Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Международные суды и арбитраж. Учебное пособие
.pdf
121
Под вышеуказанной позицией сторон подразумеваются описание предмета требования и его размер, что по данному поводу показал ответчик, включая
как отзыв, так и встречный иск (при наличии).
В мотивировке должны раскрываться как причины именно такой формы
проведения разбирательства, так и ссылки на материальные нормы права.
Также стоит отметить, что в ситуации, когда во время судебного заседания
установлено, что не явились либо одна, либо все стороны, включая их представителей, запускается механизм фиксации данного факта и вместе с тем устанавливается не только наличие информации о причинах неявки, но и осведомленности стороны о заседании, с тем чтобы на основании данной информации
сформулировать вывод о возможности принятия решения в отсутствие лиц,
участвующих в деле.
Затем подлежит ответу вопрос: в соответствии с применением каких законов и соответствующих регламентов происходит рассмотрение дела. Так, если мы говорим о проведении данного разбирательства на территории нашей
страны, то тут применяется такая категория, как «lex loci arbitrorum», в соответствии с законом о МКА. Для того чтобы ответить на данный вопрос, также проводится анализ соответствующих пунктов арбитражного соглашения, и данные
положения соглашения могут быть прямо отражены в тексте решения. Затем
формулируется вывод об арбитрабельности данного спора, а также, при наличии,
и о международном характере данного дела, если спор вытекает из взаимоотношений резидентов разных государств.
В результате ссылок как на нормы права, так и на соответствующие регламенты и арбитражное соглашение обосновывается (мотивируется) вывод
о наличии или отсутствии соответствующих полномочий у арбитра на рассмотрение конкретного искового требования, включая наличие полномочий у ПДАУ
администрировать данное дела. Таким образом, вывод о наличии данной компетенции фиксируется в тексте принимаемого арбитражного решения, но в то же
время по данному поводу может быть вынесено самостоятельное постановление.
Также, как правило, в тексте анализируемого решения содержатся выводы
арбитров в части принятых ими решений по результатам рассмотрения процедурных ходатайств лиц, участвующих в деле, к примеру, о просьбах в отложении судебного заседания, о приобщении документов, а также о наличии, по мнению заявителя, нарушений именно процессуальных норм другими лицами, участвующими в деле, и т.д.
Кроме того, обычно подробно мотивируются основания, позволяющие
прийти к выводу арбитра о применимом материальном праве.
122
И наконец, уже основополагающей частью содержания фактически всего
решения арбитра являются мотивировка и выводы в отношении существа данного спора. В данной части арбитр, как правило, обосновывает действительность
фактологического состава возникшего спора, а также исследует обстоятельства
дела. Квинтэссенцией такого анализа будет являться заключение арбитра о принятии или непринятии им представленных доказательств по делу, а также аргументированных позиций сторон. Также тут фиксируется правовая позиция третейского суда по делу, приводятся нормы права, даются ссылки на положения
арбитражного соглашения и на основной договор, а при наличии, и иные основания, которые взяли на основу арбитры при рассмотрении данных требований.
По окончании рассмотрения каждого из заявленных требований арбитр
делает вывод, в котором отражает либо его удовлетворение, либо частичное удовлетворение, либо полное отклонение.
Еще один вопрос, требующий обоснования, который достаточно часто
встречается, касается распределения судебных расходов, и тут арбитр также
должен выстроить логическую структуру своих мотивов, повлиявших на решение по данному вопросу, и выводов третейского суда о пропорциях распределения данных сумм между сторонами.
Завершающей частью анализируемого акта, которая содержит итоговые
краткие выводы (резюме) по всем заявленным к рассмотрению арбитрами вопросам, является такая составляющая, как резолютивная часть, отвечающая на
то, в какой мере удовлетворяются заявленные требования, либо отражается, что
арбитр пришел к мотивированному выводу об оставлении определенной части
заявленных требований без рассмотрения либо отказал в их удовлетворении.
Среди данных выводов указывается и размер арбитражных расходов, который, как правило, должен отражать распределение между сторонами вышеназванных удовлетворенных (отказанных в удовлетворении) требований истца.
Несмотря на то что, как отмечалось выше, существует тенденция к сокращению арбитражных расходов в части перехода от коллегии арбитров к единоличному рассмотрению дела, именно коллегиальное рассмотрение споров продолжает осуществляться, причем занимает достаточно большую долю от всех
дел, рассматриваемых при помощи данного механизма разрешения споров.
Механизм принятия окончательного акта по делу именно коллегией арбитров закреплен в ст. 29 Закона о МКА: «При арбитражном разбирательстве,
осуществляемом коллегией арбитров, любое решение третейского суда, если стороны не договорились об ином, должно быть вынесено большинством арбитров». А в п. 1 ст. 31 Закона о МКА закреплено, что «при арбитражном разбира-
123
тельстве, осуществляемом коллегией арбитров, достаточно наличия подписей
большинства членов третейского суда при условии указания причины отсутствия других подписей». Причины такого отсутствия подписи арбитра бывают
объективными: длительная командировка, болезнь, смерть и т.п. То есть, когда
физически арбитр не имеет возможности реализовать возложенные на него обязанности по уже принятому данному окончательному акту. В то же время отсутствие подписи может вытекать из причин, которые относятся к субъективным, т.е. арбитр мотивирует отказ в проставлении своей подписи под решением,
к примеру, в силу наличия у него особого мнения, профессиональных мотивов
и т.п. И тут представляется интересной ситуация, если такой арбитр в силу разных причин выскажется, что его отказ продиктован именно связью со стороной,
которая от такого решения проиграет. Данная ситуация напоминает довольно
частные случаи, когда профессиональные представители сторон при запросе
у них мнения, с одной стороны, по очевидному вопросу, но с другой — по вопросу, на который такой представитель не может ответить объективно в силу
того, что он представляет оппонента, например, когда с одной стороны доказательства того, что предъявленная задолженность необоснованная, отсутствуют,
однако ответчик все равно возражает против удовлетворения заявленных требований, или когда проигравшая сторона полностью возражает против взыскания с нее таких судебных расходов, как госпошлина или почтовые расходы.
В итоге еще в 2005 г. в кассационной инстанции было рассмотрено ходатайство об отмене решения третейского суда именно на том основании, что отсутствовала одна из трех подписей арбитров, что, по мнению заявителя, противоречило как соответствующему соглашению сторон, так и закону, так как
кроме отсутствия подписи в обжалуемом акте также отсутствовало и обоснование, почему подписи нет, а значит, можно было это обстоятельство интерпретировать по-разному. Во время рассмотрения данного обращения установлено,
что это было связано именно с тем, что у одного из арбитров было особое мнение, а отказ подписывать решение суда был изложен в отдельном документе
(в информационном письме по делу). С учетом изложенного суд оставляет все
как есть, руководствуясь положениями п. 1 ст. 33 Закона об арбитраже, в силу
которого отсутствует механизм принуждения к подписанию арбитром решения,
с которым он не согласен
175
.
Другая возможная причина отсутствия подписи арбитра связана с тем, что
арбитр отсутствовал, именно когда арбитражное решение принималось, и это
является поводом для его отмены. Именно так и поступил Президиум ВАС РФ,
175
См.: Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 6 апреля 2005 г. по делу № Ф08-1326/2005.
124
который установил, что арбитр, которого выбрала одна из сторон, именно отсутствовал в момент принятия решения, т.е. такой арбитр в принципе не мог
оказать какого-либо влияния на процесс принятия решения. А это, в свою очередь, является уже нарушением основополагающего правового принципа равенства сторон. Под оказанием влияния подразумеваются: участие в подготовке
проекта решения, подготовка особого мнения, высказывание отзывов на данный
проект или какие-либо другие способы донесения арбитром своей позиции до
других арбитров. Таким образом, реализация принципа равноправия сторон
в данном случае вытекает из предоставления всем арбитрам равных возможностей участия в обсуждении решения и изготовлении его проекта
176
.
В то же время из данного правила, безусловно, есть исключения, например, смерть арбитра уже после завершения слушаний по делу. А в случае с вышеуказанной кассационной инстанцией заявители не смогли доказать именно
отсутствие участия одного из арбитров в такого рода обсуждении, т.е. принятие
решения в неполном составе арбитров, что могло противоречить публичному
порядку страны, в которой было принято такое решение. Таким образом, эти
примеры демонстрируют тонкую грань между отказом подписать решение
и неучастием арбитра в процессе его принятия в принципе.
Моментом принятия анализируемого решения является факт его оглашения после объявления о завершении слушаний на закрытом заседании состава
арбитров. В то же время особенностью действующей редакции Закона о МКА,
по сравнению с отечественными процессуальными кодексами, является именно
отсутствие императивных норм относительно таких категорий, как порядок принятия анализируемого решения, тайна «совещательной комнаты», порядок обмена мнениями внутри коллегии арбитров, механизм определения лица, которое
должно подготовить проект анализируемого решения, и т.п. В результате арбитр для заполнения вышеуказанной лакуны руководствуется соответствующими регламентами арбитражного учреждения, а при их отсутствии — собственными внутренними убеждениями. Диспозитивность данного вопроса предусмотрена в ст. 29 Закона о МКА, согласно которой: «Вопросы процедуры могут
разрешаться арбитром, являющимся председателем третейского суда, если он
будет уполномочен на это сторонами или всеми другими арбитрами». Если перейти к практике или, точнее, к сложившимся подходам, то проект анализируемого решения формулирует председательствующий арбитр, затем происходит
обмен проектами между арбитрами, если речь идет о коллегии арбитров, для
постепенного согласования финального текста документа. И тут важными яв-
176
См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 20 июля 2010 г. № 4325/10 по делу № А40-96594/09-68-760.
125
ляются сроки как на изготовление первой версии решения, так и на подготовку
ответных редакций, включая особое мнение в случае, когда было предусмотрено,
что оно подлежит также включению в текст решения.
Как известно, ст. 29 и п. 1 ст. 31 Закона о МКА закрепляют, что все решает большинство, если тяжущиеся не договорились об ином. В то же время
в данных нормах права не предусмотрен весьма редкий, но тем не менее возможный сценарий, когда, как в известной басне, у всех, в данном случае у арбитров, свое мнение и они не могут прийти к консенсусу, что в итоге может
выразиться в отказе подписать анализируемое решение. И тут одним из выходов является принятие (согласование) соответствующего механизма для данной
ситуации уже самими сторонами, что имеет место при арбитраже ad hoc. Однако такой выход больше похож на утопичный, так как по сути является процессуальной тонкостью, и для данного «тупика» на помощь могли прийти соответствующие положения регламентов арбитражных центров, что также можно было бы отнести к их высокой степени профессиональной работы.
Так, к примеру, в п. 1 ст. 31 Регламента ICC сказано, что «в случае, когда
арбитражный трибунал состоит более чем из одного арбитра, решение выносится большинством голосов. При отсутствии большинства решение выносится
только президентом арбитражного трибунала». Аналогичная по своему смыслу
фабула закреплена и в регламентах других арбитражных учреждений, к примеру,
в п. 1 ст. 41 Регламента SCC.
Если перейти к причинам того, что подобный механизм выхода из подобной ситуации находит свое закрепление в соответствующих регламентах, то,
во-первых, несмотря на то что процедура наделения человека правом быть арбитром направлена на то, чтобы соответствовать критериям беспристрастности
и объективности, у сторон, как правило, остаются сомнения в этом. Во-вторых,
безусловно, формирование антагонистических позиций между арбитрами не является чем-то самим собой разумеющимся, но тем не менее такое встречается.
С учетом вышеизложенного именно по этой причине председательствующий
арбитр и наделяется подобными полномочиями по единоличному принятию
решения.
Особенности присутствуют и в реализации механизма по донесению до
тяжущихся результатов рассмотрения дела, или, как это отражено в процессуальных отечественных кодексах, оглашению решения суда.
В частности, Закон об арбитраже по сравнению с Законом о МКА императивно предписывает как минимум это оглашение резолютивной части. А вот
в Законе об арбитраже такого четкого требования нет. Но на практике, вне за-
126
висимости от того, на основе каких норм права было рассмотрено дело, его все
равно оглашают, как минимум в резолютивной части. Но, ввиду того что есть
спорные ситуации, примеры которых приведены выше, в таком случае законодатель пришел к выводу о нецелесообразности именно на уровне законов устанавливать требование в части обязательного оглашения арбитражного решения.
В таком случае по завершении устных слушаний по делу арбитр объявляет, что
переходит к принятию решения, но оно будет не оглашено, а, к примеру, разослано по почте лицам, участвующим в деле, в сроки, установленные регламентом
или соглашением сторон.
Одной из форм согласования арбитражного решения будет являться не
обмен мнениями или проектами анализируемых решений, а, как ни странно,
подготовка особого мнения арбитра. Так как по общему правилу решение принимается большинством голосов, тут нужно доказать, что все арбитры участвовали в его принятии, и именно наличие особого мнения — один из способов это
доказать.
Наличие как минимум у одного арбитра особого мнения по делу не является чем-то из ряда вон выходящим; более того, наличие документально зафиксированной позиции арбитра в таком формате позволяет остальным арбитрам
более критично оценить свои позиции, позволяет взглянуть на материалы дела
под другим углом, но главное — позволяет в конечном итоге подготовить более
мотивированный и продуманный документ.
В то же время отечественный Закон о МКА не уделил должного внимания данному вопросу. В то же время в п. 1 ст. 34 Закона об арбитраже отмечено, что «арбитражное решение принимается в письменной форме и подписывается единоличным арбитром или арбитрами, в том числе арбитром, имеющим
особое мнение. Особое мнение арбитра прилагается к арбитражному решению».
В связи с чем представляется крайне важным, что отечественные нормы
права, как и соответствующие регламенты арбитражных центров, не ограничивают возможности лиц, участвующих в деле, на ознакомление с таким мнением
арбитра.
Таким образом, для арбитров есть право на применение специального механизма, а именно особое мнение в арбитражном разбирательстве, которое представляет собой документирование в письменном виде своей позиции по делу,
в которой они мотивируют свое несогласие с позицией большинства коллег, выраженной ими в арбитражном решении.
Кроме того, такое особое мнение может быть сформулировано в виде проекта отдельного решения по всем вопросам (требованиям) истца, которые были
поставлены перед арбитрами, либо по их части.
127
В дальнейшем такая иная позиция одного из арбитров может стать основой уже для нового арбитражного решения по данному делу. К примеру, в ситуации, когда первоначальное решение было отменено. Кроме того, такое мнение может стать основой (корпусом) для подготовки аргументов и документов
в процессе реализации права на отмену через компетентный государственный
суд в рамках процедуры оспаривания первоначального решения по данному делу.
В связи с чем желательно, чтобы анализируемое мнение было мотивированным, включало отсылки на основной договор, другие доказательства, включая договоренности между спорящими сторонами, отражение правовых принципов, концепции, положений правовых норм, включая наличие комментариев
арбитра по причинам их интерпретации в совокупности.
Некоторые авторы — Р. Моск и Т. Гинсберг — по данному поводу отмечают положительный эффект, достигаемый от наличия такого правового механизма, как особое мнение арбитр, так как мотивировочная часть такого мнения
стимулирует остальных судей третейского суда действовать более ответственно
при вынесении соответствующего окончательного решения по делу и, как следствие, повышает качество данного «продукта»
177
.
Если обратиться к точным данным, то согласно статистике, как правило,
особые мнения арбитров направлены в сторону защиты интересов того субъекта процесса, который в самом начале избрал (назначил) данное лицо в качестве
арбитра. К примеру, согласно статистике, подготовленной ICC, в Париже почти
сто процентов всех принятых особых мнений арбитров были как раз-таки подготовлены по вышеописанному подходу
178
.
С учетом изложенного, можно утверждать, что если арбитр, выражая особое мнение, не будет его подкреплять не только логическими рассуждениями,
но и документами по делу, то такое мнение является поверхностным и больше
напоминает позицию представителя одной из сторон, а не арбитра. Кроме того,
в таком случае данный арбитр не в полной мере понимает свою роль и обязанности. В первую очередь он должен реализовывать принципы беспристрастности и независимости, а не быть видоизмененным уполномоченным представителем одной из сторон спора, которая доверила ему данную работу.
В то же время само по себе поверхностное особое мнение, из которого
следует, что оно подготовлено с уклоном в пользу тяжущегося, который до этого избрал (назначил) данного арбитра, не может выступать в качестве основа-
177
Зыонг Тхи Тху Хыонг. Гарантии независимости и беспристрастности арбитров в международном
коммерческом арбитраже (на примере РФ и Социалистической Республики Вьетнам: дис. ... канд. юрид. наук.
Воронеж, 2016. С. 142–150. URL: http://www.igpran.ru/prepare/a.persons/Zyong_dissertatsia.pdf (дата обращения:
06.03.2023).
178
Там же. С. 149.
128
ния для отвода такого третейского судьи. Кроме того, так как каждый арбитр не
лишен права на выражение особого мнения, то в случае, когда таких мнений
уже два, окончательный акт по такому спору будет принимать председательствующий арбитр.
Если мы обратимся к правовой природе данного явления, то принято выделять как минимум три позиции. В основу первой положено то, что анализируемое мнение не может быть составной частью арбитражного решения ввиду
того, что данное мнение не оказывает влияния именно на юридическую силу
данного документа. А если обратиться к мировому опыту, то встречаются юрисдикции, где такое мнение вообще не предусмотрено, поскольку оно не влияет
на юридическую силу решения
179
.
Основа второй позиции представляет собой антагонизм первой, а именно
то, что такое мнение, если оно было сформулировано, является неотъемлемой
частью арбитражного решения, так как оно не просто фиксирует работу над делом одного из арбитров, но и выступает возможностью для отмены данного арбитражного решения компетентным государственным судом при реализации
права на оспаривание арбитражного решения и, как следствие, основой для возможного будущего арбитражного решения. В связи с чем, если следовать данной позиции, анализируемое мнение представляет собой составную часть арбитражного решения, так как разделяет его «процессуальную судьбу».
Соответственно, третья позиция вытекает из того, что каждое анализируемое мнение является ничем иным, как лишь частным мнением отдельно взятого арбитра. Более того, с точки зрения зарубежного опыта оно не подлежит
приложению к арбитражному решению. Вместо этого такое мнение может быть
зафиксировано в протоколе проведенного заседания либо быть подготовлено
в виде отдельного документа, приобщенного к материалам дела. Таким образом,
в данных примерах стороны, а не только арбитры, обладают правом на ознакомление с особым мнением. В частности, именно так поступают в Китае (ст. 53
закона КНР «Об арбитраже» 1994 г., согласно которой окончательный акт арбитражной комиссии выносится большинством голосов арбитров, а позиция
меньшинства арбитров, которые не согласны с вынесенным актом, фиксируется
в протоколе арбитражного заседания).
А в ситуации, когда позиции арбитров при голосовании были разделены
пополам, арбитражное решение должно быть принято на основании позиции
179
Luật Trọng tài thương mại 2010 // Luat duong gia: сайт. URL: https://luatduonggia.vn/luat-trong-taithuong-mai-2010/ (дата обращения: 20.04.2023).; De herziene Nederlandse arbitragewet. ORP: Tijdschrift
Overeenkomst in de rechtspraktijk, 2016. P. 22–29. // University of Groningen: сайт. URL:https://research.rug.nl/en /
publications/de-herziene-nederlandse-arbitragewet (дата обращения: 11.04.2023).
129
главного арбитра. Арбитражное решение, как и особое мнение, может быть
опубликовано, если стороны не возражают по данному поводу, а также когда
будет задействован механизм его принудительного исполнения. Таким образом,
если ответчик уклоняется от добровольного исполнения, то это будет подразумевать его согласие на опубликование данного акта после начала процедуры по
принудительному исполнению арбитражного решения. Таким образом, можно
сделать вывод, что принцип конфиденциальности арбитражного решения имеет
ограниченные рамки и применим, пока стороны готовы исполнять арбитражное
решение и своим поведением, и добровольным исполнением, в том числе сохраняют тайну новых взаимоотношений с контрагентом, как и сам факт применения механизма арбитражного разбирательства.
В то же время такая конфиденциальность вступает в противоречие с открытостью арбитражного центра, которому важно демонстрировать успешную
работу, а это значит — разглашать информацию о спорах. В результате в регламентах таких центров обычно указывается, что через определенный промежуток времени часть информации о деле будет опубликована в соответствующем разделе сайта данного учреждения, о чем стороны могут быть дополнительно уведомлены, а могут публиковать и без такого уведомления.
Исправление опечаток, описок в арбитражном решении,
разъяснение арбитражного решения
Стороны третейского разбирательства вправе обратиться к арбитру, принимавшему решение, за содействием по его разъяснению при условии, что между спорящими сторонами заранее была по этому поводу достигнута соответствующая договоренность. Под таким разъяснением подразумевается подготовка
арбитром дополнительного комментария по любой из частей принятого окончательного акта по делу, а также сторона может просить арбитра дать расширенное толкование определенной части решения. Для того чтобы инициировать
данный процесс, заинтересованная сторона должна подготовить соответствующее заявление, в котором изложить причины такого обращения к арбитру и отразить, что именно ей в решении является непонятным. Таким образом, кроме
просительной части в данном заявлении должна присутствовать и мотивировочная. Также о реализации данного механизма говорится и в отечественных
законах, а именно в абз. 3 п. 1 ст. 33 Закона о МКА; и тут дополнительно делается акцент на обязательном условии: только «при наличии соответствующей
договоренности между сторонами».
130
В свою очередь, редко, но встречаются случаи, когда вышеуказанный заявитель преследует цель довести итоговый судебный акт до совершенства путем, например, представления своего виденья отдельных положений решения.
В то же время, как правило, такого рода заявления относятся именно к резолютивной части итогового акта по делу, т.е. у заявителя складывается ощущение,
что исполнение первоначального варианта решения может в дальнейшим вызвать определенные негативные последствия, так как оно обладает свойством
неопределенности или неясности его некоторых положений. В свою очередь,
растолковывание, например, вводной или мотивировочной частей данного может понадобиться, когда проигравшее лицо пытается выявить основания для
«опрокидывания» данного решения либо наличие отдельных обстоятельств, отраженных в ст. 36 Закона о МКА.
В результате речь о толковании решения или принятии дополнительного
решения может идти только исключительно по инициативе тяжущихся, и тут
неважно: обе стороны просят об этом или только одна из них. В то же время
применение такого механизма, как исправление арбитражного решения, может,
с одной стороны, быть реализованным по заявлению вышеуказанных субъектов,
а также и в результате действий арбитров без такого обращения, т.е. по собственной инициативе.
Еще одним возможным вариантом по модернизации уже принятого арбитражного решения является принятие дополнительного решения, либо речь
может идти только о толковании отдельных элементов арбитражного решения,
например, в части его содержания.
С учетом вышесказанного данные перечисленные механизмы по модернизации арбитражного решения также представляют собой деятельность арбитра
по разрешению спора.
Краеугольными камнями, которые, к сожалению, также иногда встречаются, являются такие ошибки, как неправильное отражение математических
подсчетов в итоговом акте; и тут встает вопрос, можно ли такого рода ошибки
отнести к описке или опечатке либо иным подобным неточностям, которые можно отнести к технической работе, которая обычно не имеет отношения к сути
оснований и мотивов вынесенного итогового акта.
Еще один вопрос, который может встать перед тяжущимися, — это процессуальные сроки, которые должны быть пресекательными и для вышеуказанного права сторон.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]