Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Международные суды и арбитраж. Учебное пособие
.pdf
91
тывают значительное количество отраслей права, однако если их пропускать
через призму третейского разбирательства, то они проявляют определенные особенности, вызванные частной (негосударственной) правовой природой арбитража.
С учетом изложенного рассмотрим некоторые из приведенных принципов
именно с точки зрения третейского разбирательства. Начнем с имплементации
такого основополагающего принципа законности, который в данном случае представляет собой утверждение следующего содержания: нарушение окончательного акта, вынесенного арбитром, основополагающих принципов российского
права, а равно как то, что арбитр был не вправе разрешать данный спор в силу
действующего законодательства нашей страны, либо в совокупности, либо каждое в отдельности будут являться основанием как для отмены данного акта, так
и для отказа в исполнении такого решения компетентным судом «ex officio».
Следующий принцип, который является межотраслевым, а именно принцип диспозитивности, в данном случае будет выражаться в том, что была реализована воля договаривающихся субъектов на заключение не только основного
договора, но и положений о передаче либо всех, либо части споров в соответствующие негосударственные суды. То есть можно констатировать, что в данном случае стороны в более широком содержании реализовали данный принцип,
по сравнению с реализацией данного принципа в отношении компетенции внутригосударственных судов.
Общепризнаваемыми как на международном, так и на внутригосударственном уровне являются также принципы независимости и беспристрастности.
В данном случае они направлены в первую очередь именно на арбитров с целью
обеспечения соответствующих гарантий. Причем в некоторых вопросах данные
гарантии могут быть реализованы сторонами с гораздо большей эффективностью ввиду того, что, с одной стороны, условия отстранения арбитра за нарушения данных принципов прописаны более детально и выражаются в форме
конкретных примеров, а с другой — в данном случае нарушена единая корпоративная структура, т.е. судьи государственных судов и арбитры не ассоциируют себя как разновариативные, но единые по сути механизмы разрешения
споров. Кроме внутренней независимости арбитров присутствует также и внешняя; и так же, как и для судей судов общей юрисдикции и арбитражных судов
такая независимость проявляется в виде обособленности, а в данном случае —
как запрета на создание арбитражных центров при органах власти (абз. 2 п. 2
ст. 3 Закона об арбитраже), так и запрета на исполнение функций арбитров лицами, которые занимают определенные должности (п. 7 ст. 8 Закона об арбитраже).
92
В то же время в силу абз. 1 п. 2 ст. 3 Закона об арбитраже соответствующие постоянно действующие суды могут образовывать как российские юридические лица, так и их объединения (ассоциации, союзы). В то же время если до
известной последней реформы данного механизма разрешения споров таких
судов насчитывалось пятьдесят, то в настоящий момент их количество относительно недавно достигло пяти, что не в коей мере не связано с падением спроса
на данного рода услуги.
С точки зрения внутренней независимости для арбитров, которые входят
в реестры (списки) арбитров соответствующих арбитражных центров, она выражается в запрете на оказание давления на их деятельность по рассмотрению
спора со стороны таких центров, их должностных лиц и сотрудников. С другой
стороны, именно руководство таких центров в конечном итоге непосредственно
не только несет ответственность за формирование соответствующего списка
арбитров, но и участвует в выборе данных кандидатов, а значит, в данном направлении еще есть вопросы, требующие дальнейшей модернизации, например,
в части повышения объективности механизма исключения конкретного арбитра
из такого списка, как и механизма («барабана») распределения дел между арбитрами. Кроме того, именно руководство данных центров участвует в определении и порядке выплат гонораров арбитрам и их аппарату (ст. 15 Закона об
арбитраже).
Кроме того, принцип независимости работает и между взаимоотношениями арбитров и остальных лиц, участвующих в деле (ст. 10 Закона об арбитраже), о чем также говорилось выше в контексте оснований для отстранения арбитра (ст. 12 Закона об арбитраже). В свою очередь, принцип беспристрастности реализуется в ряде специальных требований в отношении арбитра (п. 1 ст. 8
Закона об арбитраже), а именно в отсутствии у арбитра заинтересованности
в конкретном споре, а также во взаимоотношениях со сторонами, их представителями и т.д.
131
Приведенные примеры внедрения правовых принципов показывают,
насколько глубоко их влияние на все элементы третейского разбирательства
и насколько оно многогранно в своих проявлениях, выполняя свою основную задачу высвечивания основополагающих идей, в данном случае — справедливого
и эффективного рассмотрения цивилистических споров.
131
См.: Постановление Конституционного суда РФ от 25 марта 2008 г. № 6-П.
93
Общая характеристика основных элементов процедуры
арбитражного разбирательства
Основополагающая причина «выживания» третейского разбирательства выражается в наличии определенных преимуществ для тяжущихся, по сравнению
с внутригосударственными судами, но в совокупности выражающихся именно
в экономической целесообразности, так как, безусловно, именно представители
предпринимательской среды являются постоянными участниками данных споров. С одной стороны, присутствуют определенные категории дел, которые
к вышеуказанной целесообразности имеют опосредованное отношение, например,
основная специализация Спортивного арбитражного суда в Швейцарии. В то
же время, как сказал еще Цицерон, исключения только подтверждают правила.
К основным элементам процедуры арбитражного разбирательства принято относить оперативность самой процедуры и стабильность результатов; в то
же время остальные положительные качества данного процесса являются производными. Так, право определения «своего арбитра», а также право тяжущихся
непосредственно контролировать процедуру арбитражного разбирательства
должны позволить в сжатые сроки прийти к итоговому результату и одновременно с соблюдением гарантий на справедливое разбирательство. К попутным
преимуществам относятся и такие элементы, как конфиденциальность, возможность сохранения дальнейших партнерских отношений сторон спора; и одновременно с этим именно такой положительный подход к взаимоотношениям
между сторонами конфликта может стать дополнительной возможностью для
ускорения процедуры рассмотрения дела.
Сравнивая процедуры в государственных судах с данным механизмом разрешения споров, можно отметить, что в последнем присутствует уклон в децеремонизацию за счет более лояльного характера самой процедуры, направленный на ее мимикрирование под данный спор и запросы сторон. Другими элементами выступают такие важные обстоятельства, как место, время и сроки
данного рассмотрения дела (отсутствуют: необходимость длительного ожидания
в очереди, как это часто бывает в столичных судебных звеньях, особенно на
уровне первой инстанции; необходимость подгонять свой график под назначенное время заседания; необходимость командировок в другие города или субъекты Федерации, как это бывает в случае с рассмотрением дел на Дальнем Востоке нашей страны). Кроме того, в данном процессе присутствуют определенные особенности доказывания, формирования состава арбитров и разрешения
данными лицами в том числе вопроса о наличии у них компетенции для рассмотрения конкретного дела и наличии возможности обжалования принятого
по данному поводу решения.
94
Особенности процедуры арбитражного разбирательства
отдельных арбитражных центров
Основополагающие функции отдельных арбитражных центров представляют собой комплекс мер, включающих разработку и принятие различных регламентов, которые именуются как осуществление администрирования конкретного спора, подлежащего разрешению в порядке арбитража. Данные центры занимают важную курирующую роль наравне с конфликтующими сторонами
и непосредственно арбитрами. В то же время нужно учитывать, что данным центрам прямо запрещено вмешиваться, оказывать влияние на арбитра при рассмотрении конкретного дела, и центры не могут сами рассматривать споры. Их роль
сводится еще и к организации данной процедуры, наравне с контролем соблюдения принципа надлежащего производства и процессуальных прав сторон.
Подобного рода центры появились еще в 1891 г. в Великобритании, а именно
была создана Лондонская арбитражная палата (The City of London Chamber of
Arbitration), которая позже была переименована в Лондонский международный
арбитражный суд (London Court of International Arbitration, LCIA)
132
. В даль-
нейшем такого рода центры распространились повсеместно, и их количество
периодически меняется
133
.
Одним из способов дальнейшего развития арбитражных центров является
расширение линейки предоставляемых типов услуг. К примеру, такой механизм,
как «институт чрезвычайного арбитра», а также сокращение времени самой процедуры рассмотрения спора, снижение судебных расходов путем участия только одного арбитра и уменьшение его гонорара, когда происходит неоправданное
затягивание данной процедуры, включая изготовление итогового текста решения. Причем данные тенденции носят не внутригосударственную, а международную тенденцию
134
.
132
Об истории LCIA. См. на официальном сайте: http://www.lcia.org/LCIA/history.aspx (дата обращения:
19.04.2023).
133
Pendell G. The Rise and Rise of the Arbitration Institution // Kluwer Arbitration Blog: сайт. URL:
http://kluwerarbitrationblog.com/2011/11/30/the-rise-and-rise-of-the-arbitration-institution/ (дата обращения: 19.04.2023);
Paulsson J. Moral Hazard in International Dispute Resolution: Inaugural Lecture as Holder of the Michael R. Klein
Distinguished Scholar Chair University of Miami School of Law 29 April 2010 // Transnational Dispute Management:
сайт. URL: https://www.transnational-dispute-management.com/article.asp?key=1699 (дата обращения: 19.04.2023).
134
См.: Отчет White & Case, Arbitral institutions respond to parties' needs, 2017. URL: https://www.whitecase.com/sites/whitecase/files/files/download/publications/arbitral-institutions-respond-to-parties-needs-2017.pdf (дата
обращения: 19.04.2023); Gerbay R. The Functions of Arbitral Institutions. Kluwer Law International, 2016. P. 45;
Entretien avec Alexis Mourre // Les Entretiens de la CAIP: 90eme Anniversaire, 1926–2016 // Chambre Arbitrale
Internationale de Paris. Paris, 2016. P. 69–71; Entretien avec Patricia Peterson // Ibid. P. 109–111; Entretien avec Herve
Delannoy // Ibid. P. 113–115; Entretien avec Denis Musson // Ibid. P. 117–118.
95
Принято считать, что подавляющее число третейских судов в мировой
практике являются именно институциональными, а не арбитражами ad hoc, и это
подтверждают данные, полученные в многолетних опросах, проводимых в одном
из университетов Великобритании
135
.
В связи с чем возникает логический вопрос о причинах такого выбора
пользователей данного рынка услуг. Одной из возможных причин является то,
что данные центры, в отличие от своих коллег, используют более проверенные
(шаблонные) подходы к проведению процедур, что способствует снижению рисков при обжаловании их решений и возможных отказах по формальным основаниям при запросах на получение исполнительных документов.
Причем такая тенденция не является чем-то новым. Еще в конце прошлого века зарубежные исследователи Э. Гайяр и Д. Саваж обращали внимание на
данную тенденцию и отмечали следующее: «В международной практике наблюдается тенденция, которая в некоторой степени противоречит принципу главенства воли сторон. Все более редко непосредственно стороны выбирают своих
арбитров и организовывают арбитражное разбирательство. Вместо этого создаются постоянные арбитражные институты, которые теперь обслуживают подавляющее большинство международных арбитражных процессов. Присутствие
института и применение его процессуальных правил повышает эффективность
процесса, но также приводит к соответствующему сокращению роли сторон
в выборе арбитров и ведении разбирательства. Такие преимущества арбитража
ad hoc, как уверенность сторон в арбитрах, выбранных ими непосредственно,
и гибкость процедуры, иногда теряются в институциональном арбитраже. С другой стороны, в институциональном арбитраже существует риск административных проволочек и приближения арбитражного процесса к судебному разбирательству в государственных судах, хоть и в частном порядке»
136
. С учетом из-
ложенного именно благодаря арбитражным центрам их участие в назначении
будущих арбитров, как и в части их отвода, позволяет улучшить качество работы данного механизма в целом, но в то же время это создает ряд проблем, связанных с неопределенностью характера участия институтов в процессе.
Если от международной практики сфокусироваться именно на отечественной, то, по мнению ряда авторов, существует определенный перегиб в законо-
135
International arbitration: Corporate attitudes and practices 2006. Queen Mary University of London;
PricewaterhouseCoopers LLP. P. 12 // Academia edu: сайт. URL: https://www.academia.edu/262770/International_
Arbitration_Corporate_Attitudes_and_Practices_2006 (дата обращения: 19.04.2023); 2015 International Arbitration
Survey: Improvements and Innovations in International Arbitration. Queen Mary University of London. P. 17. URL:
http://www.arbitration.qmul.ac.uk/docs/164761.pdf (дата обращения: 05.08.2022); International arbitration: Corporate
attitudes. P. 15; см. также: Born G. International Commercial Arbitration. 2nd ed. Kluwer Law International, 2014. P. 151.
136
Fouchard Ph., Gaillard E., Goldman B. On International Commercial Arbitration / Ed. by E. Gaillard,
J. Savage. The Hague; Boston; London, 1999. P. 32.
96
дательстве о рассмотрении дел путем применения именно институциональной
формы арбитража, по сравнению с возможностью использования арбитража ad
hoc. В частности, введен запрет на рассмотрение арбитражем ad hoc ряда категорий дел, по сравнению с их коллегами в арбитражных центрах, в частности,
это корпоративные споры. Кроме того, арбитражи ad hoc, также в отличие от
своих вышеуказанных коллег, не вправе обращаться за содействием к компетентным государственным судам в таких вопросах, как получение доказательств,
что также затрудняет эффективность их работы; у сторон отсутствует возможность заключения соглашений об окончательности решений арбитража ad hoc,
опять же по сравнению с их коллегами из соответствующих центров.
Зарубежные законодательные акты в сфере анализируемого механизма разрешения споров, как правило, не дают определения понятия «арбитражная институция», и в данной теме термин «арбитражный институт» («арбитражный
центр») применяется как обобщенная категория, применяемая в международной
практике и охватывающая различные наименования учреждений такого рода.
К примеру, в типовом законе ЮНСИТРАЛ упоминается термин «постоянное
арбитражное учреждение». В отечественном Законе об арбитраже фигурирует
похожая формулировка — «постоянно действующее арбитражное учреждение».
В Великобритании принято говорить об «арбитражных институциях», также используются такие формулировки, как «суды», «центры»
137
, но главное — это их
правовая природа, которая в целом едина, вне зависимости от вышеуказанных
названий.
В результате еще в 1985 г. часть данных центров объединились в Международную федерацию коммерческих арбитражных институтов (МФКАИ)
(International Federation of Commercial Arbitration Institutions (IFCAI)). Основными целями такого слияния стали налаживание партнерских отношений между
центрами, обмен опытом.
Целями МФКАИ являются установление и поддержка постоянных отношений между коммерческими арбитражными институциями, поощрение широкого обмена информацией о всех аспектах арбитражного разбирательства и дружественного примирения сторон, поощрение ответственного использования этих
методов урегулирования споров и содействие обмену информацией об услугах,
предлагаемых участниками Федерации
138
. В 2016 г. Федерация насчитывала
58 членов. В МФКАИ вошли все ведущие арбитражные центры, в результате
участие в данном объединении стало еще и престижным.
137
Lalive P. Relatifs l'Arbitrage International Commercial // Recueil des cours donnes de droit international de
la Hague. Vol. 2. 1967. P. 664.
138
About IFCAL // International Federation of Commercial Arbitration Institutions: сайт. URL: http://www.if-
cai-arbitration.org/about-ifcai/# (дата обращения: 19.04.2023).
97
Возвращаясь к упоминаю об арбитражной институции, отметим, что, как
правило, о ней редко можно найти упоминание во внутригосударственных актах. И напротив, для Российской Федерации характерна обратная тенденция,
в которой данные центры занимают главное место, в частности, такой вывод
можно сделать уже из п. 1 ст. 1 Закона об арбитраже: «Настоящий Федеральный
закон регулирует порядок образования и деятельности третейских судов и постоянно действующих арбитражных учреждений на территории РФ, а также арбитража (третейского разбирательства)».
В ст. 2 Закона об арбитраже содержится легальное определение таких понятий как «администрирование арбитража», «иностранное арбитражное учреждение», «постоянно действующее арбитражное учреждение».
Зарубежный правовед Гари Борн дает следующую характеристику арбитражному центру в целях его обособления от арбитража ad hoc, первый из которых выстроен так, что рассмотрение дела осуществляется согласно заранее выработанным регламентам соответствующего арбитражного центра; сам процесс
в определенной степени, как правило, происходит под контролем данного центра,
включая назначение арбитров, а также определение размера их гонораров
139
.
Ряд других авторов считают, что для отнесения третейского суда к анализируемым центрам необходимо, чтобы споры разрешались под эгидой арбитражного института, а роль последнего сводится к предоставлению соответствующих арбитражных услуг и оказанию содействия при проведении разбирательств
140
.
С учетом приведенных определений арбитражный центр представляет
собой:
1) наличие постоянно действующей арбитражной институции;
2) наличие арбитражного регламента;
3) наличие согласия сторон на осуществление арбитражной институцией
определенных функций и на принятие ею определенного рода решений
141
.
С учетом изложенного возникает вопрос: а возможен ли микс данных явлений? С учетом изложенного с точки зрения не отечественной, а международной практики такое возможно. Так, в силу ст. 6 (1) Арбитражного регламента
ЮНСИТРАЛ контрагенты могут предусмотреть в наименовании учреждения
конкретное лицо, которое будет осуществлять функцию соответствующего
компетентного органа. Кроме того, в силу ст. 6 (1) Арбитражного регламента
139
См.: Born G. Op. cit. P. 168; Gerbay R. Op. cit. P. 5–28.
140
International Arbitration in Switzerland: A Handbook for Practitioners / Ed. by. E. Geisinger, N. Voser. 2nd
ed. Alphen aan den Rijn, 2013. P. 18. См. также: Lew J.M., Mistelis L.A., Kroll S.M. Comparative International
Commercial Arbitration. Kluwer Law International, 2003. P. 32.
141
См.: Gerbay R. Op. cit. P. 17.
98
ЮНСИТРАЛ соответствующий арбитражный центр может участвовать в процедуре арбитража ad hoc, и данный подход применим и для отечественного
права.
Права сторон
Традиционно сторонами в контексте арбитража именуются истец и ответчик, а конкретные субъекты, которые ими могут быть, перечислены в ст. 2 Закона об арбитраже. В то же время возникает вопрос, на кого именно распространяется действие арбитражного соглашения: только на стороны, его заключившие, или еще на ряд субъектов (арбитров, экспертов, свидетелей)? В связи
с чем был сформирован на основании одного из дел следующий принцип: «В отличие от судебного разбирательства перед государственными судами, где любая заинтересованная сторона может быть привлечена к делу... в арбитраже
только те, кто являются сторонами арбитражного соглашения... могут участвовать в арбитражных разбирательствах либо как истцы, либо как ответчики»
142
.
К настоящему времени данный принцип был преобразован и стал более
диспозитивным. В результате возможны случаи, в которых не только заранее
договорившиеся субъекты являются сторонами такого процесса, но и лица, которые по формальным признакам не имеют отношения к заключенному соглашению, но при этом могут быть признаны сторонами такого соглашения, например, когда это прямо предусмотрено законом или договором (правопреемство,
вступление в наследство и даже применение такого пока редкого механизма
установления конечного бенефициара компании (имущества), как прямое «снятие корпоративной вуали», и т.д.).
Интересным обстоятельством является и тот факт, что до того момента,
пока арбитры по конкретному делу не проверят как свою компетенцию, так
и компетенцию стороны, т.е. в процессе признания своей компетенции арбитры,
по сути, осуществляют безусловное подтверждение (признание) статуса истца
и ответчика как надлежащих сторон, реализующих свои права, соответственно,
предъявить иск или отвечать по иску в рамках арбитражной процедуры
143
.
Согласно п. 2 ст. 2, ст. 11 ГК РФ предусмотрена возможность реализации
права на судебную защиту посредством применения третейского суда (арбитража). Причем реализация такого права не разграничена, например, по критерию
гражданства участников такого спора. В результате процессуальная правосубъ-
142
Ad Hoc — UNCITRAL: Banque Arabe et Intenationale D'Investissement et al. v. Inter-Arab Investment
Guarantee Corporation. Award of 17 November 1994 // Yearbook Commercial Arbitration. 1994. Vol. XXI. P. 13, 18.
143
См.: Born G. Internatiyonal Commercial Arbitration. Kluwer Law International. Vol. I. 2014. P. 1407.
99
ектность (способность иметь и осуществлять процессуальные права, нести и исполнять процессуальные обязанности) аналогична для всех физических лиц,
находящихся на территории нашей страны. Для чего необходимы подтверждение
лицом своего правового статуса, а также его проверка (ст. ст. 1202, 1195 ГК РФ).
Следует отметить, что Закон о МКА в действующей редакции, по сравнению с его предыдущей версией, исключил из сферы международного коммерческого арбитража споры российских компаний с иностранными инвестициями
между собой. Теперь такие споры могут быть рассмотрены внутригосударственными третейскими судами (арбитражами).
В отечественном праве о международном арбитраже применяется принцип
равного отношения к сторонам, в том числе предоставления им возможностей
для декларирования позиции по делу (ст. 18 Закона о МКА, ст. 18 Закона об арбитраже). В то же время нарушение данного принципа может стать основанием
либо для отмены итогового решения, либо для отказа в принудительном исполнении. Вышеуказанный принцип охватывает и такую категорию, как недопустимость дискриминации
144
.
С учетом изложенного к равным правам сторон именно арбитража относятся избрание (назначение) арбитра и, как следствие, права на заявление ему
отвода, обращение в компетентный суд за признанием или принудительным исполнением советующего акта арбитра. Безусловно, данный принцип проявляется и в правах донесения сторонами позиций по делу, представления объяснений
и доказательств, участия в их исследовании, заявления ходатайств, выступления
в устном слушании, соединения нескольких требований в одном иске, заявления требований об объединении арбитражных разбирательств по нескольким
делам; в правах участия представителя, привлечения третьих лиц, заявления
о принятии обеспечительных мер, заключения мирового соглашения, требования
обеспечения конфиденциальности арбитража и т.д.
В то же время стороны могут вводить добровольные ограничения своих
первоначальных прав, что несвойственно при рассмотрении дела в обычном государственном суде, а именно: ограничить в тексте соответствующего соглашении
право на запуск данного механизма разрешения споров только одной из сторон
путем применения односторонних (опционных, асимметричных) арбитражных
оговорок либо ввести право выбора для такой стороны идти в арбитраж или
государственный суд (гибридные оговорки), но такого рода оговорки для отечественного правоприменения недопустимы. Как было указано еще Президиу-
144
См.: Принципы трансграничного гражданского процесса = ALI/UNIDROIT Principles of Transnational
Civil Procedure / пер. с англ. Е.А. Виноградовой, М.А. Филатовой. М., 2011. С. 12–13.
100
мом ВАС РФ, в данном случае был нарушен принцип равных процессуальных
возможностей сторон, так как «исходя из общих принципов осуществления защиты гражданских прав соглашение о разрешении споров не может наделять
лишь одну сторону (продавца) контракта правом на обращение в компетентный
государственный суд и лишать вторую сторону (покупателя) подобного права.
В случае заключения такого соглашения оно является недействительным как
нарушающее баланс прав сторон»
145
.
Принцип процессуальной асимметрии в международном арбитраже также
иногда связывают и с ограничением в части привлечения как новой, так и дополнительной стороны, и этот же механизм может касаться ограничений в части
заявлений о замене кандидатуры арбитра.
Отказ от права на возражение
Данный отказ был изначально предусмотрен в ст. 4 Закона о МКА, как
это было предусмотрено в типовом законе ЮНСИТРАЛ. Данный отказ был выведен из распространенной в общем праве концепции «эстоппеля», а именно механизм утраты права на возражение (estoppel — venire contra factum proprium).
В силу эстоппеля участник арбитражного соглашения утрачивает право руководствоваться (реализовывать) определенные процессуальные права в случае,
когда до этого из конклюдентных действий данных лиц следовало, что они не
имели намерения реализовывать свои права, так как не считали известную им
информацию поводом для осуществления определенных действий.
Основными целями эстоппеля, как указывают ряд авторов, являются повышение эффективности судебного процесса, повышение уровня процессуальной
добросовестности лиц, участвующих в деле, так как он позволяет противостоять
тактикам по немотивированному затягиванию сроков рассмотрения конкретного дела. Таким образом, должно происходить противодействие таким ситуациям,
как совершение сторонами реализации своих прав с преднамеренным запозданием путем «накопления» представителями тяжущихся нарушений правил проведения разбирательства, для того чтобы «предъявить» их либо в самом конце
разбирательства, либо уже при рассмотрении дела государственным судом.
В то же время эстоппель неприменим в ситуации, когда действуют императивные предписания, и, наоборот, применим, когда речь касается ситуации
с несоблюдением диспозитивного положения как норм права, так и соответствующего соглашения, когда сторона была проинформирована либо не отри-
145
См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 19 июня 2012 г. № 1831/12.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]