Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Образование и занятость правовые вопросы новой цифровой реальности. Монография
.pdf
Глава 2. Право на образование в цифровой парадигме: устойчивость...
рода и не ясно, нормами какой отрасли права оно должно гарантироваться: трудового права или права социального обеспечения.
Образование — важнейший индикатор, по которому измеряется
человеческий потенциал всех стран по современным методикам,
используемым ООН, ВТО, МОТ и иными международными организациями. Изменения в системе образования затрагивают в конечном счете все слои общества, способствуют снижению социальной напряженности, повышению уровня благосостояния граждан,
активизируют трудовую мобильность.
Проблема состоит и в том, что имеющаяся в настоящее время в
большинстве стран мира модель непрерывного образования не учитывает следующие важнейшие моменты: 1) принцип «образование
в течение всей жизни», провозглашенный в актах международного
права, имеет более широкое содержание и не ограничен одним или
несколькими уровнями образования; 2) признание потребности в
получении образования в любом возрасте вступает в противоречие
с увеличением количества формальных требований к реализации
образовательных программ; 3) внедрение специальных программ и
условий для лиц предпенсионного и пенсионного возраста не носит массового характера, отсутствует корреляция между рынком
трудовых ресурсов и возможностями (потребностями) указанных
категорий граждан (обусловлены состоянием здоровья, сложившимся образом жизни, местом проживания, окружением и т.д.);
4) недостаточное использование новых форм получения образования (цифровые технологии, сетевая форма обучения и т.д.).
К сожалению, мало внимания уделяется такой проблеме, как
специфика деятельности работников умственного труда. Можно
спорить с П.Ф. Друкером, который считает, что умственные способности исчерпываются до 50 лет и этим людям нужно будет уходить с работы не при наступлении пенсионного возраста, а гораздо
раньше1. Вместо «высиживания заработной платы» до достижения
65 лет таким работникам требуется разработка программ, связанных, на наш взгляд, с некритичным изменением трудовых функций, а именно: с увеличением участия в процессе принятия решений, в ситуациях, требующих опыта и объективности, с включением в процессы наставничества, обучения молодых специалистов.
И тогда организации не понадобится избавляться от тех, кто не может больше работать с той же эффективностью, что и прежде.
Несмотря на то что обращение к проблемам непрерывного образования ни в коей мере нельзя считать сегодняшней прерогативой,
1
См.: Друкер П.Ф. Указ. соч. С. 251.
31
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
до настоящего времени существуют различия в восприятии непрерывного образования. В одних случаях оно воспринимается узко —
как процесс постоянного повышения качества деятельности лиц
отдельных профессий, а в других — непрерывное образование рассматривается более глобально — как образование населения вообще, вне зависимости от возраста и профессии.
До принятия Закона Российской Федерации о поправке к Конституции РФ от 14 марта 2020 г. № 1-ФКЗ «О совершенствовании
регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти» и внесения изменений в п. «е» ст. 71 Конституции Российской Федерации, согласно которым к ведению
Российской Федерации отнесено установление единых правовых
основ системы воспитания и образования, в том числе непрерывного образования, в Конституции Российской Федерации не был
отражен ни принцип непрерывного образования, ни право граждан
на его получение. Конечно, при толковании положений ч. 2 ст. 7
Конституции Российской Федерации, касающихся обеспечения в
социальном государстве свободного развития человека, можно сделать вывод о том, что непрерывное образование — это одно из тех
социальных благ, которые должны быть доступны личности и использоваться ею в целях саморазвития. Но, как верно отмечается в
научной литературе1, постулат о свободном развитии человека пока
еще не получил своего содержательного раскрытия, в том числе и в
части достижения определенности при соотношении свободного
развития и непрерывного образования. Поэтому так важна произошедшая конституционализация правовых основ системы непрерывного образования.
Сравнительный анализ положений основных законов большинства государств показывает, что в них право на непрерывное образование закрепляется чрезвычайно редко. В качестве исключения
можно указать на Конституцию Республики Корея от 12 июля
1948 г.,2 в ст. 31 которой зафиксировано, что государство обеспечивает непрерывность образования, а фундаментальные вопросы системы образования, включая школы и непрерывное образование,
управление, финансы и статус учителей, определяются законом.
1
См.: Комментарий к Конституции Российской Федерации. М.: Юристъ, 2002.
С. 72 (комментарий к ст. 7 — автор Н.В. Путило); Воронин Ю.В., Савицкая Т.М.
Проблемы реализации стратегии долгосрочного развития пенсионной системы
Российской Федерации // Социальное и пенсионное право. 2016. № 4. С. 3–20.
2
См.: Конституции государств Азии. Т. 3. Дальний Восток. М.: Институт законо-
дательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Фе-
дерации; Норма, 2010. С. 989.
32
Глава 2. Право на образование в цифровой парадигме: устойчивость...
Конституция Португальской Республики от 2 апреля 1976 г.1
принадлежит к числу тех основных законов, в которых социальная
ориентированность государственной политики и гарантии ее действенности отражены наиболее полно. Португальская Республика
не провозгласила себя социальным государством, но при этом в
преамбуле Конституции закреплена идея движения к социалистическому обществу, а в ст. 1 указывается, что одной из целей, стоящей перед Португалией, является построение справедливого и солидарного общества. Эта Конституция принадлежит к числу тех
немногих основных законов, в которых закреплены не только система социальных прав в наиболее полном и дифференцированном
виде, но и соответствующие им обязанности государства и оговорен механизм реализации социальных прав. Не случайно поэтому
зафиксированы в ст. 74 Конституции Португалии помимо всеобщего права на обучение обязанность государства гарантировать непре-
рывное обучение.
К сожалению, в настоящее время ни разрабатываемые концепции, ни имеющиеся нормативные правовые акты не рассматривают
проблему перехода к новой организации образования в качестве
комплексной. Суть этой проблемы заключается в том, что непрерывное образование — это процесс регулярного, обязательного
«возвращения опытных и образованных взрослых работников к
формальному обучению»2, а посему возникает вопрос: нужны ли
современным школьникам тот объем знаний и та интенсивность их
получения, которые предполагаются современной школой, не правильнее ли на основе имеющейся базы чаще проходить переобучение, обогащаясь новыми знаниями и компетенциями, о которых и
речи не было во время обучения в школе? Только так можно обеспечить мультисистемный характер современной интеллектуальной
деятельности, в которой работа не будет ограничена какой-то одной конкретной дисциплиной, а качественный результат станет
возможен лишь при использовании междисциплинарного подхода.
Постиндустриальной экономике нужны «представители негуманитарных профессий, способные понять гуманитарные науки, экономику и политику», «специалисты, не обладающие … инженерным образованием, но при этом способные понять суть технологий», «профессионалы.., которые не будут ограничивать себя одной
дисциплиной или одним методом»3.
1
См.: Конституции государств Европы: в 3 т. Т. 2. М., 2001. С. 245.
2
См.: Друкер П.Ф. Указ. соч. С. 272.
3
Друкер П.Ф. Указ. соч. С. 302.
33
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
Конституция Эквадора1 содержит специальную группу прав
(rights of the good way of living), в которую входят такие права, как:
право человека на воду, на безопасный и постоянный доступ к здоровой и питательной пище; право населения жить в экологически
сбалансированной окружающей среде; право на универсальный
доступ к информационным и коммуникационным технологиям;
право получать доступ к общественным местам; право на отдых и
досуг, занятия спортом и свободное время; право пользоваться преимуществами научного прогресса и мудростью предков; право
участвовать в образовании2; право на безопасную и здоровую среду
обитания и адекватное и достойное жилище; право в полной мере
пользоваться городом и его общественными пространствами; право
на здоровье3; право на социальное обеспечение и др.
Для этого требуется, чтобы «вокруг технологий четвертой промышленной революции сложились соответствующие институты,
стандарты и нормы (выделено автором — Н.П.)», «чтобы появились
«новые подходы к управлению, пересматривающие не только содержимое нормативных актов и стандартов, но и сами механизмы
их создания». Тогда «люди во всем мире смогут стать более свободными, здоровыми, образованными — и жить достойной жизнью,
более безопасной и экономически защищенной»4.
Кроме того, все больше оснований имеет прогноз, согласно которому для нового общества социальные права, например право на
бесплатное образование и бесплатную медицинскую помощь, становятся такими же естественными и столь же неограниченными, как
права на личную неприкосновенность, доступ к информации и
свободу слова.
1
URL: https://www.constituteproject.org/constitution/Ecuador_2011?lang=en
2
Государственное образование должно быть всеобщим и светским на всех уров-
нях, а также бесплатным до третьего уровня высшего образования (послесред-
нее высшее образование) включительно (ст. 28).
3
Его реализация связана с осуществлением права на воду, питание, образование,
спорт, работу, социальное обеспечение, здоровую окружающую среду и другие
права, поддерживающие хороший образ жизни.
4
Шваб К. Указ. соч. С. 15, 20, 23, 41.
34
Глава 3.
ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ
КАК АТРИБУТ ИНФОРМАЦИОННОГО
ОБЩЕСТВА...: ПРАВОВЫЕ РЕАЛИИ
И ПЕРСПЕКТИВЫ В СИСТЕМЕ ОБРАЗОВАНИЯ
Вопросы ИИ в многообразных его ипостасях находятся в фокусе
внимания исследователей, принадлежащих к различным отраслям
научных знаний1. Осмысление как перспектив, так и вызовов, связанных с активным включением интеллектуальных систем в разные
сферы жизнедеятельности человека, порождает множество дискуссий, варьирующихся от дениального отношения к применению
ИИ2 до его возвышения в статус ключевого субъекта будущей планетарной жизни в контексте симбиотической связи человеческих и
нечеловеческих существ3. Предтечей этого, полагают эксперты,
станут замена машинами человека в рутинных делах и автоматизация все большего числа действий и процессов.
1
См.: Человек и системы искусственного интеллекта / под ред. В.А. Лекторского.
СПб.: Издательство «Юридический центр», 2022; Синицын С.А. Российское и
зарубежное гражданское право в условиях роботизации и цифровизации. Опыт
междисциплинарного и отраслевого исследования: монография / С.А. Синицын;
Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве
Российской Федерации. М.: Инфотропик Медиа, 2020; Бахтеев Д.В. Искусствен-
ный интеллект: этико-правовые основы. М.: Проспект, 2023; Трубина И.И., Пус-
тыльник Ю.Ю. Искусственный интеллект в российской школе. М.: Педагогиче-
ский поиск, 2023; Искусственный интеллект в здравоохранении: учебное посо-
бие / И.М. Акулин, П.И. Бурцева, О.А. Махова [и др.]. СПб.: Санкт-Петербургский
государственный университет, 2023; Волобуев А.В. Этические, социальные и фи-
лософские проблемы искусственного интеллекта. М.: Издательство «КноРус»,
2022; Залоило М.В. Искусственный интеллект в праве: науч.-практ. пособие / под
ред. Д.А. Пашенцева. М.: Инфотропик Медиа, 2021 и др.
2
См.: Ракитов А.И. Постинформационное общество // Философские науки.
2016. № 12. С. 7–19.
3
См.: Bozkurt A., Karadeniz A., Baneres D., Guerrero-Roldán A.E., Rodríguez M.E.
Artificial Intelligence and Reflections from Educational Landscape: A Review of AI
Studies in Half a Century // Sustainability. 2021. V. 13. P. 800. https://doi.org/10.3390/
su13020800
35
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
Между тем сфера образования — та часть жизнедеятельности
человека, общества и государства, где излишние автоматизация и
механизация могут иметь деструктивные последствия, привести к
утрате обученческими процессами их целевой предназначенности
привития знаний и навыков, формирования мировоззрения, расширения эрудиции, раскрытия потенциала индивида.
Не может рассматриваться в качестве рутинного сам процесс
обучения, который, несмотря на определенную шаблонизацию (содержание, объем и предполагаемые результаты освоения учебного
материала задают образовательные стандарты, в том числе утвержденные на государственном уровне), является во многом творческим процессом и не может быть полностью трансформирован в
алгоритмы даже с учетом их вариативности.
При этом одна из особенностей применения технологических
решений в образовании заключается в том, что новации в этой сфере приживаются несколько медленнее, чем в иных сферах (например, в здравоохранении). Свидетельством этого является, в частности, реагирование системообразующего законодательного акта в
сфере образования — Федерального закона от 29 декабря 2012 г.
№ 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (далее — Закон об образовании) — на цифровизацию. В отличие от базового
закона в сфере охраны здоровья граждан Закон об образовании до
настоящего времени не претерпел каких-либо значительных трансформаций в части регулирования процессов цифровизации в образовании, несмотря на систематическую корректировку тех или
иных его положений1.
«Цифровыми новеллами» 2023 г. стали упоминаемые в Законе
об образовании отраслевые платформы — Единая цифровая платформа в сфере занятости и трудовых отношений «Работа в России»
(ст. 56) и Единая централизованная цифровая платформа в социальной сфере (ст. 98.1). Это обусловлено принятием федеральных
законов, внедривших платформенные инструменты в отдельные
сегменты социальной сферы2, и необходимостью корреляции положений Закона об образовании с новым законодательным регули-
1
Только в 2023 г. было принято 17 федеральных законов, внесших изменения в
Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации».
2
См.: Федеральные законы от 14 апреля 2023 г. № 124-ФЗ «О внесении измене-
ний в Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» // СЗ РФ.
2023. № 16. Ст. 2761; от 10 июля 2023 г. № 293-ФЗ «О внесении изменений в от-
дельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратив-
шими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных ак-
тов) Российской Федерации» // СЗ РФ. 2023. № 29. Ст. 5311.
36
Глава 3. Искусственный интеллект как атрибут информационного общества...
рованием. Однако дефиниция понятия «цифровая платформа» в
Закон об образовании не была включена: даже оперируя довольно
специфичным цифровым инструментом (цифровая платформа),
данный Федеральный закон терминологической цифровой транс
формации подвержен не был. Понятия «цифровизация образования», «цифровое обучение» в нем не упоминаются; их содержательные дефиниции, отражающие особенности применения информационных технологий в сфере образования, на законодательном
уровне отсутствуют и в юридический терминологический оборот
введены подзаконными актами.
Такая специфика объясняется сохранением позитивной «инерт
ности» Закона об образовании в части закрепления тех понятий и
категорий, которые «генетически» не присущи сфере образования
Большинство терминов, обозначающих применяемые в образова
-
1
тельном процессе цифровые инструменты, являются видовыми по
отношению к родовым, содержащимся в информационном законо
дательстве. Приобретая свою образовательную специфику, они не
меняют родовое существо, а получают образовательный «оттенок»
(цифровая образовательная платформа, цифровой образователь
ный сервис, поставщики и потребители цифрового образовательного контента и т.д.).
Дефиниция ИИ содержится в Национальной стратегии развития
искусственного интеллекта на период до 2030 года (далее —
Стратегия)
2
. Он понимается как «комплекс технологических решений, позволяющий имитировать когнитивные функции человека
(включая поиск решений без заранее заданного алгоритма) и полу
чать при выполнении конкретных задач результаты, сопоставимые с
результатами интеллектуальной деятельности человека или превос
ходящие их». Аналогичное понимание ИИ представлено в Федеральном законе от 24 апреля 2020 г. № 123-ФЗ «О проведении эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания необходимых условий для разработки и внедрения технологий
искусственного интеллекта в субъекте Российской Федерации — го
роде федерального значения Москве и внесении изменений в статьи 6 и 10 Федерального закона «О персональных данных» (далее —
Закон № 123-ФЗ)3. Подобное восприятие ИИ созвучно выработан-
.
1
См.: Волкова Н.С. Трансформация образовательной терминологии под влияни-
ем «цифры» // Право и образование. 2024. № 8. С. 4–10.
2
См.: Указ Президента Российской Федерации от 10 октября 2019 г. № 490
«О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации» // СЗ РФ.
2019. № 41. Ст. 5700.
3
СЗ РФ. 2020. № 17. Ст. 2701.
37
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
ным за рубежом подходам, где он понимается как «алгоритмические
модели, выполняющие когнитивные или перцептивные функции,
которые ранее рассматривались как свойственные мышлению, су
ждению и логике человека»1. В указе Президента США 2023 г. «О безопасности, защите и надежности при разработке и использовании
искусственного интеллекта» ИИ рассматривается как «система на
основе машины, которая может для заданного набора определенных
человеком целей делать прогнозы, давать рекомендации или прини
мать решения, влияющие на реальную или виртуальную среду»2. Таким образом, подходы к определению ИИ базируются в целом на
едином понимании существа этого технологического феномена.
Отметим, что до корректировки Стратегии в 2024 г.
3
в качестве
одной из сущностных характеристик ИИ закреплялась способность
его к самообучению, однако из действующей дефиниции она
исключена
4
. В Стратегии, как и в Законе № 123-ФЗ, расшифровываются составляющие ИИ: информационно-коммуникационная
инфраструктура; программное обеспечение; процессы и сервисы
по обработке данных и поиску решений.
Основные цели внедрения ИИ в образование видятся в следую
-
щем:
– повышение его качества;
– приведение его в соответствие с потребностями экономиче
ского, научно-технического и политического развития государства
и общества и усиление тем самым его востребованности;
– обеспечение его доступности.
Одновременно решается комплекс задач, охватывающий разные
сегменты сферы образования: управленческий; предметно-про
-
1
AI systems are algorithmic models that carry out cognitive or perceptual functions in
the world that were previously reserved for thinking, judging, and reasoning human
beings / Leslie D. et al. (2021), Artificial intelligence, human rights, democracy, and
the rule of law: a primer, Council of Europe, available at [https://www.ssrn.com/
abstract=3817999], accessed 25 June 2023.
2
Executive Order on the Safe, Secure, and Trustworthy Development and Use of
Artificial Intelligence [https://www.whitehouse.gov/].
3
См.: Указ Президента Российской Федерации от 15 февраля 2024 г. № 124 «О вне-
сении изменений в Указ Президента Российской Федерации от 10 октября 2019 г.
№ 490 «О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации» и в На
циональную стратегию, утвержденную этим Указом» // СЗ РФ. 2024. № 8. Ст. 1102.
4
При этом в Федеральном законе от 24 апреля 2020 г. № 123-ФЗ «О проведении
эксперимента по установлению специального регулирования в целях создания
необходимых условий для разработки и внедрения технологий искусственного
интеллекта в субъекте Российской Федерации — городе федерального значения
Москве и внесении изменений в статьи 6 и 10 Федерального закона «О персо
нальных данных» эта характеристика ИИ сохранена.
38
-
-
Глава 3. Искусственный интеллект как атрибут информационного общества...
странственный; методический; обученческий; освоения и контроля
знаний и т.д. Задачи носят весьма разнообразный характер: от
упрощения и ускорения управленческих процессов с помощью алгоритмизации административных процедур до создания индивидуальных образовательных траекторий учащихся с применением ИИ.
В научный оборот введены такие термины, как EdTech — образовательные технологии (от англ. education — «образование» и
technology — «технологии») и AIED — ИИ в образовании (от англ.
Artificial Intelligence in Education). Понятие EdTech применяется и в
российском образовательном лексиконе: в Стратегии цифровой
трансформации отрасли науки и высшего образования1, разработанной Минобрнауки России, под ним понимаются технологические решения для сферы образования, включающие в себя создание
оборудования, гаджетов и разработку программного обеспечения.
В литературе предлагается немалое число классификаций
EdTech и AIED, однако, исходя из предметной области применения технологии, AIED можно сгруппировать следующим образом2:
1) технологии, применяемые в управленческих процессах (тех-
нологии образовательного менеджмента);
2) технологии, предназначенные для обеспечения безопасности
в образовании;
3) обучающие интеллектуальные технологии;
4) технологии моделирования образовательного процесса.
Другой подход, распространенный за рубежом, сводится к трем
сферам распространения технологий ИИ3: учащиеся; педагоги;
предметная область.
На такой же трехзвенной классификации построено моделирование внедрения ИИ в системе российского общего образования:
«умная педагогическая модель» (эффективные модели преподавания), «умная среда обучения» (визуализация и интерактивизация
предмета обучения), «модель ученика» (успешность и эмоциональное состояние, вовлеченность в обучение)4.
1
Документ опубликован на сайте https://minobrnauki.gov.ru
2
См.: Котлярова И.О. Технологии искусственного интеллекта в образовании //
Вестник ЮУрГУ. Сер. Образование. Педагогические науки. 2022. Т. 14. № 3.
С. 69–82.
3
См.: Luckin R, Holmes W, Griffiths M, Forcier LB. Intelligence Unleashed: An
argument for AI in Education. Pearson Education. 2016. Р. 19–20.
4
См.: Распоряжение Минпросвещения России от 18 мая 2020 г. № Р-44 «Об ут-
верждении методических рекомендаций для внедрения в основные общеобразо-
вательные программы современных цифровых технологий» // Документ опу-
бликован не был.
39
Образование и занятость: правовые вопросы новой цифровой реальности
Технологии, ориентированные на педагога, в основном направлены на снижение рутинной педагогической нагрузки посредством
автоматизации задач по мониторингу успеваемости, проверке работ, выявлению плагиата и др. Подобные технологии значительно
сокращают объем бумажной работы, особенно при выполнении
различных административных действий, тем самым позволяя педагогам сосредоточиться на своих основных функциях — обучении и
освоении учебного контента в соответствии с образовательной программой. В Великобритании в 2024 г. был анонсирован финансируемый государством проект по созданию хранилища данных, аккумулирующего акты правительства, которые регламентируют образовательный процесс, куррикулумы, образовательные программы и
на основе которых генеративный ИИ будет синтезировать высококачественный контент в виде планов уроков, рабочих тетрадей и
проч., используемых педагогами в своей деятельности в целях экономии времени на подготовку соответствующих учебных материалов1.
В числе технологий, ориентированных на обучающегося, — интеллектуальные системы обучения, адаптивные учебные платформы, применяющие программное обеспечение, которое позволяет
на основе обработки соответствующих данных диагностировать
уровень знаний обучающегося, распределять учебные материалы,
учитывающие его потребности, и проч.
Еще одна область применения ИИ — задействование в качестве
дидактических инструментов в предметном изучении. Виртуальная
реальность, робототехника, аудиовизуальные файлы и 3D-технологии позволяют визуализировать учебный контент, делают его более
доступным и легко воспринимаемым обучающимися.
В литературе выделяют два разнородных направления применения ИИ в образовании: в организации учебного процесса (легко
адаптируемое для внедрения ИИ, поскольку связано с автоматизацией рутинных процессов труда) и между субъектами образовательных отношений (медленное ввиду того, что ориентировано
на замену живого общения между людьми взаимодействием опосре дованным)2. Исходя из устоявшейся в доктрине дифференциа-
1
URL: https://www.gov.uk/government/news/teachers-to-get-more-trustworthy-ai-
tech-as-generative-tools-learn-from-new-bank-of-lesson-plans-and-curriculums-
helping-them-mark-homework-and-save
2
См.: Лукичев П.М., Чекмарев О.П. Применение искусственного интеллекта в
системе высшего образования // Вопросы инновационной экономики. 2023.
Т. 13. № 1. С. 489.
40
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]