ст. 16). Аналогичный подход
реализован в Казахстане: согласно ст. 27 Закона Республики Казахстан от 27 июля 2007 г. № 319-III ЗРК «Об образовании» в зависимости от содержания образовательных программ с учетом потребностей и возможностей личности, создания условий доступности
получения каждого уровня образования обучение осуществляется в
форме очного, вечернего, заочного обучения, онлайн-обучения и
экстерната.
Из широкого спектра образовательных технологий отечественный законодатель особо выделяет дистанционные технологии и
электронное обучение. Следует признать при этом, что их правовой
1
См: Образовательное законодательство России. Новая веха развития: моногра-
фия / под ред. Н.В. Путило, Н.С. Волковой. М., 2015. С. 308–309.
2
См.: Статья 17 Закона об образовании.
58

Глава 4. Цифровые образовательные технологии: возможности и пределы
режим намечен только контурно, более в организационно-правовом, чем в содержательном плане. Состояние поиска оптимальных
правовых моделей цифровых образовательных технологий отража
-
ется как в нереализованности части нормотворческих полномочий
1
органов исполнительной власти
, так и в существенной доле ненормативных актов разъяснительного, рекомендательного характера,
с помощью которых Минобрнауки России и другие ведомства пы
-
таются восполнить неопределенность и пробельность правового
2
регулирования этого сегмента образовательных отношений
.
В частности, заполняя разрыв, образовавшийся после того, как с
1 сентября 2023 г. приказ Министерства науки и высшего образова
ния Российской Федерации от 23 августа 2017 г. № 816 «Об утверждении Порядка применения организациями, осуществляющими
образовательную деятельность, электронного обучения, дистанци
онных образовательных технологий при реализации образовательных программ» утратил силу до принятия с 1 сентября 2024 г. постановления Правительства РФ от 11 октября 2023 г. № 1678 «Об утверждении Правил применения организациями, осуществляющими
образовательную деятельность, электронного обучения, дистанци
онных образовательных технологий при реализации образовательных программ» (далее — постановление № 1678, Правила), ведомство вынужденно разъясняет, что в этот промежуток времени необходимо руководствоваться положениями законодательства об
образовании, а также иными нормативными правовыми актами,
регулирующими порядок применения электронного обучения, ди
станционных образовательных технологий3.
1
Так, например, до сих пор не принят предусмотренный ч. 3 ст. 16 Закона об обра-
зовании перечень специальностей и направлений подготовки высшего образования, реализация образовательных программ по которым не допускается с применением исключительно электронного обучения, дистанционных образовательных технологий, утверждаемый федеральным органом исполнительной власти,
осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере высшего образования.
2
См., например: Письма Минобрнауки России от 18 августа 2023 г. № МН-
5/197317 «О направлении разъяснений», от 7 ноября 2023 г. № 5/22542-О «О переходе образовательных организаций на новые правила электронного обучения», письмо Роспотребнадзора от 23 октября 2017 г. № 01/14380-17-32 «Об
электронном обучении, дистанционных образовательных технологиях при реализации основных образовательных программ и/или дополнительных образовательных программ».
3
См.: Письмо Минобрнауки России от 18 августа 2023 г. № МН-5/197317 «О на-
правлении разъяснений».
59

Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
Наряду с этим о возрастающей значимости цифровых образовательных технологий недвусмысленно свидетельствует повышение
уровня их нормативного правового регулирования. Ранее установление порядка применения электронного обучения и дистанционных образовательных технологий в ходе реализации образовательных программ относилось к полномочиям федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и
реализации государственной политики и нормативно-правовому
регулированию в сфере высшего образования, по согласованию с
федеральным органом исполнительной власти осуществляющим
аналогичные функции в сфере общего образования1. В настоящее
время соответствующий порядок определяется Правительством
Российской Федерации2.
Действующая законодательная дефиниция электронного обучения фокусируется на его дигитальной составляющей, определяя его
как организацию образовательной деятельности с применением
информации, содержащейся в базах данных и используемой при
реализации образовательных программ, информационных технологий и технических средств, обеспечивающих ее обработку, а также информационно-телекоммуникационных сетей для передачи по
линиям связи указанной информации и для взаимодействия обучающихся и педагогических работников3.
Современное правовое понимание этого явления претерпело
существенную эволюцию и нашло отражение на подзаконном
уровне. В недавно принятых Правилах, утвержденных постановлением № 1678, электронное обучение идентифицируется с учетом
специфики образовательной деятельности. Его сущность раскрывается через взаимодействие обучающегося с педагогическим работником (как отложенное во времени, так и в режиме реального
времени), при котором первый самостоятельно выполняет задания
в порядке, определенном вторым в том числе для осуществления
контроля усвоения материала учебных предметов, курсов и дисци-
1
См.: Часть 2 ст. 16 Закона об образовании (в ред. Федерального закона от
26 июля 2019 г. № 232-ФЗ). Принятый на основании данной нормы приказ Ми-
нистерства науки и высшего образования Российской Федерации от 23 августа
2017 г. № 816 «Об утверждении Порядка применения организациями, осуществ-
ляющими образовательную деятельность, электронного обучения, дистанцион-
ных образовательных технологий при реализации образовательных программ»
утратил силу с 1 сентября 2023 г.
2
См.: Часть 2 ст. 16 Закона об образовании (в ред. Федерального закона от 26 мая
2021 г. № 144-ФЗ).
3
См.: Часть 1 ст. 16 Закона об образовании.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
