Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Международные суды и арбитраж. Учебное пособие
.pdf
151
рен процессуальный срок до одного месяца, который исчисляется с момента
поступления данной входящей корреспонденции в суд. А судья наделяется правом истребования документов в ПДАУ или ином учреждении, осуществляющем
хранение материалов третейского дела. Одной из распространенных причин, вызывающих необходимость изучения всего дела, являются возражения должника.
Для того чтобы принять решение по данному заявлению, также потребуется проведение судебного заседания, и тут может встать вопрос о надлежащем
извещении сторон с учетом сжатых сроков рассмотрения подобных ходатайств.
В то же время в ситуации, когда стороны извещены, но не явились, это не
будет служить поводом для отложения дела. В судебном заседании суд обязан
проверить наличие оснований и препятствий для выдачи исполнительного листа,
о которых говорится в ч. 4 ст. 239 АПК РФ и ст. 36 Закона о МКА. А когда речь
идет о решении, принятом зарубежным негосударственным судом, то круг таких
обстоятельств также определяется с учетом возражений должника (ст. V НьюЙоркской конвенции 1958 г. либо двусторонних договоров РФ с другими
странами).
Кроме того, состязательность данного процесса выражается в правах сторон приводить доказательства, что предусмотрено для отечественных негосударственных судов в ст. 36 Закона о МКА, а для актов их зарубежных коллег —
в ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г. Кроме того, в силу такого положения,
как «ex officio», судья арбитражного суда РФ также правомочен на установление юридических фактов (п. 2 ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г.).
В то же время полномочия вышеуказанного отечественного судьи ограничены в части права на переоценивание обстоятельств, установленных арбитрами; также действует запрет на пересмотр анализируемого решения по существу. Последнее ограничение связано с тем, что анализируемое решение носит
окончательный характер. Кроме того, одной из высших судебных инстанций
дано соответствующее разъяснение: в процессе рассмотрения вопроса о выдаче
исполнительного листа вышеуказанный судья не вправе делать переоценку фактическим обстоятельствам дела, которые были установленны арбитрами, включая проверку правильности применения арбитром норм материального права
197
.
Еще одним интересным моментом является право на обеспечительные меры в отношении анализируемого решения на период, пока суд решает судьбу
заявления о выдаче исполнительного листа. Согласно ст. VI Нью-Йоркской конвенции 1958 г. и п. 2 ст. 36 Закона о МКА, подобные меры возможны, но когда
в параллельном процессе идет рассмотрение об обратном (отмене анализируемого акта или приостановлении принудительного исполнения и т.п.).
197
См.: Президиум ВАС РФ в п. 20 информационного письма № 96 (Определение ВАС РФ от 24 мая
2010 г. № ВАС-4351/10); Определение ВАС РФ от 24 мая 2010 г. № ВАС-4351/10 по делу № А21-802/2009.
152
В частности, выигравшая сторона может просить арбитражный суд РФ
о том, чтобы оппонент предоставил надлежащее обеспечение (п. 2 ст. 36 Закона
о МКА), для чего отечественный судья должен рассматривать данное ходатайство в порядке гражданского судопроизводства. В силу того, что ст. 3 АПК РФ
порядок судопроизводства должен быть основан как на АПК РФ, так и на других федеральных законах, в данном случае должны быть применены правила,
предусмотренные гл. 8 АПК РФ, в отсутствие специально предусмотренных положений. А вопрос о том, как именно должно быть рассмотрено данное ходатайство о мерах, которые нельзя назвать типичным для отечественной юстиции,
без вызова сторон или, наоборот, с заслушиванием их позиций, однозначного
ответа не содержит.
Еще один вопрос, который может возникнуть перед судом, касается возможной реализации механизма соединения дел. В соответствии с ч. 5 ст. 238
АПК РФ если в одном и том же судебном звене происходит рассмотрение сразу
двух заявлений, соответственно, одно вытекает с необходимостью принудительного исполнения анализируемого решения, а другое, наоборот, преследует цель
отмены данного решения, то такие дела должны быть объединены в одно производство (ч. ч. 2.1 и 6 ст. 130 АПК РФ). Но сразу возникает вопрос, а что делать, когда данные заявления поступили на рассмотрение разных судебных звеньев, и примеры такого задвоения дальнейшей судьбы третейского спора мы
с вами уже приводили ранее. А в данной ситуации в силу ч. 6 ст. 238 АПК РФ
необходимо будет приостановить рассмотрение одного из данных ходатайств.
Определение того, какого именно, вытекает из достаточно универсального правила, в силу которого превалирующее право на дальнейшее рассмотрение имеет то заявление, которое было раньше принято к рассмотрению соответствующим судом. Соответственно, которое было принято позже, подлежит приостановлению (п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ). В случае, когда вышеуказанные заявления
были поданы единовременно, подлежит приостановлению именно заявление
о выдаче исполнительного листа (ч. 6 ст. 238 АПК РФ).
Соответственно, в силу ч. 6 ст. 238 АПК РФ уже после возобновления
производства по приостановленному делу арбитражный суд РФ должен принять
одно из следующих определений:
1) об отказе в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в случае вынесения иным арбитражным судом
определения об отмене этого решения;
2) о прекращении производства по заявлению о выдаче исполнительного
листа на принудительное исполнение решения третейского суда в соответствии
153
с п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ в случае вынесения иным арбитражным судом определения об отказе в отмене этого решения с учетом положений п. 5 ч. 2 ст. 234
АПК РФ;
3) об отказе в отмене решения третейского суда в случае вынесения иным
арбитражным судом определения о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение этого решения;
4) о прекращении производства по заявлению об отмене решения третейского суда по правилам, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ, в случае
вынесения иным арбитражным судом определения об отказе в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение этого решения.
В ситуации, когда компетентный арбитражный суд РФ вынес положительное для заявителя решение, в котором указано о выдаче исполнительного листа
(ст. 240 АПК РФ) либо о признании и приведении в исполнение акта зарубежного негосударственного суда (ст. 245 АПК РФ), этот же суд выдает взыскателю,
соответственно, и исполнительный лист (ч. 1 ст. 246 АПК РФ).
Причем вышеуказанное заявление о выдаче исполнительного листа на акт
отечественного негосударственного суда может быть подано и до того момента,
как проигравшая сторона утратит право (в течение трех месяцев, согласно ч. 3
ст. 230 АПК РФ) на подачу заявления об отмене вышеуказанного решения
198
.
Еще одной особенностью является то, что вышеуказанное определение о
признании и приведении в исполнение решения негосударственного суда, безусловно, может быть оспорено, но не в апелляционном порядке, а сразу в кассацию, для чего сторонам предоставляется месячный срок.
Соответственно, выдачей исполнительного листа процедура принудительного исполнения не заканчивается, далее следует исполнительное производство
(разд. VII АПК РФ и Закон об исполнительном производстве).
Следующий вопрос, который должен возникать у лиц, намеренных осуществить процедуру принудительного исполнения, — является ли в принципе
резолютивная часть решения третейского суда подлежащей принудительному
исполнению именно в форме выдачи советующего исполнительного документа,
так как, как известно, далеко не на каждое принятое решение государственным
судом предусмотрено получение исполнительного документа. С учетом изложенного в ст. 43 Закона об арбитраже делается специальная оговорка, согласно
которой акты негосударственных судов не могут сами по себе быть поводом
для внесения записи в различные реестры (ЕГРЮЛ, ЕГРИП, ЕГРП и т.д.). То есть
198
См.: Обзор практики рассмотрения дел об оспаривании решений третейских судов и о выдаче ис-
полнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов. П. 4 (одобрен Президиумом
ФАС Уральского округа 7 июля 2010 г.) // Решения и определения судов: сайт. URL: http://www.resheniya-
sudov.ru/2010/239187/ (дата обращения: 06.03.2023).
154
такие акты не могут быть сами по себе основанием для внесения записи, которая, соответственно, приведет к возникновению, изменению или прекращению
гражданских прав и обязанностей. Для всего этого также необходим исполнительный лист, который можно получить по вышеописанной процедуре. То есть
соответствующий контроль и дальнейшее санкционирование от компетентного
отечественного государственного суда все равно потребуются даже для решений
негосударственных судов, которые не требуют принудительного приведения
в исполнение.
С учетом изложенного ч. 2 ст. 1 Закона об арбитраже относится и к окончательным актам международных коммерческих арбитражей, местом нахождения (дислокации) которых является наша страна. Предположительно, в данном
случае должна иметь место аналогия права в части реализации вышеуказанной
процедуры признания в отношении окончательных актов, но уже для иностранного арбитражного решения.
Основания для отмены решения международных суда
и арбитража. Порядок оспаривания решения
международных суда и арбитража. Последствия отмены
решения международных суда и арбитража
По общему правилу основания для отказа в придании исполнительной
силы окончательному акту негосударственного суда (все зависит от его дислокации) определяют условия в части действительности арбитражного решения.
С учетом изложенного для актов отечественных негосударственных судов превалирующее значение будут иметь изучение и анализ юридических фактов, закрепленных в ст. 36 Закона о МКА. В части актов иностранных негосударственных судов к таким фактам относятся те из них, о которых говорит должник, либо в соответствии с Нью-Йоркской конвенцией 1958 г., либо ввиду двусторонних
договоров РФ, если они определяют порядок взаимного признания и принудительного исполнения
199
.
Кроме того, обращает на себя положение ч. 4 ст. 239 АПК РФ, согласно
которому компетентный арбитражный суд РФ вправе отказать в выдаче исполнительного листа, основываясь как на положениях, закрепленных в вышеуказанных международных актах, так и на ст. 36 Закона о МКА. В то же время
можно прийти к выводу, что положения, закрепленные в ст. 239 АПК РФ, относятся исключительно к актам, принятым в части внутренних споров.
199
См.: Слабоспицкий А.С., Трубицын М.А. Factum notorium в юридической науке и судебной практике
России // Законы России: опыт, анализ, практика. 2022. № 10. С. 83‒89.
155
Переходя к основаниям для отказа в признании и принудительном исполнении, (ст. 36 Закона о МКА) отметим, что условно их можно разделить на два
вида. К первому из них относятся те, что охватывают процессуальные юридические факты. Соответственно, при наличии либо отсутствии которых возникают основания для вышеуказанного отказа. Ко второму виду относятся обстоятельства, вытекающие из содержательной стороны проведенного рассмотрения
спора арбитром, и также могут быть основанием для отказа. Отдельно отметим,
что данные основания близки тем, что указаны в ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г.
В частности, п. 1 ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г. говорит о том,
что анализируемый отказ может быть осуществлен по инициативе проигравшей
стороны в случае, когда та представит в компетентный госорган (должностному
лицу) доказательства того, что:
1) стороны в арбитражном соглашении были по применимому к ним за-
кону в какой-либо мере недееспособны, или арбитражное соглашение недействительно по закону, которому стороны это соглашение подчинили, а при отсутствии такого указания — по закону страны, где решение было вынесено;
2) или сторона, против которой вынесено решение, не была должным об-
разом уведомлена о назначении арбитра или об арбитражном разбирательстве,
или по другим причинам не могла представить свои объяснения;
3) или указанное решение вынесено по спору, не предусмотренному или
не подпадающему под условия арбитражного соглашения или арбитражной оговорки в договоре, или содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы арбитражного соглашения или арбитражной оговорки в договоре, с тем,
однако, что если постановления по вопросам, охватываемым арбитражным соглашением или оговоркой, могут быть отделены от тех, которые не охватываются таким соглашением или оговоркой, то та часть арбитражного решения,
которая содержит постановления по вопросам, охватываемым арбитражным соглашением или арбитражной оговоркой в договоре, может быть признана и приведена в исполнение;
4) или состав арбитражного органа или арбитражный процесс не соответ-
ствовали соглашению сторон или, при отсутствии такового, не соответствовали
закону той страны, где имел место арбитраж;
5) или решение еще не стало окончательным для сторон или было отме-
нено или приостановлено в исполнении компетентной властью страны, где оно
было вынесено, или страны, закон которой применяется.
156
В свою очередь, второй из вышеназванных видов (п. 2 ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г.) вытекает из проведения проверки, причем не только
процессуальных юридических фактов, но и с точки зрения существа спора.
С учетом изложенного анализируемый отказ установит, что:
1) объект спора не может быть предметом арбитражного разбирательства
по законам этой страны;
2) или признание и приведение в исполнение этого решения противоречат
публичному порядку этой страны.
Остановимся более подробно на вышеприведенных основаниях для отказа как в части признания, так и в части принудительного исполнения. Так, причины, указанные в a)–e) п. 1; a) п. 2 ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г.,
являются по своей природе процессуальными, в то время как причины, содержащиеся в b) п. 2 ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г., тяготеют больше к положениям, вытекающим из материального, причем как в части самого спора,
так и в части возможных последствий принудительного исполнения анализируемого решения. Кроме того, данные нормы можно квалифицировать по-другому.
В частности, условия, содержащиеся в a)–e) п. 1; a) п. 2 ст. V Нью-Йоркской
конвенции 1958 г., имеют более-менее определенный характер; в совою очередь, условия, вытекающие из публичного порядка, обладают оценочными свойствами, и, как следствие, их можно толковать по-разному.
Еще одной важной особенностью, с точки зрения практиков, является деление вышеуказанных условий с точки зрения такого критерия, как бремя доказывания. Так, из анализа п. 1 ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г. следует,
что вышеуказанное бремя должно лежать не на заявителе (взыскателе), а на проигравшей стороне. В свою очередь, из положений п. 2 ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г. следует, что наличие либо отсутствие определенных факторов
подлежат доказыванию и должны доказываться не только проигравшей стороной, но и посредством проявления компетентным государственным судом своей
собственной инициативы по делу. Так, именно с подачи вышеуказанного суда
«ex officio» может быть отказано в признании анализируемого решения в случае выяснения необходимых (фактических) для этого обстоятельств. То есть
инициатива по включение определенных фактов в предмет доказывания будет
исходить или зависеть не от воли сторон, а именно от компетентного государственного суда.
По мнению ряда отечественных авторов, именно в этом аспекте механизм
по признанию и принудительному исполнению анализируемых решений проявляет определенную специфику в форме активного участия в данном процессе
157
со стороны отечественной фемиды путем проявления судьей публичного начала
с целью повышения уровня защиты внутригосударственного правового пространства от негативного влияния решений зарубежных юрисдикций. Таким образом, в отличие от требований, закрепленных в отношении внутригосударственных цивилистических судебных производств, в этом плане на судью дополнительно возложена функция по проявлению инициативы для того, чтобы был
подсвечен предмет доказывания в данной категории дел.
В то же время присутствуют определенное обобщенное, начало всех оснований (ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г.), которые выражаются в том,
что соответствующий государственный суд, рассматривающий заявление о признании и принудительном исполнении анализируемых решений, не может выйти за рамки своих полномочий путем пересмотра спора по существу для того,
чтобы пересмотреть вопрос правильности трактования норм материального
права, а также проверить правильность установления предмета доказывания
и, наконец, осуществить проверку представленных доказательств и дать им соответствующую оценку
200
.
Теперь проанализируем возможность применения механизмов как признания, так и принудительного исполнения анализируемого решения с точки
зрения Закона о МКА, а именно с учетом оснований, отраженных в ст. 36 данного закона. Отметим, что положения данной нормы близки к требованиям, закрепленным в ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г. А именно, может быть
отказано как в удовлетворении обращения о признании, так и о принудительном
исполнении анализируемого решения, которое может быть принято как в нашей
стране, так и за рубежом, в следующих условиях:
1) по инициативе проигравшей стороны, если это лицо направит в адрес
компетентного суда (т.е. суд рассматривает заявление либо о признании, либо
о принудительном исполнении) документы, подтверждающие одно из следую-
щих обстоятельств:
– анализируемое решение было принято на основании арбитражного со-
глашения, которое приведено в ст. 7 Закона о МКА, и при этом один из тяжущихся был признан недееспособным;
– арбитражное соглашение является недействительным в силу права госу-
дарства, которому субъекты данных правоотношений его подчинили, а в случае,
если такое указание отсутствует, то в соответствии с законом государства, на
территории которого было принято анализируемое решение;
200
Секретариат ЮНСИТРАЛ. Руководство по Конвенции о признании и приведении в исполнение ино-
странных арбитражных решений (Нью-Йорк, 1958 г.). Нью-Йорк, 2016. URL: https://uncitral.un.org/sites/uncitral.un.org/files/media-documents/uncitral/ru/v1604041_ebook-r.pdf (дата обращения: 06.03.2023).
158
– проигравшая третейское (арбитражное) разбирательство сторона утвер-
ждает, что не знала о существовании вышеуказанного разбирательства (включая
время и место арбитражного заседания), и доказательства ее надлежащего уведомления отсутствует, либо должник представил доказательства того, что по
иным объективным причинам не имел возможности представить свою позицию
по делу;
– анализируемое решение принято по спору, однако такой конфликт не
был предусмотрен соответствующим соглашением либо разрешенный конфликт
выходил за рамки заключенного арбитражного соглашения. К последнему из
данных уточнений возможно применить разделение, оставив в силе ту часть решения, которая подпадает под действие арбитражного соглашения, а в части
остального отказано, но при условии, что текст такого анализируемого решения
позволяет это технически реализовать;
– либо состав арбитров, либо процессуальный механизм рассмотрения спо-
ра арбитражной процедуры противоречили как арбитражному соглашению сторон, так и закону государства, в котором происходило рассмотрение дела по
существу;
– анализируемое решение, вынесенное за пределами нашей страны, на дан-
ный момент еще не вступило в законную силу, а равно как было отменено либо
уже было осуществлено приостановление исполнения такого решения по инициативе компетентного органа власти государства, на территории которого арбитражное решение и было вынесено;
2) уполномоченный судья установил одно из следующих обстоятельств
по делу:
– объект спора не мог быть предметом спора в негосударственном суде,
что прямо указано в соответствующем отечественном законе;
– как признание, так и принудительное исполнение анализируемого ре-
шения противоречат публичному порядку нашей страны.
С учетом изложенного данные основания для отказа как в части призна-
ния, так и в части принудительного исполнения в части критериев распределения обязанностей по доказыванию и вместе с тем полномочий «ex officio» у компетентного суда близки к требованиям, закрепленным в ст. V Нью-Йоркской
конвенции 1958 г.
Остановимся теперь боле детально на окончательных актах решений, принятых зарубежными негосударственными судами, в которых отсутствует указание на необходимость их принудительного исполнения. Одним из результатов
проведенной в 2015 г. реформы третейских (арбитражных) судов в нашей стране
159
стало разделение как исков, так и принятых на их основе вышеуказанных актов
на такие, как требующие материального присуждения и не требующие признания права. В результате приведенная реформа оказала влияние не только на механизм защиты права, но и на принудительное исполнение.
С учетом изложенного, если анализируемое решение принято за рубежом
и не содержит требований о необходимости его приведения в исполнение, то
проигравшая по делу сторона наделяется правами по заявлению возражений
в части признания данного акта в нашей стране. В качестве оснований для применения указанных выше возражений необходимо руководствоваться положениями соответствующего процессуального закона (ч. 3 ст. 35 Закона о МКА).
Механизм предъявления возражений был закреплен в ст. 245.1 АПК РФ,
исходя из анализа которой можно прийти к выводу, что решение, принятое
иностранным негосударственным судом, в котором не предусмотрено его принудительного исполнения, подлежит признанию на территории нашей страны,
если такое признание вытекает из содержания международных договоров либо
из федерального закона. Такие вышеуказанные решения, содержащие ремарку
об отсутствии необходимости их принудительного исполнения, признаются без
какого-либо дальнейшего производства при условии, что иные заинтересованные
лица не заявляют против этого возражений.
В части права на вышеуказанное возражение стоит отметить, что оно не
безгранично по времени его реализации и составляет месяц со дня, когда соответствующему лицу стало известно о нарушении его прав. За защитой прав, если данные права нарушены в области осуществления предпринимательской деятельности, подлежит обращаться в арбитражный суд субъекта РФ с поправкой
на то, что такой суд должен находиться по месту нахождения (жительства) заявителя либо по адресу имущества заявителя; но в случае, когда данные критерии не подходят ввиду их отсутствия у заявителя, необходимо обратиться в Арбитражный суд г. Москвы.
В соответствующем обращении от вышеуказанного заинтересованного лица
должно быть отражено ходатайство данного лица об отказе в признании анализируемого решения зарубежного негосударственного суда, должны быть указаны
основания для отказа признании и, соответственно, мотивированное обоснованием нарушения вышеуказанным решением прав и законных интересов заявителя именно в области предпринимательской и иной экономической деятельности на территории нашей страны.
После поступления такого заявления в арбитражный суд субъекта РФ на
его рассмотрение отводится до месяца, но этот срок может быть и продлен. Так-
160
же суд может выступить с инициативой и привлечь к участию в разбирательстве
иных заинтересованных лиц, неявка которых не будет является поводом для отложения рассмотрения данного вопроса, достаточно будет доказательств, что все
надлежащим образом извещены.
Арбитражный суд субъекта РФ откажет в признании окончательного акта
зарубежного негосударственного суда по основаниям, закрепленным в законе
о МКА, но только в том случае, если наша страна отдельно не договорилась по
данному поводу с другими странами, о чем должно свидетельствовать наличие
соответствующего договора.
В свою очередь, определение о признании окончательного акта зарубежного негосударственного суда, не требующего принудительного исполнения,
также может быть оспорено, но уже в кассационной инстанции, для чего дается
месяц с момента принятия данного определения.
Отдельного внимания заслуживает следующее условие для отмены анализируемого решения и, соответственно, отказа в его признании и принудительном исполнении — присутствие противоречий публичному порядку нашей
станы. Такой механизм, как противоречие публичному порядку страны, в котором предстоят признание и принудительное исполнение в качестве условий,
нашел свое отражение как в международных договорах, так и во внутригосударственных законах различных государств, которые содержат так называемую
оговорку о публичном порядке.
Примеры вышеуказанной оговорки можно встретить и в отечественных
нормах права (ст. ст. 233 и 239 АПК РФ, ст. ст. 34 и 36 Закона о МКА, ст. 1193
ГК РФ), также она встречается и в п. 2 b) ст. V Нью-Йоркской конвенции 1958 г.,
которая не раз уже упоминалась выше; кроме того, она присутствует и в двусторонних договорах теперь уже и нашего государства (п. 5 ст. 16 Договора
о взаимной правовой помощи с Ираком
201
, п. 5 ст. 16 Договора с Йеменом о пра-
вовой помощи по гражданским и уголовным делам
202
).
Кроме того, если мы обратимся к практической стороне вопроса, то как
раз-таки заявления проигравшей стороны (должника) о нарушении условий данной оговорки и будут одними из наиболее частых. Кроме того, стоит отметить,
что именно нарушение данной оговорки, можно сказать, представляет собой то
самое исключение в части анализа именно содержания арбитражного решения,
в том числе именно в области применения материального права.
201
См.: Договор о взаимном оказании правовой помощи между СССР и Иракской Республикой (подпи-
сан в г. Москве 22 июня 1973 г.) // Законы, кодексы и нормативно-правовые акты РФ: сайт. URL: http://legalacts.ru/doc/dogovor-o-vzaimnom-okazanii-pravovoi-pomoshchi-mezhdu/ (дата обращения: 06.03.2023).
202
См.: Договор между СССР и Народной Демократической Республикой Йемен о правовой помощи по
гражданским и уголовным делам (подписан в г. Москве 6 декабря 1985 г.) // Законы, кодексы и нормативноправовые акты РФ: сайт. URL: https://legalacts.ru/doc/dogovor-mezhdu-sssr-i-narodnoi-demokraticheskoi-respublikoi/
(дата обращения: 06.03.2023).
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]